home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Разрешение

Почти через четыре месяца после закрытия дома свиданий мне вдруг позвонила Дама с Сумкой. Голосом судьи Тигартен она поведала мне об одной щекотливой ситуации. Некая молодая женщина, отец которой является «столпом общества», беременна, а ее жених и отец ребенка — два разных человека. Молодая женщина попросила судью организовать усыновление. Судья сказала: молодая женщина утверждает, что не знает имени отца ребенка, но мне оно, наверное, знакомо.

Судья Тигартен не удержалась от морализаторства, объявив, что в ее время молодая женщина оставила бы ребенка себе, но теперь эта (судья чуть не проговорилась и не назвала ее имя) хочет устроить усыновление так, чтобы иногда видеть ребенка, но самой его не растить.

Беседа получилась довольно сумбурная: судья изъяснялась на крючкотворском, а я — на английском.

Кончилось дело тем, что, с подачи судьи, приемными родителями стали Марджи и Билл. Не исключаю, что первыми в списке потенциальных усыновителей они оказались потому, что мне были известны кое-какие тайные грешки судьи Тигартен.

Как замечательно было учить Марджи ухаживать за младенцем. Как я и предполагала, из нее вышла прекрасная мать: практичная, любящая, несуетливая. Она даже бросила курить и стала есть не только по средам. Впрочем, фигура ее не пострадала — она приписывает это тому, что каждый день выпивает два с половиной литра синего «Кристаллайта».

Сэм, окрыленный своим успехом на бабушкиной свадьбе, взялся готовить еду для Марджиного малыша — всякие полезные для здоровья смеси, в основе которых неизменно лежало тертое яблоко.

Дарси редко обращала на младенца внимание — после того, как выкрасила ему ногти на ногах в ослепительно-алый цвет.

У сына Марджи были длинные младенческие ресницы, загибавшиеся вверх над блестящими карими глазами. Когда по радио передавали музыку, он принимался вовсю дрыгать пухлыми ручками и ножками.

Фотографии Лили с ее новым мужем часто появлялись в разделе светской хроники «Светоча», но саму ее мы больше не видели.

Как-то раз к нам заехал «дядя Сид», привез мягкое голубое одеяльце с аппликацией в виде слоников. Он, похоже, был рад увидеть ребенка — и вдвойне рад удалиться.


Осень | Уборка в доме Набокова | Онкведо