home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9

В понедельник утром Аллегра вышла на работу усталая, бледная, осунувшаяся. Глядя на нее, можно было подумать, что она побывала не в Нью-Йорке, а в прессе для отжима белья. Элис даже показалось, что она похудела за время поездки.

— Что с вами стряслось? — спросила секретарша участливо.

Аллегра пожала плечами. Боль все еще не прошла, она

постоянно думала о том, что Брэндон, наверное, давно ее обманывал, только она по своей наивности ничего не замечала. Словом, она чувствовала себя идиоткой, и это ранило ее гордость. Но дела, работа не ждали, и со временем Аллегра начала понимать: хотя Брэндон задел ее гордость, сердце ее не разбито. Более того, теперь она даже не была уверена, так ли она его любила, как ей казалось. В этом было что-то странное. Ей было грустно, но она не так уж сильно сожалела, что все кончилось. В какой-то степени даже испытывала облегчение. За неделю, проведенную в Нью-Йорке, она много думала о своих отношениях с Брэндоном и стала замечать кое-какие детали, которых не замечала раньше, но о которых ей не раз говорили другие: например, его непонятное отчуждение, стремление сохранить дистанцию, боязнь близости. Если раньше она только недоумевала, почему его так часто не бывает рядом в нужный момент, то теперь все стало ясно — у него просто были другие женщины, и даже не важно, одна или десять. Сколько их было и насколько серьезными были их отношения с Брэндоном, она уже никогда не узнает, важно одно: Брэндон ей изменял. От этой мысли Аллегра приходила в ярость.

Однако за время ее отсутствия на столе скопилась целая гора бумаг, и к середине дня Аллегра настолько погрузилась в работу, что на мысли о Брэндоне у нее не осталось времени. Брэм был доволен тем, как Аллегра вместе с его агентами организовали турне. Мэлахи звонил из реабилитационного центра и просил денег, но по просьбе его жены Аллегра ему отказала.

— Прости, Мэл, но позвони мне еще раз, через месяц после окончания курса лечения, и тогда мы снова вернемся к этому вопросу.

— Черт подери, на кого ты работаешь? — взорвался Мэл.

Аллегра, набрасывая записи к следующей встрече, улыбнулась:

— Я работаю на тебя и действую в твоих же интересах. Тебе нужно пройти курс лечения до конца. — Она стала рассказывать Мэлу о его будущих гастролях, таким образом развлекая его до тех пор, пока его не позвали на массаж.

— Вот бы у меня было время для массажа, — с завистью сказала Аллегра Элис. Сама она пообедала йогуртом и чашечкой кофе, не отрываясь от чтения проекта нового контракта для Кармен, недавно присланного киностудией. Условия были очень выгодные, Кармен должна быть довольна. Будущий фильм обещал прославить ее на всю жизнь, сделать настоящей кинозвездой. Она позвонила Кармен, чтобы поделиться хорошей новостью, но снова наткнулась на автоответчик.

— Куда запропастилась Кармен? — пробормотала Аллегра, ни к кому не обращаясь.

Она стала звонить по другим телефонам, которые ей оставляла актриса, но ни один не ответил. Тогда она попыталась вспомнить имена ее друзей, даже подумывала, не позвонить ли в Портленд ее бабушке. Раньше Кармен никогда так не исчезала, бывало, по десять раз на дню звонила Аллегре по самым пустяковым вопросам, но сейчас как сквозь землю провалилась, и никто не знал, где она. Такое поведение было более чем странно для Кармен Коннорс.

После вручения «Золотого глобуса» вышла лишь одна статья в «Чаттер» с фотографией, на которой Кармен и Алан были сняты вместе, вернее, Аллегра выходила из машины с Аланом, а позади них была видна Кармен. В статье высказывалось предположение, что между Аланом Карром и Кармен Коннорс существует бурный роман, а Аллегра Стейнберг служит для обоих прикрытием. Самое смешное, что на этот раз они — редкий случай — опередили газетчиков.

Прочтя статью, Аллегра вспомнила сообщение, которое Кармен оставила на ее домашнем автоответчике, пока она была в Нью-Йорке. Еще тогда номер телефона показался ей знакомым. Аллегра порылась в сумке и достала ежедневник. Помнится, в Нью-Йорке она черкнула номер телефона вместе с другими на какой-то бумажке и сунула ее в ежедневник. Аллегра стала перелистывать страницы. Наконец нужный клочок бумаги нашелся, она всмотрелась в цифры. Тогда она не сообразила, но сейчас сразу узнала среди не

скольких записанных номеров телефон дома Алана в Малибу. Аллегра тут же вспомнила, что Алан предлагал Кармен пожить в его доме. Все стало ясно. Набирая номер, Аллегра улыбалась своим мыслям. Трубку взял Алан.

В эти выходные она звонила ему на Беверли-Хиллз, но его не оказалось дома. Позвонить ему в Малибу Аллегре тогда в голову не пришло — Алан очень редко останавливался в своем доме на берегу. Удивительно как она не сообразила, что он может быть все еще там, с Кармен.

— Привет, — сказала она невиннейшим тоном, словно позвонила просто так, от нечего делать.

Алан рассмеялся в трубку.

— Не надо мне зубы заговаривать. — Он знал Аллегру как облупленную. — Мой ответ — не твое дело.

— Ответ? — Аллегра тоже засмеялась. — На какой вопрос?

Голос у Алана был очень довольный, даже счастливый, в

трубку было слышно, что в комнате кто-то разговаривает и хихикает, и Аллегра не сомневалась, что это Кармен.

— На вопрос, где я был всю неделю. Мой ответ — это тебя не касается.

— Дай-ка я сама догадаюсь. Все это время ты был в Малибу с некоей обладательницей премии «Золотой глобус». Ну что, горячо?

— Смотри, сваришься. Но не воображай себя Шерлоком Холмсом, у тебя была подсказка, я знаю. Кармен звонила и оставила мой номер телефона.

— Да, только мне не хватило ума сообразить что к чему. Мне показалось, что номер телефона знакомый, но я только минуту назад поняла, что он твой. Ну и как жизнь на пляже?

«До чего же приятно снова услышать его голос!» — подумала Аллегра. Раньше она собиралась рассказать Алану про Брэндона, но сейчас у нее не было настроения, к тому же она ни в коем случае не собиралась обсуждать свою личную жизнь в присутствии клиентки, каковой являлась Кармен. Алан — другое дело, с ним они закадычные друзья.

— Хорошо живется. — По голосу Алана чувствовалось, что он улыбается. — Даже очень. — Он привлек к себе Кармен и чмокнул ее в губы.

— А разве ты не должен сейчас быть на съемках? — Аллегра была не совсем в курсе его дел, так как с его последним контрактом работал агент, предоставленный киностудией.

