home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА ШЕСТАЯ. Повод к началу Большой войны. Специалисты «грязных дел»: Парвус, Бронштейн, Ленин-Бланк и пр.


К середине 1914 года после длительной подготовки к войне все стороны, в ней заинтересованные, были готовы начать войну. Дело осталось за поводом. И не просто - за поводом, а - за толковым поводом. А для одной из сторон «толковый» повод - это так ловко придумать «заварить военную кашу», чтобы в войну против Германии точно вступила Россия, как главная дубинка против Германии в чужих глобальных играх. Соответственно для Германии, руководство которой прекрасно понимало незавидную роль мощной России, стояла задача - сильно ослабить и разрушить эту мощную дубинку, в том числе и изнутри.

Вероятно, долго думали «мудрецы» - шахматисты «Фрейды» и «Юнги» над поводом и решили использовать опыт начала последней войны России в Европе, - когда Россия в конце 70-х 19-го века ввязалась в войну с Турцией, проявив славянскую и православную солидарность с балканскими народами, причем память об этой войне была в России ещё свежа, оптимистична, ибо война считалась Россией выигранной, а закабаленные «братские» народы - освобожденными. Теперь «мудрецами» сценарий-задача для России почти повторялась, и Россия, особенно Николай II и его окружение, должны на это «клюнуть» и «повестись» с очень большой вероятностью. Ибо как раз в это время, по иронии судьбы началась Балканская война (1912-1913 гг.), в которой против Турции выступили опять «закабаленные» Болгария, Сербия, Черногория и Греция, которые, правда, на этот раз к огромному разочарованию мудрецов-шахматистов победили Турцию без помощи России, поэтому один вариант впутать «естественным образом» Россию в войну в зоне интересов Германии отпал, и необходимо было что-то придумать оригинальное и мудреное «рукотворное».

«Внимание спецслужб различных стран было приковано к Балканам не случайно, - отмечает в своём исследовании В. Шамбаров. - Потому что, по замыслам Германии, именно эта война должна была перерасти в общеевропейскую. Разбитая Турция обратилась к великим державам с просьбой о посредничестве. Австро-Венгрия тут же объявила мобилизацию и двинула войска к сербской границе. Готовность поддержать её выразили Германия и Италия, мечтавшая под шумок хапнуть Албанию). Вот тут-то и пригодились антиславянские статьи Троцкого - они перепечатывались австро-германскими газетами для настройки "Общественного мнения".

А Франция подталкивала Россию выступить на стороне Сербии. Президент Пуанкаре советовал царю занять жесткую позицию, парижская биржа предлагала ему большой военный займ. Но Николай II на крайности не пошел.». И начало долгожданной войны «по вине» Николая II задерживалось. Надо было что-то опять придумать, чтобы подтолкнуть Николая к войне.

Итак, - идея понятна, осталось выбрать подходящую славянскую территорию, славянского патриота для крупного инцидента, и хорошую - крупную немецкую или австрийскую жертву этого патриота, чтобы распираемые молодой военной мощью Германия и Австрия точно сильно возмутились и использовали этот повод для своих интересов, после чего в защиту обиженных славян станет Николай II с Россией и начнется, завертится маховик войны, и даже вроде бы почти «святая» западная троица: Англия, еврейские лидеры и США - здесь якобы ни при чем. Для осуществления этой идеи, для такого важного грязного деликатного дела, как повод к Первой мировой войне, осталось выбрать умного грязного исполнителя, а таковыми к этому моменту были два вида опытных практиков - масоны и террористы, осуществлявшие вторую террористическую войну в России.

Итак, - есть мозговой центр со своими разработками, есть управляемая им рука (две руки) и осталось найти сменное перо - очередного честного несмышленого экзальтированного бомбиста, который впишет очередное кровавое преступление в историю человечества. Конечно, о своей «выдающейся» исторической роли ничего не подозревал несовершеннолетний самоотверженный сербский патриот Гаврило Принцип, которого «в темную» готовили «старшие товарищи» или «старшие братья» к покушению на австрийского оккупанта Франца-Фердинанда.

