home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 16

Музыка плавно перешла во что-то совсем медленное, наподобие «Лунного Танца». Джек прижал меня чуть крепче, я почувствовала его дыхание на виске, его бедра прижались к моим. Мы танцевали, и я слепо следовала за ним, слегка неуверенно, как будто мы находились на палубе корабля, а не на твердой земле. Но его руки крепко держали меня и он контролировал каждое движение. Глубоко вдохнув, я втянула его сильный пряный запах. Тонкий слой пота выступил на моей коже, которая словно внезапно зажила своей жизнью.

Песня закончилась. Аплодисменты и начало новой мелодии заставили меня придти в себя. По сути, мне как будто в лицо плеснули холодной воды. Заморгав, я пошла за Джеком сквозь толпу. Нам приходилось то и дело останавливаться, чтобы перекинуться парой слов со знакомыми Джека. Он знал всех. И сохранять дружелюбную маску удавалось ему гораздо лучше, чем мне. Но я чувствовала яростное напряжение его руки, пока он вел меня сквозь толпу приглашенных.

На праздничном торте зажгли свечи, и группа стала подыгрывать гостям, которые фальшиво, но энергично затянули «Happy Birthday to You». Всем начали раздавать куски торта с шоколадом, джемом и взбитыми сливками. Я смогла откусить лишь один раз, кусок чуть не встал комом в горле. Когда удалось запить его шампанским, мое настроение резко поднялось, наверное, благодаря сахару и алкоголю. Я с легкостью следовала за Джеком, который вел меня за руку.

Мы остановились попрощаться с Черчиллем и его подругой Вивиан, заметили в углу зала Джо с какой-то женщиной, которая, по всей видимости, очень сочувствовала его страданиям по поводу укатившей во Францию подружки, я помахала Хэйвен, Харди, Гейджу и Либерти, стоявшим в другом конце зала.

- Наверное, нужно как-то объяснить, почему мы уходим так рано? - спросила я Джека. – Скажи им, что мне нужно проверить ребенка, или…

- Они знают, почему мы уходим.

На пути обратно на Мэйн 1800 мы почти не разговаривали. Наши чувства были еще слишком свежими. Я еще недостаточно хорошо знала Джека, чтобы чувствовать себя с ним раскованно – нам нужно было привыкнуть друг к другу.

Но я все равно рассказала Джеку о нашем разговоре с Дэйном, и он внимательно меня выслушал. Я видела, что, хотя Джек понимает ход мыслей Дэйна, такие взгляды чужды ему в своей основе.

- Он должен был бороться за тебя, - сказал Джек. – Должен был хотя бы попытаться надрать мне задницу.

- Ну и чего бы он этим добился? – спросила я. – Это ведь только мой выбор, разве нет?

- Да, выбор твой. Но это не отменяет того факта, что ему следовало бы, как викингу, наброситься на меня за то, что я взял его женщину.

- Ты не взял меня, – возразила я.

Он скользнул по мне выразительным взглядом:

- Пока нет.

Сердце мое нервно заколотилось.

Мы поднялись в его квартиру, я никогда до этого ее не видела. Она была несколькими этажами выше моей, из больших окон открывался вид на Хьюстон, огни города сверкали словно бриллианты, разлетевшиеся по бархату.

- Во сколько ты сказала няне, что будешь дома? – спросил Джек, пока я рассматривала его квартиру. Она была стильной и строгой, с темной кожаной мебелью, парой ярких картин с геометрическим узором на стенах – штрихи стиля ар деко - отделанной в коричневых, кремовых и синих тонах.

- Около одиннадцати. – Я коснулась края синей вазы из дутого стекла с выгравированным на ней витиеватым узором. Мои пальцы заметно дрожали. – Красивая квартира.

Подойдя ко мне сзади, Джек положил ладони мне на плечи и провел по моим рукам, от его тепла по моей прохладной коже пробежала приятная дрожь. Он взял мою руку в свои. Крепко сжав ледяные пальцы, Джек наклонился и коснулся губами изгиба моей шеи. В том, как его губы ласкали кожу, чувствовалось обещание.

Он продолжал целовать меня, пытаясь отыскать наиболее чувствительное местечко, и когда нашел его, я инстинктивно приникла к нему.