— Нет, я свободен месяца два, все еще жду окончательного решения насчет этого фильма.

— Кстати, о контрактах. Я подготовила для Кармен потрясающий контракт, может, она еще тебя опередит. — Правда, репетиции начнутся не раньше июня, если она согласится.

— Где будут проходить съемки? — спросил Алан с напускным безразличием, но Аллегра почувствовала, что он очень заинтересовался.

— В отличие от твоих прямо здесь, в Лос-Анджелесе.

Алану вечно приходилось сниматься в каких-то Богом забытых местах. Правда, съемки следующего фильма должны были проходить в Швейцарии, но недавно ему предложили другой фильм, со съемками в Мексике, до этого он снимался в Чили, а еще раньше на Аляске. Фильм должен быть приключенческим, но работа предстояла большая и, судя по всему, нелегкая. Во время съемок последнего фильма, которые проходили в джунглях Таиланда, погибли два каскадера. Может, хотя бы Кармен сумеет уговорить его не выполнять опасные трюки самому, без помощи каскадеров?

— Кармен знает, где тебе предстоит сниматься?

— Да, я ей уже сказал. Она говорила, что поедет со мной. По крайней мере Швейцария — цивилизованная страна, в отличие от большинства из тех, где мне приходилось сниматься раньше.

— Ты можешь успеть закончить съемки до того, как начнутся съемки у Кармен. По-моему, фильм получится потрясающий, мне хочется поскорее сообщить Кармен хорошую новость. Собственно говоря, поэтому я и позвонила. Не позовешь ее к телефону?

— Ах вот как! Мы с тобой дружим пятнадцать лет, ты выбрала меня своим кавалером на церемонии вручения «Золотого глобуса», а теперь, значит, выбрасываешь меня, как старый носовой платок? Оказывается, я только затем и был нужен, чтобы позвать к телефону Кармен?

— Не совсем так.

Аллегра рассмеялась, от разговора с Аланом она почувствовала себя лучше, впервые за последние три дня у нее немного поднялось настроение. Неприятный осадок на душе после разрыва с Брэндоном, горечь унижения все еще остались, но решающий разговор с этим человеком каким-то образом закалил Аллегру и придал ей сил. У нее несколько раз возникало искушение рассказать обо всем Алану, но слишком трудно было признаться кому-то, что Брэндон все время морочил ей голову и она наконец его разоблачила. Требовалось время свыкнуться с этой мыслью. Слава Богу, она все-таки положила конец их отношениям.

— Как прошла поездка? Много великих дел провернула? Как Нью-Йорк?

— Да, кое-что удалось сделать. А в Нью-Йорке было хорошо. Было много снега. — И поцелуев.

Алан не мог понять, чему она так радуется.

— Снег в Нью-Йорке? Чего же в этом хорошего?

— Знаешь, я каталась на коньках.

— Ты, на коньках? Ого, видно, что-то происходит. Неужто роман с тем старичком писателем, с которым ты должна была встретиться… как бишь его зовут? Диккенс? Толстой?

— Джейсон Хэйвертон. Он замечательный. Но хотя он мне очень понравился, никакого романа у меня с ним нет, такое только тебе может прийти в голову. Хотя он был бы не против.

— Могла бы уже знать, мужчины в летах ради секса готовы на что угодно.

— А что, ты уже начал обобщать собственный опыт?

— Плоско, плоско, мисс Стейнберг. Нехорошо так грубо разговаривать с парнем, в которого ты была когда-то влюблена.

— Так то было в школе, сейчас в тебя никто не влюблен, разве что Кармен. — А также несколько миллионов женщин по всему свету. Но последних на правах старого друга она могла попросту игнорировать. — Так ты собираешься позвать ее к телефону или мне придется весь день выслушивать твою болтовню?

Аллегра снова рассмеялась. Алан, конечно, несносен, но она его любит, никто так не умеет поднять ей настроение, как он.

— Погоди, я сначала спрошу, захочет ли она с тобой разговаривать. Кстати, когда мы тебя увидим?

Аллегра не без удовольствия отметила про себя, что он говорит так, словно они с Кармен женаты.

— Не знаю, может, в эти выходные, если мне больше нечем будет заняться. — Она уже точно знала, что нечем.

— Обрати внимание, я сказал «увидимся с тобой», а не «с

вами», приглашение не распространяется на всяких зануд.

— Не говори гадости про Брэндона, — одернула она скорее по привычке, чем искренне. Она сама могла бы многое наговорить про Брэндона, но пока не была готова сообщать новость Алану.

— Что ты, я никогда не говорю плохо о покойниках! Попытайся избавиться от него до того, как мы пойдем куда-нибудь пообедать. Или, может, мы останемся здесь, я еще не решил. Предоставляю тебе решить этот вопрос с моим боссом, — с усмешкой закончил он, передавая трубку Кармен. Но тут возникла задержка — прежде чем отдать трубку, он поцеловал Кармен. Аллегре пришлось ждать довольно долго.

Наконец в трубке раздалось:

— Привет.

Оживленный голос Кармен звучал радостно. Она провела девять восхитительных дней в полном уединении с Аланом. Когда она гуляла по пляжу, несколько человек из местных ее узнали, но никто не побеспокоил. В Малибу жили и куда более известные личности, чем Кармен Коннорс, здесь все привыкли к знаменитостям, и появление на пляже еще одной никого не удивляло. Местные жители чуть ли не каждый день могли видеть Джека Николсона, Барбру Стрейзанд, Шер, Тома Круза, Николь Кидман. В Малибу Кармен и Алан оказались среди себе равных, да и служба безопасности работала безупречно.

— Я по тебе скучала, — сказала Кармен, хотя на самом деле у нее не было времени скучать.

— Мне тоже тебя не хватало. Нью-Йорк — сумасшедший город, но мне нравится. Угадай, что я тебе привезла? — Аллегра радовалась как ребенок, и ей не терпелось преподнести сюрприз Кармен.

— Не знаю, может, контракт на рекламу парфюмерии? Ты встречалась с ними в Нью-Йорке?

— Да, и уверяю тебя, ничего хорошего они не предлагали. Тебе бы пришлось на протяжении нескольких месяцев целыми днями просиживать в супермаркетах, продавая духи со своим именем, так что забудь об этом. У меня есть для тебя кое-что получше. — Она выдержала театральную паузу. — Как насчет классного нового фильма, роль в котором принесет тебе «Оскара», или я готова съесть свой портфель?

— Вот это да! Кто там играет?

— Ты. — Аллегра перечислила имена еще пяти кинозвезд, от которых у Кармен дух захватило. — А как

тебе поправится гонорар в три миллиона долларов, обещанный обладательнице премии «Золотой глобус»? Впечатляет?