Интересно отметить, что к 1914 году, игнорируя прежние любимые и обжитые места пребывания - Париж, Базель, Лондон, к месту предполагаемого повода вдруг стали подтягиваться такие личности, как Ленин-Бланк, оказавшийся на юге Польши в сфере господства Австрии, Натансон - в Вене, и Бронштейн-Троцкий непосредственно в Сербии и Болгарии, а Парвус-Гельфанд в Турции стал налаживать «конструктивные» отношения с Германией против России.

После поражения в России террористы, убежав в Европу, неожиданно сблизились с США, точнее с представителями тех 2 миллионов российских евреев, переехавших в США.

«В 1907 г. состоялся конгресс Интернационала в Штутгарте, куда прибыл представитель американских социалистов Джулиус Хаммер. Не просто социалист, а ещё и бизнесмен. Уроженец Одессы, в США он сделал себе состояние на мошенничестве. Покупал в кредит аптеки, а потом переводил все средства на жену и объявлял себя банкротом, не возвращая долги. Хаммеру очень понравился Ленин. Мошенник-социалист предложил наладить финансирование большевиков от американских банкиров - при своём посредничестве. - объяснял в своём исследовании В. Шамбаров. - Обращает внимание ещё один факт. Возникают любопытные "пары". Например, младший брат Якова Свердлова, Бень- ямин, совсем молодой человек, как только закончил гимназию, уехал в США, и удивительно быстро пошел там "в гору". Всего за несколько лет стал владельцем "небольшого банка". Точнее банковской конторы, которая официально занималась переводами денег от евреев-эмигрантов для их родственников в Россию. Контора процветала, её офис разместился в самом центре Нью-Йорка, на Бродвее. Вот и спрашивается, как же Беньямину удалось этого добиться?

Достаточных капиталов у него быть не могло. Папаша-Свердлов, владелец граверной мастерской в Нижнем Новгороде, таких сумм не имел. И не дал бы, он был известен своей жадностью. Очевидно, Свердловых "заметили". Беня, скорее всего, ехал в Штаты уже с нужными рекомендациями - куда и к кому обратиться. И возникла "пара": один брат за границей, в банковской системе, второй - "полевой командир" в России. Причем и Якова Свердлова в этот же период начинают "продвигать" некие тайные силы. Никаких особых заслуг он ещё не имел. Был одним из многих партийных функционеров среднего звена, полгода возглавлял уральский «куст» боевых дружин. Но в 1912 году его, находившегося в очередной ссылке, вдруг заочно кооптировали в ЦК большевиков и в Русское бюро ЦК. Кто предложил его кандидатуру, до сих пор остается неизвестным.

Ещё более яркая пара сложилась с участием Троцкого. У него осталось в России четыре дяди, братья матери, Анны Львовны - Абрам, Тимофей (Тевель), Давид и Илларион Животовские. Все были солидными предпринимателями. Особенно успешно шли дела у Абрама Львовича. Он за 15 лет возвысился от помощника провизора провинциальной аптеки до купца 1-й гильдии, банкира, миллионера. Ворочал солидными делами в Киеве, стал держателем больших пакетов акций Русско- Азиатского, Торгово-промышленного, Сибирского торгового банков, имел вложения в Путиловский завод. Напрашивается вывод, что и его головокружительный взлет обеспечила поддержка "сил неведомых". На одного родственника делают ставку за рубежом, другому способствуют внутри России. Успешному бизнесу Животовских немало способствовали и масонские связи.

Кроме этого, вхождение в высшие банкирские круги обеспечивалось брачными союзами. Без этого было нельзя, это было обычной практикой и в Европе, и в Америке. Например, с Бродскими, крупнейшими тузами в Киеве. Бродские были в родстве с Ротшильдами, Каганами, Грегерами, Горовицами. Таким образом и Троцкий через дядю Абрама стал не просто одним из революционных вожаков, а членом банкирской "семьи".

Существовали и другие родственные связи.. На сестре Троцкого Ольге женился Лев Каменев (Розенфельд). А сын Тевеля Животовского, двоюродный племянник Троцкого, женился на сестре Ю. О. Мартова (Цедербаума). Стало быть, и эти революционеры попали в "семью".».

