home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3. Крутые разборки. Или кто кого побьет — призрак дома на холме или мы его. Или все-таки ничья?

Я сидела на крыше, размазывая по щекам слезы. Тяжело осознавать себя ничтожеством, со мнением которого никто никогда не считался, да и считаться, наверное, уже не будет. Я почему-то закрывала раньше на это глаза, старалась не замечать… Но ведь я одна, всю жизнь одна! Везде чужая. И никому не могу доверять, кроме Володи, Кати и тети Полины. И дело здесь даже не в обмане Гэри. Просто так больно, когда понимаешь, что ошибался в человеке… или в ангеле. Это всегда страшно. Если бы я только могла что-то изменить…

Ладно, хватит играть в детский садик! Не дай бог кто увидит — стыдно, дорогая! Я вытерла слезы и задумчиво дотронулась до шеи. Саднило. Вот это такой подлый закон жизни — если все закончилось хорошо, то потом будет плохо.

Странно, но раны затянулись очень быстро. Я бы сказала, подозрительно быстро. Я еще раз потерла шею, но на этот раз с остервенением и злобой. Да сколько можно?! Хоть на… Хоть на небо лезь! А лучше повыть на луну, и тогда все точно удостоверятся в отсутствии кого-то у меня дома!

Не мешало бы обработать раны. Ладно, вот соображу, как отсюда слезть и обработаю… А пока что я сидела на крыше — портал, мною открытый, оказался почти верен и вынес меня всего лишь на три этажа выше моей комнаты! Вот беда!

Ладно, ждать бравого принца на белом коне не приходится. Я поднялась на ноги и посмотрела вниз. Ничего, до моего окна не очень далеко… Пришлось обнять трубу и съехать до нужного уровня. А дальше — просто! Перебрался на карниз и вот она — моя комната!

Я спрыгнула на пол. Вопреки обыкновению, приземление получилось не самым удачным. Проклятье! Да что со мной творится?! Перед глазами все расплывалось. Ничего! Главное, живая… Просто переволновалась.

И правда, через минуту все прошло.

Очевидно, Гэри заходил, потому что под дверью я нашла записку с двумя словами «Надо поговорить!» Ишь ты, раскомандовался! Я скомкала бумажку и со всей злости кинула ее в сторону, в старинный портрет в рамочке. Так я и пришла! Поговорить! Ха! Да я его теперь при первой же встрече раздеру на кусочки!

Я села и начала обдумывать планы мести. Мое воображение рисовало то лунную ночь и меня с подушкой в руках, крадущейся к спящему невинным сном Гэри…То яркое солнце в пустыне и зарытого по шею в песок напарника, то еще какую-то дрянь типа этого.

Не-е-эт!!! Дудки! Так просто он от меня не отделается! Как насчет скунса под нос? Нет, лучше тогда скорпиончик… Маленький, невинный, такой пусенька…

Я вздохнула. Ну не получится у меня отомстить этому мерзавцу! Не получится и все! Слишком уж красивые у него глаза — жалко!

И, кроме того, он же меня потом с того света достанет! А я потом бегай от бешеного призрака! Так, убийство отпадает! Что же тогда?

Ладно, я подумаю об этом завтра, а сейчас уже и спать пора, часы уже отбивали двенадцать ночи… Я быстро переоделась и легла в теплую кроватку… Хорошо, уютно. Перед Морфеем отступают все тревоги, все проблемы…

Пол дрожал…

Люстра качалась…

Я открыла только что закрытые глаза и подумала, что схожу с ума. Нет, вроде все в порядке. Но на всякий случай я стала задавать себе вопросы, дабы удостовериться, что у меня из черепушки не ушел кто-то еще. Во-первых, вспомнила, как меня зовут, где я нахожусь и вообще — чего это я здесь делаю. Эх, жаль, рядом психиатра нет, с моей профессией он просто необходим… А то б рассказала ему все и — гудбай, проблемы! Пущай психиатр с ними разбирается! Бедный человек!

