home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

— Готов к экскурсии?


Настроение у Вити было боевое. Шутливо ткнув кулаком в бок Володьке, он кивнул на фургон.


— Ага. — Глаза у парня были ошалелые. Буквально через минуту-другую у него исполнится мечта всей жизни! Новый мир. Дикий запад. Географические открытия и… свобода! Полная, абсолютная свобода. Мир, в котором нет государств, нет законов, условностей и денег. Мир, в котором всё решаешь ты сам, а не толщина твоего кошелька.


— Ага, готов. Садимся?


Витька попинал колёса, так же, как когда то пинал шасси своего самолёта майор и сказал.


— Садись. Пора ехать.


От минивена 'как у соседа' пришлось отказаться. Маленький десятиместный автомобильчик, по здравому размышлению, им не подходил.


— Петя, нам ведь что нужно? Народ вывезти. Так?


— Так.


— Так может, лучше сразу автобус рейсовый купить? Или арендовать? Запихнём туда народ как килек в банку и домой! Там же всего-то сто восемьдесят человек!


Шевченко покрутил ус и посмотрел на Вовку.


— Надо подумать.


В итоге предложение Виктора было забраковано. Во-первых, у них элементарно не было денег на такую покупку. Да и аренда за три месяца обошлась бы очень дорого. Во-вторых, на узком просёлке в джунглях автобус запросто мог застрять. Ну и, в-третьих — такая машина не очень подходила для перевозки груза.


Обсудив всё как следует, мужики сошлись на том, что 'воооон тот' мебельный фургончик им подойдёт идеально. Подержанная 'Тойота' радовала глаз неплохим техническим состоянием, экономичным и надёжным дизелем и, самое главное, ценой. Хозяин соседской мастерской запросил за аренду автомобиля совсем смешные деньги и договаривающиеся стороны хлопнули по рукам, после чего Володька договорился с местными работягами и те, ради интереса, набились в нутро мебельного фургона. На пятнадцать квадратных метров влезло больше сотни тайцев.


Витька повеселел.


'В два рейса вывезу!'


Правда при этом несчастная железяка скрипела и трещала так, что казалось, ещё немного и она развалится. А ведь на ней надо было ещё и ехать…


'Или в три рейса…'


Кроме того мебельный фургон был отлично приспособлен для перевозки груза, которого набралось не так уж и мало. Поняв, что операция по спасению робинзонов затянется минимум на полтора года, Витя решил особо не скромничать, тем более, что Шевченко, в ответ на его стенания об утекающих сквозь пальцы деньгах, напомнил о волшебной сумке Йилмаза. Так что помимо надувной лодки, пары подвесных моторов и двух десятков канистр с бензином и маслом для лодочных двигателей, в фургон было загружено изрядное количество сумок и баулов с самыми разными вещами. В основном Витька запасался одеждой, обувью и разным туристским хламом, который позволил бы ему прожить на острове с относительным комфортом. Егоров, недолго думая, наведался в соответствующий магазин, где и прикупил для себя, любимого, отличную палатку и кучу сопутствующих прибамбасов, начиная от складных ложек и заканчивая пластиковым шезлонгом.


Майор только кряхтел, глядя на то, как остатки денег весело тратятся на ненужное, по его мнению, барахло.


— А зброя?


— Збруя?


— Тьфу! А оружие? А инструмент? А…


— Майор, — Витька оторвался от процесса выбора удочек, лески и крючков и посмотрел на бывшего лётчика, — а зачем нам инструмент? Про дикарей я помню и насчёт оружия с Володей планирую поговорить, но топоры, пилы и лопаты то нам для чего? Мы там что — цивилизацию строить собираемся?


'Хотя… мало ли… ладно… и лопату, тоже, прикуплю!'


О дикарях и об оружии Виктор не забывал ни на минуту. С холодным оружием у него был полный порядок — в одном из баулов лежало полсотни серьёзных тесаков. Качество стали у них было так себе — чтобы не привлекать лишнего внимания закупались на рынках у кустарей, потому как идти в специализированные магазины Володька очень не советовал.


— Сразу стукнут куда надо.


