home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 7.

Я покормила Люка и сменила ему подгузник, а вот звонок Дэйну пришлось отложить, пока Люк снова не был готов уснуть. Я осознала, что уже начала подстраивать свою жизнь под уклад жизни Люка. Его кормление и сон, и время бодрствования сформировали ту базу, вокруг которой должно строится все остальное.

Положив его на спину, я склонилась над ним, напевая отрывки и куплеты из колыбельных, выкапывая их из глубин детских воспоминаний. Люк подскакивал и выгибал спинку, следя за мной глазами. Я взяла одну его движущуюся ручку и приложила к своей щеке. Его ладони были размером с четвертак. Его рука осталась на мне, а он глядел на меня, впитывая мое лицо, и ища связь так же, как и я.

Никогда в жизни я никому не была настолько нужна и желанна. Младенцы очень опасны… они заставляют тебя влюбиться в них до того, как ты осознаешь, что это происходит. Это маленькое священное создание даже не могло произнести мое имя, и полностью зависело от меня. Полностью. Я его знала чуть больше суток. Но ради него я бы бросилась под автобус. Я была потрясена им. Это было ужасно.

– Я люблю тебя, Люк, – прошептала я.

Он, похоже, был совершенно не удивлен таким открытием. Разумеется, ты меня любишь, казалось, говорило его выражение лица. Я ребенок. Это моя заслуга. Его ручка немного дернулась на моей щеке, пробуя ее на мягкость.

Его ноготки царапались. Как же стричь ногти у малыша? Можно ли использовать обычные маникюрные ножницы для взрослых или необходима специальная штука? Я подняла его ножки и поцеловала его крохотные розовые ступни, невинно мягкие, словно подушечки лапок котенка.

– Где же твоя инструкция по эксплуатации? – спросила я у него. – Как позвонить в службу поддержки клиентов, которые приобрели детей?

Я осознала, что недостаточно уважала и понимала свою замужнюю подругу Стейси, когда она обзавелась ребенком. Я пыталась проявить хоть какой-то жалкий интерес, но я и понятия не имела, с чем ей пришлось столкнуться. Ты не можешь этого представить, пока сама не окажешься в подобной ситуации. Чувствовала ли она себя такой же ошеломленной, такой же некомпетентной в отношении ответственности за воспитание человека? Я всегда считала, что женщины обладают инстинктом к этому, что есть некий тайничок материнской мудрости, который открывается, когда тебе это необходимо.

Но я ничего подобного не испытывала.

Единственное, что я могла точно определить, была сильнейшая потребность позвонить моей лучшей подруге Стейси и поплакаться. И так как я всегда верила в терапевтическую ценность того, чтобы иногда хорошенько и с чувством выплакаться, я ей позвонила. Я оказалась на новой территории, опасности и ловушки которой были хорошо знакомы Стейси. Она встречалась с лучшим другом Дейна Томом много лет. Так я с ней и познакомилась. И когда она неожиданно забеременела от Тома, он поступил, как полагается, и женился на ней. Ребенку, девочке по имени Томми, сейчас уже исполнилось три года. Стейси и Том божились, что она – лучшее из того, что с ними случалось. И Том, казалось, действительно так думал.

Дейн и Том оставались лучшими друзьями, но я знала, что в глубине души Дейн считал Тома предателем. Том был либеральным активистом и прямым индивидуалистом, а теперь он женился и обзавелся мини-фургоном с заляпанными ремнями безопасности, а на его полу громоздились пустые пакеты из-под сока и игрушки Хэппи Мил[15].

– Стейси, – тут же выпалила я, испытывая облегчение от того, что она сняла трубку, – это я. У тебя есть минутка?

– Ну, разумеется. Как дела, девочка? – Я представила себе, как она стоит в кухне своего домика, переделанного в стиле «искусства и ремесла», глаза яркие, как чупа-чупс на гладкой коже лица цвета мокко, ее волосы сложно переплетены, подняты в высокий узел, открывая линию шеи.

– Я разбита, – ответила ей я. – Я совершенно разбита.

– Проблемы с колонкой? – сочувствующе поинтересовалась она.

Я запнулась.

– Да. Я должна дать совет незамужней женщине, чья младшая сестра нагуляла ребенка и хочет, чтобы та позаботилась о нем, по крайней мере, месяца три. А тем временем, сестричка побудет в психиатрической лечебнице и постарается стать разумной настолько, чтобы быть матерью.

– Да, это напрягает, – ответила Стейси.

– Дальше – хуже. Старшая сестра живет в Остине с парнем, который уже сказал ей, что она не может взять ребенка к ним.

– Мудак, – ответила она. – И по какой причине?

– Я полагаю, он не желает ответственности. Я полагаю, он боится, что ребенок помешает его планам по спасению мира. И, вероятно, он боится, что это может повлиять на их взаимоотношения, и его девушка захочет от него большего, чем прежде.

Наконец, до Стейси дошло.

– О. Боже. Мой. Элла, ты говоришь о себе и Дейне?

Просто чудесно иметь такую верную подругу, как Стейси: она автоматически приняла мою сторону. И хотя именно я попыталась изменить правила в отношениях с Дейном, желая взять ребенка в нашу жизнь, но все симпатии Стейси были со мной.

– Я в Хьюстоне с ребенком, – сообщила ей я. – Мы в номере отеля. Он тут рядом со мной. Я не хочу делать этого. Но он первый парень, которому я сказала «я тебя люблю» со старшей школы. О Стейси, ты не поверишь, какой он обалденный.

– Все малыши обалденные, – мрачно заметила Стейси.

– Да, знаю, но этот – выше среднего,

– Все дети выше среднего.

Я промолчала, чтобы состроить рожицу ребенку, который пускал пузыри.

