home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 31

Когда они проезжали последние несколько миль по незнакомому шоссе, Саманта странно притихла. Однако этого никто не заметил. Мальчики от волнения даже подпрыгивали на сиденьях машины, взятой напрокат. Малышку Мелли оставила

со своей матерью, и до сих пор путешествие проходило гладко. Праздник Благодарения получился очень нетрадиционным, но они — во всяком случае, взрослые — считали, что поездка того стоит. В самолете они съели по маленькому пересушенному кусочку индейки и салат, и Мелли пообещала на следующий день устроить на ранчо настоящий праздничный обед.

Саманта утром уже успела все обсудить с Джошем по телефону. Он сказал, что мальчики могут спать в спальных мешках в одной из двух гостевых комнат, а Чарли и Мелинда — в комнате тети Каро. Сэм же поселится в той комнате, где она жила в прошлый раз. Дом был достаточно большим, и места хватало на всех. Джош заверил Саманту, что продукты в доме есть, и предложил встретить их в аэропорту Лос — Анджелеса. Однако Сэм не хотелось портить ему праздник, и она договорилась встретиться с Джошем, когда они сами доберутся до ранчо. Джош сказал ей — он, как обычно, недовольно бурчал и запинался, — что ему очень радостно видеть Сэм в роли новой хозяйки ранчо и он сделает все возможное, чтобы помочь ей. Он только надеется, что она не совершит страшную глупость и не продаст ранчо, ведь она может стать одной из самых лучших хозяек ранчо во всей округе. Сэм в ответ печально улыбнулась, пожелала ему хорошо провести праздник и поспешила в холл, навстречу Мелли, Чарли и мальчикам. Они должны были ехать в аэропорт на двух такси, мальчики уселись в большом пикапе и распевали песни.

Однако, подъезжая к ранчо, Саманта думала исключительно о Кэролайн и Билле Кинге, о том, как она в последний раз видела их живыми и здоровыми. Потом ее мысли обратились к дням, проведенным вместе с Тейтом. Все это было теперь похоже на сон… все казалось таким далеким: разделенные с Тейтом минуты радости, их поездки в домик, прогулки верхом на его коне и на прекрасном скакуне Каро. Тогда она еще могла ходить… Сэм погрузилась в мрачную задумчивость и в соторый раз осознала, сколь многое изменилось в ее жизни.

— Вот оно, — тихо произнесла с заднего сиденья Сэм, указывая вперед дрожащим пальцем.

Они въехали в главные ворота, проехали немного по извилистой дороге, и наконец она увидела дом тети Каро.

Однако свет в окнах не горел, и хотя было всего пять часов дня, дом в лучах заходящего солнца выглядел унылым, одиноким и печальным.

— Джош сказал, что он оставит дверь открытой. Чарли, когда зайдешь внутрь, зажги свет в гостиной, выключатель на правой стене, прямо за дверью.

Сэм сидела в машине, не отрывая глаз от дома. В глубине души она все равно ожидала увидеть, как в доме зажжется свет и в окне покажется улыбающееся лицо тети Каро, которая помашет им рукой. Но когда Чарли включил лампу и торопливо вернулся к машине, рядом с ним никого не оказалось. Тут даже мальчики притихли и принялись озираться по сторонам.

— А где лошади, Сэм?

— В конюшне, милые. Я покажу их вам завтра.

— А сегодня нельзя?

Сэм улыбнулась мальчишкам, глядя поверх головы Чарли, и кивнула.

— О’кей, давайте занесем наши вещи, а потом я проведу вас по усадьбе.

