home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18.

Приоткрыв дверь библиотеки, Эрик сразу заметил Мастера Халида, сидящего в кресле рядом со стойкой и изучающего потрепанный манускрипт. Завидев посетителя, старик поспешно вскочил, но потом рассмотрел нашего героя.

-А-а, это ты, мой юный любитель книг. Прости, память частенько подводит меня, не напомнишь ли, как тебя зовут?

-Эрик.

-Да, да, конечно, как я мог забыть! Пришел взять еще что-нибудь?

-Нам на сегодняшнем занятии по целительству задали изучать учебник Престона.

-Знаем такой. Стало быть, вам читала лекции мадам Берсье? Очень хорошо, она преподаватель требовательный, но справедливый, к тому же один из лучших специалистов в области Белой Магии. И 'аксакал', порывшись на одной из полок, достал книгу в нужном переводе.

-Вот. Сейчас запишем.

-Простите, Халид-ага, а можно задать вопрос?

-Конечно, спрашивай, не стесняйся.

-Вчера ночью мы с моим другом наблюдали на острове странную картину, скорей всего в районе Полигона. Вначале думали, что пожар, но нет – похоже на гигантскую огненную спираль, поднимающуюся в небо, внутри которой полыхал радужный цветок. К сожалению, были слишком далеко и не смогли рассмотреть получше. Случайно не знаете, что это могло быть такое? Мастер Халид нахмурившись, задумчиво погладил бороду.

-Судя по твоему рассказу, кто-то пытался вызвать Феникса. Скорей всего, Асфарг – сейчас на острове нет других волшебников, экспериментирующих с подобными сущностями…

-Феникса?? Но они существуют только в сказках! Его собеседник ласково улыбнулся.

-В сказках, говоришь? А где мы, по-твоему, с тобой находимся? Давно уж не существует замка Штарндаль – в официальной истории в конце Тридцатилетней войны он был разрушен артиллерией прусских войск и больше не восстанавливался, превратившись в руины, и впоследствии место то поглотила топь. Нет и острова Санта-Ралаэнна, который четыре столетия назад в результате землетрясения опустился на морское дно. Да и мою скромную вотчину, – он указал рукой на книжные стеллажи, – наполняют существа, нигде более не встречающиеся, или считающиеся безвозвратно утерянными. Поживешь тут с мое, столько чудес навидаешься, что и удивляться чему-либо перестанешь. Для меня в том, что сказал ты, больше интересен не сам факт вызова жар-птицы, а – зачем его вызывали. Давно уж никто не искал с ним встречи – известно ведь, что Феникс – птица вещая, пустопорожних бесед не ведет, и согласится ответить на вопрос лишь в том случае, если для тебя он действительно важен.

-Халид-ага, а из каких же краев происходит столь чудесная птичка?

-Да кто его знает… Может, с одной из соседних звезд. А может, из галактики на другом конце Вселенной. Проводить подобные грандиозные исследования в Гильдии Магов пока не планируется. Да и так ли это на самом деле важно? Ну, допустим, установишь ты с точностью до нескольких парсеков положение звезды, согревающей один из известных миров Внеземелья, да что с того толку? Ближе от этого она не станет, да и обитатели соответствующего мира вряд ли изменятся. Куда интереснее изучать их такими, как они есть. Если захочешь, я поищу тебе какую-нибудь занятную книжицу про существ, населяющих иные миры.

Эрик поблагодарил и вежливо отказался, сославшись, что ему еще нужно прочитать то, что уже на руках. Попутно поинтересовался, кто такой Асфарг.

-О! Очень колоритная личность. Великий Мастер Стихийной Магии. Он тоже будет вести у вас занятия.

В голове нашего героя вертелось еще одно имя, услышанное им ночью, и наконец ему удалось вспомнить его точно.

-Могу я спросить еще об одном волшебнике – Саграно? Библиотекарь слегка напрягся и некоторое время обдумывал ответ.

-И с ним ты вскоре познакомишься. Его полное имя – Фердинанд-Энрике Дарматез де Саграно, и он тоже будет вашим преподавателем – по магии Духа. Имей в виду, мой юный друг, – голос Мастера Халида понизился, – Великий Мастер Саграно человек очень серьезный, шуток не любит и не особо понимает, будь с ним поосторожнее. Что поделаешь, жизнь его в прошлом веселой не назовешь. Впрочем, если не вздумаешь с ним спорить или в чем-то перечить, все будет хорошо.

