home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Окрестности Октябрьска/Тхан-Такх


Ночь…

Глинобитные стены Тхан-Такх поглотил мрак. Взошедшая луна отражалась в отполированных ветром скалах, которые тянулись, словно темно-серые спины древних ящеров, по плоскогорью. Ветер шевелил густые заросли горного можжевельника и жестколистого кустарника на горных склонах, шерсть у овечьих отар и старый пепел костров.

Дремлют пастухи чуткой дремотой степняка, спят после тяжелого дня земледельцы в глинобитных домишках, почивают горожане в объятиях жен и подруг - земляне и аборигены.

Лишь дозорные на башнях и раскатах куртин, вглядываясь в ночное небо и покрытую серыми тенями землю, изо всех сил сопротивляются сну.

Но не только они бодрствуют.

У отрогов хребта Хао километрах в тридцати от города, по счету пришельцев, тихо переступая копытами, трусили три степные лошадки - мелкие, мохнатые и неказистые.

Быстро и бесшумно всадники направляли их сквозь заросли тамариска.

Двое были одеты как обычные полукочевые, полуоседлые жители Южного Предела - отороченные сурком малахаи и суконные полукафтаны. У седел - луки, на поясе - кривые сабли, а в рукавах - отточенные кинжалы. Таких людей называли сурданы, дав им имя жутких хищных тварей, водившихся далеко в горах и по легендам происходивших от тех чудищ из преисподней, что пожирали души злодеев и грешников после смерти…

Оба наемных убийцы чутко вслушивались в ночные звуки и внимательно следили за окрестностями. Но кроме жужжания и стрекота насекомых, больше ничто не нарушало тишину, лишь однажды ее разорвал далекий крик шакала, да как-то дорогу пересек, шмыгнув, некий зверек.

Между головорезами на таком же коньке ехала закутанная в черные тряпки колдунья. Седые космы обрамляли ее лицо с запавшими незрячими глазами, отмеченное печатью злого безумия. Она, как мать дитя, прижимала к себе сверток, напоминавший ребенка. Старший разбойник время от времени кидал на него тревожный взор…

- Мы прибыли, воин! - резко прокаркала старуха. Без лишних вопросов старший сурдан, сжимая кинжал, спрыгнул с седла.

Его спутник осторожно, с тщательно скрываемым страхом снял с коня колдунью.

Они преодолели кусты и, как волки на охоте, двинулись тихо и быстро, поднимаясь по пыльной тропе к гребню холма. Под ними лежала ничем не примечательная долина.

Если не считать каких-то старых развалин шагах в двухстах…

Главарь остановился. Светила луна, но время от времени ее свет туманили набегавшие облака.

- Это то, что тебе нужно, старая? - хриплым шепотом осведомился он.

И в его голосе сквозь злую презрительную браваду можно было почуять тень все того же страха.

- Да, отважный воин, - каркнула в ответ дряхлая шаманка, уловившая, похоже, настроение спутников.

Они торопливо поспешили к руинам, старуху вели под руки.

- О, не так быстро, соколики! Мои старые ноги! Не спешите так, а то я умру… - жалобно стенала ведьма.

Молодой разбойник запнулся, глаза его испуганно блеснули. Главарь тоже остановился.

- Тебе щедро платят, матушка Ру, - заговорил он и резко взмахнул рукой. - Скоро мы будем на месте. Сделаешь, что следует, и вернемся! Быстрее придем - быстрее уйдем! И не плачь, ты еще нас переживешь. А вернемся - отдохнешь как следует. Будет у тебя и нежнейший ягненок, и лучшее вино, и останется еще золота на молодого и сильного любовника…

Послышался сдавленный смешок.

Колдунья выругалась на незнакомом им языке.

- Ладно уж, сынки, вперед! - решила она. Компания продолжила путь под оханье и вздохи старой карги.