Однако теперь, очутившись на ранчо, Сэм уже не хотела этого. Ей не хотелось заходить ни в дом, ни в конюшню, не хотелось видеть Черного Красавчика, Навахо и других лошадей. Она желала увидеть лишь Кэролайн, Билла Кинга и Тейта Джордана и вновь зажить той жизнью, которая никогда уже не вернется. Когда она пересела из машины в инвалидное кресло и Чарли повез ее по ступенькам к двери дома, в горле Саманты стоял комок величиной с яблоко. Она медленно заехала в дом и осмотрелась. Затем, так же не спеша, покатилась по коридору к своей комнате. В следующую минуту сыновья Чарли вприпрыжку пробежали мимо Саманты; она натянуто улыбнулась, показала мальчикам их комнату и возвратилась в гостиную к Чарли и Мелли. Сэм направила друзей в их комнату, однако сама туда заглядывать не стала. Ей не хотелось видеть пустую спальню, которая когда-то принадлежала Каро и Биллу.

— Как ты себя чувствуешь? — ласково посмотрела на нее Мелинда.

Саманта кивнула:

— Все в порядке. Честное слово!

— У тебя усталый вид.

Однако Сэм не устала, она просто была сейчас ужасно несчастной.

— Нет, все чудесно.

Сэм снова до боли отчетливо вспомнила, в каком состоянии она покидала ранчо, не зная, где Тейт и удастся ли найти его, однако еще не теряя надежды. Теперь она твердо знала, что никогда его не увидит. А в довершение всех бед она и Каро потеряла… Эти мысли были невыносимо тяжким грузом. А потом, сидя у окна и глядя на холмы, погружавшиеся в сумрак, Сэм увидела кривоногую фигурку, которая приближалась к дому… казалось, это эльф или какой-то лесной дух… И вдруг влажные глаза Саманты радостно заблестели. Это же Джош!.. Он заметил, что в доме зажглись огни, и спешит к ней. Расплывшись в улыбке, Сэм доехала до двери, распахнула ее и замерла на крыльце.

Но Джош остановился как вкопанный и, потрясенно глядя на нее, пробормотал:

— О Господи…

Только тут Сэм наконец осознала, что плачет. Джош тоже заплакал и кинулся вверх по ступенькам, а она принялась спускаться вниз, и на полпути они встретились, Джош склонился над Самантой, обнял ее, поддерживая, и они вместе оплакивали Билла и Каро, Тейта и… саму Саманту. Казалось, несколько часов подряд слышались лишь их полузадушенные всхлипы, потом сухопарый пожилой ковбой громко всхлипнул и выпрямился.

— Почему мне никто не сказал, Сэм?

— Я думала, мисс Каро…

Он покачал головой, и на его лице появилось выражение отчаяния.

— Как это произошло?

На миг Сэм закрыла глаза, но тут же снова открыла. Казалось, она тоже была в шоке. Саманта как бы увидела себя со стороны… теперь она калека, сидящая в инвалидном кресле, а вовсе не гордая белогривая лошадка, носившаяся по всему ранчо. Ей вдруг почудилось, что жизнь ее кончена, что она вмиг состарилась. Она не управится с этим хозяйством! Это невозможно. На нее будут реагировать так же, как Джош. Мало ли что ей внушали в нью — йоркской больнице! Она калека, калека…

— Сэм…

— Все в порядке, Джош. — Саманта ласково улыбнулась ему и глубоко вздохнула. — Это случилось в Колорадо, почти год уже прошел. Я сама виновата.

Воспоминания потускнели, но Сэм, разумеется, не забыла серого жеребца… Серого Дьявола и тот миг, растянувшийся на целую вечность, когда она взлетела в воздух…

— Я вела себя неосторожно, а жеребец попался норовистый. Он был как бешеный, я не удержалась на нем, и он сбросил меня в овраг.

— Зачем?.. Зачем ты так рисковала? — Пристально смотревшие на Саманту глаза Джоша снова наполнились слезами. Он инстинктивно догадался, что она слишком быстро скакала, и Саманта не стала этого отрицать.

— Не знаю, — вздохнула она. — Должно быть, голову потеряла. Мне кажется, поездив на Черном Красавчике, я решила, что в состоянии совладать с любой лошадью. И потом… я была чем-то расстроена. — Сэм расстроилась из-за Тейта, но не захотела говорить об этом Джошу. — Вот так все и случилось.

— А ты не хочешь подать на них… Может, они?.. — Он не знал, как закончить фразу, но она без труда поняла его и покачала головой.

