home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


МАСКИ СБРОШЕНЫ

Гонко, услышав шум, подумал, что ктото убирает мусор. В это время он вытаскивал из карманов штанов некоторые вещи и выкладывал их на постель: заряженный пистолет системы «Глок», тесак для метания, отравленный дротик и топорик. Он решил избавить шоу от одного исполнителя, поэтому Уинстон и получил возможность соврать в последний раз. Гонко не обошел вниманием след из зеленых листьев. Его первым порывом было покончить с Уинстоном на месте, но он сдержался… Такие решения следует принимать после некоторого обдумывания, подумал он. Уинстон заслуживал его доверия в течение долгого времени. Если бы обстановка оставалась спокойной, Гонко оказал бы старому клоуну покровительство и позволил ему жить. Но положение изменилось: у Гонко возникло ощущение, что игровые площадки превратились в военную зону.

Гонко остановился на топорике как орудии убийства по эстетическим соображениям. Он взял его, подкинул вверх и поймал за рукоятку.

– Буду скучать по тебе, старичок, – пробормотал он, пробуя пальцем лезвие топора, – но не очень. – Гонко шагнул в гостиную и чуть не выронил топор, когда увидел, что его там поджидало.

Ему понадобилось некоторое время, чтобы опознать Курта. Лишь остатки разорванного шарфа, свисавшие с его горба, свидетельствовали о том, что это был Курт. Звероподобному существу пришлось сгорбиться, чтобы просунуть голову в дверной проем. Курт больше походил на динозавра, чем на человека. Верхняя часть его лица была изуродована, она напоминала фрагмент сломанной пластмассовой маски на голове зверя. Ткань штанов обтягивала его ноги, похожие на чешуйчатые мышечные столбы. Сквозь туфли прорывались когти. Его густой выдержанный голос все еще оставался добродушным. Хотя акульи челюсти с трудом выговаривали слова:

– Гонко… обычно, когда я приходил… ты показывал какойнибудь трюк. Теперь… покажешь?

Гонко сделал глотательное движение, моргнул, протер глаза и на мгновение подумал, что бы такое показать Курту. Слава богу, он овладел собой. Снова сделал глотательное движение и сказал:

– Ах да, я могу устроить это, босс. И спасибо, нам… нам ничего за это не нужно.

Челюсти дрогнули. Каждая нота гогота Курта звучала как будто на два голоса. Один – низкий, другой – в манере его обычной неустойчивой приветливости. От этого симбиоза стыла кровь.

– Охх, хохохоо.

Гонко вытер лоб и крепче сжал рукоятку топорика, гадая, сможет ли топорик вырубить хоть одну чешую на Курте, если тот вздумает напасть. Он усомнился в этом.

– У нас неприятности, Гонко, – сказал монстр.

– В самом деле, босс?

– Да, Гонко. – Толстый багровый язык протиснулся между двумя зубами – сейчас более похожими на клыки – и завис, шлепая по красным деснам. – В шоу имеются изменники, – зазвучал жуткий голос, – но оно должно продолжаться. Понимаешь ты это или нет, Гонко?

Гонко произнес неуверенным шепотом:

– Да, босс, думаю, что понимаю.

– Я думал, может… Джордж стоит за всем этим, – продолжил Курт, приблизившись на два шага.

Гонко удалось сохранить присутствие духа и не отступить.

– Вот почему я не пытался пресечь эту гниль до сих пор. Но ведь именно мой брат составил этот список. – Курт поднял руку, в которой сжимал листок бумаги. Его взгляд сверлил Гонко сверху. – В списке двое твоих людей. Это – позор, Гонко. Нам нужно поговорить об этом… но позже.

– Да, босс, я понял, – сказал Гонко. – Потрясен так же, как и вы.

Курт заговорил очень медленно:

– Не думаю… что ты слишком потрясен. А?

– Нет, босс, – прошептал Гонко.

– Гмммм. Тогда пойдем, Гонко. Нам нужно коечто сделать.

* * *

Отделенный от кошмаров внешнего мира дверью своей комнаты, Джейми ожидал, когда все это кончится. Он слышал, как ктото вошел в гостиную, и теперь сидел и трясся. Джейми не рассчитывал пережить эту ночь. Хотя он не был уверен, имело ли значение то, что он умрет до окончания ночи. Во всяком случае, смерть принесла бы ему покой.