Подумав еще пару минут, я удостоверилась, что со мной все пока в порядке. Так. Тогда почему предметы летают сами по себе?!

Тут кровать взлетела в воздух, и я испуганно вцепилась в подушку. Тут какая-то жуткая ошибка!!! Я не просила кругосветное путешествие на кровати и даже не посылала для этой цели обертки от йогурта и крышки от лимонада!

Но Фортуна сегодня решила приходить попозже в надежде, что меня схватит инфаркт миокарда, и одним клиентом станет меньше!

Я ойкнула и забилась в уголок. Вокруг все летало, кружилось, звенело и гремело. Вот пролетела чайная ложка, немного потанцевала с вилкой и врезалась в подпрыгивающий шкаф. Вот шкаф, прибалдевший от удара, попрыгал к окну, но тут же вернулся, чтобы столкнуться с комодом. А тут еще старый рояль решил помузицировать, и ему в тон зазвучали тарелки. Вон там, я вижу, книга прыгает и отчаянно сражается с моими туфлями. Но книга проиграла, и туфли стали гонять ее по всей комнате. Короче, полный улет!

Предел моему терпению положило некое существо, вылезшее из-под пола, по-настоящему страшное. Морда, как у орка, проснувшегося утром после большой попойки. Если сложно представить, то опишу-носа не наблюдается в принципе, кожа сморщенная и черная, борода до пола, усы, рот с черными перекошенными зубами, ушки врастопырку, глазки в кучку. Взгляд пьяницы, на руках (или ногах, уж не знаю там…) копыта, на голове (если ЭТО можно обозвать головой!) рога. И вот этот «красавец» (жирные-жирные кавычки!) двигался на меня.

Я зажмурилась. Призраки не опасны! Призраки не опасны! Как бы ему потактичнее об этом намекнуть?

Что-то щелкнуло меня по лбу, и я широко распахнула глаза. Чудовище раскрыло свой рот и…

Нет-нет! Он меня не схрумкал, не спешите играть похоронный марш раньше времени. Но лучше бы он это сделал!!! Это зловоние…

Я кубарем свалилась с кровати и схватила живой (я его когда-то оживила) тапочек… С этим тапочком у меня, кстати, целая эпоха жизни связана. В школе «Кары» нас учили оживлять некоторые предметы. Мы могли заставить вилку подпрыгнуть до потолка, а ложку сплясать танец живота. Ноя — как же без меня, чтоб я — да не напакостила! — всех переплюнула! Я смогла не просто заставить предмет двигаться, я смогла вдохнуть в него жизнь. Каким Макаром — не знаю, но факт остается фактом. Пресловутый тапочек свободно разгуливал у меня по дому, периодически кусался и виртуозно играл в карты, а в результате я осталась должна ему ровно сто рублей. Учитель сказал, что мне удалось поймать душу шулера. Не знаю, может, и так. По крайней мере, сейчас «шулер» может сослужить мне службу.

А вот монстру не мешало бы иногда пользоваться духами, хотя, по моему скромному мнению, они уже тут мало чем помогут!

Тапочек упорно сопротивлялся. Ну уж, фиг тебе, «шулер»! Как говаривал добрый украинский дядя, «я тебя породил, я тебя и убью»! Тапочек мой, и сражаться он будет за меня!

Чудовище усмехнулось и дыхнуло еще разочек на меня. Тапочек дернулся последний раз в предсмертных конвульсиях и печально обмяк в моих руках. Бедный, несчастный «шулер»! Так уж и быть, я тебя похороню с почестями, не волнуйся! Я закажу оркестр духовой, я поставлю свечку за упокой твоей несчастной тапочной души!!! Ты навсегда останешься в моей памяти! Твой образ, милый, незабвенный, будет преследовать меня везде! Бедный! Несчастный! За что ты покинул меня?!!! Чем мне теперь защищаться?!

Я ошалело трясла погибший тапок. Он мотался из стороны в сторону, как тряпка. О, прости, что я так и не отдала тебе сто проспоренных мною рублей (да и зачем они тебе, собственно говоря? Мне-то нужнее.)!