Эрик хотел задать еще один вопрос – о таинственном подземелье, но в этот момент дверь сзади скрипнула.

-Ой, а я думала, что буду первой! – послышался веселый голосок. – Ты уже взял учебник? Лиэнна – сама непосредственность, подумал наш герой.

-Здравствуйте, – обратилась она к библиотекарю. – Запишите и меня тоже!

Мастеру Халиду ничего не оставалось, как начать стандартную процедуру оформления учетной карточки. Восторгу англичанки не было предела.

-А я в детстве тоже пробовала писать пером, которое выдернула у соседского петуха, – продолжала она болтать беззаботно. – Тот раскукарекался на всю улицу, но я успела улизнуть. Правда, толку оказалось мало – не столько писала, сколько мазюкала.

-Что поделаешь, в эпоху моего ученичества других орудий письма еще не изобрели, – отозвался библиотекарь. – А когда привыкаешь к чему-нибудь, так трудно перестраиваться, да и незачем уже.

Записав анкетные данные нашей героини, он, кряхтя, пошел за книгой. Лиэнна тут же переключилась на своего однокурсника.

-Как тебе наша преподавательница? По-моему, просто класс! Мне кажется, именно такой и должна быть настоящая волшебница. А поскольку те крохи знаний, которые достались мне в наследство от бабушки, в основном и относятся к Белой магии, я даже подумываю, не пойти ли со временем к ней в обучение. А вдруг целительство – мое призвание?

-Вполне возможно, – вместо Эрика дипломатично согласился вернувшийся Мастер Халид. – Ибо кто, кроме Всевышнего, его знает? Я ведь тоже когда-то и не помышлял, что стану чародеем. Отец мой, и дед, и прадед были купцами, скупавшими и перепродававшими разные безделушки, и пределом моих мечтаний в то время была собственная антикварная лавка на самаркандском базаре. И если бы не случай, так и продолжать бы мне дело моего отца с тем, чтобы передать потом сыну.

Было это весной, когда теплые ветра с юга уже согрели землю, и природа расцветала на глазах, спеша показать всю свою красоту до того, как летний зной вступит в свои права. Я раскладывал товар перед началом торговли, как вдруг в лавку пожаловал колдун – я сразу узнал его по темно-синему бурнусу, традиционной одежде волшебников в наших краях. Он пристально посмотрел в мою сторону, так что я даже пожалел, что именно мне а не кому-либо из моих младших братьев поручили сегодня готовить добро к продаже, а потом стал молча разглядывать старинные вещи.

Замечу попутно, что на Востоке к колдунам традиционно относятся настороженно, а многие их откровенно побаиваются. Волшебники всегда окружены ореолом загадочности, при уважительном обращении могут помочь – болезнь там вылечить или удачу в делах послать, но если чем-то их обидишь, или дорогу ненароком перейдешь, проклянут так, что всю жизнь промучаешься. Так что если нет у тебя к ним никаких дел, лучше держаться подальше.

Так вот, оглядев барахло, выставленное на прилавок и развешенное по стенам, чародей приценился к изящному, хотя и потемневшему от времени, медному браслету, выполненному в виде скрепленных друг с другом пластинок, покрытых сложным орнаментом. Я назвал цену, покупатель, не торгуясь (что само по себе у нас редкое явление!) протянул мне два золотых. Я отсчитал сдачу и, обернувшись, наткнулся на его насмешливый взгляд.

-А имей ты хоть небольшое представление о магии, – неожиданно глухим голосом заговорил колдун, – мог бы запросить за него целый мешок золота. Ибо вещь, которой ты только что лишился, заколдована – с ее помощью возможно повелевать могучими силами. Я давно искал ее, но никак не ожидал, что найду здесь, в Самарканде, в лавке старьевщика.

Наверное, мое лицо в тот момент отразило такую палитру чувств, что чародей неожиданно предложил:

-Хочешь стать моим учеником? Я вижу, что ты небезнадежен для нашего дела, раз есть в тебе стремление узнать истину.