К нему вернулась память об узкой тропе, о том, как ксендз балансировал на ней, отказываясь глядеть в пропасть. Временами Джейми думал, что ксендзу было бы лучше упасть в пропасть, чем оставаться в ожидании того, что готовит для него Курт. Упасть или двигаться дальше. Двигаться дальше. «Ты знаешь, – думал он, – что это, видимо, чертовски правильная мысль. Вероятно, самый логичный выбор на данном этапе. Подозреваю, я уже достаточно всего повидал». Все же он продолжал сидеть в комнате. Снаружи, на игровых площадках, он слышал глухой вулканический рокот голоса Курта Пайло, сбросившего маску.

Наконец Джейми встал и спокойно пересек гостиную, без дрожи в ногах и учащенного сердцебиения. Если он доведет дело до конца, перед тем как его схватят, то это, по его мнению, будет победой в определенном смысле. Если нет – то все остальное уже не имело бы значения.

* * *

Количество трупов росло. Гонко взялся за убийство со всем рвением, поскольку за ним наблюдал босс. Курт искал изменников повсюду и находил их. Акробаты лежали теперь в лужах крови. Курт приказал им дать представление, прежде чем разорвал их на части, как говорящих кукол. Если бы Гонко сказали вчера, что они с Куртом устроят из акробатов кровавое месиво, он счел бы это невероятным. Но сейчас Гонко ничего не оставалось, кроме как сидеть смирно и ждать, когда изменится «настроение» Курта.

Курт направился к шатру шоу уродов, Гонко следовал за ним. Фишбой стоял в дверях в ожидании. Он выглядел слишком маленьким в сравнении с огромным Куртом, острые грани его тела отдавали влажным и красным блеском. Фишбой стоял сложив руки на груди, какимто образом сохраняя способность смотреть Курту в глаза. Лишь однажды его жабры колыхнулись. Гонко с недоверием глядел на него изза спины Курта, показывая жестом Фишбою, чтобы тот отошел от двери… Какого черта он пялится на Курта?

За спиной Фишбоя другие экспонаты молча глядели из своих стеклянных витрин.

– Настал твой час, – сказал Фишбой, обращаясь к Курту и даже не взглянув на Гонко. – Мы долго ждали. И убили бы себя сами, если бы не полагали, что у нас есть шанс заставить тебя прийти сюда.

У Гонко отвисла челюсть. Что за чертовщину несет Фишбой?

Курт отреагировал лишь негромким:

– О, хохоо…

– Фишбой, что… – начал Гонко, но заканчивать не было необходимости.

Курт накинулся на Фишбоя. Через мгновение с ним было покончено.

– Видишь, Гонко? – сказал Курт, обернув к главному клоуну лицо. Между зубами у него текла кровь, окрашивая подбородок. – Изменники. Всюду. Уничтожай их, Гонко.

Гонко делал то, что ему приказывали. Через несколько минут в шатре не осталось ни одного урода. Йети яростно сопротивлялся, однако Курт попросту играл с ним некоторое время, перед тем как раздавить одним усилием.

– На Аллею интермедий, – сказал Курт, с трудом произнося слова. – Там другие из списка… должно быть, скрываются… Шоу должно продолжаться, Гонко.

– Понимаю, вы правы, – ответил Гонко и оцепенел, увидев, как Курт задрал голову к небу и завыл.

От этого воя у Гонко мороз побежал по коже. В дыхании Курта он различал смрад болот, и в его представлении возникли древние схватки чешуйчатых тварей, живших задолго до появления человека. Монстр рванулся вперед, топая ногами и сотрясая землю.

Видимо, помощь Гонко больше не требовалась. Он остановился как вкопанный, оглядываясь на развалины шатра шоу уродов, не понимая, спал ли он, когда полагал, что вчерашний день был просто обычным днем. Временем для короткого отдыха. Временем, когда он собирался собрать свою труппу и пройтись по игровым площадкам.

* * *

ДжиДжи встал и отряхнулся.