— Ты убил мой ТАПОЧЕК!!! — заорала я на монстра и кинулась к двери, не желая повторять судьбу погибшего маленького друга. Монстр озадаченно чесал репу, недоумевая, что это я, как ошалевшая, пытаюсь снести дверь. А все было просто, как дважды два, — дверь оказалась заперта. Тогда я, пользуясь замешательством чудовища, начала лихорадочно искать шпильки и булавки. Зачем? А чем еще замки отпирают?! Не ключом же, в конце концов! Можно, конечно, лом использовать… Да только его рядом не было! Пришлось схватить несущийся мимо комод и бросить его на двери. Петли скрипнули и со стоном отлетели. Я же исполнила пляску радости, чем погрузила монстра в еще более сильную задумчивость, и понеслась по коридору, завывая не хуже призрака.

Чудовище, наверное, додумалось, что того, что проворная жертва убегает, и понеслось вдогонку, улюлюкая и присвистывая. Я погазовала на углу и помчалась дальше, представляя собой живой пример гоночной машины.

Только вот теперь куда?!!! Бегать по всему замку с дикими воплями поджаренного поросенка жутко неэстетично! Что, к Гэри идти? Я остановилась, как вкопанная. Идти к этому негодяю и лжецу?! Да я лучше повешусь! Дверь его покоев была недалеко, но у меня гордости, что ли, нет?!

Идти или нет? Вот в чем вопрос! Сюда бы еще ромашку погадать. Нет, не пойду, лучше умру!

Торжествующий вопль за моей спиной развеял все мои сомнения, и я пулей сорвалась с места, чтобы постучать в спальню напарника.

Яростно молотила кулаками в дверь я недолго, зато результативно. Теперь в дереве навсегда останутся отпечатки моих пальчиков.

Дверь распахнулась. На пороге, позевывая в кулак и кутаясь в одеяло, стоял Гэри. Я бесцеремонно оттолкнула его в сторону и захлопнула дверь на засов.

Послышался грохот. Краем глаза я, пока неслась к кровати, чтобы нырнуть под одеяло, успела заметить ошарашенного напарника, сидящего на полу в осколках и обломках стола. Вид у него был весьма и весьма недоумевающий.

Я свернулась под одеялом в клубок и старательно подавляла нервную дрожь. Нет, все! Хватит! Я увольняюсь! Сколько можно? Ангелы, вампиры, эмпаты, тапочки и призраки… Всё перемешалось в моей бедной головушке, так что я теперь не знала, где правда, а где — вымысел. В той же каше, что и ангелы с демонами, почему-то оказался Горец и Терминатор, а Алеша Попович с Ильей Муромцем упорно не желали отделяться от мумий и лягушатников. Так и с ума сойти недолго! Теперь я понимаю, почему все ангелы неудержимые психи.

— Кхе-кхе, — рядом тактично прокашлялись.

— Даже не думай! — поспешно предупредила я. — Я отсюда никуда не уйду!

Послышался тихий смех, я возмутилась и резко села, попутно сбросив одеяло.

— Смешно? — ядовито прошипела я.

Гэри стоял (в халате, слава Богу!), облокотившись об стол, и, глядя на меня, смеялся.

— Ангел, который боится призраков, — насмешливо прищурился напарник.

Кто?! Это я-то ангел, который боится призраков?! Да я…! Ладно, я. Но так уж сложились обстоятельства.

И вообще, кто это тут боится?!

Взгляд синих проницательных глаз заставил меня покраснеть. Стыдно было за мысленные попытки убить этого парня…

— Гэри…

— Сам виноват, — спокойно прервал мои извинения напарник. — Надо было сразу тебе все рассказать.

— Вот именно, — довольно поддакнула я. — Мог бы сразу сказать! Тоже мне — тайна века! Такое чувство, что мне больше делать нечего, как только бегать по нашим врагам и орать им в ухо, что ты эмпат!

— Кто тебя знает?

