home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


69

На кухне гремят тарелки — видно, мать после ужина убирает за Тайлером. Пахнет едой. Лазаньей. На оконном стекле играет солнце. Скоро лето. Карли вошла в дом с тяжелым сердцем. Обычно в этом месяце она чувствует себя бодрее — часы переводятся, день становится дольше. Радует утренний свет и хор на заре. В страшные годы после смерти Кеса хуже всего она переносит зимы. Летом как-то легче справиться с горем.

Но где теперь обычная жизнь, черт возьми?

Обычно Тайлер бежал ей навстречу из школьных ворот. Обычно мчался к двери, чтобы обнять ее после разлуки. Теперь она стоит одна в прихожей, тупо уставившись на викторианскую вешалку, где еще висит панама Кеса и широкополая шляпа, купленная однажды по чистой прихоти; в подставке стоит его зонт с гнутой серебряной ручкой. Он любил антикварные вещи, и большая эдвардианская картинка в рамке с изображением людей на старом брайтонском катке на Вест-стрит висит на стене рядом с гравюрой давно исчезнувшего цепного брайтонского пирса.

Карли с горечью вспомнила, что лето без водительских прав будет безнадежно испорчено. Ну и ладно. Надо мыслить позитивно. Ради Тайлера — и самой себя — не сдаваться. После смерти отца четыре года назад мать сказала на свой философский манер, что жизнь — это книга, в которой открылась другая глава.

То же самое происходит сейчас. Началась глава под названием «Карли без машины». Надо просто приспособиться к расписанию автобусов и поездов, как делают тысячи других людей. Есть в перемене также и плюс: жизнь станет зеленой. Экологически чистой. У Тайлера будет обычное лето. Целые дни на пляже. По особым дням зоопарк, парки развлечений, лондонские музеи, особенно его любимый Естественно-исторический. Возможно, ей так понравится ездить общественным транспортом, что она больше не пожелает возиться с автомобилем.

Возможно, небо наполнится крылатыми свинками.

Карли направилась на кухню, откуда вышла мать в фартуке с надписью «Верьте мне — я адвокат» поверх джинсов и черной водолазки. Обняла ее, поцеловала.

— Бедняжка, какая досада!..

Мать присутствует рядом всю жизнь. В свои шестьдесят пять она все еще красивая женщина с короткими каштановыми волосами, хоть и слегка печальная. Была акушеркой, потом медсестрой в окружной больнице, теперь активно занимается благотворительностью, в частности, работает по неполному графику в брайтонском хосписе «Мартлетс».

— По крайней мере, худшее позади, — ответила Карли, заметив местную газету «Аргус» на кухонном столе. Аккуратно сложенную после прочтения. Сама не купила, потому что духу не хватит открыть. — Про меня пишут?

— Маленькая заметка. На пятой странице.

Главный репортаж на первой странице посвящен убийце-маньяку по имени Ли Коэрни, жившему некогда в Брайтоне. Полиция перекапывает сады в двух его бывших домах. О том же рассказывается в новостях по телевизору на стене над кухонным столом. Симпатичный полицейский докладывает о продвижении. Титры внизу экрана сообщают: старший инспектор Ник Слоун из суссекского управления уголовных расследований.

Карли зашуршала страницами, отыскивая краткое упоминание о собственной персоне, отчасти благодарная чудовищу Коэрни, затмившему ее собственную историю.

— Как Тайлер?

— Отлично. Играет наверху со своим милым дружком Харрисоном, который только что явился.

— Пойду поздороваюсь. Тебе идти надо?

— Сначала подам ужин. Чего съешь? Есть салат и лазанья.

— Я бы вина выпила ко всем чертям!

— И я с тобой.

В дверь позвонили.

Карли вопросительно взглянула на мать, потом на часы. 18:15.

— Тайлер предупредил, что, может быть, еще один парень зайдет. Они сегодня разыгрывают на компьютере какую-то битву.

Карли направилась по коридору к двери. Взглянула на болтающуюся цепочку. Пока еще ранний вечер, не стоит накидывать. Открыв дверь, увидела высокого чернокожего мужчину лет тридцати пяти, с чисто выбритой головой, в изысканном костюме с броским галстуком, в сопровождении женщины тех же лет, довольно старомодного вида: темные волосы длиной до плеч подкрашены хной, блузка под пиджаком серого добропорядочного брючного костюма застегнута на все пуговицы по самое горло. Похожа на старую деву.

