home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Интеллектуальное происхождение классных капиталистов

Обратите внимание, насколько безоговорочно лидеры американского бизнеса принимают все критические замечания в адрес американского бизнеса. В течение века писатели и богема песочили делового человека. Этому были посвящены такие произведения, как «Джунгли», «Бэббит», «Великий Гэтсби», «Позолоченный век», «Смерть комивояжера», «Что-то случилось» (роман Джозефа Хеллера о бизнесмене), и тысячах других романов, пьес, фильмов и телесериалов (вспомнить хотя бы Джей Ар Юинга из «Далласа»). Везде предприниматель выводился неинтеллигентным, бездушным конформистом, носителем мещанских ценностей. Это подавленный человек, задушивший в себе способности к творчеству и сопереживанию ради того, чтобы вскарабкаться на промасленный шест и скопить как можно больше денег. На работе у него царит сухая бюрократия и снуют жалкие прожектеры. Взирая на этот портрет, сегодняшние культуртрегеры от бизнеса готовы согласиться и признать все обвинения. Отталкиваясь от этого, они и постарались создать новый образ делового человека, который больше бы соответствовал богемным ценностям.

В 1956 году Уильям Уайт написал книгу «Человек организации». Социологи спорят о том, насколько реалистичным был этот «Человек», однако сомневаться в том, что этот образ по-прежнему занимает важное место в картине мира образованного класса, не приходится. Даже те, кто не читал произведение Уайта – а таких сегодня подавляющее большинство, – отлично представляют этого «Человека организации» и уж точно не хотят быть на него похожи. Человек организации готов стать шестеренкой в огромной социальной машине. Ему кажется, что в одиночку ему не справиться, что он слишком слаб и неспособен управлять собственной жизнью, поэтому он встраивается в крупные учреждения и подчиняет им свою волю. Он уверен, что организация предоставляет ему одновременно и защищенность, и широкие возможности, и одно никак не ограничивает другое. «Молодые люди относятся к „системе“ без всякого цинизма и практически без скепсиса, – писал Уайт, – они не видят причин ей сопротивляться, напротив, они готовы с ней всячески сотрудничать». Более того, Уайт утверждал, что в рамках «социальной этики», которой они руководствуются, творческие способности и воображение ценятся меньше, нежели мягкий нрав и готовность угодить. Человек организации «ничем особо не выделяется, во всем придерживается середины». Уайт предвосхитил полемику, обострившуюся в 1960-е. Особенно убедительно он описал влияние крупных организаций на психическое состояние работников. Раньше начальнику нужен был только твой труд, писал Уайт, сегодня он хочет забрать «твою душу».

Книга Уайта – блестящая отповедь господствовавшим тогда управленческим теориям. Уайт критикует компании, где с помощью личностных тестов отсеиваются сотрудники, у которых могут возникнуть сложности с адаптацией в коллективе. Он пишет о научных лабораториях, руководство которых ради стабильности готово избавиться от талантливых, но эксцентричных или неуживчивых ученых. На описываемые Уайтом предприятия требовались не визионеры-индивидуалисты, но легко вписывающиеся в коллектив приспособленцы. К примеру, в фильме, который показывали перед поступлением на работу в химическую компанию Monsato, ученым сообщалось: «Гениям здесь не место, у нас рука об руку трудятся обычные американцы». Нефтедобывающая компания Socony-Vacuum распространяла буклет, где черным по белому значилось:


Я не бизнесмен, я творец, оказавшийся на поле предпринимательства | Бобо в раю. Откуда берется новая элита | «Виртуозов не держим.