— ЧТО?! — я прямо задохнулась от возмущения. — Ты же эмпат! Я уверена, что ты обо мне знаешь даже больше, чем я сама! — я откинула со лба волосы и обреченно махнула рукой. — Ладно, демон с тобой. Я надеюсь, у тебя кончились сюрпризы?

— Нет, — честно признался напарник.

— Нет?

— Нет.

Я непонимающе посмотрела на напарника. Идиот или притворяется?

— Отлично, — наконец выдавила я. — Знаешь, мне даже становится уже интересно…

— Правда? — приосанился Гэри.

— Нет! Сделай одолжение, оставь свои секреты при себе! Мне уже глубоко по барабану, кто ты, что ты, где ты… Только хватит врать, хорошо?

— Ангел, — насмешливо сощурился Гэри. — Не терпишь обмана.

— Ага, щаз крылья отрастут! — я досадливо фыркнула и только тогда спохватилась. — Стоп! А ты все-таки не ангел?!

Напарник неопределенно пожал плечами.

— Ах, я понимаю… Очередная большая тайна Гэри Эввота!

— Как себя чувствуешь? — Гэри с равнодушным лицом присел рядом со мной.

— Дурой. А так — ничего, терпимо. Все хорошо, прекрасная маркиза. Спать хочу. Мучаюсь от нестерпимого желания задушить рядом сидящего…

«Рядом сидящий» осторожно отодвинулся.

— …и строю планы мести. Еще что-нибудь интересует?

— Глаза болят?

— Болят, а что? После такого… урода, как тот призрак… еще и галлюцинации пойдут, не удивляйся.

Гэри молча встал, достал из ящика бинт, смочил его какой-то дрянью и явно с гнусным намерением подошел ко мне.

— Не против дезинфекции?

— Что? Против, конечно, но кто же меня… — я поморщилась, когда воняющий спиртом бинт был все-таки приложен к моей шее, — …спросит?

— Вот так. Держи бинт. Может, пронесет.

— Кого? — задумчиво задала я чисто риторический вопрос. Что-то в последнее время я слишком много думаю.

— Всё. Можешь идти спать.

— Идти?

— Ну да, в свою комнату, — серьезно кивнул напарник. — Всё будет хорошо.

— Ты издеваешься?

— Нет… Я серьезно, — опять кивнул Гэри, украдкой посмеиваясь в рукав.

— Какой же ты все-таки… вредный!

Гэри задул свечу и растянулся на кровати.

— На полу мне спать неохота… Так что у тебя три пути — идти к себе, спать на полу или спать со мной.

С этими словами он задул свечу и лег лицом к стенке.

Негодяй!! Я перебрала про себя все ругательства, которые только знала… На это ушел где-то час.

Потом я подошла к окну. Где-то в темноте, мне показалось, мелькнули два красных огонька. Ага! Вампиры! Уж не знаю, чему я обрадовалась, но обрадовалась. Моя душа жаждала мести. Вот тебе и ангел!

Я на цыпочках, дабы не разбудить напарника, двинулась к двери.

— Куда?! — глухо зазвучал голос вездесущего Гэри. Он что, и во сне за мной следит? — Анну назад! Бегай потом за тобой! Ложись уж спать, я на пол лягу.

— Не стоит, я пойду прогуляюсь… — беззаботно пропела я.

— Я сказал — назад! Знаю я твои прогулочки, — Гэри заворочался, вставая. — Потом таинственным образом оборотни пропадают! Я же сказал — лягу на полу!

Мне стало стыдно.

— Не стоит, правда, не стоит.

— Точно?

— Совершенно.

— Ну ладно.

Я почувствовала легкую досаду… Мог бы для приличия еще немного побыть джентльменом. В виде исключения.

Молчание.

— Ну хо-а-арошо! — не выдержал наконец Гэри, резко вскакивая с кровати. — Я сейчас пойду и принесу раскладушку! Если она здесь есть. Тебя это устраивает?

— Вполне, — радостно подытожила я.

Проснулась я от страшных завываний за дверью часа в три ночи. Я открыла один глаз и нос к носу столкнулась с красными адскими огнями.