— Ты серьезно? — Кармен взвизгнула и, бросив трубку на стол, бросилась сообщать новость Алану. Через некоторое время она снова вернулась к телефону. — Просто не верится!

— Ты это заслужила.

После этих слов Аллегра вдруг спросила себя, почему она привыкла думать, что все вокруг заслуживают самого лучшего, начиная от человеческих отношений и кончая фильмами, но почему-то никогда не считала, что заслуживает того же сама. И правда, почему?

— Я хочу, чтобы ты приехала и встретилась с продюсерами.

— Конечно. Когда мне приехать?

— Скажи, когда тебе удобно, и я договорюсь о встрече. — Аллегра заглянула в свой ежедневник. — Четверг подойдет?

— Отлично. А Алану можно будет пойти со мной?

— Пожалуйста, если он захочет.

Алан кивнул.

— Он согласен. И вот еще что, Элли… — Кармен замялась, но потом все-таки набралась храбрости. — Может, в следующий раз удастся устроить так, чтобы мы с Аланом снимались в одном фильме?

«О Господи! — пронеслось в голове у Аллегры. — Ну и работенка мне предстоит». Как правило, над подобными контрактами очень трудно работать. К тому же женской половине населения Америки, не говоря уже о миллионах поклонниц по всему миру, явно не понравится, что их кумир, любимый секс-символ почти женат, да еще на такой красотке, как Кармен.

— Поговорим об этом позже. Это будет не так просто устроить, но, думаю, в конце концов удастся, если вы серьезно настроены. — Аллегра меньше всего хотела, чтобы они вдвоем заключили контракт миллионов этак на семь, а то и на десять, поскольку речь идет об Алане Карре, а потом порвали друг с другом и в результате отказались бы сниматься вместе или, того хуже, загубили бы фильм. Такая головная боль ей совершенно ни к чему. — Давай немного подождем.

— Я поняла: ты думаешь, что мы расстанемся, — рассудительно сказала Кармен. — Так вот, этого никогда не будет. Алан — необыкновенный мужчина, я таких еще не встречала, — призналась она, понизив голос. — Я без него жить не могу.

— А как угрозы? Прекратились?

— Да, совершенно. — Правда, Кармен со дня вручения «Золотого глобуса» почти нигде не бывала. Как ни странно, даже папарацци оставили ее в покое. — Здесь я чувствую себя в полной безопасности.

Аллегра улыбнулась: еще бы, кто бы не чувствовал себя в безопасности под защитой Алана? Саманта права, он настоящий супермен и очень милый.

— Я рада за вас обоих, — искренне сказала Аллегра.

— Спасибо, Элли. Это все благодаря тебе. Ты приедешь к нам на обед в эти выходные?

— С удовольствием.

— Приезжай лучше в субботу. По воскресеньям Алан любит ходить в боулинг.

— Тогда, может, я лучше приеду в воскресенье? С удовольствием обыграю его в кегли.

— Хорошо, если хочешь, присоединяйся к нам в воскресенье, но на обед все равно приезжай.

— Кто будет готовить? — спросила Аллегра с притворным испугом.

Кармен захихикала.

— Мы оба. Алан меня учит. И еще, Элли… — Она снова радостно засмеялась, у нее начиналась новая жизнь. — Спасибо за фильм.

— Благодари не меня, а продюсеров. Они мне сами позвонили, и я решила, что предложение придется тебе по вкусу.

— Еще бы, я страшно рада.

— Увидимся в воскресенье, а может, еще раньше, на встрече с продюсерами. Если тебе что-нибудь понадобится, звони в любое время.

Аллегра сомневалась, что Кармен позвонит — похоже, в последнее время Алан решает все ее проблемы. И действительно, за неделю Кармен позвонила всего один раз, да и то просто оставила на автоответчике сообщение, что у нее все в порядке. Аллегра могла этому только порадоваться, ей как раз понадобилось время, чтобы заняться собственными делами, как следует осмыслить произошедшее, зализать раны.

Но все будние дни ей пришлось заниматься только своей работой и встречаться с клиентами. В четверг приезжали из Малибу Кармен и Алан, состоялись переговоры с продюсерами, и контракт на новый фильм с участием Кармен был почти подписан. В тот же день Аллегра отправилась к доктору Грин. По дороге в машине она мысленно готовилась получить нагоняй от психоаналитика, но ее ждал приятный сюрприз. Доктор Грин не только не отчитала Аллегру за разрыв с Брэндоном, но, напротив, была очень довольна тем, как ее пациентка справилась с ситуацией. Она упрекнула Аллегру только за то, что та вовремя не позвонила ей.

— Почему вы не позвонили мне в выходные, в промежутке между возвращением из Сан-Франциско и встречей с Брэндоном? Вам наверняка пришлось очень трудно.

— Да, вы правы, но мне казалось, что говорить-то особенно не о чем. Я чувствовала себя отвратительно — в основном потому, что поняла, какой я была наивной. Ведь Брэндон скорее всего обманывал меня все два года, а я ничего не замечала. Все думала, что ему нужно дать время, с ним нужно быть терпеливой и любящей… а на самом деле ему было просто плевать на меня.

— Ну, в этом вы, возможно, не правы, думаю, он по-своему вас ценил, — поправила ее врач. Если раньше Аллегра была слишком снисходительной к Брэндону, то теперь обида и гнев из-за его предательства толкнули ее в другую крайность. — Вы были ему небезразличны, он дорожил вами, насколько вообще был на это способен. Конечно, это не много, но все же что-то.

— Но как я могла быть такой идиоткой? Как я могла ничего не замечать два года?

— Не замечали, потому что не хотели замечать. Вам нужен был близкий человек, спутник, защитник. К сожалению, Брэндон очень мало подходил на роль близкого друга, что же касается защитника, то скорее вы его защищали, чем он вас. Из этого союза не могло получиться ничего хорошего. А как сейчас? Что вы чувствуете?

— Трудно сказать. Я чувствую себя одураченной, и это меня бесит, я злюсь на Брэндона. Но вместе с тем у меня такое ощущение, будто я снова стала самой собой, я чувствую себя свободной, ни от кого не зависимой. А еще мне жаль, что так вышло, и я боюсь, что следующий мужчина будет таким же. Может, они все такие, как Брэндон, или по крайней мере мне попадаются только такие. Именно это меня и пугает. А вдруг все повторится снова, а потом еще и еще… и я вечно буду выбирать всяких неподходящих типов?

— Это вовсе не обязательно. Думаю, вы кое-чему научились. — Как ни странно, доктор Грин была уверена в этом гораздо больше самой Аллегры.

— Почему вы так думаете?