Действительно, сидя в лавке, я частенько пытался разобрать, что написано в старинных арабских манускриптах, поскольку немного был обучен грамоте – по крайней мере достаточно, чтобы составлять долговые записи и вести нехитрую бухгалтерию, а большего, как считал мой отец, и не требовалось. Но как о том мог узнать волшебник? Я тут же уверовал в его могущество.

Юношеству свойственна тяга к приключениям – желание повидать дальние страны и самому стать всемогущим колдуном пересилило разумные доводы не доверять незнакомцам и оставаться подспорьем собственной семье. В конце концов, решил, что мои братья уже достаточно самостоятельны, чтобы вести семейное дело.

Вместе с моим учителем, которого звали Рагфен, мы исколесили всю Азию – побывали при дворе персидского шаха, в Египте изучали древние гробницы и письмена, походили по Индии и Пакистану, забирались в Тибет за сокровищами мудрости народов, бывших прежде. Много, ох много повидал всего, прежде чем научился крепко держать в руках свой собственный посох. Однако, я думаю, вы простите старика за то, что он немного устал, рассказывая вам о себе, недостойном. Как-нибудь в другой раз я поведаю еще, если только вам интересны мои басни.

-Что вы, что вы, конечно… – пробормотал Эрик, – я лично обожаю слушать истории про былые времена и страны, куда не так легко попасть. Честно признаюсь, за свои семнадцать лет единственное, что видел, – свой родной городок на границе Полярного Круга, да еще провел месяц в столице. И если бы не объявление в рекламном вестнике, поступал бы сейчас в один из обычных вузов.

-Судьба – странная вещь, – торжественно произнес Мастер Халид. – К кому она благосклонна, многое даст, а к кому нет – хоть из кожи вон вылези, а как сидел в своей дыре, так там и останешься.

-Ой, – Лиэнна неожиданно перебила мысль старика, – а можно и мне вопрос задать?

-Конечно, моя юная госпожа, спрашивай, и если ваш недостойный слуга знает ответ, обязательно поведает его!

-На сегодняшней лекции наша преподавательница по целительству очень резко отозвалась о чернокнижниках, сказала, что у белой и черной магии нет и не может быть ничего общего. Однако я много читала художественной литературы и смотрела фильмы, где утверждается, что Свет и Тьма – две половинки единого целого, одна из которых не может существовать без другой, делался даже вывод, что война между ними бессмысленна, необходимо соблюдать равновесие. А вы что думаете по этому поводу? Мастер Халид с оттенком печали взглянул на нее.

-Ты задала очень мудрый вопрос, девочка. И ответить на него не так просто, поскольку у истины часто бывают два воплощения, как у медали – две стороны. Действительно, существует древний восточный знак, символизирующий единство света и тьмы. Вот только относится он исключительно к окружающей нас природе и трактуется следующим образом: 'День сменит ночь, за которой явится новый день; и вслед за летом должна прийти зима, с тем, чтобы мы могли радоваться наступлению нового лета. И сущность одного невозможна без сути другого, они едины в своей противоположности'. А многие современные толкователи, забыв о древней мудрости, или сознательно не вспоминая ее, перенесли смысл изречения на сферу человеческих отношений.

-И это означает, – подхватил Эрик, осененный внезапным озарением, – что внутри самой человеческой цивилизации Добро может рано или поздно победить Зло?

-Я бы не утверждал столь категорически, но в принципе всё возможно. Вряд ли только доживём до такого счастья. Другое дело, что помимо областей, где правит совершенное Добро и царит абсолютное Зло, существует широкая, если можно так выразиться, нейтральная полоса, по которой и бродит большинство из нас. Даже там, где не ведется открытых военных действий, эмиссары с обеих сторон, не покладая рук, трудятся, воздействуя на неопределившиеся души. Однако конечный выбор в конце концов остается за самим человеком, только ему решать, к какому берегу двигаться.

-Ой, как красиво вы сказали! Но – не будем больше утомлять вас всякими глупостями. Правда, Эрик?

И тому не оставалось ничего, как, распрощавшись со словоохотливым библиотекарем, последовать за Лиэнной.


Глава 17. | Первые уроки | Глава 19.