Мужчина предъявил небольшую кожаную корочку с документом, на котором красуется герб суссекской полиции и его фотография.

— Миссис Карли Чейз?

— Да, — подтвердила она с заминкой, абсолютно не желая отвечать сегодня на очередную кучу вопросов о дорожно-транспортном происшествии.

Мужчина держится дружелюбно, может быть чуть напряженно.

— Сержант Брэнсон и сержант Мой из суссекского управления уголовных расследований. Разрешите войти? Нам надо срочно с вами поговорить. — Он быстро оглянулся через плечо. Его коллега также окинула взглядом улицу.

Карли посторонилась, впустила полицейских, почему-то вдруг встревожившись. Мать озабоченно выглянула с кухни.

— Будьте добры, можно остаться с вами наедине? — спросил сержант Брэнсон.

Карли провела полицейских в гостиную, жестом заверив мать, что все в порядке. Указала им на диваны, захлопнула дверь, смущенно поглядывая на расплывшееся коричневое пятно на обоях, покрывшее уже почти всю стену. Потом села напротив, вызывающе глядя на детективов, гадая, что они еще ей предъявят.

— Чем могу помочь? — Не стала предлагать ни чаю, ни кофе.

— Миссис Чейз, у нас есть веские основания предполагать, что вашей жизни грозит непосредственная опасность, — объявил сержант.

Карли заморгала.

— Простите?.. — Впервые заметила в руках детектива большой коричневый конверт. Он держал его на удивление бережно для столь крупного мужчины, как хрупкую вазу.

— Дело касается дорожного происшествия две недели назад, в результате которого погиб студент Брайтонского университета Тони Ревир.

— Что значит непосредственная опасность?

— К столкновению причастны еще две машины — фургон «форд-транзит» и рефрижератор «вольво».

— Это они и сбили несчастного велосипедиста. — Карли перехватила взгляд женщины-сержанта, которая сочувственно улыбнулась, что ее разозлило.

— Вам известна личность погибшего? — осведомился сержант Брэнсон.

— Да. В газетах читала. Прискорбный случай. Крайне неприятно, что я косвенно в него замешана.

— Вам известно, что мать юноши — дочь босса нью-йоркской мафии?

— Тоже читала. И о вознаграждении. Даже не знала, что мафия до сих пор существует… думала, дело прошлое, как в «Крестном отце».

Сержант переглянулся с коллегой, которая сказала:

— Миссис Чейз, я из отдела семейных проблем… полагаю, вам, как солиситору, известно, что это такое?

— Я не специалист по уголовному праву, но понимаю.

— Я должна вам помочь принять кое-какие решения. Помните белый «форд-транзит», участвовавший в столкновении?

— Тот, что ехал прямо за мной?

— По всей видимости, да. Должна сообщить, что водитель фургона мертв. В пятницу его тело обнаружено в машине, затопленной в Шорэмской гавани.

— Я читала в «Аргусе» о найденном фургоне с телом…

— Да, — кивнула Белла Мой. — Но дело в том, что это тот самый фургон и тот самый водитель. Он был убит.

— Убит? — нахмурилась Карли.

— Именно. Детали изложить не могу, но поверьте нам — его убили. Мы пришли сейчас к вам потому, что несколько часов назад водитель рефрижератора «вольво», участвовавшего в столкновении, тоже обнаружен мертвым. Точнее — убитым.

Карли охватил страх. Комната поплыла, закачалась, внезапно наступила жуткая напряженная тишина. Потом вдруг показалось, будто сама она отделилась от тела и летит в ледяную черную бездну. Хочет что-то сказать и не может. Полицейские расплываются перед глазами. Лоб разгорается. Пол под ногами колышется, как палуба корабля. Она вцепилась в диван.

— Я… я… я… думала, что награда… что мать предложила награду… за информацию о водителе фургона…

— Верно, — подтвердила Белла Мой.

— А тогда… почему их убили?.. — В душе вихрем крутится смертный ужас.

— Мы не знаем, миссис Чейз, — сказал сержант Брэнсон. — Может быть, просто редкостное совпадение. Но полиция обязана принять меры. Мы считаем, что ваша жизнь в опасности.

Не может быть. Это какая-то извращенная каверза. Последний удар. Хитроумная ловушка. Мозги юриста протестуют. Ее хотят запугать и заставить признаться в виновности…

— Миссис Чейз, — продолжал чернокожий детектив, — мы предлагаем несколько вариантов. Например, перевезти вас в надежное безопасное место. Что скажете?