— Потому что как только вы обнаружили, что происходит, вы не побоялись посмотреть правде в глаза. Вместо того чтобы сглаживать конфликт, вы его обострили и положили конец отношениям — не важно, кто формально ушел, вы или он. Если разобраться, вы вывели его на чистую воду, и он сбежал, уполз, как уж в нору. И теперь вам больше не нужно обманывать себя и других, делать вид, что он с вами, когда на самом деле он где-то далеко. Это большой шаг вперед, Аллегра.

— Может быть, — не очень убежденно согласилась Аллегра. — Но что дальше?

— А это уж вы мне скажете. Чего вы хотите? Как бы там ни было, у вас достаточно сил для борьбы за свое счастье. Если вы захотите, вы можете встретить хорошего человека.

— Кажется, я такого уже встретила в Нью-Йорке, — осторожно сказала Аллегра, — но пока не уверена.

Теперь, когда Аллегра вернулась домой, ее начали одолевать сомнения насчет Джеффа. Она стала с подозрением относиться к любому мужчине. Раз она выбрала Джеффа, то он наверняка такой же, как все его предшественники. А воспоминания… память наверняка приукрашивает действительность.

— Отношения на расстоянии — это еще один способ избежать подлинной близости, — напомнила доктор Грин.

Аллегра улыбнулась:

— Хотя он родом из Нью-Йорка, сейчас живет в Лос-Анджелесе, а в Ныо-Йорк прилетал по делам, как и я.

Брови Джейн Грин на миг взлетели вверх. Она покачала головой:

— Как интересно. Ну-ка, расскажите поподробнее.

Аллегра рассказала ей все, что знала о Джеффе, и все, что

о нем думала. Когда она стала рассказывать, как он заехал за ней в конном экипаже и они катались на коньках, этот рассказ показался фантастикой даже ей самой. Однако теперь она вдруг поняла, как сильно ей его не хватает. Она дала себе слово, что некоторое время не будет ему звонить — и не звонила. Она не сразу смогла оправиться от потрясения после разрыва с Брэндоном.

— Но почему вы ему не звоните? А если он решит, что вы потеряли к нему интерес? Судя по всему, он совершенно нормальный человек и очень милый, — сказала Джейн. — Позвоните ему.

— Не могу, я пока не готова. — Аллегра упорно противилась этой мысли, и никакие доводы психоаналитика не могли се переубедить. — Мне нужно время, чтобы прийти в себя после Брэндона.

— Нет, не нужно, — мягко возразила доктор Грин. — Вы два года оправдывались за него перед всеми знакомыми, а теперь появился мужчина, с которым вы, едва познакомившись, всю неделю только и делали, что целовались при каждом удобном случае. Вряд ли вы так уж скорбите по Брэндону.

Аллегра улыбнулась. Доктор Грин попала в точку.

— Может, я просто от него прячусь.

— Почему?

— Не знаю, наверное, от страха, — призналась Аллегра. — Я боюсь в нем разочароваться, по первому впечатлению он совершенно бесподобен, даже не верится. А вдруг он на деле окажется не таким? Меня эго убьет.

— Нет, не убьет. А что, если он просто человек? Как вам такой вариант? Разочаровывает? Вы предпочитаете героя фантастических грез или антипода Брэндона?

— Я пока не знаю, что чувствую к нему… я только знаю, что когда мы вместе, готова идти за ним на край света. А теперь, когда я об этом вспоминаю, мне становится страшно.

— Это можно понять, однако вы могли бы по крайней мере с ним встретиться.

— Но он мне не звонил. Может, у него есть другая?

— Или у него много дел, или он пишет книгу, или не хочет вмешиваться в вашу жизнь, поскольку вы подняли такой шум вокруг своей верности Брэндону. Вам не приходило в голову, что следует сделать для него хотя бы такую малость — рассказать, что у вас с Брэндоном все кончено? Думаю, в этом есть смысл.

Но Аллегра все же предпочитала выжидать, ей хотелось узнать, позвонит ли он сам.

И в пятницу Джефф действительно появился. Он позвонил в адвокатскую контору во второй половине дня и спросил Аллегру таким неуверенным голосом, будто он сомневался в своем праве звонить ей на работу. Элис позвала к телефону Аллегру. Та затаила дыхание и взяла трубку, руки у нее дрожали. Казалось, в то мгновение, когда она услышала в трубке голос Джеффа, для нее началась новая жизнь.

— Аллегра?

— Добрый день, Джефф, как поживаете?

— Уже лучше. Я знаю, мне следовало некоторое время потерпеть, но я не смог удержаться, позвонил. Решил так: позвоню, а потом на какое-то время оставлю вас в покое. Я по вас так соскучился, что просто на стенку лез.

Это были те самые слова, которые Аллегра все два года мечтала услышать от Брэндона, да так и не дождалась. Джефф произнес их с легкостью, естественно. Слыша его голос, она почувствовала себя виноватой, что не позвонила сама, как советовала доктор Грин.

— Я тоже скучала, — тихо сказала она.

— Как поживают ваши питомцы теперь, когда вы вернулись? Все нормально? Или вам по-прежнему приходится защищать их от угроз и в четыре часа утра отгонять от них папарацци и всяких психов?

— Да нет, пока спокойно. — Если не считать ее собственной жизни, но об этом Аллегра умолчала. — А как у вас дела? Как продвигается работа над сценарием?

— Так себе. С тех пор как я вернулся, у меня совсем пропало настроение работать. Наверное, это вы меня так сильно отвлекаете. — В трубке повисла недолгая пауза, затем Джефф задал Аллегре вопрос, который неотступно преследовал его со дня возвращения из Нью-Йорка. — Как провели выходные?

— Необычно, — бесстрастно ответила Аллегра. — Как-нибудь поговорим. — Она ни в коем случае не собиралась обсуждать свою личную жизнь, сидя в офисе.

— «Как-нибудь». Это звучит как обещание свидания в очень отдаленном будущем, — грустно прокомментировал Джефф. Он целую неделю ждал, чтобы позвонить Аллегре, и теперь был рад слушать ее голос, но ему еще сильнее захотелось ее увидеть.

— А мне так не кажется, — тихо возразила Аллегра. Пытаясь набраться храбрости, она вспоминала напутствия доктора Грин. — Что вы делаете в эти выходные?

В ожидании его ответа она затаила дыхание и мысленно повторяла: «Только бы он не оказался таким, как другие, только бы не оказался…»

— Это что, приглашение? — Судя по голосу, Джефф был ошеломлен. Куда она девала Брэндона? Этот вопрос очень интересовал Джеффа, но он боялся все испортить, спросив напрямик.

— Возможно. Завтра вечером я приглашена на обед к друзьям в Малибу. Не хотите пойти со мной? Это совершенно неофициальное мероприятие, можно прийти в джинсах и старом свитере. Возможно, мы даже пойдем потом в боулинг.