С бизнесом у террористов в Европе не получилось, и они нашли себе достойное занятие - стали делить гонорары Максима Горького. Дело в том, что Александр Израилевич Гельфанд-Парвус взялся за распространение произведений Горького в Европе. Неожиданно для всех произведение Горького «На дне» имело в Европе большой успех. Парвус заработал немало денег, из которых - 20% он должен был отдать Горькому, остальное большевикам, и немного комиссионных оставить себе. Но так как он давно мечтал разбогатеть, и был необычайно жаден, то почти всё взял себе. Но Ленин и его компания умели считать деньги, тем более что в этот период им нечем было заняться. И они высчитали, что Парвус им должен 130 тысяч марок, и в 1908 г. устроили разборку - начали внутреннее расследование, для чего создали специальную комиссию, в которую входили Карл Каутский (покровитель Парвуса), Август Бебель и К. Цеткин (любовница Парвуса). В результате все стороны нашли компромисс, пришли к консенсусу, - и Ленин с подельниками на квартире Парвуса в Мюнхене на эти деньги и деньги еврейских олигархов стали печатать газеты «Искра» и «Правда». «Ограбленный» и обиженный на дотошных товарищей Парвус уехал делать деньги и революцию в Турцию, союзнице Германии, где и застала его война, и там же он записался в союзники и предложил свои услуги, связи и опыт в борьбе с Россией руководству Германии.

Друг и соратник Парвуса-Гельфанда по второй террористической войне в России Лева Бронштейн-Троцкий также в это время не скучал без дела.

«Готовя новую атаку на Россию, закулисные политические силы и иностранные спецслужбы предприняли попытку снова объединить в общий фронт перессорившуюся российскую социал-демократию. Сплотить её осколки предполагалось вокруг Троцкого. Ко всем прочим "достоинствам" он выглядел более "нейтральным" из лидеров. Занимал промежуточную позицию между большевиками и меньшевиками. И оказалось, что к нему можно будет "подтянуть" тех и других.

От лица Троцкого и его соратников в августе 1912 года в Вене была организована партийная конференция. Она получилась куда более представительной, чем ленинская, Пражская. К участию в ней удалось привлечь часть меньшевиков - группировки Мартова и Дана, часть большевиков - группировки "впередовцев". Провозглашалось объединение социал-демократических сил, создание так называемого "Августовского блока"», - отметил в своём исследовании В. Шамбаров («Нашествие чужих: заговор против империи», М., 2008 г.).

На этот раз «русским» террористам сплотиться против России не удалось, ибо сильно переругались из-за разности во взглядах, но через два года на знаменитой Циммерфальдской конференции цель объединения и создания общего "революционного" фронта будет достигнута.

Далее в своей логичной прямолинейной террористической борьбе Лева Бронштейн совершает «странный» выкрутас, который описал в своём исследовании В. Шамбаров:

«"Киевская мысль" (Лазаря Израилевича Бродского. - Р. К.) вдруг обратилась к Троцкому с предложением быть её корреспондентом на Балканах. А он сразу соглашается. Только что, в конце августа 1912 года, проводил в Вене партконференцию, претендовал на роль лидера объединенной социал-демократии, а уже в сентябре, стоило лишь получить приглашение из Киева, почему-то забрасывает к шутам всю свою политику, забрасывает свою «Правду» и отправляется кочевать по балканским дорогам, писать репортажи о боевых действиях.

Ясное дело, функции Льва Давидовича, как ранее Парвуса, не ограничивались журналистикой. В расположении сербов и болгар он появляется как сотрудник российской - а значит, дружественной, "родной" газеты. Его всюду принимают с горячим радушием, оказывают любую помощь, от него нет секретов. Офицеры не считают чем-то преступным поделиться с ним планами и замыслами, приглашают на товарищеские пирушки, где разговаривают ещё более откровенно. Шеф Троцкого в разведотделе австрийского генштаба полковник Таковский, надо думать, был доволен, получая столь обширную информацию.