Наконец, они остановились у подножия пологого холма. Перед ними на вершине был вход с портиком с рухнувшими колоннами - то ли древняя усыпальница, то ли не менее древний храм забытого бога…


Так уж получилось, что земляне эти руины хотя и знали, но не придали им особого значения.

Местные жители традиционно держались от подобных мест подальше и сказать ничего не могли, разве что «место это нехорошее».

А мотопатрули пришельцев еще в дни приснопамятного «Порога» пару раз прокатились поблизости, нанесли на карту примерное местоположение. И забыли.

Может, в других обстоятельствах сюда наведались бы археологи, но сперва их просто не было, а потом стало вообще не до того…

А между тем были в этом мире люди, для которых неизвестные руины значили весьма и весьма много!

Все трое поползли наверх. Достигнув вершины, замерли и осмотрелись.

- Можем идти… - вдруг угрюмо бросила старуха.

Спустились по выщербленным ступеням и двинулись в темноту.

Они не зажигали факелов и лампад, но свет у них был - в руке старухи сиял короткий жезл, навершием испускавший тусклое мертвенное сияние.

Шли по мрачным коридорам, под низкими арками из неровных булыжников. Помещения были уныло одинаковы - круглые комнаты с нишами в стенах - ни тебе обломков, ни утвари, ни каменной резьбы.

Но вот они оказались в овальном зале с теми же нишами, разве что у каждой по обеим сторонам стояли грубо отесанные граненые колонны, покрытые непонятными знаками - уже почти стершимися.

Старуха деловито размотала сверток.

Там оказался грубый каменный кувшин, запечатанный восковым наплывом.

Шаманка открыла его - в воздухе распространился тяжелый кровяной дух.

Вскоре ведьма уже чертила небольшой кистью на столбах магические знаки, бормоча что-то себе под нос.

Главарь завороженно наблюдал за ее проворными движениями. Он поражался точности, с которой эта нелепая старуха выводила свои знаки, взывая к силам зла.

От непонятных слов повеяло таким холодом и злостью, что у него, старого головореза, который уже не помнил счета убитым, кровь стыла в жилах. И поневоле припомнились все рассказы о могуществе таких, как эта ведьма и ее Хозяин.

Дожидаясь, пока бабка завершит колдовской ритуал, он размышлял о том, что стояло за всем происходящим. Ему и его парням часто приходилось выполнять работу определенного рода - резать, убивать, жечь живьем или травить ядом людишек, ненужных кому-то из сильных мира сего. Но чтобы участвовать в черном колдовстве? Известное дело - есть очистительные обряды светлых богов, которые помогут спастись от посмертного возмездия за зло. Однако участвующий в служении духам старых богов и владык нижних миров лишает себя защиты светлых, отдавая себя сам во власть Мрака!

А еще очень скверно было то, что он, главарь одной из самых опасных банд, не знал того человека, который нанял его сопроводить колдунью в известное ей место. Заказ пришел обычным путем, через посредника, и назначенная цена (и впрямь царская!) помутила его разум. И он принял заказ, не страшась дела, которое следовало выполнить. И хуже всего - не удастся проследить, откуда пришел заказ. Ибо как он знал, карой за такое является неминуемая смерть.

А что, если…

Главарь убийц представил, как подойдет сзади к коленопреклоненной старухе, рывком потянет за седые пряди и одним движением перережет ей глотку.

Но вот шаманка завершила свой магический ритуал и с трудом встала.

- Ну что, делу конец? - справился бандит.

- Ты прав, сынок, делу конец! - расхохоталась ведьма и вдруг с непостижимой для старухи быстротой подскочила к нему.

При свете лежащего на полу жезла блеснула сталь волнистого короткого клинка - и адская боль волной прокатилась от подвздошья по всему телу атамана. Окружающий мир завертелся, куда-то уходя, втягиваясь в воронку огненного водоворота, и все исчезло…

Второй разбойник, взвизгнув в ужасе, выхватил из ножен саблю.