— Пойду с удовольствием, — обрадовался Джефф. Ему не верилось, что Аллегра действительно его пригласила. — Можно поинтересоваться, кто ваши друзья — просто из любопытства, чтобы не попасть впросак, когда я к ним заявлюсь? — Джефф уже знал, с какого рода публикой общается Аллегра, и не ошибся в своих предположениях.

— Меня пригласили Алан Карр и Кармен Коннорс, только, ради Бога, никому не рассказывайте, что видели их вместе. Они скрываются в Малибу от газетчиков.

— Можете не сомневаться, я сохраню это в секрете, — смеясь, заверил Джефф. Никому и в голову не придет его расспрашивать. — Представляю, что это будет за вечер!

— А вот это вы напрасно, ничего особенного не ожидается, — весело ответила Аллегра. — Они оба прекрасные люди, правда, повара никудышные. Кармен вообще не умеет готовить, Алан только начинает ее учить, так что кормежка, возможно, будет ужасная. — Аллегра рассмеялась просто так, без всякой причины.

Они проговорили еще некоторое время, делясь впечатлениями о прошедшей неделе, которую провели врозь. Наконец Джефф осторожно поинтересовался:

— Когда вы вернулись, все было в порядке?

Аллегра ответила утвердительно. Она понимала, о чем Джефф пытался узнать, но это был отнюдь не телефонный разговор. Куда легче будет рассказать ему все в субботу, прежде чем они вместе отправятся в гости к Алану.

Вскоре они попрощались и вернулись каждый к своим делам, но весь оставшийся рабочий день Аллегра то и дело возвращалась мыслями к Джеффу. Вечером она собиралась поехать к родителям, но, позвонив, узнала, что они уходят в гости. Тогда она поехала домой и приготовила себе на ужин омлет. Дома Аллегра снова думала о Джеффе и Брэндоне. Она очень боялась повторить прежние ошибки, снова придумать себе образ несуществующего мужчины.

В субботу, когда Джефф заехал за ней, она встретила его какая-то необычно тихая. В линялых, но отглаженных джинсах, белой рубашке и спортивном пиджаке Джефф выглядел безукоризненно, а еще точнее, был неотразим. Казалось, он сошел с рекламного плаката Ральфа Лорена. В любой одежде он сохранял облик жителя восточного побережья, и Аллегре это нравилось. Аллегра вышла ему навстречу в белых джинсах, белой рубашке и красном свитере, небрежно наброшенном на плечи.

В первый момент она застеснялась. Джефф огляделся, любуясь ее домом. Казалось, у них все начинается сначала, но это впечатление длилось только до тех пор, пока он не привлек ее к себе и не поцеловал.

— Так-то лучше, — мягко сказал он и шепотом добавил: — Я так долго этого ждал.

— Девять дней, — так же шепотом ответила Аллегра.

Джефф отрицательно замотал головой:

— Тридцать четыре года. Я очень долго вас ждал, мисс Аллегра Стейнберг.

— Где же вы были так долго?

Он обнял ее, не отпуская от себя, прошел к дивану и сел вместе с ней, разглядывая комнату. Аллегра снова почувствовала себя с ним легко и непринужденно, как будто они и не расставались. Потом Аллегра пошла на кухню налить ему диет- пепси, Джефф последовал за ней. Он продолжал осматриваться и явно был доволен тем, как она устроила свой дом. Однако, к своему удивлению, он нигде не обнаружил следов присутствия Брэндона. Наконец Джефф с некоторой опаской спросил:

— Не хочу показаться бесцеремонным, но где он?

— Кто? — с недоуменным видом спросила Аллегра, наливая ему колу. Они собиралась в Малибу к Алану и Кармен вместе.

— Брэндон. Мой соперник. — Конечно, Джеффу не терпелось узнать, куда он пропал и почему Аллегра свободна в субботний вечер. Может, он снова укатил в Сан-Франциско? — Он уехал?

— Насовсем. — Аллегра озорно улыбнулась, глядя на Джеффа, как ребенок, который натворил нечто, что ему явно делать не полагалось. — Его нет. Он ушел. Кажется, я забыла вам сказать.

Некоторое время Джефф молча смотрел на нее, потом медленно поставил стакан на мраморную столешницу.

— Минуточку. Он ушел… исчез… испарился… и вы мне ничего не сказали? Не верю! Негодница! — Внезапно он сгреб ее в охапку и крепко прижал к себе. — Как вы посмели так со мной обращаться! Я то с той самой минуты, как вы пригласили меня на обед к своим друзьям, все пытаюсь понять, что случилось. Почему вы мне сразу не позвонили? Я думал, мы договорились: если что-то случится, вы мне звоните.

— Когда я вернулась, произошло столько всего, но прежде чем звонить вам, мне нужно было разобраться во всем самой, привести мысли в порядок.

Это Джефф мог понять, но он промучился целую неделю. Вот если бы он знал, что она порвала с Брэндоном! Сейчас у него сразу появилось множество вопросов к Аллегре.

— За какое подлое деяние мне его благодарить — если я, конечно, его когда-нибудь увижу?

— По-видимому, даже не за одно, а за несколько, о которых я не знала. Расскажу только о последнем. В прошлую пятницу я прилетела из Нью-Йорка в Сан-Франциско и поздно вечером, почти ночью, нагрянула к нему в отель «Фэрмаунт». С ним в номере была другая женщина. Только тогда до меня вдруг дошло, что он изменял мне все время, пока мы встречались. И он это почти подтвердил.

— Хороший парень, ничего не скажешь. Твердые принципы, высокая мораль. — Джефф шутил, но готов был задушить Брэндона своими руками. По его милости Аллегре пришлось пережить жестокое унижение. Но с другой стороны, Джефф даже радовался, что это случилось так быстро. Это было как катарсис, очищение.

— Беда в том, — заметила Аллегра, — что я сама ценю принципы, порядочность, верность и прочую дребедень, которая в наши дни вышла из моды. И я привязываюсь к людям, которые, как мне кажется, обладают этими качествами. К сожалению, обычно я ошибаюсь, принимая желаемое за действительное. До сих пор я с завидным постоянством выбирала совершенно неподходящих мужчин.

— Ну может, теперь все будет по-другому. — Джефф снова привлек ее к себе, чувствуя, как ее гибкое тело прижимается к нему, окутывая своим теплом. — Может, у вас резко улучшилось зрение.

— Правда? — настороженно спросила Аллегра. Ей так хотелось получить от него ответы на свои вопросы, убедиться, что на этот раз она не ошиблась.

— А вы как думаете?

— Я спрашиваю вас. Боюсь, мне уже не пройти через все это снова. Брэндон был третьим — третья, последняя, попытка не удалась, я выхожу из игры.

— Нет, Аллегра. — Он повернул ее к себе лицом и заглянул в глаза. — Игра только начинается. Вы еще зеленый новичок, все дело в практике. Сейчас мы подошли к самому главному, и на этот раз вы завоюете приз, вы его заслужили.