Начальник внешних наблюдений заграничной агентуры А. Багио представил своему руководству донесение: "Лозанна. Подлинным письмом венской полиции лейтенант Эйлешкери подтверждает, что Лев Давидов Бронштейн, известный как Троцкий, служил в австрийской политической полиции" (ЦГОАР СССР, Ф-9430, оп.1, д.530).

Но Троцкий поддерживал контакты не только с австрийцами, он по-прежнему был связан с Парвусом, а стало быть, через него, и с немцами, турками, англичанами. И в целом, очевидно, "гонорары" набегали неплохие».

Ленин-Бланк также был «в курсе» готовившейся глобальной кровавой бизнес-заварушки, наблюдал за подготовкой к войне западных государств и понимал её неизбежность и замысел, и сам попытался ещё до её начала эту войну использовать в своих «революционных» целях - «Сославшись на резолюцию Базельской конференции (1912 г.), Ленин сформулировал лозунг: "Превращение современной империалистической войны в гражданскую войну есть единственно правильный пролетарский лозунг". - отмечает в своём исследовании А. Арутюнов. - Сохранилось любопытное свидетельство этого чудовищного замысла. Так, в письме к Горькому, в конце января 1913 года, Ленин отмечает: "Война Австрии с Россией была бы очень полезной для революции (во всей восточной Европе) штукой, но мало вероятия, чтобы Франц Иозеф и Николаша доставили нам сие удовольствие"». Как видим, Ленин-Бланк сомневался, что российский император Николай II «клюнет» на готовящуюся террористическую провокацию-повод к войне.

Внимательнее присмотримся к личности Владимира Ленина, ибо разговор о Ленине является, во-первых, логическим продолжением разговора об истории развития евреев на нашей планете, так как сегодня нет никаких сомнений, что по матери (а это для евреев является главным и определяющим) Владимир Ульянов-Ленин был евреем Бланком. Как утверждает современный американский исследователь истории еврейского общества Дэвид Дьюк (его книга опубликована в России в 2001 г.) - Ленин-Бланк признаётся евреем еврейским мировым сообществом, и как знаменитый и почётный еврей упоминается в справочниках мирового еврейского сообщества «Кто есть кто в мировом еврействе». Во-вторых, разговор о Ленине является логическим продолжением разговора о еврейском идеологе Карле Марксе, который на основе масонской концепции выдвинул теорию разрушения государства и предложил технологию достижения этой цели - путём одурманивания через прессу низших, необразованных слоёв любого общества-государства с целью повернуть их против своей национальной управляющей элиты и свергнуть её. А Ленин эту технологию реализовал и разрушил, к великому сожалению, именно российское государство, уничтожив миллионы российских граждан. И, бесспорно, реализовать эти разрушительные планы Ленина-Бланка помогла ему Первая мировая война, в которой он принял некоторое участие.

«В 1975 году я, - пишет в своей книге А. Арутюнов, - в составе авторского коллектива принимал участие в составлении первого выпуска "Сборника документов по истории СССР". Часто приходилось встречаться с главным редактором сборника профессором В. З. Дробижевым.

Как-то в разговоре о причинах начала Первой мировой войны, который состоялся у него дома, я спросил у Владимира Зиновьевича: "Вы уверены в том, что убийство наследника австрийского престола эрцгерцога Франца-Фердинанда в Сараево было организовано начальником сербской контрразведки полковником Драгутином Дмитриевичем?"

Владимир Зиновьевич, не ответив на мой вопрос, ушёл в другую комнату и вернулся через несколько минут. В руках у него было несколько старых газет. Одну из них, «Известия» N 27 от 30 января 1937 года, он протянул мне со словами: "Внимательно прочитайте последнее слово Карла Радека, не торопитесь возвращать газету. Уверен, что вы сами сможете ответить на свой вопрос"».