– Фуу, как тяжело, – сказал он, поднимаясь на ноги с помощью Рафшода. – Благодарю. С меня причитается.

– Благодари Гонко, его идея, – ответил Рафшод. – Он ищет тебя несколько часов.

Рафшод навострил уши, прислушиваясь к воплям служек, убегавших от надвигавшейся на них опасности. Затем бросил тюбик с краской для лица, ручное зеркальце и поспешил к шатру клоунов.

Пошли, – бросил он через плечо.

ДжиДжи последовал за ним по заброшенной тропе рядом с Аллеей интермедий.

– Уххх, гогого! – ревело чтото.

Рев смутно напоминал… Должно быть, это был Курт. ДжиДжи замедлил шаг, прикидывая, идти или не идти, чтобы увидеть это зрелище.

Вдруг он все вспомнил. У Джейми не было времени зачистить его память до того, как его перехватил Рафшод. ДжиДжи быстро просмотрел незнакомый ряд воспоминаний. Секретная встреча, заговор. Ему пришлось признать, что нельзя было винить парня за то, что он скрывал это. Джейми питал неприязнь к шоу, а ДжиДжи делил с ним вину за это соучастие, поэтому он оказался в черном списке.

– Сукин сын! – воскликнул он.

– ДжиДжи? – позвал ктото.

Он повернулся и увидел Гонко, стоявшего вместе с Рафшодом. Гонко был весь забрызган кровью.

– Это не я, босс, клянусь. Джейми меня подставил, – сказал ДжиДжи.

– Ты еще клоун? Тогда мне наплевать, – сказал Гонко. – Мы уходим. Клоунам здесь не место. Мы найдем себе другое место, пока все это перетряхнется.

– Уходим? Куда?

– Не знаю. Найдем общину хиппи или организуем религиозную секту. Пошли, пройдем мимо трейлера Джорджа по контрамаркам. Ты, я, Раф и Уинстон. Я не буду поминать ему старое, поскольку мы и так лишились кадров. Гоши и Дупса, видимо, убили. Я полагаю, они вернутся, но смерть отсрочит это на время. По крайней мере, до сегодняшнего вечера. Пошли.

– Хорошо! – воскликнул ДжиДжи. – Идемте. – Он подошел к Гонко. – Ты не сходишь с ума, босс, изза всей этой кутерьмы? Изза заговора, вызвавшего все это. Ведь так?

Гонко скосил на него глаза:

– Не думаю, чтобы ты замышлял подстроить Курту хотя бы маленькую пакость.

– Конечно, – энергично закивал ДжиДжи, – я не мог об этом и подумать.

По игровым площадкам пронесся рев, от которого, казалось, задрожала земля. За ним последовал невероятный грохот, возможно, рушился дом.

– Проклятье, он сорвался, – пробормотал Гонко. – Уф, он идет сюда, – всполошился он. – Шагайте живее!

Гонко, Рафшод и ДжиДжи поспешили к трейлеру Джорджа. Вскоре ктото преградил им путь. Это был Мугабо. От его голубого облачения и тюрбана исходили голубые волны электричества. У ДжиДжи волосы встали дыбом, а в воздухе повеяло озоном.

– Мугабо! – воскликнул весело Гонко. – Откуда ты, черт возьми?

В ответ Мугабо, казалось, начал расти в объеме, согнул руки над головой аркой и сплел пальцы.

– О, великолепно, – пробормотал Гонко, сунув руки в карманы. – Мугабо, дружище, не заносись оттого, что ударил меня током, иначе…

Руки Мугабо резко опустились вниз. Два ярких огненных шара мелькнули в воздухе. Гонко отпрыгнул в сторону, перекатился и встал на ноги – за это время он какимто образом умудрился достать из кармана огнетушитель. Сделав два прыжка вперед, он окатил мага пеной. Облитый пеной, Мугабо отбивался вслепую. Гонко швырнул в него баллоном и попал прямо в лицо. Мугабо с глухим металлическим звоном рухнул на землю. Пробегая мимо, Гонко пнул его ногой.

Клоуны подбежали к трейлеру Джорджа. Гонко собрал их вокруг себя.

– Теперь мы попросим Джорджа дать нам контрамарки, – сказал он, – и если он откажется, то кончит плохо. Поняли?