Аллегра подняла на него глаза, в них блеснули слезы. Джефф снова поцеловал ее, и на этот раз она ответила на поцелуй, вложив в свой ответ всю душу, надежду и веру, которые до этого она так опрометчиво дарила тем, кто этого не заслуживал. Джефф прав, на этот раз все будет по-другому. Он настоящий, он ее не обманет. Аллегра чувствовала это сердцем.

Затем Аллегра провела его по дому. У нее возникло странное ощущение, что она показывает Джеффу его новое жилье, что он будет проводить в ее доме много времени. Ощущение было непривычное, но приятное.

— Мне нравится ваш дом, — от души похвалил Джефф. Ему действительно понравилась теплая атмосфера дома. Аллегра любила свое гнездышко, и ей было приятно показать его Джеффу.

Вскоре они поехали в Малибу. Путь до дома Алана занял сорок пять минут. По дороге Аллегра рассказывала Джеффу об Алане, об их бесчисленных детских проделках. Но, будучи подготовленным к встрече, Джефф в первый момент был ошеломлен, увидев Алана и Кармен воочию. Кармен даже в футболке и джинсах была так прекрасна, что дух захватывало. В ней была чувственность, которой отличалась Мэрилин Монро, но при этом Кармен была красивее — настолько, что Джефф оказался не готов к встрече с ней. А Алан выглядел точь-в- точь как на экране, только он был живой и стоял рядом, глядел прямо на него, улыбался своей знаменитой улыбкой, обнажая идеальные зубы, в глазах невероятной голубизны плясали искорки смеха. Он чем-то напомнил Джеффу Кларка Гейбла. Вместе Алан и Кармен составляли великолепную пару, можно себе представить, в какое неистовство придут репортеры, если узнают об их романе.

Хозяева пригласили гостей в дом. На закуску Алан приготовил блюда мексиканской кухни: тамалес — мелко порезанное мясо с кукурузой, щедро приправленное красным перцем, и гвакамоле, блюдо из плодов авокадо. Джеффу он предложил текилы. Но при всем своем гостеприимстве Алан время от времени исподволь разглядывал спутника Аллегры. Когда Алану удалось ненадолго остаться наедине с Аллегрой, он тут же засыпал ее вопросами. Аллегра нервно хмыкнула.

— Что происходит? Ничего не понимаю. Кто это такой? Куда ты девала своего напыщенного павлина? — Алан никогда не говорил о Брэндоне не только в вежливых, но даже просто в цивилизованных выражениях, поскольку терпеть его не мог. Но на этот раз Аллегра едва ли не впервые ничего не сказала в защиту Брэндона. Она только немного смущенно захихикала. — Этот мне гораздо больше нравится, но что ты сделала с другим? Убила?

— Почти. Как оказалось, он чуть ли не все два года меня обманывал. В прошлую пятницу я застала его в отеле «Фэрмаунт» с одной из подружек. Вернее, не совсем застала, их не было в номере, но зато там были ее трусики, бюстгальтер и прозрачная ночная рубашка.

— Вот тебе раз, почему же ты мне ничего не сказала? — Алан даже обиделся.

— Не знаю, наверное, мне нужно было время свыкнуться с новостью. — Аллегра посерьезнела. — На самом деле я тебе звонила, но не застала дома. Я чувствовала себя прескверно, и мне не хотелось никому рассказывать о том, что произошло. Всю неделю я зализывала раны.

— Считай, что тебе повезло, — сказал Алан серьезно, наливая ей содовую: текилу Аллегра не любила. — Этот мерзавец сделал бы тебя несчастной до конца дней, можешь мне поверить, я это чувствовал.

Аллегра не стала возражать. Пока они разговаривали, в комнату вернулись Джефф и Кармен.

— О чем это вы тут секретничаете? — спросил Джефф, обнимая Аллегру. Она улыбнулась. — Что здесь вообще происходит? Я могу оставлять вас с этим мужчиной, это не опасно? Лучше скажите сразу, чтобы я знал, чего мне ждать. Боюсь, с ним я не могу конкурировать. Так он опасен?

Алан рассмеялся и быстро успокоил Джеффа.

— Похоже, я уже пятнадцать лет как безопасен. В четыр

надцать она была чертовски хороша, но мне так и не перепало ничего, кроме нескольких слюнявых поцелуев. Надеюсь, хоть вам удастся добиться от нее большего, — грубовато сказал он. Аллегра шутливо ткнула его локтем в бок.

— И на том спасибо, негодник! Помню, ты постоянно втягивал меня в какие-нибудь истории, и мне попадало от мамы.

— Знаешь, он и сейчас продолжает этим заниматься. — Кармен посмотрела на Аллегру с таким сочувствием, что та рассмеялась. Им было хорошо вместе, всем четверым. Аллегра подумала, что еще не видела Кармен и Алана такими счастливыми.

К обеду подали тако — сложенные пополам кукурузные лепешки с кусками курицы внутри, их приготовил Алан, и рис по-испански с салатом, который приготовила Кармен. На десерт у них была целая гора мороженого с горячим карамельным соусом. А потом они развлекались тем, что, как в детстве, пекли на огне в камине зефир. После обеда все четверо вышли прогуляться по пляжу. Они разговаривали, смеялись, играли в «пятнашки», поднимая брызги. Светила луна, волны с тихим шелестом набегали на песок, был прекрасный тихий вечер.

Когда они вернулись в дом, Кармен загадочно улыбнулась Аллегре, посмотрела своими огромными голубыми глазами на Алана и что-то прошептала ему — спросила, можно ли рассказать новость. Алан некоторое время колебался, глядя на своих гостей и пытаясь понять, как отнесется к их новости Аллегра и можно ли доверить ее Джеффу. В конце концов он все-таки решился, тем более что Кармен едва сдерживалась и даже пританцовывала на месте от нетерпения.

— На День святого Валентина мы с Аланом поженимся в Лас-Вегасе, — объявила она.

Аллегра бросилась на диван, делая вид, что падает в обморок.

— Мечта влюбленных и кошмар адвокатов!

Она встретилась взглядом с Аланом, пытаясь понять, то ли это, чего он хочет. Но Алан выглядел счастливым как никогда и уверенным в себе. В концС концов, ему уже тридцать, к этому возрасту он наверняка научился разбираться в людях.

— Газетчики вас просто на части разорвут. Надеюсь, вы понимаете, что в Лас-Вегас придется отправиться инкогнито и остановиться в отеле под чужими именами? Наденьте парики, загримируйтесь — сделайте все, что угодно, лишь бы вас не узнали. Ваша свадьба станет событием века, куда до вас принцессе Диане с принцем Чарлзом. Только умоляю, ради Бога, будьте осторожны!