- Джек… Ты ведь уже не злишься из-за того, что Дэйн ночевал у меня?

Его рука прошлась по моей груди, обводя каждый изгиб и каждую плоскость, останавливаясь, если чувствовал отклик. Мое тело напряженно выгнулось. Я рассеянно отметила, что он просто изучает мое тело, заставляя вздрагивать и вдыхать, когда задевал наиболее нежные места.

- Сказать по правде, Элла… каждый раз, когда я думаю об этом, мне хочется что-нибудь сломать.

- Но ведь ничего не было, - возразила я.

- И это единственная причина, по которой я все еще не выследил его и не прикончил.

Я не могла понять, были ли его слова лишь бравадой, или он говорил серьезно. Я пыталась говорить рассудительным, ироничным тоном, что было нелегко, потому что его пальцы скользнули в вырез платья.

- Ты ведь не собираешься вымещать злость на мне?

- Боюсь, что собираюсь. – У него перехватило дыхание, когда он обнаружил, что на мне нет лифчика. – Да ты сегодня ждала приключений, синеглазка. - Неприлично медленно его рука сжалась вокруг прохладной тяжести моей груди. Я притиснулась к нему, покачнувшись на каблуках своих серебряных босоножек. Он зажал пальцами сосок и стал нежно ласкать его большим пальцем, пока тот не превратился в упругий бутон.

Затем Джек развернул меня к себе.

- Ты красивая, - прошептал он. Его руки опустились еще ниже, прошлись по тонкому трикотажу платья. Выражение его лица было напряженно-внимательным, ресницы опустились, отбрасывая стрельчатые тени на скулы. И следующее слово он выдохнул так, что я едва расслышала. – И моя.

Словно загипнотизированная, я смотрела, как его губы приближаются к моим. И ответила на поцелуй, беспомощно вцепившись в его рубашку. Он запустил пальцы в мои волосы, сжав затылок, и сосредоточился на поцелуе, находя удобный угол, пробуя на вкус, пока все мое тело не охватил жар.

Взяв за руку, Джек потянул меня в спальню. Он включил один из трех светильников, и слабый, непонятно откуда льющийся свет, наполнил комнату. Я была слишком растеряна, чтобы обращать внимание на окружающее, успев заметить только большую кровать, застеленную желтым покрывалом.

Я откашлялась и, пытаясь сделать так, чтобы мой голос звучал непринужденно, заметила:

- И что, никакой соблазнительной музыки?

Джек покачал головой.

- Обычно я занимаюсь этим а капелла.

- То есть, сам с собой?

- Нет, я не занимался этим сам с собой лет с четырнадцати.

Мой тихий смех перешел в прерывистый вздох, потому что Джек осторожно потянул за половинки платья, которые держались на крохотных кнопках. Половинки разошлись, открывая грудь и белые шелковые трусики.

- Посмотри на себя, - прошептал он. – Носить одежду для тебя - преступление. – Он спустил платье с моих плеч, и оно соскользнуло на пол. Сильная дрожь прошла по моему телу с головы до пальцев ног, когда я оказалась перед ним в одних только босоножках на высоком каблуке и трусиках.

Неуклюже от нетерпения я потянула его черную рубашку, и Джек помог мне снять ее. Его грудь была сильной и мускулистой. Я нерешительно коснулась жестких волос на ней, проведя по ним пальцами. Ощущать его кожу под ладонями было чертовски здорово. Я позволила ему притянуть себя ближе, его руки обвились вокруг меня, и мои ладони скользнули ему на спину. Завитки защекотали грудь, от долгих, пьянящих поцелуев закружилась голова.

Почувствовав, как тесно я прижимаюсь к нему, потираясь бедрами о натянувшую брюки плоть, Джек тихо усмехнулся и отодвинув меня, сказал:

- Не сейчас.

- Я хочу тебя, - сказала я, раскрасневшаяся и дрожащая. Я никогда не говорила этого мужчине. А сейчас, сказав, вдруг вспомнила, что Джек говорил в подземном гараже:

...ты напугана потому, что ты начинаешь что-то со мной, и это что-то ведет тебя туда, где ты и Дэйн никогда не были. - Это было правдой. Абсолютно правдой. Я собиралась подпустить Джека к себе не только физически. И опасность того, что я собиралась сделать, пугала меня до чертиков.