Рафшод и ДжиДжи кивнули. Гонко пнул дверь трейлера ногой, но ответа не последовало. Он открыл дверь плечом, и клоуны вошли внутрь. Гонко выдвинул ящики письменного стола и шарил в них, пока не обнаружил контрамарки. В тот момент, когда он взял их в руку и произнес:

– Пошли, – дверь трейлера захлопнулась. Гонко подошел к ней и навалился плечом. Дверь не поддавалась. Он пнул ее ногой раз, пнул два. Никакого эффекта. – Вот это новость, – сказал он.

– Мне страшно, – захныкал ДжиДжи.

– Мы едем, – сказал Рафшод. – Смотрите… – Он сорвал занавески с окна. Снаружи медленно плыл ландшафт. Трейлер трясся.

– Что это там движется?! – воскликнул Гонко.

Это был Джордж Пайло, представлявший собой то, кем был в действительности – коварным хитрецом, если не чемто большим. Курт настолько был занят ксендзом, подаренным ему на день рождения, что не позаботился о том, чтобы убедиться в доставке к своему трейлеру распятия из красного дерева. Джордж заметил это и понял, что распятие было бы единственной прочной преградой, способной удержать его предполагаемого пленника – Курта – внутри трейлера. По его сигналу дровосеки прислонили к двери распятие, удерживавшееся на месте при помощи тяжелых железных обручей, недавно приваренных по углам входа в трейлер. Джордж приготовил эту западню для очередного покушения на Курта. Тем не менее его обрадовало и то, что в ловушку попались клоуны, которые не могли выбраться оттуда живыми без его помощи. В настоящее время он медленно тащил трейлер с помощью небольшой моторной повозки, к которой его прицепил. Он слышал, как клоуны колотили изнутри и кричали, и улыбался, наслаждаясь одной из немногих в своей жизни побед. Вероятно, впереди его ждали новые победы, но сначала ему надо было доставить клоунов к комнате смеха.

Внутри трейлера рыдал ДжиДжи. Лишь недолго он был ангелом смерти, убивавшим спящих служек, но теперь опасность смерти угрожала ему самому. Он вытирал нос занавесками и скулил как щенок. Рафшода, видимо, ничто не волновало. Он глядел в окно и отпускал комментарии по поводу череды трупов, мимо которой они проезжали.

– Эй, я знаю его! Этот служка продал мне зажигалку, которая не работает. Теперь ему пришел конец! Гляди, его голова рассечена на три части.

Гонко выкладывал из карманов все, что могло бы помочь открыть дверь, – инструмент для резки болтов, динамит, отмычки.

– Проклятье! – рявкнул он, когда провалилась его попытка открыть дверь при помощи кредитной карточки. Он яростно занялся рукояткой двери, затем бросил это и вздохнул: – Так, парни, Думаю, что Джордж захомутал нас и захомутал прилично. Если мы выберемся из этого трейлера, то я разрешу вам устроить ему самую большую пакость. Может, ты бросишь лить слезы, Джиджи, и высморкаешься?

– Прости, – промямлил ДжиДжи.

Трейлер остановился, жестко ударившись обо чтото, и клоуны попадали на пол.

– Готовьтесь, – предупредил Гонко, – скоро дверь откроется.

Они слышали, как снаружи Джордж Пайло отдавал команды. В дверь ударило чтото тяжелое, пол со зловещим скрипом накренился. Трейлер отцепили сзади и наклонили вперед. Письменный стол перемещался по полу вместе со шкафом и комодом. Клоуны прыгали, стараясь Заслониться от скользящей по полу мебели. Внезапно все стихло. Гонко нахмурился, взобрался на груду вздыбленной мебели и прислонился к двери, напряженно слушая. Он слегка толкнул дверь, затем вернулся назад, когда она открылась.

– Что за… – произнес он. – Черт побери! Мы в комнате смеха.

Джордж наклонил трейлер под углом в сорок пять градусов, стараясь вывалить клоунов наружу. Перед ними зияла, как открытый рот, дыра, пробитая в стене комнаты смеха взрывом. Далее находилось внутреннее пространство комнаты. Подвал комнаты смеха представлял собой пустую камеру с каменными стенами, ниже двери на двадцать сантиметров. В середине располагалась шахта, отверстие длинного тоннеля, конца которого не было видно. Из его глубины светился оранжевый свет. Оттуда шло зловоние, состоящее из запахов горелой резины и жареного мяса.