И вывод, к которому пришёл после прочтения А. Арутюнов, следующий:

«Понять тайну, которую Радек не хотел "взять. с собой в гроб", не сложно, поскольку он, хотя и в завуалированной форме, но всё же излагает её суть. Я допускаю мысль, что к организации убийства эрцгерцога Франца-Фердинанда, совершенного сербским студентом Гавриилом Принципом 28 июня 1914 года, действительно причастны Ленин и Радек. Возможно, первый исполнял роль идеолога, разрабатывающего план разжигания европейской кровавой бойни для превращения её затем в гражданскую войну народов. Что же касается Радека, то не исключаю, что именно он нашел и подготовил убийцу. На мой взгляд, попытка большевистских идеологов свалить эту преступную акцию на тайную организацию офицеров сербской армии "Черная рука" не выдерживает научной критики».

Уверен, что много знал о террористическом «большевистском следе» в коллективной организации повода для Первой мировой войны и Христиан Гергиевич Раковский(1873-1941), о котором историк А. Б. Мартиросян («Сталин и репрессии 1920-1930-х годов», М, 2008 г.) писал: «опытнейший мастер закулисных интриг, видный масон высокой степени посвящения, давний агент германской и австро-венгерской разведок, а в последствии ещё и британской разведки. Более полувека в отечественной историографии царит табу на использование в исторических исследованиях показаний подследственных 1937-1938 гг. Во всем мире использование материалов уголовных и иных следственных дел - общепринятая практика. Только у нас всё наоборот. Допросы Раковского осуществлялись на французском языке. Конечно, непрошенный "борец за счастье" народов России, подданный царской Болгарии, а негласно ещё и королевской Румынии, сохрянявший их паспорта и гражданства вплоть до ареста, вполне сносно глаголил по-русски. Однако полностью его незаурядный интеллект крупного интригана мирового масштаба раскрывался лишь тогда, когда он переходил на французский язык.

Его откровения не должны были стать доступными другим сотрудникам Лубянки. Тем более, что в процессе его допросов действительно затрагивались вопросы мировой политики. Поэтому и было решено его допросы вести не только на французском языке, но и с помощью сотрудника личной разведки Сталина. Их вел сотрудник, которого все знали только как Рене Дюваль, хотя это было не настоящее его имя. Протоколы допросов он подписывал как Гавриил Гаврилович Кузьми- чев. К ним никого не допускали, даже Ежова. Кузьмичев-Дюваль лично докладывал Сталину.». Понятно, что вся эта суперсекретность была для того, чтобы всплывшие неприглядные факты не замарали «светлое имя» большевиков и «великие имена» их лидеров.

Николай Левашов из Сан-Франциско в своём исследовании обращает внимание на другое кураторство: «1 августа 1914 года началась, как известно, Первая мировая война, причём, как водится, без масонской подоплёки не обошлось и здесь. Во всяком случае, сейчас уже ни для кого не секрет, что за покушением на наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда стояла нелегальная организация «Объединение или смерть», созданная в 1911 году сербским масоном- националистом Иовановичем-Чупой, а непосредственное руководство этим террористическим актом осуществлял его друг масон Танкович».

На масонское участие указывает в своём исследовании и В. Шамбаров:

«Устроена была провокация через радикальную организацию сербских офицеров «Черна рука». Её руководитель Драгун Дмитрович, начальник военной разведки Сербии, как раз и считал главной своей задачей развязать войну с австрийцами. С помощью России Австро- Венгрия, без сомнения, будет разгромлена, Сербия получит желаемые территориальные приращения, станет лидером южных славян. Но эти заговорщики-офицеры принадлежали к масонским структурам, через которые и осуществляли их настройку западные спецслужбы и "финансовый интернационал"».

«Непосредственная причина войны, убийство австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево 29 июня 1914 года еврейским студентом Габриэлем Принципом, планировалась в масонской ложе "Народна Одбрана", как это выяснилось из свидетельства, полученного на допросах и последующего суда», - отметил в своём исследовании А. К. Крыленко.

А Дмитрий Жуков в своей книге «Тайные встречи» утверждает, что в 1913 году люди, готовившие покушение в Сараеве получали инструкции от хорошо известного нам российского террориста-бундовца М. А. Натансона. Создается впечатление, что такое архиважное событие в истории человечества - начало Первой мировой войны, - подготавливалось, курировалось, контролировалось с разных сторон различными «силами», включая и спецслужбы различных государств, и одна и та же личность могла представлять одновременно разные силы, например, - Бунд, то есть мировое еврейство, масонскую организацию и спецслужбу какого-то государства.