Почувствовав мою панику, Джек привлек меня к себе так, что я оказалась между его бедер, и крепко прижал к груди. Он просто молча и с бесконечным терпением обнимал меня.

- Наверное… - наконец сумела выговорить я, - я просто не уверена, безопасно ли это.

- Пожалуй, нет. – Джек подцепил пальцами края трусиков и потянул вниз. – Но через несколько минут, дорогая, тебе будет плевать.

Чувствуя, как кружится голова, я позволила ему снять с меня трусики, и послушно села на кровать. Я попыталась расстегнуть серебряные босоножки.

- Нет, - прошептал Джек, опускаясь передо мной на корточки. Внимательно наблюдая за мной, он раздвинул мои ноги.

Я попыталась закрыться.

- Свет, - сказала я, смутившись. Но Джек удержал меня на месте и, не смотря на мое ерзанье, наклонился вперед и прижался губами к моей плоти. Уже через несколько секунд я стонала, замирая от удовольствия с каждым плавным движением его языка. Он не останавливался, пока я наконец не выдержала и, сжав его голову, не притянула к себе. Он перехватил мои запястья и прижал их к постели по бокам от меня.

Не в силах пошевелиться, совершенно открытая, я тихо вскрикивала, пока он нежно покусывал и лизал чувствительную плоть, заставляя мышцы судорожно сокращаться.

Джек отодвинулся, оставив меня совершенно без сил. Я была абсолютно слаба, доведена до отчаяния, сердце бешено колотилось. Когда он встал между моими бедрами, я потянулась к молнии его брюк, пытаясь расстегнуть. Руки казались неловкими, словно на мне были варежки.

Джек был возбужден, его член - напряженным и потемневшим. Я зачарованно дотронулась до него, затем сжала пульсирующее древко и подышала на набухшую головку. Он замер, и я услышала слабый стон. Он терпел мои осторожные прикосновения, теплые посасывания, пока я пыталась распробовать его. Но через несколько секунд он вдруг отодвинулся, пробормотав:

- Нет… не могу… слишком близко… Я слишком… подожди, Элла…

Сорвав с себя одежду, он присоединился ко мне на постели и подтянул меня к центру матраца. Казалось, ему потребовалась бесконечность, чтобы стянуть с меня обувь, расстегнув крошечные ремешки, когда их можно было просто стянуть, не расстегивая. А потом он снова оказался надо мной, его рот – на моей груди, бедро он настойчиво просунул мне между ног. Я потянулась к нему, и моя ладонь прижалась к упругим мышцам его спины. Его рот отыскал мой, делая меня податливой, слабой, стонущей и неспособной сопротивляться. Надежно удерживая меня, он лег на бок, казалось, его руки везде.

Наши сплетенные тела медленно двигались на широкой кровати. То, как мы терлись и скользили друг о друга, походило на чувственный танец, где я пыталась заманить его в свое тело, а Джек не поддавался. Он оттягивал момент, дразнил и терзал мою ноющую плоть, пока я не начала хриплым шепотом умолять его сделать это сейчас, повторяя «Я готова, сейчас, сейчас…»

Он перекатил меня на спину и широко развел ноги. Я покорно повиновалась, со стоном, полным предвкушения, приподняв бедра.

Он вошел в меня, и весь мир словно замер, когда я почувствовала первое осторожное проникновение. Я стиснула его плечи, впиваясь ногтями в его кожу. Джек скользнул глубже, шепча, что будет осторожным, что нужно только расслабиться, расслабиться… а потом проник еще глубже и замер, я почувствовала, как постепенно поддается мое тело.

Его лицо было совсем рядом с моим, глаза потемнели и заблестели. Он откинул волосы с моего лба.

- Тебе придется ко мне привыкнуть, - прошептал он. И я зачарованно кивнула.

Его губы снова накрыли мои. Он проникал во влажное тепло моего тела, нежный, каким может быть только очень крупный мужчина. Он отзывался на каждый вздох и биение сердца, пытаясь отыскать идеальный угол проникновения, и когда ему это удалось, я беспомощно вскрикнула.

Джек почти замурлыкал от удовольствия.

