home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава одиннадцатая

Томми почти не спал. Каждый раз, как он начинал засыпать, он будил себя, опасаясь, что увидит сны, которых ожидал. Но когда мать или отец заглядывали к нему, он притворялся, что спит.

Он встал, как только взошло солнце, и засел за домашнюю работу, которую не сделал вчера. Он не знал, что принесет этот день. Может, его отведут к врачу, или к психиатру, или полиция захочет допросить его. Но единственное, чего он хотел, это просто отправиться в школу и продолжать жить дальше, словно вчерашнего дня не было. Если бы…

Теперь он сидел в офисе и ждал; его мать по одну сторону, отец — по другую. Секретари посматривали на него и обменивались взглядами. Он чувствовал себя уродцем в цирке. Мальчик с места убийства.

Он вздохнул и заерзал на стуле. Отец положил руку ему на плечо и слегка обнял его. Мать поднялась и подошла к столу, чтобы спросить секретаря, сколько им еще здесь сидеть.

— Волнуешься? — произнес отец.

Томми пожал плечами.

— Тебе только нужно будет сказать детективу, что случилось, и что ты видел.

Томми ничего не ответил. Он смотрел на дверь, которая вела в холл, где были кабинет директора и конференц-зал, желая, чтобы появилась Вэнди и подала ему какой-нибудь знак.

Он услышал, как открывается дверь, но на пороге появилась не Вэнди. Вышел темноволосый человек в пиджаке и галстуке, пристально посмотрел на него, а потом на его отца.

— Доктор Крейн?

— Да, — ответил отец, поднимаясь.

Мать отвернулась от секретаря и подошла к нему, протягивая руку и улыбаясь.

— Джанет Крейн.

— Я детектив Мендес. — Он довольно сухо поприветствовал его родителей, а потом повернулся к Томми, нагнулся к нему и протянул руку. — Привет, Томми. Как дела?

Томми пожал плечами и встал со стула, не вынимая рук из карманов. Взрослые считают, что детей впечатляет, когда они ведут себя с ними, как со взрослыми.

— Томми, — сказала мать, — что за манеры?

— Нормальные, — ответил Томми. Разве бывает по-другому, когда падаешь на мертвую женщину?

Они пошли в конференц-зал, где их ждала мисс Наварре. Бледная, с темными кругами под глазами, она улыбнулась ему, словно желая поднять его боевой дух, стараясь не показывать, как нервничает сама.

— Тебе удалось поспать вчера, Томми? — спросила мисс Наварре, когда все расселись по местам за большим столом.

— Он проспал всю ночь, — заявила его мать. — Я дала ему лекарство от аллергии, чтобы он расслабился.

Детектив Мендес удивленно вскинул бровь, но не поднял взгляд на мать Томми. Он возился с кассетным диктофоном и просматривал какие-то бумаги.

— У Томми аллергия, — продолжила мать. — Ему выписали лекарство. Так что это обычное дело.

Детектив взял диктофон и продиктовал, кто присутствует в комнате.

— Доктор Крейн. Ваша специальность?

— Я стоматолог. У Томми, конечно, есть педиатр.

Мендес поджал губы.

— Угу.

Мать Томми недовольно нахмурилась. Ей показалось, что детектив неодобрительно относится к ней. Это Томми понял по тому, как она прищурилась и сжала губы.

— Я вчера разговаривала с его врачом, — сказала она. — Я беспокоилась по поводу ночных кошмаров сына.

— Томми, у тебя были ночные кошмары? — спросил детектив. — Вчера было чего испугаться.

Томми покачал головой и почесал левое предплечье, на котором начали зудеть вчерашние царапины.

— Нет? Вот это да. А у меня были. И у мисс Наварре тоже.

— Я просто спал, — ответил Томми, глядя на крышку стола.

— Ты можешь рассказать мне, как все вчера произошло?

