home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава X

Что-то за портьерой

В ларьке мы купили по бургеру и оккупировали лавочку у подъезда ближайшего дома. Какое-то время молча трапезничали, а потом Таня Незванова вдруг сказала:

— Ребята, а мне сегодня прадедушка снился. Тот самый, который пропал без вести. Я его только на фотке видела, но сразу узнала — он был молодой, красивый, только очень грустный, и находился в какой-то яме. А я подошла к ее краю, смотрю вниз, а он руками машет, кричит: уходи! Тут меня кто-то в спину толкает, я лечу вниз и просыпаюсь.

— А меня сегодня во сне расстреляли! — выпалил Егор. — И я тоже падал в какую-то яму. Вижу, мы попали с этими поисками!

Оказалось, всем сегодня снились похожие кошмары. Я внимательно слушала, но сама молчала. Меня напрягал тот факт, что мы ведем такие беседы на улице, где нас любой может услышать. Но теперь у меня был кулон, способный нагреваться в случае опасности, а в данный момент он был холодным, даже слишком. Стоп! Я ведь еще плохо знаю его свойства! Вдруг он при одной опасности нагревается, а при другой становится холодным?

Я потянула за нитку и вытащила сторожевой знак наружу. И хотя ребята его сегодня уже видели, все сразу повернулись ко мне:

— Дай посмотреть! — Таня протянула руку и осторожно дотронулась до металлической пластины, лежащей у меня на ладони. И тут я почувствовала, как пластина, до этого холодная, теперь стала просто ледяной. Как же это объяснить-то…

— Предлагаю прямо сейчас пойти к Александру Генриховичу! — поднялась я. — А то у меня сегодня вечером неотложное дело.

Никто не стал возражать.


Ученый действительно был доволен нашим приходом. Он проводил нас в гостиную, а сам отправился в кухню ставить чайник. Оставшись одни, ребята стали рассматривать картины, а я прошлась по комнате, разминая ноги. Сейчас, пожалуй, можно ненадолго и расслабиться. Пусть Александр Генрихович сколько угодно восторгается готской державой, я прикинусь валенком…

Что это? Сторожевой знак нагрелся так стремительно, что я чуть не закричала. Нет, он не раскалился, как ночью, но был к этому близок. Я замерла на месте и обвела взглядом комнату. Мебель, картины, книги… Все мирно и спокойно, а спрятаться в комнате негде. Я обернулась. За моей спиной находилась дверь, завешенная тяжелой портьерой. Рядом была еще одна дверь, но именно из первой, я просто кожей чувствовала, исходила угроза.

А ребята рассматривали картины, тихо переговаривались и не смотрели в мою сторону. О неведомой опасности знала только я…

Ничего не поделаешь, надо было рискнуть. Я покосилась на коридорчик, ведущий в кухню, и быстро отодвинула край портьеры.

Нет, мне не показалось. Комнатка, похоже, была спальней. В тот момент, когда я отдернула портьеру, кто-то маленький, ростом не выше семилетнего ребенка, метнулся под кровать, застеленную длинным покрывалом. Я не разглядела в полутьме, кто это был, успела лишь засечь мелькнувшую в воздухе руку с неестественно длинными пальцами. Если это ребенок, то очень странный!

У меня возникла мысль броситься туда, заглянуть под кровать, но я сдержалась. И хорошо сделала — в это время Александр Генрихович пригласил всех пить чай.

Чай оказался отменным, но мне было не до него: сторожевой знак и не думал остывать, и я то и дело напряженно поглядывала на дверь. Ученый заметил мое беспокойство:

— Что-нибудь не так?

— Да нет, — беспечно соврала я. — Просто кошка у вас такая пугливая, я ее звала, но она ко мне так и не вышла.

— Какая кошка? У меня нет животных.

— А кто же тогда шуршал в комнате за портьерой?

Я внимательно смотрела в глаза ученого, пытаясь понять, в курсе ли этот знаток родного края, что происходит в его собственной квартире.