- Тебе нравится, Элла?

- Да. Да. – Я сжала его спину, приподнимая бедра ему навстречу. Твердый и тяжелый, он пронзал меня размеренными выпадами, а я извивалась под ним, желая, чтобы он двигался быстрее, сильнее. Сквозь хриплое дыхание я расслышала тихий смех. Он прижал меня к постели, заставляя смириться с тем темпом, который выбрал,и, казалось, прошла вечность, прежде чем я начала расслабляться. Я откинула голову, и его рука легла мне на затылок, а губы заскользили по шее.

Он продолжал входить в меня, не сбиваясь с ритма, вперед-назад, его движения оставались нежными и чувственными. Я взлетела на невообразимую высоту, а потом мир вокруг меня начал рассыпаться, и я, содрогаясь, кончила, стиснув коленями его бедра. Он дождался, когда пройдут последние спазмы и в несколько рывков достиг разрядки.

А после я тихо лежала, подрагивая, в объятиях Джека, чувствуя что-то липкое и горячее на своих бедрах. Я прижалась лицом к его груди. Мое тело казалось тяжелым от удовлетворения, и сочным, как как созревший плод.

- Поспи, - прошептал Джек, натягивая покрывало мне на плечи.

- Не могу, - пробормотала я. – Внизу. Няня…

Он поцеловал мои волосы. Его голос нежным бархатом прошелся по моей коже.

- Всего несколько минут. Я за тобой пригляжу.

Прижавшись к нему поближе, я с благодарностью задремала.

Через какое-то время я зашевелилась и заморгала, сквозь сон почувствовав, что что-то изменилось. Я... Я чувствовала неуверенность, почти растерянность, и все же мне было на удивление хорошо.

Джек лежал, опираясь на локоть, и невероятно серьезно смотрел на меня. Он обвел пальцем мои улыбающиеся губы.

- Мне никогда не было так хорошо, Элла. Никогда.

Я закрыла глаза, пока он обводил пальцем мои брови, и подумала, что разница между хорошим и фантастическим сексом, наверное, в том, что Дэйн никогда не был так внимателен ко мне. Джек же казался полностью поглощенным мной, сосредоточенным на моих реакциях. Даже сейчас он прикасался ко мне так, словно соприкосновение наших тел – это особый язык. Ласкающие пальцы скользнули вниз по моей шее.

- У тебя такая нежная кожа, - прошептал он. – А твои волосы такие мягкие. Мне нравится ощущать твое тело… нравится, как ты двигаешься… - Большой палец медленно погладил мой подбородок. – Я хочу, чтобы ты мне доверяла, Элла. Хочу всю тебя. И когда-нибудь ты сможешь забыть о контроле и дашь себе волю.

Я потерлась щекой о его руку и поцеловала ладонь. Я знала, что он имеет в виду, чего он хочет, и не знала, как объяснить ему, что это невозможно. Я никогда не смогу настолько потерять голову, занимаясь любовью, – внутри меня словно был уголок, до которого никто не мог достучаться.

- Я только что занималась сексом при включенном свете, - сказала я. - Ради Бога, разве этого не достаточно?

Он засмеялся и поцеловал меня.

Даже сейчас, когда я была полностью удовлетворена, одного прикосновения его губ было достаточно, чтобы по моему телу прошла волна жара. Положив ладони ему на плечи, я погладила его мускулы.

- Сегодня на вечеринке я видела тебя с Эшли, - сообщила я ему. – Она очень красивая.

Губы Джека насмешливо дрогнули.

- Ее красота тускнеет, стоит узнать ее поближе.

- О чем вы разговаривали?

- Она всем жалуется на проблемы с Питом.

- Ее мужем? А он был на вечере?

- Да. Они делали все возможное, чтобы не встречаться друг с другом.

- Интересно, она ему изменяла? - задумчиво спросила я.

- Вполне в ее характере, - сухо отозвался Джек.

- Как это печально. Но это лишь подтверждает мое мнение о браке: ты не можешь обещать другому вечную любовь. Потому что все меняется.

- Не все. – Джек откинулся на подушки, и я растянулась рядом с ним, положив голову ему на плечо.

- Думаешь, она тебя любила? – спросила я. – Ну, то есть, по-настоящему любила?