— Мы бежали, потом скатились с холма, а я упал на мертвую женщину. — Коротко и ясно.

— Ты никого не видел поблизости? Кого-нибудь взрослого?

— Нет.

— Как по-вашему, убийца мог быть там? — встревоженно спросила мать Томми.

— Я не знаю, — ответил Мендес. — Я только спрашиваю.

— Он мог увидеть детей, — продолжила его мать с широко распахнутыми глазами. — А теперь их имена появятся в прессе!

Мендес мельком взглянул на нее.

— Они несовершеннолетние. Никто не имеет права печатать их имена без разрешения.

— Мы, естественно, никакого разрешения не дадим.

— Вряд ли убийца стал бы болтаться рядом, — сказал отец Томми. — Правильно? Он же не совсем сумасшедший, чтобы закапывать труп в общественном месте посреди бела дня.

— А разве такое мог совершить нормальный человек? — возразила мать.

— Вы удивитесь, миссис Крейн, — сказал детектив Мендес. — Я провел достаточно исследований по этой теме. Этот парень на первый взгляд может ничем не отличаться от остальных. Он не сумасшедший в обычном смысле слова. Даже более того — его интеллектуальный уровень наверняка выше среднего.

— Это беспокоит, — сказал отец Томми.

— Тед Банди учился на юриста. Он был одним из «Молодых республиканцев», и люди в высших кругах считали, что у него великое будущее. Он убил…

Мисс Наварре покашляла; люди делают так, когда хотят дать понять, что пора захлопнуть варежку. Мендес посмотрел на нее, и она склонила голову в сторону Томми.

Томми взял на заметку, что надо будет потом посмотреть, кто такой Тед Банди.

— Вы считаете, что у нас тут происходит именно это, детектив? — спросила мать Томми. — Орудует серийный убийца? Почему вы так решили?

Детектив Мендес выглядел так, словно он проговорился.

— Пока рано делать выводы.

— Были какие-то другие случаи, о которых общественность ничего не знает?

— А что такое серийный убийца? — спросил Томми.

Мисс Наварре рассерженно посмотрела на детектива.

Мендес вновь обратил свое внимание к Томми.

— Томми, ты можешь описать мне, что ты видел? Может быть, ты заметил что-нибудь необычное на месте преступления?

— Ну, мертвую женщину, — сказал Томми. — Само собой.

— А еще?

Томми пожал плечами, а потом поднял рукав своей полосатой футболки-регби и потер руку.

— Мертвую женщину. И еще там была собака. Она ее охраняла. Она была черно-белая.

— На ней был ошейник?

Томми взглянул на потолок, стараясь припомнить.

— По-моему, да… Я не уверен.

— Ты ничего не трогал рядом с мертвой женщиной?

Он отчаянно замотал головой.

— Ну уж нет.

— А больше никто ничего не трогал?

Томми снова посмотрел на крышку стола, обдумывая, разумно ли будет выдать Дэнниса Фармана. Похоже, что нет, если он не хотел потом от него получить.

— Томми? — произнесла мисс Наварре.

Он посмотрел на нее; он знал: она поняла, что он придумывает увертку. Своим взглядом она говорила многое. Он не хотел подвести ее, ведь он вроде как влюбился в нее и все такое.

— Э… Я ничего не трогал. И я знаю, что Вэнди ничего не трогала. — Может быть, если так посмотреть…

Мисс Наварре повернулась к его родителям:

— Томми останется сегодня в школе?

Томми посмотрел на отца, желая, чтобы тот сказал, что он может остаться. Его мать говорила о психиатре. Он видел психиатров по телевизору, и Лори Бейлор ходила к психиатру, когда ее мать умерла от рака груди. Из того, что Томми удалось узнать, он понял, что там нужно ложиться на кушетку и рассказывать о своих чувствах. Томми было нечего сказать. Его чувства никого не касаются.

— Директор Гарнетт говорит, что вы изучали детскую психологию, — сказал отец Томми.