— О, Господи!!! — с визгом отпрянула я, одновременно кидая подушку. В результате физических упражнений я оказалась на полу. — Вот те крест, я буду примерной девочкой!

— Да ну? — саркастически фыркнул на то «Всевышний». — Шо-то не верится…

— Гэри, иди ты на фиг пугать до инфаркта! А то без глаз останешься!

Напарник разочарованно «погасил» заклинание «ночного видения».

— Извини, по тебе мышь бегала…

— ГДЕ МЫШЬ?!!! А-А-А!!!

— Вон она!

— УБЬЮ-У-У!!!

— Пощади создание!

— А-а! Лови её! Она удирает!

— Софья, это мои волосы удирают, оставь их немедленно в покое!

— Волосы? Черт, а мышак куда удрал?!

— Ну какого демона он тебе сдался?!

— Его надо найти и провести над ним опыты… У меня есть парочка!

— Какой изощренный способ издевательства!

— Вот она!!!

— Нет, это не она! Это я! А-а-ай!

— Ой, прости! Опять твои волосы…

— Теперь уже их остатки…

Утро началось с продирания глаз. Гэри сидел в халате за столом, заваленным книгами, и что-то в поте лица строчил на листке бумаги.

— Как себя чувствуешь? — не отрываясь от листка, приветливо поинтересовался он.

Я подумала, что руки и ноги на месте, я еще жива, значит, все тип-топ…

— Вот и замечательно! — обрадовался Гэри.

— С добрым утром! — недовольно буркнула я. Опять он за свое?! Сколько можно читать мои сокровенные чувства?! Как же это неприятно, когда стоит подумать о чем-то и тебя засекут!

— Думай, о чем хочешь! Я твои чувства уже месяц целый читаю, уже привык! — безбожно успокоил меня напарник, бросая ручку на стол и откидываясь назад, чтобы потянуться.

— Гэри, ты невыносим! Мало того, что читаешь мои чувства, так еще и издеваешься!

— Что же делать? Я таким родился…

— Выйди! — раздраженно скомандовала я, сообразив, что вся моя одежда в моей комнате. — И принеси мне зеленое платье из моей комнаты!

— Где же «пожалуйста»? — равнодушно бросил Гэри, но приказание выполнил и через минуту вернулся с платьем. И даже с туфлями…

— Спасибо, а теперь выйди опять!

— А если не выйду? — усмехнулся напарник. — Я, между прочим, в халате!

— Гэри! — строго нахмурилась я.

Напарник пожал плечами и вышел. Так-то лучше!

Интересно, а что это он там писал? Я натянула платье через голову и подошла к столу.

Какие-то каракули… Ничегошеньки непонятно! Я такого языка и не знаю! Ладно, пошпионю за шпионом потом…

— Ты был лучшим моим другом. Ты верой и правдой служил мне целый месяц, и я не могу пожаловаться на твою службу. Твое тело ушло, но дух всегда будет рядом! И да простят тебе все грехи! И да упокоится душа твоя с миром! Аминь! Гэри! Пой молебен давай, чего расселся?! Ну! Живо!!!

Гэри лишь нагло усмехнулся, наблюдая за моими стараниями. А я, между прочим, занималась полной дурью и хоронила свой несчастный тапочек! А у этого парня никакого уважения к усопшему! Хоть бы мизинцем пошевелил!

— У девочки поехала крыша, — наставительно заметил мистер Джоннис, спуская очки на нос. Он лежал на берегу озера, читал газету и, похоже, всерьез вознамерился подзагореть.

— Да, верно, у меня поехала крыша, потому что собаки не болтают и не носят джинсы! И, заметь, газеты не читают! — немедленно вскипела я.

— Мистер Джоннис, вы когда-нибудь хоронили тапочки? — с издевочкой в голосе поинтересовался напарник у добермана.

— Нет, коллега. Я, конечно, видел в психбольнице похороны сковородок и полотенец, но…

— А идите вы к черту! Никакого чувства юмора! — обиженно махнула я рукой и спустилась к озеру, отдаляясь от коллег на добрую сотню метров. Надоели! Что с ними без толку разговаривать?

