home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XV

«Верните мне Вилора!»

Я зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Вон Стас, каким я его в последний раз видела — в старой куртке и с растрепанными волосами, вперил неподвижный взгляд в потолок. За ним несчастная Наташка, лицо заострилось, глаза запали. Колька с Егором, неразлучные друзья, так и лежат рядом. Лилька, Таня… Дальше были незнакомые мне люди, все до единого молодые, лежащие так же неподвижно. Среди них я, к своему удивлению, узнала Лешеньку. Вот какое ему «наследство» досталось в обмен на украденную у отца секиру!

Я подошла ближе и заметила, что все тела опутывает густая паутина из проводков… хотя нет, это не проводки, а скорее какие-то корни или жилы. Я хотела притронуться к ним, но Владимир Петрович остановил:

— Не трогай здесь ничего! Если они проснутся, им будет только хуже.

Тогда я пошла вдоль стола, пристально глядя на лежащих. Больше никто не был мне знаком.

— Возвращайся, куда пошла? — услышала я голос хозяина этой «комнаты страха». — Там тебе больше узнавать некого.

— Где Вилор? — злобно спросила я, вернувшись.

Он удивился не на шутку:

— Вилор? А зачем он тебе?

Я восприняла это как грязный намек и заорала:

— Верните мне Вилора!!! Иначе я вообще с вами разговаривать не буду!

Среди лежащих послышался негромкий стон, некоторые зашевелились. Тогда этот сумасшедший ученый схватил меня за руку и выволок в боковую дверь. Мы снова оказались в его кабинете.

— Вот так-то лучше, — спокойно сказал он. — Не стоит их будить. Они сейчас находятся там, где царит вечный покой, где нет ни боли, ни страха, и пробуждение будет им неприятно.

— Вы пьете их кровь? — в упор спросила я.

— Кровь? — Он вальяжно откинулся на спинку кресла. — Открою тебе, детка, еще одну тайну. Высшим вампирам необходима не столько кровь, сколько жизненная сила человека, которую принято называть энергией. Это только кладбищенским вурдалакам лишь бы набить брюхо, а чем ранг вампира выше, тем больше ему требуется энергии. Боль, слезы, страх жертвы — вот что нужно истинному вампиру. Бывают гурманы, обожающие издеваться над влюбленными в них дурочками и упиваться их страданиями. Есть такие, кто устраивает у себя настоящие пыточные камеры. Что до меня, то я отношусь к жертвам гуманно — сама видишь, они спят и не страдают. Мало того, я думаю, ты в курсе, что они сами ко мне пришли.

А в кровопитии я практически не нуждаюсь. То, что ты, наверное, приняла за проводки, на самом деле является особой биологической формой — мое изобретение! По ним жизненные силы жертв перетекают частично ко мне, а большей частью — вниз, под землю, туда, где ждут своего пробуждения великие предки иггов. А жертвы остаются живыми долго, потому что мое изобретение позволяет снабжать их тела питательными веществами. Мне больше не нужно лить кровь на алтарь, как это делали прежде. Кстати, угадай, кем являлись языческие божества, которые требовали кровавых жертвоприношений? Ха-ха, да они мне, почитай, родня! Между прочим, среди живых людей тоже полно вампиров, да-да! Только не говори, что ты их не встречала.

— Вы говорите о маньяках и садистах?

— Да, но не только. Бывают еще скандалисты, стремящиеся довести жертву до нервного срыва, домашние или начальствующие тираны, вечно ноющие жалобщики — у каждого свой метод, а итог для жертвы один. Кстати, проверено многократно — после встречи с энергетическим вампиром у жертвы резко понижается гемоглобин.

Владимир Петрович был прав — подобные личности попадались в немалом количестве. Особенно в моей прежней школе от таких спасения не было.

— Как же от них защищаться? — вырвалось у меня.