— Ты слышала шорох в комнате? Неужели опять завелись мыши? Ох уж этот первый этаж! Я-то их не слышу, у меня под старость лет со слухом неважно стало.

Похоже, не знает. А проблемы со слухом кое-что объясняют…

После чаепития мы вернулись в гостиную, и ученый заглянул в обе комнаты:

— Нет, никого постороннего. А я уж подумал, вдруг там вор притаился. Значит, все-таки мыши.

Помню, он что-то рассказывал, но я не повторю из его рассказа ни слова. На меня накатило странное состояние, что-то вроде транса. Я сидела с заинтересованным выражением лица, даже, кажется, задавала вопросы по теме, но сознание заволокла мутная пелена. С ребятами, похоже, происходило то же самое, да и сам Александр Генрихович что-то вещал с совершенно отсутствующим видом. Зря я его подозревала — источником опасности является не он, нет, что-то странное скрывается за портьерой, я едва ли не кожей ощущала волны ужаса, исходящие оттуда. И запах какой странный в этой квартире, такой сладковатый с примесью старой пыли. Наверное, на полках есть старинные книги… Вчера я на этот запах внимания не обратила, а сейчас он просто бьет в нос.

Странный запах резко усилился, вместе с этим мой кулон нагрелся до критической точки и опять обжег кожу. Наваждение мигом пропало, сменившись активностью. Я снова заорала во всю глотку, но не так, как кричат перепуганные девчонки, а скорее как боевой командир:

— Па-адъем!!! Нас окружили! Уходим!

Ребята словно просыпались — трясли головами, терли кулаками глаза. Александр Генрихович встал в оцепенении.

— Быстрее, быстрее! — закричала я и первой схватила свою курточку. Ничего не понимая, остальные, включая хозяина квартиры, последовали за мной. Мы сгоряча пробежали мимо трех домов, после чего остановились, и ребята потребовали у меня объяснений.

— Кулон нагрелся, — попыталась объяснить я. — Что-то было в спальне. А еще этот запах, разве вы не чувствовали, как он усиливается?

— Какой запах? — удивилась Таня.

— Не было никакого запаха, — поддержал ее Колька.

— Ну, пахло чем-то старым, пыльным, — ответила я.

— В квартире полно старинных фолиантов, — недовольно заявил ученый. — А в спальне нет никого и ничего постороннего, я при вас проверял!

Я решила признаться:

— Извините, пожалуйста, Александр Генрихович, мою нескромность, но я, услышав в спальне шорох, заглянула за портьеру. И видела, как кто-то, отдаленно похожий на ребенка, спрятался под кровать. Я успела заметить его руку с длинными пальцами…

— Так, наслушалась страшилок! — повысил голос ученый. — И я тоже хорош — глупо рассказывать такие вещи слабонервным девицам!

— Я не слабонервная! — обиделась я. — Кроме того, я и вчера из этой спальни слышала какие-то тихие шаги…

— Вчера там точно никого не было. Впечатлительная у вас натура, милочка! А я-то развесил уши… Счастливо оставаться! Зря я вообще с вами связался.

Он быстро удалился, не став никого слушать. Ребята тоже пошли по домам, немного сконфуженные. Как оказалось, никто из них не ощутил запаха и не заметил ничего странного, и теперь им было неловко за меня.

Но я не испытывала неловкости. Потому что знала, что я поступила правильно, даже если этого никто и не оценил.

А теперь вперед, на заброшенную остановку. От мыслей о предстоящем мероприятии мне было немного не по себе, но в предчувствии новой встречи с Вилором сердце мое сладко сжималось.

Вот и остановка. Хотя уже и было темно, но свет из окон домов позволял мне разглядеть ее покосившиеся столбы и знакомую высокую фигуру, неподвижно стоявшую, прислонившись к одному из них. Вилор уже ждал меня, хотя мы вчера забыли договориться о времени.

— Привет! — тень улыбки скользнула по его лицу. — Быстро ты пришла.

— Еще бы не быстро! — воскликнула я. — Там такое было!..