ДжиДжи бросил взгляд в дверной проем трейлера и запричитал:

– О нет, нет, я не хочу. Пожалуйста, не заставляйте меня спускаться вниз, пожалуйста…

– Ты напоминаешь сейчас Дупса, – сказал Гонко с неприязнью, – только он был терпеливее… – Гонко замолк, когда трейлер наклонился ниже. – Ой! – воскликнул он.

– Сидите там тихо, – раздался вблизи голос Джорджа. В этом голосе звучали полное удовлетворение и восторг. – Вы все еще мои работники. Делайте, что вам говорят. Прыгайте. Прыгайте из моего трейлера.

– Заткнись! – выругался Гонко.

Трейлер снова тряхнуло. Гонко напряженно слушал.

– Это дровосеки, – сказал он. – Они пытаются вытряхнуть нас отсюда. – Он сунул руку в карман и вынул пистолет, бросив его Рафшоду. – Дай им жару! – скомандовал он.

Рафшод направил ствол на заднюю стенку трейлера и дважды выстрелил, пробив две маленькие дырочки. Джордж снаружи дал команду, и трейлер затрясся сильнее, чем прежде. Все три клоуна потеряли равновесие, и пистолет выпал из рук Рафшода.

– Проклятье, – пробормотал Гонко, затем изменил тон. – В чем дело, Джордж? Чего ты от нас хочешь?

– Хочу, чтобы ты заткнулся и сыграл в ящик, – бодро откликнулся Джордж.

Гонко передернулся от ярости. Он помедлил, чтобы взять себя в руки, потом заговорил спокойно:

– Послушай, Джордж. Это както связано с Куртом? Почему ты нас не выпускаешь? Может, мы поможем тебе.

– Ты сможешь спуститься в комнату смеха, вот что ты сможешь, – сказал Джордж раздраженно. – Возьми с собой туда этого изменника Джи. Курт будет тоже там.

Гонко нахмурился, но быстро сообразил.

– Так, – прошептал двум другим клоунам, – он собирается отправить в подвал и Курта. Но какого черта? – Он сделал паузу, затем снова обратился к Джорджу: – Ты хочешь, чтобы только ДжиДжи оказался внизу?

– Нет! – воскликнул ДжиДжи. – Пожалуйста!

– Заткнись! – шикнул Гонко. – Надо прощупать почву. Верь мне. Что ты говоришь, Джордж? Только ДжиДжи?

Джордж не ответил и отдал новые команды дровосекам. Трейлер снова затрясся и наклонился под более отвесным углом. Шкаф опрокинулся в открытую дверь, и Гонко едва спасся, чтобы не быть увлеченным вниз вместе со шкафом. Шкаф с грохотом упал в шахту, понесся по тоннелю и исчез из вида. Когда он достиг дна, из шахты вырвалось оранжевое пламя, которое разрослось, как маленькое грибовидное облако. Пламя причудливо извивалось, в нем, как порхающие летучие мыши, плясали тени.

Гонко набросился на ДжиДжи:

– Если ты не прекратишь хныкать, ублюдок…

ДжиДжи прекратил плакать. Чтото привлекло его внимание. Это был маленький деревянный шкафчик, вмонтированный в стену как раз над его головой. Встав на письменный стол в дверном проходе, он стал подбираться к ручке шкафчика. Гонко снова обратился к Джорджу:

– Послушай, я был хорошим исполнителем, выполнял работу безупречно. Для чего жертвовать всеми клоунами?

– Хаха! – раздался голос Джорджа снаружи.

Вдали вновь послышался шум, он приближался. Сюда шел Курт. Джордж свирепо зарычал на дровосеков, и трейлер снова начал трястись.

ДжиДжи добрался до шкафчика. Он был заперт.

– Эй, Гонко…

– Отстань, ДжиДжи, заткни пасть, – выпалил Гонко.