— Как и от прочих вампиров — серебряными пулями, — усмехнулся он. — Хотя, если нет серебряных, сойдут любые, главное — стрелять без промаха. Годится и старый добрый осиновый кол. Опять же, если нет осины…

Вампир сделал паузу и, поймав мой злой взгляд, сказал:

— Так и быть, если мы с тобой поладим, я отдам тебе этих шестерых. Подумаешь, других найду.

— Этих шестерых и Вилора! — твердо потребовала я.

На его лице расплылась ироничная улыбочка:

— Тебе так нужен Вилор? А знаешь ли ты, что он тоже вампир?

Я была ошарашена. Так вот оно что! Теперь понятно, почему в присутствии Вилора нагревался кулон, понятными стали и его слова, что «эта нежить ничего плохого тебе не сделает»… Это он о себе говорил! Вот почему он не мог войти в чужой дом и сбежать от преследователей на рассвете! Мне вспомнились его сильные холодные руки и бездонные черные глаза, в которых сквозила давняя боль…

Владимир Петрович между тем наблюдал за выражением моего лица — ожидал, наверное, разочарованно-брезгливой мины. Ага, разбежался! Кем бы Вилор ни был, бросать его я не намерена. Я сделала вдох, широко улыбнулась и ответила:

— Да, точно, все сходится. И как я сама не догадалась! Ну и ладно.

— Ладно? — прищурился тот. — Да ведь он вампир самый низший, ниже только упыри!

— Меня ваша иерархия мало волнует.

— Тебя не волнует, что он по-настоящему пьет кровь?!

— Лишь бы не водку! — отрезала я. — Может, прекратим этот глупый разговор? Верните мне Вилора!

— Нет уж, милая, Вилор останется здесь, — ответил он жестко. — У меня к нему свои счеты, тебя это совершенно не касается.

— Тогда и разговора у нас с вами не получится!

— Ну что ж, — Владимир Петрович поднялся, теперь его взгляд был ледяным и недобрым. — Ты отвергла мое предложение. А раз так…

Глупо было ждать, пока он докончит угрозу, претворив ее в жизнь. Освященная соль так и оставалась в моей правой руке, я подскочила и метнула ее прямо в лицо вампира. Оно резко побагровело, раздался дикий вопль, а я выскочила в ближайшую дверь, не дожидаясь расправы.

Кто его знает, как тут все устроено! Вроде эта дверь вела в комнату, где находились мои друзья, но нет, передо мной возник длинный коридор, по которому я и помчалась, не зная, куда он ведет. Потом были еще какие-то многочисленные залы, лестницы, ходы-переходы, я неслась как угорелая и с горечью осознавала глупость своего поступка. Наверное, надо было применять дипломатический подход и не нарываться на конфликт. Долго ли я пробегаю, прежде чем меня схватят? А главное, как отсюда выбраться? Если я правильно понимаю, этот дворец находится глубоко под землей, а то и вовсе в ином измерении. Был ведь шанс спасти хотя бы ребят, а так — обрекла всех на гибель. Но какой ценой это предлагалось — самой стать вампиршей, что ли? Ни за что на свете!

Они возникли на моем пути неожиданно — три низкорослых уродливых существа со светящимися красными глазами. Впрочем, я ожидала погони и держала в руке новую порцию соли. Подпустив их поближе, я швырнула эту соль. Ага, испугались, отскочили! Эх, жаль, мало ее осталось. Я снова сунула руку в карман, но тут пара сильных, холодных ладоней из-за спины ухватила меня за шею и повалила на пол.

Дальше я помню плохо: кого-то я от души пинала ногами, кто-то заламывал мне руки, один раз даже удалось вырваться, но эти мерзкие создания были невероятно сильными…

В конце концов меня крепко прижали к стене, лишив возможности двигаться, и я услышала из мрака знакомый голос:

— Что ж, насильно мил не будешь. Была бы честь предложена! Ладно, детка. Ты хотела видеть Вилора, так изволь, хм, насладиться его обществом. А жаль, право, жаль.