Но бабка с яростным криком вытянула в его сторону костлявую узловатую длань с клинком.

Палец ее надавил на украшавшую эфес голову оскаленного грифона, что-то щелкнуло, и скрытая в рукояти пружина булатной стали, распрямившись, отправила лезвие шривиджайской стали в короткий смертоносный полет.

Разбойник выронил саблю, замахал руками, хватаясь за грудь, и осел на каменные плиты, хрипя и хватая воздух.

- Умирай! - торжествующе захохотала ведьма. - Корчись и умирай, ничтожный червь! Хархаран, руфф, реккошш!! Сайх-шшур-нергор! Шурр-Ятт!!!

Спустя несколько минут старуха вышла из каменного провала ворот, подозвала коней, и те, полудикие «кочевники», дорого ценящиеся за то, что повинуются лишь хозяевам, покорно подбежали к колдунье.

Не по-старчески ловко вскочив в седло лошадки атамана и взяв на чембур конька второго сурдана, поехала прочь, в сторону предгорий.

За ней поодаль, как собачка, трусила третья лошадь.

А в глубине холма, рядом с еще теплыми трупами наливались зеленоватым потусторонним светом начертанные, как и предписывали древние темные поверья, кровью девственницы не моложе пятнадцатой весны, знаки, сулящие спящему неподалеку городу горе и беду…


На эти развалины, вероятно, никто не обратил бы внимания еще с добрый десяток, а то и больше лет. Пока в молодой республике, наконец, дошли бы руки и до такой бесполезной в бурные времена становления государственности науки, как археология. До руин ли, таинственных древних письмен и прочего в ситуации, когда нужно накормить, одеть, обуть кучу народа, обеспечить жильем, отстоять рубежи отечества от вероятного противника, наладить производство и сельское хозяйство?…

Однако не было бы счастья, да несчастье помогло. Хотя какое уж тут «счастье», когда речь о трупе идет?

Тело мужчины лет сорока с ножевым ранением в груди нашли караульные, обходившие дозором окрестности столицы. По всей видимости убили его в этих самых развалинах. Потому как на выщербленных ступенях входа были видны кровавые пятна. Такие же обнаружились и внутри здания.

Идя по кровавому следу, дозорные обнаружили и второе тело, принадлежавшее также мужчине, но значительно моложе первого.

Вызванный «эксперт» из местных определил, что оба, судя по всему, разбойники, не поделившие добычу. Правда, одеты они были скорее по-городскому, что заставило его предположить, будто они принадлежат к породе наемных убийц - сурданов. Но что наемным убийцам делать во владениях Тхан-Такх?

Однако куда хуже оказалось другое - оба они получили раны, от которых умирают почти сразу. Тем не менее один как-то прошел (не прополз, а именно прошел - внизу были найдены две цепочки кровавых следов) почти до самого выхода, а второй вообще выбрался наружу!

Начкар, которому доложили ситуацию, тут же объявил «синюю тревогу», то есть наличие магической угрозы. Через час вокруг трупов топталась половина городских чародеев, тех, что не поехали с Анохиным.

Алтен сразу же безапелляционно заявила, что это очередное покушение на Сантора. И вообще, когда это все прекратится?!

- Когда-таки ухлопают! - скривил губы в невеселой усмешке Макеев.

- Как ты можешь с этим шутить? - набросилась на него магичка, стуча кулачками в широкую грудь майора.

- Думаешь, мне на тот свет сильно хочется? - приобнял подругу Александр.

За последние пару месяцев они сильно сблизились. Градоначальник даже начал подумывать над тем, что надо бы узаконить их отношения. Чтоб избежать нехороших разговоров. Ему-то, собственно, наплевать, а вот девушке…

- Меня больше интересует вопрос, кто их ухлопал? - протянул Серегин, чеша затылок. - Надо было бы раньше наведаться в этот археологический заповедник да хорошенечко порассмотреть, что там да как.