Он прерывисто вздохнул.

- Не знаю, любила ли она меня. – Он замолчал. – Но если и так, я это разрушил.

- Разрушил? – Я почувствовала, что ступаю на землю, где нужно быть осторожной, потому что боль или сожаления все еще не оставили его. – Как?

- Когда Эшли ушла от меня к Питу, она сказала … - Джек напряженно выдохнул.

Я полностью забралась на него, улегшись на твердую, заросшую волосами грудь.

- Доверие – вещь двусторонняя, Джек. – Я потянулась к его растрепанным волосам и осторожно запустила в них пальцы. – Ты можешь рассказать мне.

Джек отвел взгляд, его профиль был твердым, идеальным, как на только что отчеканенной монете.

- Она сказала, что я требую слишком многого. Что я слишком настойчив. Что я жалок.

- О! – Я знала, что для такого гордого мужчины, как Джек, эти слова были худшим, что только могла сказать ему женщина. – Она была права? – как бы небрежно спросила я. – Или Эшли просто пыталась свалить вину за свою измену на тебя? Мне никогда не нравилась тактика "посмотри-что-ты-наделал".

Напряжение оставило его тело.

- Эшли никогда и ни за что не брала на себя ответственность. Но правда в том, что я скорее всего действительно был чересчур требовательным. Я никогда и ничего не делаю наполовину, даже когда дело касается любви. – Он замолчал. – Я собственник.

Ему, похоже, казалось, что он говорит мне что-то новое. Я закусила щеки, пытаясь скрыть смех.

- Серьезно? - Сказала я. – Хорошо, что у меня не возникает проблем с тем, чтобы установить границы.

- Я заметил.

Мы уставились друг на друга и не смогли сдержать улыбок.

- Так, - сказала я, - после того, как Эшли тебе изменила, ты несколько лет спал со всеми женщинами, которые попадались тебе на пути, чтобы показать ей, что она упустила.

- Нет, это не имело никакого отношения к Эшли. Мне просто нравится секс. – Его рука скользнула на мои ягодицы.

- Серьезно? – Я со смехом перекатилась и вскочила с кровати. – Мне нужно в душ.

Джек тотчас же последовал за мной.

Я резко остановилась, стоило мне включить свет в ванной, яркий свет залил безукоризненно чистую комнату с современной мебелью и светло-серыми раковинами. Но сам душ заставил меня потерять дар речи, кабинка была сделана из стекла, плитки и гранита, тут был целый ряд каких-то кнопок, ручек и термостатов.

- Зачем тебе в ванной автомойка?

Джек прошел мимо, открыл стеклянную дверь и зашел внутрь. Он покрутил ручки и настроил температуру на циферблатах, и изо всех мыслимых и немыслимых мест брызнули струи, белый пар заполнил кабинку. Вода лилась прямо с потолка.

- Ты идешь? – Голос Джека донесся сквозь шум воды.

Я остановилась на пороге и заглянула внутрь. Джек представлял собой великолепное зрелище, бронзовый загар, подтянутое тело, капли воды, блестевшие на коже. Живот его был твердым, а спина – словно увитой тугими мышцами.

- Мне очень неприятно говорить тебе это, - сказала я, - но тебе нужно начать тренироваться. Мужчине твоего возраста нужно за собой следить.

Он ухмыльнулся и жестом показал подойти к нему. Я шагнула под град капель, чувствуя, как со всех сторон меня окружает жар.

- Я сейчас утону, - сказала я, отплевываясь, и он вытащил меня из-под ливня. – Интересно, сколько воды мы расходуем.

- Знаешь, Элла, ты не первая женщина, которая оказалась в этом душе…

- Я поражена. – Я прислонилась к нему, пока он намыливал мне спину.

- … но ты совершенно точно первая, кого заботит, сколько воды она израсходует.

- Ну и сколько, по-твоему?

- Десять галлонов в минуту, плюс-минус.

- О Боже. Скорее. Мы не можем торчать тут долго. Мы же выведем из строя всю экологическую систему.