Судя по интонации, это был смертный приговор. Далее последовала пауза, рассчитанная, видимо, на мольбы о пощаде. Я думаю, он бы долго и с наслаждением их слушал, а потом, уж так и быть, оставил меня жить в обмен на верную службу. Но я этот «спасительный шанс» с презрением проигнорировала. Сейчас для меня существовало только одно: я увижу Вилора! При этой мысли сердце радостно сжалось. Как бы там ни было, вместе мы не пропадем.

— Предложите лучше такую честь Лешеньке! — нагло ответила я. — Он вам больше подойдет, да и общего у вас очень много!

— Уводите! — рявкнул вампир.

Меня потащили по темным коридорам, затем куда-то вниз по лестнице. Хорошо хоть, не волоком, я шла своими ногами, по две твари держали меня за каждую руку, и еще одна — за шею. В конце концов я не утерпела:

— Многоуважаемые игги, могли бы вы на мне не висеть? Честное слово, я не убегу и солью кидаться не буду.

Как ни странно, меня послушали и отпустили, просто пошли рядом, двое впереди, трое сзади. Маленькие существа в темноте казались детьми и теперь вызывали у меня простое любопытство.

— Вот видите, — продолжала я. — Иду спокойно и не убегаю.

— Конечно, — послышался тоненький скрипучий голос. — Бежать тут некуда.

— Ой, вы можете разговаривать?! — изумилась я. — То есть простите, конечно, можете, чему же удивляться… Вы ведете меня к Вилору?

— Да, — ответ прозвучал так мрачно, что возникла мысль: а вдруг Вилор мертв и меня тоже ведут, чтобы убить!

— Он жив? — выдавила я из себя.

— Ага, если это можно так назвать, — проскрипело в ответ одно из созданий, и все они хрипло засмеялись.

Ах, ну да…

Впереди послышался шум воды. По мере продвижения он становился все громче, и скоро мы вошли в просторную пещеру, потолок которой терялся где-то в высоте. Здесь все было видно благодаря загадочному скрытому освещению, такому же, как в зале. По прорубленному наклонному желобу вдоль одной стены сбегал сверху водный поток. На высоте около пяти метров желоб заканчивался этаким длинным карнизом вдоль всей стены, и вода, равномерно распределяясь, падала сплошным тонким занавесом с высоты в водосток, вырубленный в полу. Выглядел такой рукотворный водопад очень красиво. Мой «почетный караул» повел меня прямо к нему. Подойдя ближе, я увидела, что водосток в полу был очень глубоким, а вода, сбегая по нему, с клокотанием уходила в широкую расселину у самой стены. Что со мной хотят сделать, неужели бросить в эту дыру?!

Но у моих сопровождающих, похоже, были другие планы. Один из них проворно вскарабкался на небольшой выступ в стене и повернул какой-то рычаг. Заскрежетал механизм, что-то лязгнуло, ухнуло, и карниз, с которого ниспадала вода, принял наклонное положение. Водный занавес сразу исчез, весь поток устремился в одном направлении, прямиком в дыру. Я увидела то, что скрывалось за этим занавесом: в стене пещеры зиял черный проем, закрытый ржавой решеткой.

Меня заставили перейти через водосток по переброшенной доске, открыли в зарешеченном проеме дверцу, втолкнули меня туда и заперли на большой амбарный замок. После этого снова раздался скрежет, и водный занавес вернулся на место.

Только теперь я поняла, насколько хочу пить. Я просунула руку сквозь решетку, дотянулась до струи, набрала в ладошку. Вода была холодной и необычайно вкусной. Я повторила манипуляцию несколько раз и огляделась. Это была узкая темная пещера — или, может быть, начало подземного хода? Достав фонарик, я убедилась, что он не пострадал в драке и по-прежнему готов мне служить.

Пещера оказалась извилистой. Я внимательно смотрела по сторонам, с напряжением минуя каждый новый поворот. Ничего страшного не было, вот только кулон мой чуть-чуть потеплел. Куда этот ход ведет? Какие еще испытания подготовил мне ученый-фанатик?