Вода… Такая безмятежно спокойная, такая прохладная. Не знаю, почему, но меня всегда манила эта голубая глубина воды.

Озеро тихо переливалось на ветру, пели птицы. Где-то далеко-далеко возвышались зеленые холмы. Перешептывались между собой деревья.

Все-таки мне не хватает здесь России, с ее широкими просторами и лесами. Почему-то вспомнилась деревенька, куда я с тетей иногда ездила на каникулах, ее тихая, скромная природа, березки, качающиеся на ветру, и голосистый жаворонок, который разрезает утреннюю тишину… И речка, такая тихая-тихая… Утром придешь, сядешь на берегу и часами наблюдаешь за ее жизнью, за тем, как течет она куда-то. А потом позовет тетя, и ты бежишь, маленькая девчонка, за вкусными пирожками и пареным молочком. Роса оседает на босых ногах… Как же давно это было!

Да, каждый любит свою Родину. Жаль только, что не каждый это понимает… А понимал бы — не было бы войн, пренебрежительного отношения к другому народу, другой расе, другой стране. Особенно обидно, когда один народ распадается и враждует. Вот, как мы, братья-славяне…

— Ты когда-нибудь каталась на пароходе? — Гэри подошел неслышно, и я нервно вздрогнула.

— Нет, — с сожалением покачала я головой. — Как-то не приходилось.

— А хочешь когда-нибудь прокатиться?

— К чему такой вопрос? Конечно, хочу…

Гэри сел рядом на траву.

— Гэри…

— Да?

— Ты сказал, у тебя еще есть сюрпризы?

— И это чистая правда. — с ехидной улыбкой подтвердил он.

— Может, разрешишь все мои сомнения и выдашь «случайно» свои тайны? Хоть одну…

— Ни за что! Никогда!

— Ах так! Сама узнаю!

— Ну-ну!

— Что «ну-ну»?

— «Ну-ну» — значит, ну-ну! Карты в руки, но ты ничего не узнаешь!

— Ах, не узнаю?

— Не узнаешь.

— Не узнаю, значит?

— Нет, — с блаженной улыбкой подтвердил напарник.

— Тогда придется тебе говорить!

— Чего? Ай! Не надо меня убивать! Я жить хочу!

Но я вошла во вкус и начала забрасывать приятеля палками и ветками. Гэри ловко увертывался, демонстрируя чудеса ловкости, но вечно так продолжаться не могло, и в конце концов особо верткая ветка угодила напарнику прямо в лоб.

Я хохотала, хватаясь за живот, как ненормальная, а Гэри задумчиво потирал ушибленное место. Вид у него был настолько комичный, что у меня из глаз закапали слезы. Я подумала, что сейчас точно лопну. Вот ведь нелепая смерть — от смеха!

Спустя минуту от палочек с ветками пришлось уворачиваться уже мне. Суперловкостью я не обладала и пришлось спасаться позорным бегством. Я побежала по берегу, Гэри за мной. Короче, меня он успешно поймал, но не удержал равновесие, и мы грохнулись на травку. Гэри ухитрился перевернуться и прижал меня рукой к земле. Я дернулась, пытаясь выбраться. Безуспешно. Тогда меня разобрал жуткий смех.

Гэри недоуменно посмотрел на меня и после секундной заминки хохотал точно так же.

— Гэри, ну ты и наглец!

— Кажется, наглость — второе счастье, да? — посмеиваясь, выдал он, садясь на траву и отряхиваясь.

Я не нашлась, хотя долго искала, что возразить, поэтому весело кинула еще одну палку, которая нашла свою цель незамедлительно.

— Опять в лоб?!! — вымученно воскликнул напарник, отчаянно потирая ушибленное чело.

— В яблочко!


Глава 2. Куда идем мы с Пятачком — большой-большой секрет! | Софья Стоцкая: Ангел Особого Назначения | Глава 4. Монашек