Кроме Артема любопытствующих набралось немало. Естественно, напросилась Дарика. Как же можно супруга без присмотра оставить? Понятное дело, Макеев с Алтен (тоже парочка). Аор Мак Арс тоже заинтересовался руинами.

Под конец напросился и Лыков, как раз нагрянувший в столицу…

Семена долго уговаривали не подвергать свою жизнь напрасному риску. Если с ними что случится, то должен же кто-то обеспечить преемственность руководства? На что Лыков резонно отвечал, что ежели уж он сарнагарского Лабиринта не устрашился, то как его могут напугать какие-то безобидные древние развалины? Резонно, согласились с ним друзья и дальше спорить не стали.

Но приличную охрану, состоявшую как из обычных бойцов, так и из магов школы Аора, с собой взяли, внутрь зайти не позволив, а поручив охрану ближних подступов.


- И как я раньше на все это внимания не обратил? - удивлялся Мак Арс, вступая под своды загадочного сооружения.

- А чего здесь любопытного? - поинтересовался замполит. - Руины и руины. Ни тебе фресок, ни даже надписей.

Аор снисходительно посмотрел на танкхена.

Вот ведь как выходит. Наградили боги смазливой внешностью да сообразительностью какой-никакой, а зрения, чтоб видеть невидимое, не дали. Впрочем, царевичу Сем Ену оно и не надобно. Первых двух даров с лихвой хватит. Вон как высоко взлетел. С младшего до верховного жреца. Женился опять же удачно.

- Ты тоже ничего не ощущаешь? - обратился маг к своему заместителю.

Артем пожал плечами.

- Вроде что-то такое носится в воздухе… - молвил неуверенно. - Но что именно, пока не пойму.

- А ты что скажешь? - Это уже было адресовано к Алтен.

- Если это то, о чем я думаю… Девушка недоговорила и покачала головой.

- Оно самое, - подтвердил кудесник.

- Что вы тут темните?! - возмутился не терпящий недомолвок Лыков. - И без вас света мало!

- Да, - согласился с другом майор, - нельзя ли просветить, так сказать, профанов?

- Кое-что уточнить надо, - развел руками Аор. - Что толку вас пугать раньше времени? Давайте пройдем дальше. Но осторожно. Девочка, ты страхуй Сантора, а ты, брат по Силе, позаботься о жене и танкхене…


Сооружение представляло собой бесконечную вереницу круглых залов, соединенных мрачными коридорами с арочными сводами, сложенными из грубо отесанных камней.

Как верно заметил замполит, все вокруг было серо и однообразно. Ни малейшего намека на росписи, некогда, возможно, покрывавшие стены, ни единой надписи. Почти полное разочарование для археологов. Впрочем, тем, бывает, и малюсенького черепка хватает, чтобы впасть в восхищенный экстаз. А здесь целый архитектурный памятник, причем достаточно неплохо сохранившийся.

Но для обычного туриста, каковыми и были большинство из шествовавших по пыльным коридорам, ничего любопытного.

Вездесущему Лыкову удалось в нише одного из залов обнаружить остатки мраморного постамента, свидетельствовавшего о том, что в свое время эти пустующие глазницы в стенах содержали какие-то изваяния. С торжеством Шлимана, откопавшего Трою, он ринулся вперед, на поиски новых артефактов. Артем еле поспевал за ним.

Он кожей ощущал, как некая аномалия, учуянная им в воздухе на входе в храм, все больше сгущается вокруг них. Что-то стала испытывать и Дарика, магические способности которой были довольно слабенькие, хотя их вполне хватало для того, чтобы быть искусной знахаркой-целительницей. Девушка схватилась за руку мужа, и тот почувствовал, что ее ладонь влажна.

Еще более напряженной выглядела Алтен. Магичка встревожено вертела головой по сторонам, как будто пыталась увидеть что-то скрывающееся за булыжниками стен. Она тоже взяла Макеева под руку, сдерживая порывистый шаг Александра.