— Обязательно, — заверил Алан. Ему только что пришла в

голову одна мысль. — А ты не согласишься быть у нас на свадьбе свидетельницей, или подружкой невесты,

или еще кем-нибудь в этом роде? — Он повернулся к Джеффу и великодушно распространил приглашение и на него: — Вы тоже можете поехать, если к тому времени она вам не надоест. Да, мы будем рады вас видеть.

Джефф был тронут его приглашением, даже сделанным в шутливой форме. Алан и Кармен оказались приятными людьми, искренними, душевными, и он замечательно провел время у них в гостях. Этот вечер совсем не походил на собрание в каком-нибудь нью-йоркском салоне с претензией на утонченную интеллектуальность, в доме Алана обстановка была проще, и Джеффу это очень нравилось. Именно поэтому Джефф в свое время и поселился в Калифорнии, но Алан и Кармен не такие, как все, они особенные. Однако как ни понравились Джеффу хозяева, он весь вечер не мог отвести взгляд от Аллегры. Он все еще не мог поверить своему счастью — не верилось, что она так быстро порвала с Брэндоном.

Поскольку до свадьбы оставалось всего две недели, разговор теперь шел только о подготовке к свадьбе. Алан хотел увезти Кармен на медовый месяц в Новую Зеландию. Однажды он там снимался, и страна ему очень понравилась. А Кармен до сих пор не была в Париже.

— Поехали с нами в Новую Зеландию, Джефф, — вдруг предложил Алан, закуривая сигару. — А девчонки пусть останутся дома, походят по магазинам.

Но шутки шутками, а Аллегра время от времени все же напоминала друзьям о необходимости соблюдать осторожность. Как только газетчики пронюхают, что случилось, они превратят их жизнь в кошмар, поэтому крайне важно, чтобы никто ничего не заподозрил до последнего момента.

— Как вы собираетесь добираться до Вегаса? — спросила Аллегра.

— Вообще-то я планировал ехать на машине, — практично рассудил Алан.

— Тогда, может, возьмете напрокат гастрольный автобус? У Брэма как раз есть подходящий, я попробую с ним договориться, и если удастся, то пусть это будет моим свадебным подарком.

Аллегра сознавала, что идея отправить Алана и Кармен в Вегас на автобусе обойдется ей тысяч в пять долларов, но дело того стоит. Ехать в своем автобусе — все равно что плыть на яхте или лететь на частном самолете. И если она арендует его на свое имя, никто ни о чем не догадается.

Кармен сочла предложение заманчивым, Алан решил сделать ей приятное и согласился, поблагодарив Аллегру.

Джефф и Аллегра помогли хозяевам убрать со стола и сложить посуду в посудомоечную машину, чтобы горничная вымыла ее утром. В одиннадцать они стали прощаться. Луна светила по-прежнему ярко, и на обратном пути Джефф предложил Аллегре посмотреть его дом, который находился всего в нескольких кварталах от дома Алана. Сначала Аллегра колебалась, но, подумав, согласилась. Она еще не привыкла к их новым отношениям и в каком-то смысле стала застенчивее, чем была в Нью-Йорке. Там события развивались слишком быстро, и каждый стремился взять как можно больше, пока есть возможность. Тогда их отношения немного напоминали” роман на борту корабля во время круиза, а сейчас вдруг стали частью реальной жизни, и Аллегра с тревогой чувствовала, что для обоих это серьезно. Помимо всего прочего, новость, что Алан и Кармен решили пожениться, тоже немного выбила ее из колеи, ей с трудом верилось, что они так быстро зашли столь далеко.

— Я сама их познакомила всего две недели назад, — немного удивленно сказала она Джеффу, когда он остановил машину возле небольшого, очень ухоженного дома.

— Ну что ж, это ведь Голливуд.

Он рассмеялся, но самое интересное было то, что Алан и Кармен действительно идеально подходили друг другу. Жениться через месяц после знакомства — шаг рискованный, но у него было такое чувство, что у них все получится, и Аллегра тоже в это верила.

— Они оба — замечательные люди, хотя и действуют уж слишком стремительно.

Больше всего ее удивил Алан. Он всегда отличался осторожностью, но на этот раз скорее всего увидел в Кармен ту самую женщину, которая ему нужна.

Они вышли из машины и пошли к дому, Джефф впереди, Аллегра за ним. Отперев дверь, Джефф оглянулся на Аллегру и помедлил, раздумывая, не перенести ли ее через порог. Ему очень этого хотелось, но он боялся отпугнуть Аллегру столь смелым жестом, особенно теперь, когда она немного ошеломлена известием о свадьбе двух своих друзей.

— Вы правда собираетесь прийти к ним на свадьбу? — спросила Аллегра.

— Да, если вы захотите. Я никогда не был в Лас-Вегасе.

— О-о, вы многое потеряли. По сравнению с Вегасом Лос- Анджелес покажется вам Бостоном.

— Жду с нетерпением. — Джефф усмехнулся.

Он много чего ждал с нетерпением, ему много чем хотелось заняться с Аллегрой, многое ей показать. У них все только начиналось.

Он провел ее по дому. Дом был небольшой и для писателя на удивление опрятный. Пол застилали плетеные коврики, удобные диваны и кресла были покрыты полотняными чехлами. Джефф не купил дом, а арендовал, но, как и он сам, дом выглядел очень по-восточному. Он напомнил Аллегре летние домики, которые она видела в Новой Англии. Хотя и не собственный, дом как нельзя лучше подходил Джеффу и производил впечатление идеального места для писателя. А еще в таком доме приятно пасмурным днем сидеть с книжкой, свернувшись калачиком на диване. В гостиной был большой камин и несколько кожаных кресел. В спальне стояла огромная кровать с пологом на четырех столбиках. В отличие от остальной обстановки дома кровать эта, сделанная из толстых бревен, казалась типично западной.

Просторная, отделанная мрамором ванная была оборудована по последнему слову техники. По другую сторону от гостиной располагались рабочий кабинет Джеффа и небольшая спальня для гостей. Словом, в доме было все, что нужно.

— Как вам удалось найти такое сокровище? — Найти в Малибу подходящий дом почти так же маловероятно, как найти золотой самородок в тарелке с овсяной кашей.

— Я его не искал, дом принадлежит моему другу, который прошлым летом перебрался на восток. Он с радостью сдал его мне, а я с такой же радостью его снял. Он поселился в Бостоне. По-моему, он в конце концов продаст этот дом, а я, по всей вероятности, его куплю. Но пока я его только арендую.

Аллегра с улыбкой еще раз огляделась по сторонам. Приятный дом и очень подходит Джеффу. Интересно, что он совсем не похож на дом Алана, который пропитан духом Лос-Анджелеса.