Ход закончился неожиданно — я свернула за очередной поворот, а там оказался тупик. Только теперь мне стало по-настоящему страшно. Меня решили замуровать здесь заживо и уморить голодом?! Даже воду предоставили, чтобы продлить мучения! Какая бесчеловечность… Да ведь бывший ученый и не человек, чему удивляться. У, гуманист проклятый!

Так, спокойно, Ника, без паники. Может быть, удастся сломать камнем ржавую решетку, камней-то тут много. Я посветила вниз, чтобы выбрать подходящий, и вдруг увидела распростертое на полу тело. Мне не нужно было сильно присматриваться, чтобы понять…

Вилор! Это был он. Спутанные длинные волосы разметались по камням, черная шелковая рубашка была изорвана, смертельно бледное лицо с запавшими щеками застыло неподвижной маской. И никаких признаков жизни. Я упала на колени рядом с ним, схватила за запястья — они были холодны как лед. Здесь холодно, а он так легко одет… Оставил куртку, чтобы меня предупредить, и замерз в этой пещере!

Я прижалась ухом к его груди и ничего не услышала. Ах да, он же… А я ничего об этом не знаю. У вампиров сердце бьется или нет? Дышат ли они? В книжках много чего написано, а что на самом деле? Если верить книжкам, то он должен сейчас вскочить и укусить меня за шею. Да пускай, лишь бы только ожил!

— Вилор! — закричала я.

Бесполезно. Может, это все же от холода? Я села, стащила с себя куртку и укутала его, а голову положила к себе на колени, обхватив ладонями. Несколько напряженных минут всматривалась в неподвижные черты лица… Все зря. Он был мертв.

Отчаяние и безнадежность захлестнули меня, и я не удержалась, впервые дав волю слезам. Я рыдала вслух, кого-то проклинала, выла и кричала во всю глотку, а потом, сорвав голос, просто долго плакала, прижимая голову любимого к груди, и никак не могла остановиться. Плакала до тех пор, пока силы не оставили меня.

Очнулась я в той же пещере. Голова болела адски, я чувствовала себя абсолютно разбитой, но едва вспомнила последние события, как начисто забыла о больной голове. К тому же я обнаружила, что моя куртка снова на мне, а Вилор, живой и невредимый, держит меня на руках, словно маленького ребенка.

— Ты… живой? — не веря глазам, прошептала я.

— Нет, — мрачно ответил он, ставя меня на ноги. — Ты еще не догадалась…

— Представь, сама не догадалась! — глуповато улыбнулась я. — Мне этот, как его, Владимир Петрович объяснил. А я ответила — ну и ладно! Вилор, я до сих пор в себя прийти не могу, думала, что ты умер!

— Тебе все же не удалось скрыться, — задумчиво констатировал он.

— Да я и не пыталась! Наоборот, сама пришла сюда.

— Зачем? Ты понимаешь, как рисковала?!

— Так ведь пропали все: и ты, и ребята, — смущенно ответила я.

— А теперь еще и ты… Каждый год несколько десятков человек находили здесь вечный покой, а теперь жертв понадобилось намного больше. Все делается очень осторожно, исчезновения происходят в разных концах города, или исчезают приезжие. Чтобы не привлекать внимания.

— Знаю. Людей так много! Там такое деревянное помещение…

— Барак. Тот самый барак, который видела твоя подружка. Вальдемар всегда держал жертв там.

— Как ты его назвал?

— Вальдемар. Это имя он взял, когда был одержим идеей воссоздать готскую державу. Оно означает власть над миром, равно как и Владимир. Только одно наше, а другое немецкое.

— А мне он предлагал стать его наследницей, представляешь! И обещал за это отпустить ребят.

В общих чертах я пересказала недавние события.

— Ему необходим помощник в его мерзких ритуалах, — ответил Вилор. — В одиночку это сложно. Да, ты правильно поняла, он сделал бы тебя вампиром, правда, повременя до более зрелого возраста. Но, согласившись, ты бы уже не смогла отвертеться.

— А я и не ждала ничего хорошего, — ответила я и стала приводить в порядок свои растрепавшиеся волосы. Вилор стоял, прислонившись к стене, мрачно глядя в одну точку.