Витька в оружейные магазины и не ходил. Он заскочил в супермаркет и договорившись на пальцах с местными, спокойно прикупил в хозотделе не только требуемую лопату и пяток пил, но и два десятка офигенных стальных топоров. Стоил каждый такой топор немало, но, пощёлкав ногтем по звенящей стали и прочитав на наклейке Sheffield Steel, Егоров решил за ценой не постоять — эти штуки были гораздо круче тех секир, что он отдал Лаку.


Как ни крути, а топор для русского человека, не просто инструмент. Сам Егоров ни сварить из него кашу, ни побриться им не смог бы, но срубить дерево или снести голову "неандертальцу" — запросто.


А вот с огнестрелом была просто беда. Бывший гид упирался, как Красная армия под Сталинградом и на все просьбы Виктора свести его с нужными людьми отвечал отказом. Сам же Витька, почти ежедневно заезжавший в тир, вести разговоры на эту тему с незнакомыми тайцами просто боялся.


Выручили, опять, сувенирные магазинчики. Увидав на торговых развалах как попало сделанные арбалеты "привет из Таиланда", Егоров встал в охотничью стойку и пошёл по следу, который привёл к оптовому магазину, торгующим спортивным оружием. Местные умельцы закупали там товар, ваяли на нём гравировки для туристов и сбывали на набережной в розницу. Хозяин магазина сначала продавать спортивное оружие, да ещё в количестве двадцати штук, незнакомым фарангам отказывался, но Егоров при помощи мёртвых американских президентов заставил его передумать.


В итоге к ножам и топорам присоединились спортивные арбалеты. До боевых или охотничьих они не дотягивали, но пущенный с тридцати метров болт, исчезал в здоровенном свином окороке полностью. Правда сам болт был довольно мелким — размером с карандаш, но Виктор счёл, что это лучше, чем ничего. В конце концов, с этими арбалетами легко могли управиться и женщины с подростками. Взводились на боевой взвод они совсем просто — переламываясь пополам. Рычаг тянул струну и ставил её в зажим с одного раза, а весило такое оружие всего то полтора килограмма.


Завершали перечень грузов две коробки "от дяди Пети". Лётчик, как самый квалифицированный в их компании человек, отвечал за электрооборудование. Припомнив, как они ночью ломали глаза, пытаясь рассмотреть в экваториальной тьме дикарей, украинец смонтировал несколько комплектов "фонарь-провод-источник энергии". Кроме того в коробках имелось какое то (Витя точно не знал, какое именно) количество фонариков-жужжалок, ламп дневного света с аккумуляторами и солнечными батареями для подзарядки и провода. А чтобы всё было вообще тип-топ майор, по старой памяти, засунул в кузов бензиновый генератор.


Каждый вечер, подводя итоги дня, мужики вспоминали о чём-нибудь новом и в итоге, после недельного марафона, несчастный фургончик был забит под завязку. Витька и на крышу пару баулов забабахал бы, но Вовка его отговорил.


— Это же не Пакистан, в конце концов. Тормознут.


До знакомого просёлка Витя добирался на Вовкином скутере. Очень медленно и очень скучно. Шевченко, весело просигналив на прощанье, укатил на фургоне к точке перехода, а Егоров, втихаря матерясь, ехал по обочине под презрительные смешки местных лихачей. Нестись вдвоём-втроём, а то и вчетвером, по автобану на скутере со скоростью в сто километров в час, было для них нормой.


'Да и фиг с вами!'


На то, чтобы преодолеть триста километров пути у Вити ушёл весь день.


Белый мебельный фургон нашёлся там, где он и должен был быть. Пётр Александрович солидно отрапортовал, что за целый день здесь ни проехала ни одна машина, а подпрыгивающий от нетерпения Вовка тянул уставшего Витьку за руль.


— Да погоди ты! Передохнуть дай.


Над джунглями висели тёмные тучи из которых без перерыва лил дождь. Изредка небо озаряли далёкие молнии и едва слышно из-за падающей с небес воды, гремел гром. Насквозь мокрый Витька забрался в тёплую и сухую кабину и блаженно вытянулся на кресле. Двигаться никуда не хотелось. Хотелось пить, есть и спать.