ДжиДжи хотел было попросить у него какойнибудь инструмент, чтобы открыть шкаф, но вдруг увидел лежавшую на письменном столе отмычку, которую Гонко вынул из своего кармана. Он нагнулся, чтобы схватить ее, но трейлер тряхнуло сильнее, и отмычка отлетела ему в руку. На мгновение трейлер оставался в неподвижности, затем последовал новый сильный толчок. ДжиДжи и Гонко удержались на ногах, но Рафшод скользнул в дверной проем и упал в комнату смеха. ДжиДжи зачарованно смотрел, как Рафшод падал, словно тряпичная кукла, и, миновав шахту, опустился на то, что выглядело как плита для жертв. Рафшод упал на спину. Он лежал, извиваясь в агонии. Гонко сморщился.

– Слышишь, Джордж?! – крикнул он. – ДжиДжи только что упал. Он сейчас внизу. Давай возвращай трейлер в нормальное положение. Ты покарал изменника.

– Одного из них, – откликнулся Джордж.

В ответ на это замечание Гонко, казалось, утратил остатки спокойствия.

– Подонок! Если я выберусь отсюда, Джордж, то буду убивать тебя очень медленно. Понял? Мелочная злобная тварь, я ждал этого многие годы. Я буду убивать тебя годы, слышишь меня?

– Ты все испортил, я хотел начать переговоры, – сказал Джордж.

– Ни черта ты не хотел! Ты – дохлый карлик, Джордж, не зря твой отец не доверил тебе руководить шоу. Сопля всегда останется соплей. Каждый раз, когда ты пытался уничтожить Курта, я сообщал ему о твоих планах. Было очень забавно видеть, как твоя рожа морщится, готовая заплакать.

– Ха! Как выглядит сейчас твоя рожа, Гонко?

Пока происходила эта перепалка, топот шагов Курта становился ближе. ДжиДжи вставил отмычку в замок шкафчика, повернул ее, и маленькая деревянная дверца распахнулась. Стоя на цыпочках, он увидел стопки бархатных кисетов. Они вывалились из шкафчика. ДжиДжи подхватил самый большой из них и дико озирался вокруг в поисках подложки для порошка. Гонко повернул голову и вскрикнул:

– Что, запас Джорджа?! Это он, черт возьми! ДжиДжи, брось один мне.

– Нужна миска, – напомнил ДжиДжи, – и зажигалка.

– Ладно, ладно, приготовь мне дозу. – Гонко вынул из карманов миску и зажигалку. – А я буду отвлекать Джорджа. Эй, Джордж! Помнишь, в сорок четвертом ктото убил твоего любимого попугая? Как там его имя, Рейнольд? Помнишь, это был твой единственный друг? Это сделал я, Джордж. Я прикончил его, затем скормил Гоши.

– Когда ты попадешь в ад, можешь поздороваться с этим маленьким ублюдком! – взвизгнул Джордж. Гонко наконец задел его как следует.

Опасно балансируя на письменном столе, ДжиДжи поддерживал пламя под миской достаточно времени, чтобы растопить содержимое трех кисетов. Гонко протянул руки, чтобы взять миску:

– Ради бога, поторопись, ДжиДжи.

В воздухе вновь загромыхало: Курт был уже близко. ДжиДжи протянул было миску Гонко… потом вернул ее себе.

Без единого слова оправдания он проглотил жидкость.

Гонко разинул рот от изумления:

– ДжиДжи! Что за черт тебя…

– Скорей отсюда, – прошептал ДжиДжи, закрыв глаза. – Скорей из этой давки. Прочь из трейлера, без промедления. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

ДжиДжи открыл глаза и огляделся. Трейлер снова тряхнуло. Ничего не произошло. Он с ужасом смотрел на Гонко, который покачивал головой, сверкая глазами.

– Ты сделал это в такое время, глупый сукин сын. Ты сделал это сейчас…

Внезапно трейлер испытал мощный удар, как будто его толкнул грузовик. Курт уперся в заднюю часть трейлера, и оба клоуна полетели в подвал комнаты смеха. Желание ДжиДжи исполнилось.