Мы шли между домами. Выслушав мой эмоциональный рассказ о происшествии в квартире ученого и о событиях минувшей ночи, Вилор нахмурился:

— Вот оно что…Ты все правильно сделала и спасла себя и своих приятелей…

— Это все кулон! — похвасталась я. — Ты был прав, он действует так, что не ошибешься. Боюсь, эти два ожога еще долго будут заживать!

Машинально я нащупала сторожевой знак сквозь одежду, отчего он сдвинулся как раз на обожженное место. Неожиданно я поняла, что он теплый, причем нагрелся только что! Но не сильно. Как мне подсказывал приобретенный за последние сутки опыт, это означало, что какая-то нечисть находится неподалеку, но опасности не представляет.

Может быть, за нами следит Фаина? Я оглянулась по сторонам, но ничего не увидела.

— Тебя что-то напугало? — мягко спросил Вилор.

— Знак… Он теплый! Какая-то нечисть бродит поблизости!

Вилор несколько секунд помолчал, а потом ответил, глядя прямо перед собой:

— Не бойся. Эта нечисть не причинит тебе вреда.

— Да сколько ее тут! — воскликнула я. — До сих пор жила себе спокойно и ничего потустороннего не замечала. А теперь прямо нашествие какое-то!

— Надев сторожевой знак, ты уже не можешь оставаться прежней, счастливой в своем неведении школьницей. Тебе придется узнать мир с иной стороны. Нежить порой приобретает совершенно необычные формы, умело маскируется, но тебе будет под силу распознать ее под любой личиной. Ты права, увы, ее на свете больше, чем хотелось бы.

— Очень хорошо! — хмыкнула я.

— Рад, что не ошибся в тебе, — сказал вдруг мой спутник. — Встретив, как мне казалось, просто легкомысленную девушку, я не ожидал от нее такой решительности и упорства.

— А как же Наташка! — возмутилась я. — Плюнуть на нее было, да?

— Как тебе сказать, Никандра… Для многих людей собственная безопасность важнее Наташкиной жизни. Но ты меня поразила. Оба раза при встрече с опасностью ты принимала самые оптимальные решения. И теперь я вопреки всем доводам разума начинаю надеяться. Видишь ли, в одиночку мне не остановить этого сумасшедшего, но если ты поможешь…

Сердце мое бешено застучало от этих слов, лицо залилось краской. Стыдно сказать, но я первым делом услышала в этих словах похвалу в свой адрес. Конечно, обычно девчонкам делают совсем другие комплименты, но теперь-то ясно — я ему все-таки нравлюсь!

«Уймись, — осадила я себя, — сейчас речь идет совсем о другом!»

— То есть я принята в команду?

— Если это можно так назвать, — улыбнулся Вилор. Наверное, его позабавил мой глуповатый вид, и я попыталась сделать мину посерьезнее.

— И каковы наши планы?

— Первым делом — добыть секиру готского короля.

— Да мы за ней и идем! Кстати, я сегодня Фаину видела! Ох и кикимора!

— Она тебе что-то говорила? — Вилор насторожился.

— Да ерунду всякую несла про какого-то Ваську… или Витьку… Не помню. А я ее обозвала нежитью и попыталась отобрать мальчика.

— Что попыталась?!

— Мальчика отобрать, который с ней был, мне его так жалко стало. Но ничего не получилось. Сначала я его схватила, а потом он растаял в воздухе. Он живой, интересно, или призрак?

— Это сложно объяснить…

— Так я и думала! — торжествующе заявила я. — Промежуточный вариант! Еще раз я ее встречу — дам в глаз, а мальчика все же заберу! Будет призрак с фингалом…

— Вряд ли это у тебя получится, — мягко перебил меня Вилор. — И все же спасибо тебе.

— За что? — не поняла я.

— Просто никто никогда не пытался отобрать этого мальчика у Фаины. Все видели, но никто не пробовал.

— Да кто он?

Но Вилор покачал головой:

— Давай об этом в другой раз. Тем более что мы уже пришли.


Глава IX Старуха с мальчиком | Большая книга ужасов 41 | Глава XI «Ты попрощалась с друзьями?»