home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 38

До конца недели Сэм безвылазно сидела дома, а в первый день после суда даже не выходила из спальни. Норман заехал, чтобы забратъ вещи мальчика — нужно было вернуть их социальному работнику, который передал бы все Тимми, — но Сэм отказалась его принять. За нее всем распоряжался Джош. Норман дважды стучался в то утро в дверь спальни. Он даже попытался позвонить Сэм. Но она никого не желала видеть, кроме Тимми. Она потеряла свою последнюю любовь.

— Как вы думаете, она оправится от потрясения? — спросил Джоша огорченный Норм, и старик со слезами на глазах покачал головой.

— Не знаю. Она сильная женщина, но в ее жизни было слишком много утрат. А эта… вы даже не представляете себе, как она его любила.

Норман печально возразил:

— Нет, представляю.

Вчера, покинув здание суда, он до отказа выжал педаль газа в своем «мерседесе» и, мчась домой со скоростью восемьдесят миль в час, впервые за свою карьеру, тоже не удержался от слез.

— Мне бы хотелось с ней повидаться, когда она немного успокоится. Я хочу поговорить насчет апелляции. Мне кажется, нам стоит попытаться. Дело необычное, ведь ей вменили в вину, что она не замужем и вдобавок инвалид. Но это вопиющий факт! Суд высказался в пользу проститутки и наркоманки только потому, что она родная мать, и отверг просьбу такой женщины, как Сэм! Я хочу передать дело в Верховный Суд.

— Я скажу ей. — Джош явно одобрил идею Нормана. — Как только увижу.

И тут Норман вдруг забеспокоился:

— Надеюсь, она не совершит какого-нибудь безрассудства?

Джош немного подумал.

— Вряд ли.

Он не знал, что однажды она пыталась совершить самоубийство, когда лежала в нью — йоркской больнице. Но теперь Сэм и не помышляла о том, чтобы наложить на себя руки. Да, конечно, она хотела умереть, но слабая, теплившаяся вопреки здравому смыслу надежда когда-нибудь вернуть себе Тимми удерживала Саманту от опрометчивого шага. Целых два дня она неподвижно пролежала в кровати, отказывалась от еды и с трудом доползла до туалета. Она то заливалась слезами, то засыпала, а просыпаясь, вновь плакала… И вот в конце второго дня, в очередной раз пробудившись, Сэм услышала, как кто-то стучится в дверь. Она затихла, твердо решив не откликаться, но вдруг раздался звон разбившегося стекла, и Сэм поняла, что кто-то вломился в дом силой.

— Кто там? — испуганно спросила она.

Наверное, грабитель… Однако, когда в смятении и ужасе привстала на постели, в холле зажегся свет, и она увидела огненнорыжую шевелюру Джефа. Его рука была окровавлена. Заметив Сэм, Джеф неожиданно смешался и, как всегда, стал багровым, как свекла.

— Что ты тут делаешь?

— Я пришел узнать, как вы себя чувствуете. Я просто не выдержал, Сэм. У вас два дня не горел свет, я несколько раз подходил к дверям, но вы не отвечали… Я подумал, вдруг… Я испугался… Мне хотелось узнать, не случилось ли чего…

Сэм кивнула, поблагодарив его улыбкой за заботу, и тут слезы хлынули вновь. А потом она вдруг оказалась в его крепких объятиях. И странное дело — в них было что-то знакомое, словно он уже обнимал ее раньше, словно она знала эти руки, эту грудь… все его тело… Однако Сэм понимала, что это бредовая мысль, и отодвинулась от Джефа.

— Спасибо, Джеф. — Она утерла нос платком.

Он присел на край кровати и посмотрел на нее. Даже полежав два дня в слезах, она выглядела прелестно. Ему неудержимо захотелось поцеловать Саманту, и он снова зарделся. А она внезапно рассмеялась сквозь слезы.

Джеф в смятении пробормотал:

— Над чем вы смеетесь?

— Когда ты смущаешься, то становишься похож на редиску.

— Большое спасибо, — ухмыльнулся Джеф. — Морковкой меня уже называли — за цвет волос, а вот редиской — никогда. — И ласково поинтересовался: — С вами все в порядке, Сэм?

— Нет. Но надеюсь, я приду в себя. — Слезы опять потекли по ее щекам. — Главное, чтобы у Тимми все было хорошо.

— Джош говорит, что ваш адвокат хочет подать апелляцию, прямо в Верховный Суд.

— Да? — язвительно и сердито откликнулась Саманта. — Черта с два у него получится! Шансов нет никаких. Я одинокая женщина, калека. То, что я не замужем, их, может, и не особенно волнует, а вот мое увечье — это дело другое. Этого вполне достаточно. Проститутки и наркоманки лучше воспитывают детей, чем калеки. Ты разве этого не знал?

— Да ерунда все это! — чуть ли не прорычал он.

— Ну, так решил судья.

— А пошел он в задницу!

Сэм невольно рассмеялась, а потом вдруг ощутила запах пива. Она нахмурилась и строго посмотрела на рыжего парня.

— Ты пьян, Джеф?

Он смешался и опять покраснел.

— Да я выпил-то всего две банки пива! Разве от этого опьянеешь?

— Что это на тебя нашло?

— Да ничего. Я всегда пять — шесть банок выпиваю спокойно.