Один Аор не подавал никаких признаков волнения, больше всего напоминая ученого, внимательно исследующего находку. Только люди, близко его знающие, могли понять, что глава магической школы Октябрьска находится в крайней степени озабоченности.

Наконец, они оказались в овальном зале с теми же нишами. Здесь их было шесть, тогда как в предыдущих, круглых, всего по четыре. Причем у каждого углубления по обеим сторонам стояли грубо отесанные граненые колонны, покрытые непонятными знаками - уже почти стершимися.

- Ну вот, хоть что-то стоящее! - восторженно возопил Семен, соколом перелетев через зал и очутившись у одного из столбов.

- Смотри, в кровь не вляпайся, - предупредил Макеев, показывая в центр помещения, где на полу возле какого-то то ли колодца, то ли просто кольца, сложенного из камней, находилось большое темное пятно.

Значит, именно здесь произошла кровавая драма.

Только эта лужа да идущий от нее след, оставленный бедолагой, которому удалось выбраться наружу («Вот же двужильный, - подумал майор, - этакое расстояние прополз») свидетельствовали о преступлении. Дозорные еще накануне вынесли второй труп и отправили вместе с первым на исследование Гене Тупикову.

- Странно, - нахмурился Александр, склонившись над пятном.

Убийства произошли пару дней назад, и крови полагалось бы свернуться. Но она была все еще свежей и пахла кислой медью. Майор внезапно ощутил приступ тошноты и присел на край колодца, увидев, что отверстие сверху прикрыто тяжелой металлической крышкой, на которой виднелись такие же, как и на столбах, замысловатые письмена.

Итак, похоже, за них все-таки взялись…

Все случившееся за последний месяц выстроилось в зловещую цепочку.

Уход лучших сил из города (дьявол и все местные дьяволята, неужели все это подстроено, и Анохин идет прямиком в ловушку?!), покушение, в котором оказался замешан один из ведущих офицеров сил самообороны, и теперь вот эта жуткая магия из самых высших и самых темных сфер!

И кто может преследовать их, в общем-то тихо сидевших эти годы, никого не трогавших, кроме шальных разбойников да нетварей, не пытавшихся завоевать мир или свергать старых богов? Старых богов? Так, это не культ ли Шеонакаллу, мстящий за поражение? Но как говорили дружно и маги и шаманы, «культисты» после разрушения Лабиринта и храмов утратили силу и ни на что, кроме мелких гадостей, не способны.

Тем более против них работали не только по магической линии.

А ведь, в сущности, отлично придумано было!

Основная масса действующих солдат и офицеров вне города, включая и первого зама Макеева - Анохина.

Допустим, покушение бы удалось, и Шмаков выскочил бы, как черт из табакерки, и на правах первого из узнавших о гибели сардара принял бы командование - по уставу.

Правда, в Октябрьске еще есть офицеры, тот же Бровченко. Но Бровченко технарь и в управление не лезет, он больше с железками любит возиться, а если кто возмутится, то его можно запросто обвинить, что именно он убрал командира, чтобы занять его место. Это не очень похоже на правду, но у Шмакова был отличный аргумент - его взвод быстрого реагирования, почти восемь десятков стволов, что при на две трети ушедшем гарнизоне сила весьма мощная. Оставались еще маги, но кто знает, что у заговорщиков было припасено на этот случай? А ведь вполне могло получиться! Интересно, кому должен был сдать город Шмаков и кто за всем этим стоит?

Краем глаза Макеев увидел какое-то движение, а через секунду обнаружил, что рядом примостился Аор.

- Итак?… - повернул к нему голову Макеев. - Как ты объяснишь все это?

- А надо ли? - усомнился маг. - Как говорится у вас: меньше знаешь - лучше спишь… Есть такие тайны, что похоронены, и лучше их не вытаскивать из могилы. Иначе они запросто уложат тебя в нее.