— Нет. Это случилось по моей вине. Но я думала, ты знаешь. Думала, Кэролайн тебе сообщила.

— Нет, она ни словом не обмолвилась.

— Наверное, она слишком была поглощена Биллом. С ним ведь в то время случился первый сердечный приступ. Я хотела приехать, но была очень занята по работе, а потом… — Сэм запнулась, но тут же продолжила: — Потом я десять месяцев пролежала в больнице. — Она обвела взглядом знакомые домики. — Мне, конечно, надо было приехать после больницы, но я… не знаю, наверное, я боялась. Боялась увидеть то, что мне уже не под силу, поэтому я больше не повидалась с Каро. Джош, — губы Сэм задрожали, — она так убивалась после смерти Билла, а я ей ничем не помогла.

Саманта закрыла глаза и снова протянула руки к пожилому ковбою, ища утешения в его дружеских объятиях.

— Она держалась молодцом, Сэм. И ушла от нас именно так, как и хотела. Без него ей жизнь стала не мила.

Выходит, он знал? Неужели Билл и Каро зря притворялись все эти годы? Сэм в упор посмотрела на Джоша и убедилась, что для него отношения Билла и Кэролайн не были секретом.

— Они были все равно что муж и жена, Сэм.

Она кивнула.

— Я знаю. Но лучше бы они поженились.

Он пожал плечами.

— Что поделать, старые обычаи. — Потом снова поглядел на Саманту, и в его глазах появился вопрос: — Ну, а ты-то что скажешь? — До Джоша внезапно дошло, что она вряд ли сможет теперь управляться со здешним хозяйством. — Ты продашь

ранчо, да?

— Не знаю. — Лицо Сэм стало озабоченным. — Я просто не понимаю, как мне со всем тут управиться. Наверное, мое место в Нью — Йорке.

— Ты теперь живешь со своими родителями?

Джоша, видимо, интересовало, как же она справляется со всякими бытовыми делами.

Сэм покачала головой и, усмехнувшись, сказала:

— Нет, черт побери! Я живу одна. Живу в одном доме с друзьями, которые приехали сюда со мной. Мне пришлось переселится в другую квартиру, на первом этаже. Но я со всем управляюсь самостоятельно.

— Так это же потрясающе, Сэм! — В его словах содержался лишь еле заметный намек на то, что он разговаривает с инвалидом, но Сэм понимала, что Джошу еще надо будет к ней привыкнуть.

В каком-то смысле она сама еще не привыкла, так что не обижалась на Джоша…

А потом он вдруг задал вопрос, который ее шокировал:

— А почему бы тебе не делать всего этого здесь? Мы поможем. Да ты и на лошади прекрасно будешь ездить! Если, конечно, теперь не вздумаешь вытворять черт — те что! — Джош сердито сверкнул на нее глазами, но тут же улыбнулся.

— Не знаю, Джош. Я сама об этом подумывала, но побаиваюсь. Потому и приехала сюда. Я не хотела принимать решения, пока не приеду на ранчо и не посмотрю на все своими глазами.

— Я рад, что ты здесь. И знаешь… — он прищурился и погладил себя по подбородку, глядя на темнеющий горизонт, — по — моему, у меня сохранилось старое седло, и я вполне смогу его для тебя приспособить. Но я должен предупредить, — он сердито зыркнул глазами на Сэм, — на Черном Красавчике ты ездить не будешь! Лучше не подходи к нему, а не то я тебе всю задницу отобью!

— Как же, остановишь меня! — Сэм уже не плакала, а смеялась, это было так похоже на прошлое… однако Джош вовсе не шутил.

— Остановлю с превеликим удовольствием. Хотел бы я знать, какой болван разрешил тебе сесть на того жеребца.

— Человек, который видел, как я умею ездить верхом.

— Вот до чего доводит желание покрасоваться.

Такой упрек мог ей бросить Тейт, и глаза Саманты моментально посерьезнели.

— Джош!

— Да?

— Ты так ничего и не слышал про Тейта Джордана?