— Да я не о том, — рассмеялась Саманта. — Я спрашиваю, с какой стати ты и эти-то две банки выпил?

Она была против того, чтобы ее работники выпивали при детях, и Джеф это знал, однако на улице уже стемнело, рабочий день кончился.

— Но ведь сегодня Новый год, Сэм.

— Правда? — удивилась Саманта.

Потом посчитала дни… суд был двадцать восьмого, решение судья вынес двадцать девятого, то есть два дня назад…

— О черт! Действительно. Ты, наверное, пойдешь куда-нибудь праздновать? — Она ласково улыбнулась Джошу.

— Да. Я собираюсь в «Барм — три». Я вам не говорил, что когда-то там работал? — Нет, но ведь ты где только не работал!

— Да, а вот про это ранчо забыл вам сказать.

— Ты едешь с девушкой?

— С Мэри Джо, — на сей раз Джеф стал красным, как пожарная машина.

— С дочкой Джоша?

Сэм была позабавлена, Джеф тоже ухмыльнулся.

— Ага.

— Ну и что говорит Джош?

— Что он выпорет меня, если я ее напою. Но черт побери, ей ведь почти девятнадцать! Она же не малолетка.

— И все-таки я бы на твоем месте остерегалась. Если Джош пообещал тебя выпороть, он шутить не будет. — Потом лицо Сэм посерьезнело. — Как у него дела?

— Да беспокоится о вас. — Голос Джефа. звучал в тишине очень нежно. — Мы все беспокоимся. Все, кто знает о случившемся. Вчера тут был ваш адвокат.

— Я так и думала. Он приехал забрать вещи Тимми?

Джеф замялся, но все-таки кивнул.

— Он взял его рождественские подарки? — Сэм снова заплакала. — Я хочу, чтобы Тимми все это забрал с собой.

— Да, он все взял, Сэм.

Не зная, как помочь Саманте, он обнял ее и прижал к груди. Джефу хотелось сказать ей про свою любовь, но он боялся. Джеф влюбился в Сэм с первого взгляда. Но она была на девять лет старше его и не проявляла никакого интереса к мужчинам. Порой Джеф задумывался: а может, она вообще уже не способна заниматься любовью? Но тут же говорил себе, что это не главное; ему просто хотелось обнять Саманту и в один прекрасный день признаться в любви. Они долго лежали рядом, и наконец Сэм перестала плакать.

— Спасибо. — Она пристально посмотрела на Джефа, слегка взволнованная его юной красотой и силой. — Ладно, тебе надо поторапливаться, а то вместо Мэри Джо ты встретишь Новый год со мной.

— Знаете что? — Его голос был низким и манящим. — Я бы не прочь.

— Неужели? — Глаза Саманты смеялись, но его были серьезны. Однако Сэм считала, что Джефу вовсе не это нужно. Зачем ему женщина, которая не только старше его, но еще и калека? Он молод. У него вся жизнь впереди, жизнь, в которой будет целая толпа девушек вроде Мэри Джо… Но сама Сэм почувствовала себя вдруг такой одинокой, что ей захотелось потянуться к нему. И она поспешила прогнать Джефа, чтобы не наделать глупостей.

— Ладно, малыш, поезжай, отпразднуй Новый год как следует. — Сэм села на постели и попыталась улыбнуться.

— А вы, Сэм?

— Я приму горячую ванну, приготовлю себе что-нибудь поесть и лягу спать. А завтра, может быть, выползу из своей берлоги и погляжу на мир.

— Рад это слышать. А то вы меня здорово напугали.

— Джеф, я крепкий орешек. Время закаляет человека.

Время, горе, утраты…

— Вот как? Ну а вас оно еще и красит.

— Иди, Джеф, — Сэм забеспокоилась. — Тебе пора.

— Я не хочу уходить от вас, Сэм. Давайте я останусь здесь. Но Саманта покачала головой и, взяв Джефа за руку, поднесла его пальцы к своей щеке, а потом нежно поцеловала и отпустила.

— Ты не можешь остаться, Джеф.

— Но почему?

— Я тебе не разрешаю.

— Вы считаете, что хозяевам нечего связываться с работниками? — Он горячился, как молодой жеребчик.

Сэм улыбнулась.

— Нет, вовсе нет, милый. Просто моя жизнь уже прожита, а твоя только начинается. И такое тебе не нужно.

— Да вы с ума сошли! Знаете, как давно я о вас мечтаю?

Сэм приложила палец к его губам.

— Не надо, не говори. Сегодня канун Нового года, в эту ночь люди часто говорят то, чего говорить не следует. Я хочу, чтобы мы с тобой остались друзьями, Джеф. Пожалуйста, не надо все портить. — В глазах Саманты снова заблестели слезы. — Ты

мне сейчас так нужен! Ты, и Джош, и дети, но особенно вы с Джошем. Прошу тебя. Не надо ничего менять. Я… я этого не вынесу… я не могу без вас.

Джеф снова обнял Саманту, поцеловал в макушку и повторил:

— Если вы хотите, я останусь, Сэм.

Она подняла голову, взглянула в блестящие зеленые глаза и покачала головой:

— Нет, милый, не надо. Иди.

Он неохотно кивнул, остановившись в дверях, в последний раз взглянул на Саманту. Потом из коридора донеслись гулкие звуки удаляющихся шагов, и входная дверь захлопнулась.


* * * | Саманта | Глава 39



Loading...