home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава сорок третья

— Вы с мамой разводитесь?

Этот вопрос прозвучал как нечто само собой разумеющееся. Вэнди просто открыла рот, и слова вылетели оттуда. Они с отцом были на заднем дворе, позади бассейна, в отдалении от дома, где мать готовила обед. Отец забрал ее из школы и предложил поиграть в бейсбол, потому что они уже давно не играли.

— Потому что тебя никогда не бывает дома, — возразила она.

Она устала и была в плохом настроении. Казалось, жизнь уже никогда не станет такой, как раньше, после того как они нашли труп в парке. И в школе никогда не будет как раньше. Томми не такой, как раньше. Никто не обращался с ней так, как раньше. Это ужасно.

Ее отец застыл, так и не бросив ей мяч, когда прозвучал вопрос. Он казался шокированным, что лишний раз доказывало, какие взрослые профаны. Будто они всегда считали, что их дети ничего не слышат, не живут в том же доме и не имеют представления о том, что происходит вокруг.

— Нет, — сказал он, подходя к ней. Он попытался засмеяться, словно такими вещами можно шутить. — Нет. С чего ты взяла, Вэнди?

Она закатила глаза.

— Пап, я не ребенок. Я понимаю, что происходит.

— А что происходит? — спросил он, садясь на каменную скамью. Он снял свою перчатку и отложил в сторону. Вэнди тоже.

— Люди заводят романы, — сказала она. — Я все об этом знаю.

Не все, конечно. Не совсем все. У нее это просто не укладывалось в голове. Ты женишься на том, кого любишь, а зачем тогда обременять себя романом? Из увиденного по телевизору она сделала вывод, что оно того не стоит, и всех, кто так поступал, презирала.

Отец почесал затылок, думая, что ответить.

— Тебе что-то говорила мама?

— Нет, потому что она теперь только плачет и не дает мне ничего выяснить.

— Детка, твоя мама огорчена из-за того, что случилось на этой неделе: ты нашла тело, и этот Фарман, который такое с тобой сделал…

— Я слышала, как вы ругались, — сказала она, разыгрывая козыря. Отец не мог знать точно, что и сколько она слышала.

Он закрыл глаза и вздохнул, зажав руки между коленями. Он казался уставшим и, может, немного раздраженным.

— Есть вещи, которых твоя мама не понимает, — сказал он отрывисто, словно разговаривал с деловым партнером. — Вещи, которые я должен делать. Иногда мне нужно уезжать. Просто так нужно. Она уже почти привыкла к этому, просто эта неделя выдалась сложной. Тебе не о чем беспокоиться, детка. Хорошо?

Вэнди хотела сказать «нет», но подозревала, что тогда он разозлится на нее. Да и мама вышла на дорожку, чтобы позвать их к обеду.


Томми вошел в небольшой офис, который был в противоположном от большой комнаты конце коридора. Ему нравилось находиться в комнате, где стояли стол его отца и кожаные кресла. Книжные полки были заставлены всякими книгами. Ему нравилось забираться на лестницу и вытаскивать их наугад, просто чтобы посмотреть, что там.

Больше всего ему нравилась «Энциклопедия Британника». Все знание мира было сосредоточено на этих страницах, в этих томах. Он выбирал букву наугад, а потом брал том, усаживался в большое пухлое кресло в углу и изучал каждую страницу.

Отец сидел за столом, читая газету и что-то попивая из бокала, а мать готовила на кухне обед.

— Что ты читаешь? — спросил Томми, обходя стол и проводя пальцем по изогнутому краю.

Питер не стал поднимать голову.

— Новости. Хочешь посмотреть? Тут фотография того места, где я был сегодня.

Томми взглянул на фотографию. Несколько человек в поле. На заголовке было написано: «Идут поиски женщины из Оук-Нолла».

— Это отец Вэнди, — сказал Томми, показывая пальцем на фотографию мужчины, который с серьезным лицом что-то говорил блондинке.

— Ага.

— А кто эта женщина?

— Джейн Томас. Глава женского центра.

— Вы нашли пропавшую женщину?

— Пока нет.

— Наверное, ее убили, — мрачно предположил Томми. — Серийные убийцы так и поступают.

— Надеюсь, нет, — сказал отец, делая глоток.

Виски. Томми нравился его запах и цвет, но он как-то попробовал чуть-чуть со дна бокала, и вкус оказался ужасный. Он кашлял, давился, его затошнило, пришлось даже бежать в кухню и запивать водой.

— Пап? А мы на той неделе смотрели «Косби»?

— На той неделе? Не помню. А что?

— Не знаю, — сказал Томми. — Мисс Наварре спрашивала меня сегодня, были ли мы дома на прошлой неделе в четверг. По-моему, были.

— Почему она спросила тебя об этом?

Томми пожал плечами и поморщился, потому что каждое движение до сих пор отдавалось болью в ребрах. Он стал читать статью о поисках и узнал то место на фотографии. Они с отцом как-то ездили туда подобрать детали для старого «мустанга», который стоял в гараже, разобранный на миллион кусочков. Это было какое-то притягательное, но зловещее место.

— Странный вопрос, — сказал Питер. — Она у всех об этом спрашивала?

Томми покачал головой.

— Нет. Только у меня.

— Хм.

Он повернулся к отцу и посмотрел на него.

— Пап, а мне не надо будет переходить в другую школу? Мне нравится мисс Наварре. Она действительно хорошая.

И симпатичная. И от нее прекрасно пахнет. И она очень заботится о нем. Но ничего этого он не сказал отцу. Он женатый, старый и вообще уже, наверное, забыл, что это такое, когда тебе нравится девушка.

— Нет, сынок. Мама просто очень расстроилась из-за того, что произошло вчера. Она успокоится.

«Интересно, что она думает о том, каково мне?» — подумал Томми. Джанет сильно волновалась из-за него в травмпункте после того, как Дэннис избил его, — когда рядом были люди и всюду царила суматоха, — но с тех пор она почти не разговаривала с ним. Она слишком увлеклась, злясь на всех вокруг. Но этого Томми отцу тоже не сказал.

— Я думаю, «Доджеры» завтра победят, а ты? — спросил он.

Отец поднялся из-за стола, подошел к книжному шкафу и налил себе еще выпить.

— Надеюсь.

— Если они завтра выиграют, тогда останется одна игра, и они — в чемпионате! — воскликнул Томми, вскидывая кулаки в воздух, как чемпион, и тут же опустив, потому что делать так пока было больно. Он два раза обернулся вокруг себя, но у него закружилась голова.

— Пойду посмотрю, как там обед, — сказал отец, слегка взъерошил волосы Томми и вышел из комнаты.

Томми не стал тратить времени попусту и забрался в огромное кожаное вращающееся кресло. Когда-нибудь у него тоже будут такой стол и кресло и он станет таким же важным, как его отец.

Он снова начал читать статью в газете, чтобы посмотреть, есть ли там имя его отца.

«Карли Николь Викерс, 21 года, уроженку Сими-Вэлли, Калифорния, в последний раз видели в пять часов вечера в четверг, 3 октября, в офисе местного дантиста доктора Питера Крейна…»


Глава сорок вторая | Забыть всё | Глава сорок четвертая