- Это Хьюстон, Элла. Экологическая система ничего не заметит. – Не обращая внимания на мои протесты, Джек продолжил мыть меня и намылил шампунем голову. Было так хорошо, что я наконец замолчала и просто стояла, позволяя сильным, мыльным рукам скользить по моему телу, пока я вдыхала влажный воздух. А потом я сама мыла его, сонно скользя пальцами по волосам на его мыльной груди, обводя мускулистые линии его тела.

Было во всей этой сцене что-то нереальное: приглушенный свет, вода, струящаяся по нашим телам, чувственность, которая не оставляла места скромности. Его губы прижались к моим влажным поцелуем, а ладонь скользнула между моих бедер. Я прижалась щекой к его плечу и ахнула.

- Когда я увидел тебя в первый раз, - прошептал Джек в мои промокшие волосы, - мне показалось, что ты очень милая.

- Милая?

- Милая, но сексуальная.

- А я подумала, что ты сексуальный, но чересчур. И… - я замолчала, перед глазами поплыли круги, потому что его пальцы оказались во мне, - совсем не мой тип.

Я почувствовала, что он улыбнулся.

- В самом деле? Потому что мне кажется, что сейчас я очень даже твой тип. – Он сжал мое колено и приподнял, поставив мою ногу на кипарисовый стульчик для душа. Я ухватилась за его плечи, чувствуя, как слабеют колени. Его тело прижалось ко мне, и желание пронзило нас обоих словно разряд тока. Он бережно и внимательно раздвинул складки плоти и скользнул внутрь. Его руки легли на мои бедра и сжали. Какое-то мгновение мы стояли, не двигаясь, я чувствовала, как он наполняет мое тело, и, моргая, смотрела в его смуглое, влажное лицо. Не было никакой спешки, только ленивое исследование. Моя плоть пульсировала вокруг него, когда он, крепко держа меня, двигался в неторопливом, ровном ритме. Казалось, что весь мир пришел в движение, и только я оставалась единственной неподвижной точкой во вселенной.

Каждый раз, когда он входил в меня, я вздрагивала, впиваясь в его плечи, а он прижимал меня к себе все сильнее. От нарастающего удовольствия плавились кости. Я почувствовала, как он слизывает капли с моей шеи чуть ниже уха, и изогнулась так, тело мое заскользило в его руках.

Но движения вдруг прекратились, он вышел, оставив меня дрожащей и растерянной.

- Нет, - сказала я, приникнув к нему. – Подожди, я не… Джек…

Он повернул ручки, водопад прекратился.

- Я не кончила, - обиженно заявила я, когда он повернулся ко мне.

Джеку хватило наглости усмехнуться. Сжав мои плечи, он вывел меня из душа.

- Я тоже.

- Тогда почему ты остановился? – Про себя я решила, что жаловаться мне простительно. Любая бы жаловалась в подобных обстоятельствах.

Он потянулся за пушистым полотенцем и стал вытирать меня.

- Потому что секс стоя – это опасно. У тебя могут подогнуться колени.

- Я стояла!

- Едва-едва. – Он стал тереть полотенцем мои волосы, а потом потянулся за еще одним, чтобы вытереться самому. – Согласись, Элла – самое удобное для тебя положение - горизонтальное. – Отбросив полотенце, он потянул меня в спальню. Не прошло и нескольких секунд, как он словно пушинку бросил меня на кровать.

Я удивленно вскрикнула, упав на матрац.

- Ты что творишь?

- Перехожу к главному. Сейчас без двадцати одиннадцать.

Я нахмурилась и откинула влажную прядь с лица.

- Давай подождем, когда у нас будет больше времени.

Но меня вдруг прижали к постели двести фунтов возбужденного мужчины.

- Я не могу идти к тебе в таком состоянии, - сказал Джек.

- Какая жалость, - сердито сказала я. – Тебе остается либо ждать, либо заняться проблемой в одиночестве.

- Элла, - попросил он, - давай закончим то, что начали в душе.

- Тебе стоило там же и закончить.

- Мне не хотелось, чтобы ты упала и, не дай бог, ударилась головой. В Скорой эйфория все равно бы тут же прошла.