Они пошли прогуляться по пляжу, но прохладный бриз с океана вскоре загнал их в дом. Вернувшись, они устроились рядом на диване и говорили, говорили… Когда Аллегра засобиралась уходить, стрелки показывали второй час. Ей не хотелось вынуждать Джеффа везти ее домой, но, к сожалению, она не могла никак иначе добраться до Беверли-Хиллз: к Алану они приехали на его машине.

— Мне так неловко, что вам придется отвозить меня и ночью возвращаться обратно. Я совершила ужасную глупость, нам нужно было договориться встретиться прямо у Алана.

— Ничего страшного, мне все равно делать нечего.

В отличие от Брэндона, который вечно бывал чем-то недоволен, добродушный Джефф относился ко всему гораздо проще. Аллегра снова подумала, что с ним очень приятно общаться. Рядом с Джеффом у нее возникало такое чувство, будто они вместе уже много лет. Как Кармен и Алан, они идеально подходили друг другу.

Он снова поцеловал Аллегру, на этот раз, как ей показалось, с большим пылом. И она откликнулась. Как хорошо, когда они вместе, наедине, у них полно времени и не нужно никуда торопиться, можно не думать ни о ком и ни о чем, кроме друг друга! Это настоящая роскошь — просто быть вместе.

— Если мы сейчас не остановимся, боюсь, я никогда отсюда не уйду, — только и прошептала Аллегра.

— На это я и надеюсь, — так же шепотом ответил Джефф.

Она засмеялась:

— Я тоже, но, думаю, мне лучше уйти.

— Почему?

Он уложил ее на диван и сам лег рядом. Аллегра не возражала. Некоторое время они просто лежали рядом, глядя, как в камине пляшут языки пламени (Джефф разжег огонь, когда они вернулись с пляжа). В окна лился лунный свет, доносился тихий плеск океанских волн, от этого гостиная казалась еще уютнее. Но Аллегра ничего не замечала вокруг, когда Джефф ее обнял.

— Ты не подумаешь, что я спятил, если я признаюсь, что люблю тебя? — спросил Джефф. Они лежали рядом, и это казалось таким естественным, словно так было всегда.

— Нет, не подумаю. А что, тебе самому это кажется странным? У меня такое чувство, будто я знаю тебя всю жизнь, как Алана. — Причем это чувство возникло у Аллегры чуть ли не с самой первой минуты, когда они познакомились на приеме у Вейсмана.

— Жаль, что я не знал тебя в те времена. Небось в четырнадцать лет ты была клевой девчонкой. — Джефф

попытался представить ее с косичками, веснушками на носу и скобками на зубах.

— Ага, меня и мои слюнявые поцелуи. В четырнадцать лет мы очень весело проводили время, тогда все было так просто.

— Все и сейчас просто, — спокойно заметил Джефф. — Что-то усложняется, только когда поступаешь неправильно, а мы все делаем правильно. Мы просто созданы друг для друга, и ты это знаешь.

— Ты так думаешь?

Аллегра посмотрела на него снизу вверх, Джефф пододвинулся к ней ближе и поцеловал еще крепче.

— Знаешь, иногда мне становится страшно, — тихо призналась Аллегра, вглядываясь в его лицо в отблесках пламени камина.

— Чего ты боишься?

— Я боюсь, что опять сделаю что-нибудь не то, боюсь выбрать не того человека. Я не хочу испортить себе жизнь… Знаешь, как бывает, женщина выходит замуж не за того, кого нужно, и потом жалеет об этом всю оставшуюся жизнь, отчаянно пытаясь что-то изменить. Я не хочу так жить.

— Не хочешь, значит, и не будешь, — резонно заметил он. — Ты ведь до сих пор ничего такого не натворила, почему же это должно произойти сейчас?

— Я слишком боялась ошибиться.

Слушая Аллегру, Джефф думал о том, что он-то точно знает, что хорошо для них обоих, что им обоим нужно. Время пришло, и нечего дальше мучить себя. Он встал, бережно поднял Аллегру па руки, отнес в свою спальню и положил на широкую кровать с пологом. В уютной спальне Джеффа Аллегра ощущала себя в безопасности, поэтому не сделала ни единого движения, чтобы уйти или хотя бы отодвинуться. Она просто лежала и смотрела на него широко раскрытыми зелеными глазами. Он сел рядом, наклонился над ней, поцеловал, и она мгновенно откликнулась. Он постепенно снял с нее всю одежду, с восхищением разглядывая и покрывая поцелуями каждый дюйм ее тела. А потом они несколько часов занимались любовью, лаская друг друга руками и губами. Утром, когда солнце заглянуло в окно, Аллегра, как младенец, спала в объятиях Джеффа.

Проснувшись первым, Джефф тихо прошел на кухню, приготовил завтрак для любимой и вернулся в комнату с подносом. Чтобы разбудить Аллегру, он стал покрывать ее спину поцелуями. Она зашевелилась во сне, открыла глаза и со счастливой улыбкой посмотрела на Джеффа. Эту ночь они никогда не забудут. Их время пришло.

Позавтракав, они снова долго разговаривали. Потом они вместе принимали ванну, нежась в пенных струях джакузи. После ванны пошли на пляж. Они издали заметили Кармен и Алана, тут же вернулись в дом Джеффа и снова занимались любовью. Жаркий воскресный полдень они встретили в объятиях друг друга.

А потом Алан поспорил с Кармен.

— Я точно знаю, что видела утром на пляже Аллегру, она гуляла с Джеффом, — упорствовала Кармен.

— Не может быть, — возражал Алан. В его голосе уже появились интонации, типичные для мужа. — Вчера вечером она вернулась домой. Я знаю Элли, она бы так не поступила. Ей нужно время. К тому же, по-моему, она еще не пришла в себя после Брэндона.

— А я тебе говорю, что их видела. — Кармен была уверена в своей правоте.

Когда по пути в город Джефф и Аллегра проезжали мимо дома Алана, сидевшего в саду с Кармен, тот немало удивился, увидев их вместе.

— Ну, что я говорила! — торжествующе воскликнула Кармен, когда друзья помахали им из машины.

— Да, черт подери, ты оказалась права. — Алан проводил глазами автомобиль Джеффа. Он любил Аллегру как сестру и всегда желал ей добра. По его мнению, эта женщина заслуживала самого лучшего, что только может дать жизнь. Впрочем, Джефф показался ему неплохим парнем, и он надеялся, что у них с Аллегрой все сложится отлично.

— Может, мы устроим двойную свадьбу в Лас-Вегасе? — предложила Кармен. Она рассмеялась и потянула Алана в дом. Он не стал упираться и пошел за ней, но что касается двойной свадьбы, то тут у него были серьезные сомнения.


Глава 8 | Свадьба | Глава 10



Loading...