* * *

Джейми все видел. Он пришел в сознание, словно был разбужен землетрясением. Он лежал на траве в тридцати метрах от комнаты смеха и прекрасно видел, как Курт, чудовищно выросший, ринулся на трейлер головой вперед, нанося второй удар. Задняя стенка трейлера вогнулась внутрь и сплющилась, как консервная банка. Когда трейлер накренился, Джейми заметил, как Гонко упал в комнату смеха. Затем туда упал ктото еще. Некто очень похожий на него самого.

Джейми ощупал руки и грудь, удостоверяясь, что он на месте, целый и невредимый. С головы до ног он был облачен в клоунский костюм. Впрочем, когда он потрогал лицо, не ощутил на нем краски.

«Как?» – сверлило в мозгу. Но еще будет время разобраться в этом. Сейчас он поднялся и побежал.

* * *

Курт закончил ломать трейлер и, сжав его руками, отбросил в сторону. Трейлер кувыркнулся в воздухе и с грохотом опустился на дровосеков, которые наслаждались заслуженным перерывом. Они, слишком уставшие, чтобы бежать, успели только обменяться друг с другом утомленными взглядами, перед тем как на них обрушился трейлер.

Между тем Курт пристально смотрел в подвал комнаты смеха. С чешуйчатой головы до когтистых ступней он был весь в крови, словно попал в кровавый ливень. Джордж Пайло наблюдал за братом изза штабеля дров. Он решил рискнуть.

– Эй, Курт! – позвал он.

Курт повернулся, склонив голову набок, глядя суженными глазами на брата.

– Берегись, – предупредил Джордж, демонстрируя искренность в выражении лица, – штаны Гонко… опасны – в их карманах много чего есть.

Губы Курта задрались вверх, обнажив сверкающие клыки.

– Спасибо, братец.

– Не стоит. Карай изменников, Курт. Да, погляди… может, ты хочешь забрать это. Для самозащиты, понимаешь. – Джордж указал на большое деревянное распятие, лежавшее на земле неподалеку.

Если бы лицо Курта могло принимать человеческое выражение, оно бы просветлело от восторга. Он прорычал:

– О, чудесно, – и взял распятие, качая на руках. – Подходящая вещь, не правда ли? – спросил он.

– Да, Курт, – согласился Джордж, снова укрываясь за штабелем дров. – Подходящая для изменников. Ступай за ними.

Курт снова повернулся лицом к комнате смеха и прыгнул в подвал. Его огромное тело выглядело так же зловеще, как рушащийся мост или автомобиль, снесенный с дороги ураганом. На этом все было кончено. Победителем стал Джордж Пайло. Он бросился к комнате смеха с выражением триумфа на лице. Там внизу народ не слишком расположен к распятиям, совсем к ним не расположен.

Курт Пайло выглядел карликом в сравнении с теми существами, что блуждали в конце огнедышащего тоннеля, но в своем облике зверя он утратил рациональное мышление. В такой компании явление с распятием было непростительным нарушением этикета, однако он воспринимал рев, доносившийся снизу, как дружеское приветствие. Те, кто выжил на игровых площадках и слышал этот рев, навсегда связали свои кошмары с этим ужасным рычанием.

Тремя ударами Курт забил Рафшода до смерти, затем обратился к Гонко. Как ни свирепо отбивался Гонко, ничто в его карманах не могло помочь ему против Курта, сбросившего маску. Он не мог даже посадить синяк на туше зверя. Курт швырнул его об стену, вышибив дух, затем повернулся к ДжиДжи. Тот умер на коленях, вымаливая пощаду.

Бросив распятие, Курт схватил тело Гонко. Он взял его под мышку и, нежно поглаживая голову главного клоуна, тихо бормотал обвинения. Распятие упало в отверстие шахты, объятое пламенем в полете, вращаясь и ударяясь о стенки тоннеля.

В экзальтации оттого, что сознавал себя карающим мечом ада, Курт не заметил ничего дурного даже тогда, когда из шахты вырвались языки пламени. Огромные темные руки подняли его и потащили внутрь тоннеля. Он почувствовал себя самим собой, сбросившим маску навсегда. В руках он держал бесчувственное тело Гонко.


УДАРНЫЕ ВОЛНЫ | Цирк семьи Пайло | ТЕ, КТО ВЫЖИЛИ