— Вот, значит, как, — немного погодя тихо сказал он. — Я не думал, что ты ради меня так бросишься в штыки…

— Ну, знаешь ли! — фыркнула я.

— И тебя не смущает то… что он обо мне сказал?

— Если бы речь шла о ком-то другом, я бы, конечно, держалась от него подальше. Но с тобой мы, кажется, друзья? Во всяком случае, после того как ты спас мою жизнь, я в твоем присутствии за нее спокойна.

— Я всего лишь предотвратил твое похищение. Кстати, знаешь, почему тебя бросили именно сюда?

— Нет. Его слова звучали как смертный приговор…

— Это и был приговор. Он рассчитывает полюбоваться омерзительным зрелищем…

— Не поняла?

— Он думает, что с наступлением темноты я поднимусь, озверевший от голода, и наброшусь на тебя.

— Что-о?! Он совсем идиот?!

— К сожалению, нет. Если вампир слишком долго голодает, то в конце концов наступает момент, когда он перестает владеть собой и превращается в зверя, для которого существует лишь одна цель… А мне пришлось голодать достаточно долго, плюс еще ранение…

— Какое?

— А, уже зажило, хотя крови я потерял много. — Вилор оглядел свою порванную в нескольких местах рубашку. — С приходом рассвета я был слаб, как цыпленок, но, думаешь, сдался без боя?

— Ой! — испугалась я. — Ты… тебе, наверное, плохо?

— Было очень плохо, я действительно был близок к черте… Но теперь я могу держаться, и за это спасибо тебе, Никандра!

— Мне? Но за что?

— Я очнулся от того, что получил мощный прилив жизненной энергии, а это ничем не хуже крови. Кроме тебя, здесь никого не было. Что ты со мной сделала?

— Ничего, — удивилась я. — Просто закутала в куртку, и все.

— Но тебе, наверное, было страшно? Ты боялась, переживала, плакала?

Я нехотя кивнула.

— Вот и результат. Этим ты дала мне силы. Сама, наверное, чувствуешь себя выжатой, как лимон?

— Я думала, ты умер, вот и не сдержалась!

Вилор виновато посмотрел на меня:

— Это был дневной сон, мало отличимый от смерти, и прервать его можно разве что тем способом, который применила ты. Я действительно был инициирован как низший вампир, но неужели он считает, что я таковым и остался? А, пусть считает, как хочет. Пойди к входу, умойся и выпей воды, это поможет тебе восстановить силы. Она здесь не простая, этот поток течет из святого источника, известного своей целебностью еще с древних времен. Ну, иди. И больше никогда так не делай.

— А это уже мне решать!

Водные процедуры действительно вернули мне бодрость. По ходу дела я осмотрела решетку — она оказалась порядком проржавевшей.

— Вилор! — помчалась я обратно. — Может быть, у нас вдвоем получится сломать решетку и бежать?

— Решетка — ерунда, ее сломать легко.

— Так почему ты до сих пор этого не сделал? Сломал бы и ушел!

— Дело не в решетке. Я тебе уже сказал: вода, которая сплошной завесой отделяет нас от выхода, — из святого источника, она просто уничтожит меня!

— Ах, вот оно что! — хлопнула я себя по лбу. — Слушай, так ведь можно ее отвести в сторону! Я видела, как это делается. Ты ломай решетку, а я выберусь и открою проход.

— Так мы и поступим, — кивнул он. — Но всему свое время. До заката осталось еще около двух часов, если мы сбежим раньше времени, то я не смогу выйти наружу, и нас поймают. Хотя не стоит и медлить — к закату Вальдемар непременно явится сюда, и тогда нам точно не уйти. Думаю, стоит подождать примерно час.

— Ладно, подождем. А у тебя часы есть? Я свой мобильник дома оставила.

— Не беспокойся, приближение заката я чувствую без всяких часов.


Глава XIV В подземном дворце | Большая книга ужасов 41 | Глава XVI На свободу