Карли с испугом уставилась на него.

— Что это значит?

— То же самое, — пояснила женщина, — что охрана свидетеля, миссис Чейз… можно называть вас Карли?

Она слабо кивнула, стараясь осмыслить услышанное.

— Как перевезти?..

— Мы под конвоем переселим вас с сыном в другой дом в Брайтоне. На время. Если степень угрозы повысится, возможно, предложим переехать в другую часть Англии, сменить имя, фамилию, личность…

Карли смотрела на полицейских в полном смятении, как загнанная зверушка.

— Сменить фамилию?.. Личность?.. Переехать? Сейчас?..

— Прямо сейчас, — кивнул Брэнсон. — Мы подождем, пока вы соберетесь, и вызовем эскорт.

Она всплеснула руками.

— Постойте секундочку. Что за бред? Я всю жизнь здесь живу. Мой сын учится в школе. Здесь живет моя мать. Я просто не могу все бросить и переселиться. Ни в коем случае. Определенно не сегодня. Что касается переезда в другую часть Англии, то это уже полная дичь. — Голос дрогнул. — Слушайте, я в столкновении не участвовала. Ладно, знаю, меня обвинили в превышении нормы спиртного, но я не сбивала бедного парня, Боже сохрани! Меня нельзя винить в его смерти, правда? Дорожная полиция признала… и в суде сегодня…

— Карли, — вступила Белла Мой, — мы все это знаем. Родителям погибшего юноши предоставлена исчерпывающая информация об обстоятельствах столкновения. Но, как сказал мой коллега, полиция Суссекса обязана о вас позаботиться.

Карли заломила руки. Постаралась рассуждать логично. Не получается.

— Давайте проясним, — вымолвила она. — Вы говорите, водитель фургона, что ехал за мной, мертв… убит?..

— Без всяких сомнений убит, миссис Чейз, — с предельной серьезностью подтвердил чернокожий сержант.

— А водитель рефрижератора?..

— Тоже вопросов не возникает. Мы собрали все сведения о семье покойного Тони Ревира. К сожалению, его родные вполне способны на убийство из мести. Осмелюсь сказать, такова их «культурная традиция». Они живут в другом мире.

— Потрясающе, черт побери! — выдохнула Карли. Вместо страха внезапно нахлынула злость. Отчаянно хочется выпить или закурить. — Выпить не желаете?

Детективы отказались.

Она посидела, усиленно размышляя.

— Думаете, послали наемного убийцу, или как это там называется?

— Возможно, — кивнула Белла Мой.

— Хорошо, но ведь есть и другие возможности? Случайное совпадение… Какое-то фантастическое совпадение, черт побери?

— Сто тысяч долларов в вознаграждение большие деньги, миссис Чейз, — напомнил сержант Брэнсон. — Видно, родители сильно разгневаны.

— Значит, мне с сыном надо уехать отсюда? Сменить личность? Вы будете нас охранять до конца жизни? Каким образом?

Полицейские переглянулись.

— К сожалению, — сказала сержант Мой, — полиция вряд ли способна обеспечить подобную степень защиты. Хотя сменить личность поможем.

— Это мой дом, и мы здесь живем. Здесь наши друзья. Тайлер уже лишился отца, хотите, чтобы он и друзей потерял? Серьезно предлагаете немедленно спрятаться? Предлагаете, чтобы я бросила работу, а сын школу? А что будет в другом доме… в другом конце страны? Если тут в самом деле наемный убийца, думаете, он нас не отыщет? Я буду до конца дней бояться стука в дверь, скрипнувшей половицы в доме и хрустнувшей ветки в саду?

— Мы ни к чему вас не принуждаем, — пояснила Белла Мой. — Просто считаем переезд оптимальным решением.

— Если предпочтете остаться, обеспечим защиту, — добавил Гленн Брэнсон. — Установим камеры наблюдения, выделим личную охрану, хотя только на время — на две недели.

— На две? — встрепенулась Карли. — Почему? Из-за бюджета?

Сержант развел руками.

— Перед вами два варианта. — Он вытащил документ из конверта. — Прочтите и подпишите, пожалуйста.

Карли взглянула на печатный текст, и ее заколотило.


предыдущая глава | Мертвая хватка | ПРИЛОЖЕНИЕ F