Я хихикнула, и Джек прижался щекой к моей груди, туда, где колотилось сердце. Его горячее дыхание коснулось соска. Он медленно втянул розовую вершинку в рот, обводя языком. Обвив руками его шею, я поцеловала густые, влажные волосы. Он отпустил сосок, сжал его пальцами, нежно потянул и начал целовать другую грудь, мои бедра шевельнулись навстречу его телу. Уже через несколько секунд мне казалось, что все тело пылает. Он набросился на меня, как голодный на щедрое угощение, покусывая, зализывая, целуя, приподнимая и переворачивая, чтобы убедиться, что ничего не пропустил. Я лежала на животе, стискивая желтое покрывало, когда он сжал и приподнял мои бедра.

- Так нормально? – услышала я его шепот.

- Да, - выдохнула я. – Боже, да.

Его тяжесть прижалась ко мне сзади, и он раздвинул мои напряженные ноги. Я застонала, когда он с легкостью скользнул в глубину моего тела. Его рука легла мне на живот, и пальцы забрались туда, где мне так хотелось их почувствовать.

Оказавшись в ловушке – между его телом и ладонью - я приглашающе толкнулась бедрами ему навстречу, чтобы он проник так глубоко, как только возможно. Его губы прошлись по спине, поцеловали меня в затылок. Он подождал, когда я снова приподниму бедра, прежде чем сделать очередной выпад. Я поняла, что Джек дает мне возможность самой установить ритм, двигаясь только в ответ на мои движения. Я выгнулась и ахнула, почувствовав, что он оказался еще глубже, в то время как эти нежные пальцы дразнили и терзали. Ощущения нарастали, так что я уже перестала понимать, что их вызывает. Я стиснула его сильные запястья - одно, опирающееся на постель рядом с моей головой, второе – меж моих бедер, и удерживала их на месте, пока не оказалась за чертой. Извержение было бурным и, каждый раз, когда я думала, что все кончилось, меня накрывала новая волна. Я почувствовала, как Джек содрогнулся, и мое тело затопил его пульсирующий жар.

Когда он наконец смог отдышался, то выругался. Мне пришлось спрятать лицо в покрывале, чтобы удержать смех, потому что я поняла: у нас обоих было такое ощущение, словно каким-то образом все привычное полностью изменилось, и мы вместе с ним.

Мы неловко оделись и спустились в мою квартиру. Джек заплатил няне больше, чем обычно, а она притворилась, что не заметила, какие мы растрепанные. Проверив Люка, который спокойно спал, я сказала Джеку, что он может остаться у меня на ночь, вот только его, наверняка, разбудит ребенок.

- Нет проблем, - ответил Джек, скидывая туфли. – Я все равно не собирался спать. – Он снял джинсы и футболку, забрался в постель и стал смотреть, как я надеваю пижаму. – Тебе она не нужна, - заметил он.

Я с улыбкой посмотрела, как он прислонился к латунной спинке кровати, закинув руки за голову. Он был мускулистым и загорелым, неприлично мужественным на фоне всех этих нежных оборок и кружев.

- Мне не нравится спать голышом, - сообщила я ему.

- Почему? Тебе бы пошло.

- Я люблю быть начеку.

- Зачем?

- Если вдруг что-то случится… пожар или что-нибудь еще…

- Боже, Элла. – Он расхохотался. – Лучше подумай о том, что… сон голышом положительно влияет на окружающую среду.

- О, заткнись.

- Ну, давай же, Элла. Ложись так.

Не слушая его, я забралась в постель в футболке и шортах с пингвинами, перегнулась через него и выключила свет.

На мгновение воцарилась тишина, а затем я услышала соблазнительный шепот:

- Мне нравятся твои пингвины.

Я прижалась к нему, и его колени оказались под моими.

- Думаю, обычно твои женщины не надевают в постель шорты с пингвинами, - заметила я.

- Нет. – Ладонь Джека легла на мое бедро. – Если они что-то и надевают, это - какой-нибудь прозрачный пеньюар.

- Это, конечно, глупо. - Я зевнула, разомлев от тепла его тела. – Но я могу тоже надеть его как-нибудь, если захочешь.

- Не знаю. – Голос Джека звучал задумчиво. Рука погладила мою ягодицу. – Мне очень нравятся эти пингвины.

Боже, подумала я, как же я люблю с тобой разговаривать. Но промолчала, потому что никогда не произносила слова «любовь» наедине с мужчиной.


Глава 15 | Сладкоречивый незнакомец | Глава 17



Loading...