– Люк занимает пальму первенства среди детей выше среднего.

– Подожди. Том дома, обедает. Я хочу, чтобы он это услышал. Тооооооом!

Я подождала, пока Стейси объясняла ситуацию своему мужу. Из всех друзей Дейна, Том являлся моим любимчиком. Когда Том был рядом, для скуки и меланхолии места не оставалось…вино лилось рекой, люди смеялись, беседа шла легко. Когда Том рядом, ты чувствуешь себя остроумным и неглупым. Стейси была надежным укрытием, из-за которого жизнерадостный Том мог веселиться сам и развлекать окружающих

– Ты можешь переключить Тома на другую линию? – спросила я у Стейси.

– Пока что у нас только один телефон. Томми уронила другой в ночной горшок. Так что… ты уже разговаривала с Дейном?

Мой желудок перевернулся.

– Нет, я хотела сначала позвонить тебе. Пока тяну время. Я ведь знаю, что Дейн на это ответит. – На мои глаза опустилась резкая пелена. Мой голос стал тоненьким и полным эмоций. – Он не согласится, Стейси. Он мне велит не возвращаться в Остин.

– Отстой. Ты имеешь право вернуться туда с ребенком.

– Я не могу. Ты же знаешь Дейна.

– Да, знаю, поэтому я считаю, что ему пора взять на себя ответственность. Это обязанность взрослых и он сможет с этим справиться.

По какой-то причине, я была вынуждена принять сторону Дейна.

– Дейн взрослый, – сказала я, утирая глаза рукавом. – У него собственная компания. От него зависит много людей. Но это другое. Дейн всегда ясно давал понять, что не собирается иметь дела с детьми. И просто потому, что я не по своей воле оказалась в этой ситуации, которую я не могла предвидеть, не означает, что Дейн тоже должен пострадать.

– Разумеется, означает. Он – твой партнер. И заботиться о ребенке не значит страдать. Это… – Она запнулась от замечания своего супруга. – Заткнись, Том. Элла, когда в твоей жизни появляется ребенок, тебе нужно многим пожертвовать. Но ты получаешь больше, чем отдаешь. Ты увидишь.

Люк стал медленно моргать, по мере того, как на него находила сонливость. Моя рука лежала на его животике, ощущая ладонью легкое пищеварительное бульканье.

– …было ужасное детство, – продолжала Стейси, – и он как раз достаточно взрослый, чтобы остепениться. Все его знакомые считают, что из него получится замечательный отец. Тебе следует настоять на своем решении, Элла. Как только Дейн поймет, насколько чудесно иметь детей, сколько всего они привносят в твою жизнь, он будет готов к обязательствам.

– Он едва может уследить за своими носками, – ответила я. – Ему просто необходима полная свобода, Стейси.

– Ни у кого нет полной свободы, – заметила она. – Сам смысл отношений в том, чтобы иметь кого-то рядом, когда ты в нем нуждаешься. В противном случае, это просто… погоди минутку. – Она замолчала, и я услышала приглушенный голос на заднем плане. – Хочешь, чтобы Том с ним поговорил? Он говорит, что с удовольствием это сделает.

– Нет, – тут же ответила я. – Не хочу, чтобы на Дейна давили.

– Почему это не должно его касаться? – возмущенно спросила Стейси. – Тебя же заставили, правда? Тебе приходится справляться с трудной ситуацией, – почему он не должен помогать тебе в этом? Клянусь тебе, Элла, если Дейн не поступит с тобой по совести, я собираюсь так наподдать ему…

Она замолчала, услышав комментарий своего супруга.

– Я действительно так считаю, Том! Ради Бога, а если бы Элла забеременела так же, как я? Ты взялся исполнить свои обязательства… разве ты не думаешь, что Дейн тоже обязан так поступить? Мне наплевать его ли это ребенок или нет. Факт в том, что Элле необходима поддержка, – Она перенесла все свое внимание снова на меня. – Что бы ни сказал Дейн, Элла, возвращайся в Остин с ребенком. Тут твои друзья. Мы поможем тебе с ним.

– Не знаю. Я буду сталкиваться с Дейном… Странно будет жить так близко, но не с ним. Вероятно, я просто должна попытаться найти меблированную квартиру тут в Хьюстоне. Это же только на три месяца.

– И ты отправишься обратно к Дейну, когда проблемы не станет? – в ярости переспросила Стейси.

– Ну…да.

– Я полагаю, что если у тебя обнаружат рак, тебе придется самой о себе заботиться, чтобы не причинять ему неудобства? Пусть Дейн будет частью этого. Ты должна уметь рассчитывать на него, Элла! Ты… вот, Том хочет что-то сказать.

Я ждала, пока не услышала его покорный голос.

– Привет, Элла.

– Привет, Том. Прежде, чем ты начнешь…не говори мне того, что Стейси хочет мне поведать. Скажи мне правду. Ты – его лучший друг и ты знаешь его лучше, чем кто-либо. Дейн не уступит, ведь так?

Том вздохнул.

– Для него ловушка, все, что попахивает домом, собакой, женой и двумя с половиной ребятенками. И в отличие от Стейси, и очевидно ото всех наших знакомых, я не думаю, что из Дейна выйдет замечательный отец. Он не такой уж мазохист.

Я грустно улыбнулась, зная, что Том получит нагоняй от Стейси за свою честность.

– Я знаю, что Дейн скорее попытается спасти мир, чем попытается спасти одного ребенка. Но я не могу понять причину.

– Дети очень требовательны, Элла, – ответил Том. – За спасение мира ты получаешь больше признания. И это не так сложно.


Глава 6. | Сладкоречивый незнакомец | Глава 8.



Loading...