С тех пор как Тейт уехал, прошло полтора года, однако Джош покачал головой.

— Нет. Еще одним ковбоем стало меньше. Бог его знает, куда он подевался. Да, Тейт был бы хорошим управляющим, Сэм.

«А мужем — и подавно», — подумала Саманта, но не высказала того, что было у нее на сердце.

— А как тебе нравится новый управляющий?

— Нормальный парень. Но он собирается уезжать. Ему сделали заманчивое предложение. Он заявил об этом юристу вчера утром. Парню не хочется рисковать, он боится потерять работу, если ты продашь ранчо, и поэтому, пока не поздно, решил уехать. У него куча детей, — добавил в оправдание управляющего Джош.

Сэм смерила его взглядом.

— А ты, Джош? Ты остаешься?

— Ну да, черт побери! Здесь слишком долго был мой дом. Куда я теперь поеду? Так что можешь продавать меня вместе с ранчо.

— Слушай, а если я его не продам… ты бы не хотел сделаться управляющим?

— Ты шутишь, Сэм? — В глазах Джоша вспыхнул интерес. — Ну, конечно, хотел бы! Правда, жена моя совсем возгордится, тошно на нее смотреть будет. Но ничего, переживем.

Они обменялись улыбками, и он протянул ей шершавую руку. Сэм ее пожала.

— Сэм! — Из приоткрытой стеклянной двери выглянул Чарли: он услышал, что Саманта с кем-то разговаривает, и захотел узнать с кем.

Она торопливо повернулась к нему в кресле, представила Чарльза и Джоша друг другу, и они немного побеседовали про ранчо.

Наконец Джош снова опустил глаза и посмотрел на Саманту. Он на какое-то время забыл о ней и вел разговор через ее голову.

— Ты долго здесь пробудешь, Сэм?

— Только до воскресенья. Потом мы должны вернуться. Мы с Чарли работаем в Нью — Йорке. Он художник.

— Не просто художник, а гений!

Все засмеялись.

— Вы умеете ездить на лошади? — поинтересовался Джош. Чарли покачал головой, и Джош широко улыбнулся.

— Мы вас научим. Сэм сказала, вы привезли с собой детей. — Да, троих. Сыновей.

— А сколько у вас вообще ребятишек? — поднял брови Джош.

— Четверо. Малышка осталась дома.

— Ну, это еще ничего! — хохотнул Джош. — У меня шестеро.

— Не приведи Господь! — в ужасе воскликнул Чарли, и все опять залились веселым смехом.

Джош познакомился с Мелли и мальчиками, а потом все отправились в конюшню, чтобы полюбоваться лошадьми. Мальчишки пришли в такой восторг, что принялись прыгать на кучах сена и визжать под дружный хохот взрослых. Было решено на следующий день преподнести ребятам урок верховой езды. Перед выходом Сэм ненадолго задержалась возле Черного Красавчика, который был, как обычно, великолепен и смирно стоял в своем закутке.

— Красивый конь. Правда, Сэм? — Тут Джош посмотрел на Красавчика с гордостью. Потом перевел взгляд на Сэм и добавил, словно что-то припомнив: — Теперь он твой, Сэм.

— Нет. — Она печально покачала головой. — Он всегда будет принадлежать Каро. Но я буду на нем ездить.

Она улыбнулась, однако Джош на сей раз ее не поддержал.

— Нет, не будешь!

— Ладно, давай перенесем сражение назавтра.

Джош посмотрел на Саманту с сомнением, однако возражать не стал, и они спокойно добрались до хозяйского дома. У крыльца он их оставил, на прощание ласково поглядев на Сэм. Вот тогда-то она и поняла наконец, что вернулась домой. Да, других она потеряла, но у нее все-таки есть Джош. И прекрасное ранчо, которое досталось ей от Кэролайн, и воспоминание о тех минутах, которые ее подруга провела вместе с Биллом, и память о ее собственном счастье с Тейтом в тайном убежище влюбленных… Этого у нее никто не отнимет, особенно если она будет жить здесь!


* * * | Саманта | Глава 32



Loading...