Стоит отметить, что жертву выбрали весьма «удачно», можно сказать - убили сразу двух зайцев, потому что убили «неправильного» наследника империи, который был сторонником улучшения жизни славян в Австро-Венгрии и противник войны с Россией.

После того - «как дело было сделано», и Первая мировая война началась, отход с «боевых» позиций «героев» - террористов также был знаковым в ракурсе вышеизложенного. Во время всех этих мероприятий Ленин-Бланк жил на австрийской территории(бывшей до раздела польской) в добротном особняке недалеко от Кракова в курортной зоне Зако- пане, и в отличие от Парвуса и Бронштейна-Троцкого тайным агентом германских либо австрийских спецслужб пока не был. Но «создавшиеся» неприятные обстоятельства вынудили его изменить свою позицию.

«.25 июля (7 августа 1914 г.) на квартире в доме Терезы Скупень, где жил Ленин, по указанию австрийских властей жандармами был произведён обыск. При обыске кроме подозрительной литературы и рукописных работ жандармский вахмистр Матыщук обнаружил в вещах Ленина браунинг. 26 июля (8 августа) Ленин по требованию жандармерии приезжает в уездный город Галиции Новый Тарг, где его арестовывают и заключают в тюрьму. Но 5 (18) августа неожиданно дело Ленина прекращают. Между тем одного факта незаконного хранения оружия было вполне достаточно, чтобы судить Ленина по законам военного времени… » - отмечает в своём исследовании А. Арутюнов. Но у Ленина в местной авторитетной еврейской среде быстро нашлись влиятельные защитники и спасители. «У Адлера дошли руки вступиться. Он посетил министра внутренних дел и на вопрос "уверены ли вы, что Ульянов враг царского правительства?" Скаламбурил: "О да! Более заклятый враг, чем вы, ваше превосходительство". И 19 августа Ленина выпустили из тюрьмы. Потом ещё неделю ждали разрешения выехать в Краков. Наконец в дирекцию краковской полиции дошло распоряжение министерства внутренних дел от 23.08.1914 г.: "По мнению д-ра Адлера Ульянов смог бы оказать большие услуги при настоящих условиях". И было получено разрешение на выезд за границу.» - отметил В. Шам- баров. Что обозначает - «Ульянов смог бы оказать большие услуги» Австрии и её союзнице Германии? - Можно с большой вероятностью дать верный ответ.

На скорое счастливое освобождение Ленина-Бланка обратил внимание и А. Арутюнов: «Обращает на себя внимание тот факт, что Ленину возвращаются все «бумаги», в которых содержались откровенные выпады против Германии и её правительства, и, более того, вместе с семьёй (жена, теща) разрешают выехать из Пронино в Швейцарию с остановками в Кракове и Вене.

В письме Ленина, отправленном из Берна через Швецию сестре Анне 14 сентября 1914 года. находим любопытную запись: "В деньгах я сейчас не нуждаюсь. Пленение мое было совсем короткое, 12 дней всего, и очень скоро я получил особые льготы"».

Естественно, возникает любопытный вопрос - за какие заслуги Ленина-Бланка враг России в войне даёт ему «особые льготы»? Продолжение этой истории будет в 1917 г., когда немцы отправят Ленина с сотоварищами в Россию и обеспечат деньгами. Это мы рассмотрим подробнее позже.

«Революционеры» сделали своё дело и поехали подальше от очага возгорания войны, и за какие-то загадочные деньги жили совсем не бедно. «Не роскошествовали, но на жизнь имели. Ленин и Крупская всюду возили с собой мать Надежды Константиновны, содержали домработницу. Выезжали за партийный счет в разные страны на социалистические съезды, конференции. Когда Ильич уставал, для него оказывалось возможным съездить на недельку в Ниццу, смотаться к Горькому на Капри, отдохнуть с женой в недорогом горном пансионате», - рассказывал в своей книге В. Шамбаров.