'Нет. Усну нафиг!'


Егоров поднял сам себя за шиворот и вытащил наружу. Под дождь. Сонное состояние враз исчезло и Витька, ухнув от свежей порции холодной воды за шиворотом, подмигнул Володьке.


— Готов к экскурсии? Садись. Пора ехать.


Витька попинал колесо и прыгнул за руль. Несмотря на всю важность момента, в его голове царила совершеннейшая пустота. Сил удивляться чему-либо у Витьки не было, а говорить торжественные речи с трибуны он был не мастак.


'Да чего там… наливай, да пей!'


Егоров повернул ключ в замке зажигания, посмотрел на счастливого Володю и бледного Петра Александровича, и дёрнув рычаг переключения скоростей, нажал педаль газа. Тяжелогруженый фургон подпрыгнул на кочке и разбрызгивая во все стороны жидкую грязь, рванул по просёлку.


— А. У. О. Э…


Трясло немилосердно и сквозь клацающие зубы водителя и пассажиров дружно неслось.


— А. У. О. Э…


С каждым ударом по пятой точке мужики охали, ахали, кряхтели и сдавленно матерились.


— Де-е-ер-жись.


Витька утопил педаль газа в пол. Дизель взревел, а фургон буквально пошёл 'на взлёт'.


'Форсаж, мляяяяаааааа…'


Егоров с трудом удерживал в руках рвущийся на свободу руль. Позади всё громыхало, снизу всё булькало, а в кабине на два голоса вопили пассажиры. Стрелка спидометра перевалила за необходимые пятьдесят километров в час, а знакомого онемения не было! Просёлок, который они использовали в качестве стартовой полосы, начинал резко петлять между деревьев, и держать нужную скорость было очень тяжело.


'Да что ж ты!'


Витька заорал от ужаса. Уйти не получалось! Никак! Долбаная машинка не работала! Заметив, что дорога делает резкий поворот, Егоров нажал на тормоза.


В животе жидким азотом разливался лютый холод.


— Батя, не получилось, батя… — Витька сидел, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в руль, и уставившись невидящим взглядом в лобовое стекло, выл на одной высокой ноте, глотая градом катившиеся по лицу слёзы.


— Ви…


Жуткий хрип слева заставил Егорова вздрогнуть и очнуться.


— Сынку, ты що? Сынку!


Сидевший посередине Шевченко тряс за плечо безжизненное тело Владимира, а по кабине расползался дым и отвратительный запах жжёной плоти.


— На микроволновку похоже, — Витька мрачно почёсывал зудящий ожог на ладони, — ты смотри, вся одежда целая.


Володька, слава богу, был жив, хотя всё тело у парня было обожжено или, скорее, ошпарено. Выглядело это как-будто кто-то окунул его в чан с кипятком. Вдобавок ко всему Вовка лишился волос на голове, бровей, ресниц и всей растительности на теле.


Майор мрачно посмотрел на Егорова.


— В больницу его надо.


Полуголый Володя, лежавший на мокрой траве под проливным дождём, дёрнулся и захрипел.


— Не надо в больницу. Домой.


"Уйти" получилось только через два дня. Отвезя пострадавшего парня домой и поручив его Наташе, Витька вновь оседлал скутер и проверил медальон. Артефакт послушно засветился, а ноги и руки послушно онемели. Тот же результат был достигнут и на фургончике. В принципе Витька мог бы "уйти" на ту сторону прямо отсюда, из проулка в Паттайе, где он сейчас жил, но Шевченко его отговорил.


— Куды? А если в воду?


Самым поганым было то, что майор вслух озвучил то, о чём молчал Витя.


— У тебя отметина на ладони, у меня — на плече. А у Володи её нет и… наверное…


Зубы у Вити страшно скрипнули.


— Молчи. Надо попробовать, а там видно будет. Нечего тут высиживать. С Вовкой всё будет в порядке. Поехали, Лександрыч.


Хлоп!


Глава 2 | Как я провёл лето | cледующая глава