- Твою мать! - вскричал Лыков, поднося к носу испачканную в чем-то красном ладонь. - Тут кто-то пытался художественными искусствами, мать их, заниматься, причем недавно!

- Осторожно! - предупредила, подбегая к нему, Алтен.

Достав из сумки флягу, девушка смочила водой платок и принялась оттирать руку любопытного замполита, будто заботливая мать, хлопочущая над нашкодившим малышом. Лыкову стало стыдно, и он попытался отобрать у магички платок.

- Давай, я сам…

- Нет уж! - категорично отрезала чародейка. - Сам не справишься, танкхен. Тут особые движения нужны и специальные заклинания, чтоб заговоренная кровь не проникла в твой организм. Иначе Ильгиз нам за тебя головы поснимает.

- Она такая, - сконфузился Семен, вспоминая жену, какой она бывала в гневе, и тут же спохватился: - Кровь?! Но неужели это так опасно?

- Да, очень, - сурово подтвердила Алтен. - Слуги Подземного Хана вообще шутить не любят…

- Какого, какого хана? - переспросил Лыков. - Под… Свободной рукой магичка прихлопнула его рот:

- Какого слышал. И не повторяй в этом дурном месте его имя. Не надо беду кликать.

- И без него уже накликали… - тяжело вздохнул Мак Арс. - Вы думаете, все это просто так?

Он обвел рукой помещение.

- Ты хотел знать, Сантор, где мы и что здесь произошло? - Майор кивнул. - Так знай, что мы в древнем святилище прадавнего божества, имя которого, как верно сказала девочка, лучше здесь не называть. Думаю, на этот раз ты им сильно насолил, раз они решили потревожить… этот колодец. А может, одно с другим не связано, и ты, как и вы… мы все, - поправился он, - безразличны тем, кто это сделал. Но могу сказать одно - некто очень умелый и столь же храбрый и безумный провел здесь ритуал вызова духа этого самого божества. Провел очень умело, не забыв обновить надписи кровью и принеся двойную жертву, как и полагается в таких случаях. Я даже прикидываю, что глупым разбойникам так и не сказали, какая роль им уготована в этом походе…

- А при чем здесь колодец? - справился Лыков.

- Думаю, даже она знает, - кивнул Аор на застывшую в благоговейном ужасе перед каменным кольцом Дарику.

- Ты и впрямь знаешь, что это? - обнял за плечи целительницу муж.

- Я думаю, - громким шепотом ответила та, - это один из темных колодцев, ведущих в царство Неназываемого. Они разбросаны по всему Аргуэрлайлу. Никогда не думала, что он столь близко. Ай! - вдруг охнула она. - Не из-за опасного ль соседства прекратилась жизнь в Тхан-Такх? Кто-то запечатал колодец, и люди ушли из данного места.

- Не исключено, - согласился маг. - Ты правильно подметила, что колодец запечатан. Эта тяжелая металлическая крышка должна была стать надежной преградой для того, кто захочет войти в этот мир с той стороны. Если я не ошибаюсь, она изготовлена из золота.

- Ничего себе медальончик! - присвистнул замполит, с уважением глянув на металлический круг.

Не поверив, он подошел поближе, извлек из кармана перочинный нож и стал соскребать с поверхности металла древнюю патину.

- Гляди-ка, - по-детски восхитился, когда из-под ножа выскочила желтая стружка, - блестит! Это же сколько всего купить можно!

- Оставь, танкхен! - прикрикнул на него Аор. - Никому еще проклятое золото удачи не приносило! К тому же она и без тебя уже достаточно непрочная.

- «Когда истончится эта преграда, Небо и Земля поменяются местами», - торжественно продекламировала Алтеи.

- Что ты сказала? - вздрогнул Макеев, у которого от голоса подруги по телу побежали холодные мурашки.

- Это не я. Так написано на крышке…



Бывший Сарнагарасахал. Степь перед горами Летящего Льва | Плацдарм. Гарнизон. Контрудар | Окрестности города Винрамз