А Виктор Брачев отметил, что набиравшего на Западе авторитет Ленина пригласили к себе в ложу масоны, и он, скорее всего из-за любопытства и ознакомления с их опытом организации, в 1914 году вступил в масонскую ложу «Союз Бельвиля», относящуюся к ВВФ, и получил степень Ученика.

В начале войны возникли проблемы и у Бронштейна-Троцкого, но немного другого плана. «Но Троцкий до конца своей роли не выдержал, пропагандист в нем взял верх над агентом. И в своих статьях он принялся на полную катушку клеймить "руку царизма", идеи панславизма. В его корреспонденциях проявляются явные симпатии к Османской империи, он в самых мрачных тонах расписывает "зверства славян". Это вызвало шквал возмущения у читателей "Киевской мысли". На статьи Троцкого обрушились провинциальные и столичные газеты. Негодование поднялось и в балканских странах, Болгария лишила Льва Давидовича аккредитации, запретила допускать его в прифронтовую полосу.» - отметил В. Шамбаров.

Согласно исследованию В. Шамбарова, Бронштейн-Троцкий покидал свою боевую позицию по той же схеме и через тех же людей, что и Бланк-Ленин: «1 августа, в день объявления войны, Виктор Адлер самолично подхватил своего протеже Троцкого и явился вместе с ним к начальнику венской политической полиции Гейеру. Гейер нашел время немедленно принять гостей. Гейер оказал Льву Давидовичу всяческое содействие в организации отъезда и оформления документов. И спустя всего лишь 3 часа после визита семья Троцкого уже сидела в поезде, весело стучавшем колесами по направлению к Швейцарии». После успешно проведенного «дела» специалисты «грязных дел» возвращались, собирались на свои старые места базирования - в Швейцарию.

Они своё дело на этом этапе сделали, и после этого наступал следующий этап действия, уже других сил. Австро-Венгрия выдвинула Сербии ультиматум по поводу расследования преступления. Сербия согласилась, но не со всеми пунктами ультиматума. Наступила месячная пауза, - «затишье перед бурей». Германия и Австро-Венгрия уже решили - повод есть, случился, - и быть войне, и усердно спешно завершали последние приготовления, после чего Австро-Венгрия объявила войну Сербии - второй ход в этой войне был сделан. В этот момент произошел просчитанный и ожидаемый солидарный ход Николая Второго, России, - Николай II решил солидарно помочь сербам и пугнул австрияков - угрожающе объявил о мобилизации в западных округах России, чтобы сдержать австрияков от войны. Этого только и ждали «старшие братья» австрийцев и коварные немецкие родственнички Николая II, - и 1 августа 1914 года немецкий кайзер объявил, что Россия мобилизует свою армию, чтобы напасть на Германию, поэтому Германия не будет ждать и сама перед лицом этой угрозы объявляет войну России. А по договору в войну на стороне России обязана вступить Франция и Англия, и завертелась военная планетная заварушка. Интересно было бы разобраться и с кровожадными советниками немецкого кайзера, кто ему помог принять столь судьбоносное ошибочное воинственное решение?

Ко второму этапу переходили и собравшиеся в Швейцарии террористы, чтобы выгодно использовать в своих интересах начавшуюся войну. «И едва перебравшись в Швейцарию, Ленин созвал совещание, принявшее Бернскую резолюцию: "С точки зрения рабочего класса и трудящихся масс всех народов России наименьшим злом было бы поражение царской монархии и её войск, угнетающих Польшу, Украину и целый ряд народов России"». Это было открытое предательство России Лениным и его большевиками. Впрочем они этого и не скрывали.» - отметил в своём исследовании В. Шамбаров. По поводу вышесказанного Лениным-Бланком о России стоит отметить дружное совпадение позиций Германии, США, Англии, еврейского мирового сообщества и Ленина-Бланка с его товарищами-террористами.

Итак, - Большая планетарная война началась. И в следующей главе заглянем в Россию этого периода.



ГЛАВА ПЯТАЯ. Россия в 1912-1914 годах | Первая мировая. Корни современного финансового кризиса | ГЛАВА СЕДЬМАЯ. Трагическая ошибка Николая II