— Да. Немного, — ответила мисс Наварре. — Вэнди Морган останется, если это поможет вам определиться.

Томми во все глаза смотрел на отца. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». Ему нравилось ходить в школу. Там ему было лучше всего, если не считать моментов, когда приходилось играть в бейсбол или наблюдать, как играют в бейсбол. В школе было нормально. Не надо было смотреть на взрослых и стараться понять, что они думают, и как это отразится на нем.

— Но у вас нет степени, — возразила мать Томми.

— Нет.

— И школа не собирается предоставить никого, у кого она есть?

— Похоже, что так.

— И как же вы справитесь с ситуацией, мисс Наварре? — с вызовом спросила его мать, заранее настроившись воспринять ответ в штыки.

— Мы обсудим с классом то, что случилось, — сказала мисс Наварре. — Я считаю, что правильнее всего быть честными с детьми.

— И говорить о серийных убийцах? — произнесла мать Томми, глядя на мисс Наварре ледяным взглядом, как Томми это называл. — Вы считаете, это уместно, мисс Наварре?

— Нет, — ответила она, слегка поднимая подбородок. — Но поговорить о случившемся с их товарищами, о том, что будет дальше, о том, как происходит полицейское расследование, превратить негативный опыт в возможность учиться — все это уместно. Вы не согласны, миссис Крейн?

Мать Томми раздраженно вздохнула.

— Думаю, что все члены школьного совета узнают о неправильном решении мистера Гарнетта не прибегать к помощи специалиста.

— Это ваше право, — ответила мисс Наварре. — А пока я буду делать все, что смогу.

— Что-то это не слишком убедительно.

— Я хочу остаться! — выпалил Томми. Теперь ледяной взгляд достался ему. Было бы лучше, если бы он сдал Дэнниса Фармана и молчал о своем желании. Что поделать. Теперь уже поздно. — Пожалуйста, мам.

Заговорил отец:

— Посмотрим, что из этого выйдет. Мне нравятся ваши идеи, мисс Наварре. Я знаю, что вы прежде всего заботитесь о благе детей.

— Так и есть.

Мать Томми резко поднялась и посмотрела на часы.

— Мы закончили, детектив? — осведомилась она. — У меня назначена встреча, и я должна на нее успеть.

Детектив Мендес и мисс Наварре посмотрели на мать Томми с удивлением. А Томми нет. Его мать была сумасшедшей, она хотела указать им их место и наконец избавиться от их общества. Она закончила мероприятие и теперь переключилась на другие, более важные дела. Она не любила, когда что-либо нарушает ее расписание.

Детектив Мендес сказал:

— Вы свободны.

Мать Томми повернулась и вышла. Отец положил руку на плечо Томми и посмотрел на него.

— Ты точно остаешься, приятель?

Томми кивнул. Точно. Особенно теперь. Меньше всего он хотел бы сидеть с матерью и ее плохим настроением.

Отец похлопал его по плечу и встал.

— Мисс Наварре, спасибо вам за ваши старания. Если я чем-нибудь смогу помочь, прошу, звоните. — Он повернулся к детективу Мендесу. — Удачи вам в расследовании, детектив. Это трудная задача, если этот парень таков, как вы говорите.

— Он не настолько умен, чтобы не попасться, — ответил Мендес.

— А если? — сказал его отец. — Тут не угадаешь, верно?

Он вручил свои визитки Мендесу и мисс Наварре, сжал в последний раз плечо Томми и вышел.

Томми вздохнул и рассеянно потер свою руку.

— Можно нам теперь назад в класс, мисс Наварре? Я просто хочу, чтобы все было, как обычно.

— Конечно, Томми, — ответила она. — Пойдем сделаем что-нибудь обычное.

Разумеется, Томми незачем было знать, что теперь ничто не будет, как обычно, но он сможет притвориться.


Глава десятая | Забыть всё | Глава двенадцатая