home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 19

Несмотря на все уговоры Энни и Тома, а также родителей Пола, через две недели Кейти и Пол улетели в Лондон, чтобы попасть на стыковой рейс в Тегеран. Оба находились в приподнятом расположении духа; Пол с нетерпением ждал встречи со своими родственниками, особенно с дедушкой, которого просто боготворил в детстве. Молодые люди собирались провести две недели у родственников Пола. И Энни, и родители Пола приехали в аэропорт. Взрослые с удовольствием познакомились и дружелюбно беседовали. Родители Пола держались очень любезно и с Энни, и с Кейти. Отец помог Полу управиться с сумками, а мать сунула в руки Кейти аккуратно свернутый головной платок и легкое серое пальто свободного покроя. Она объяснила, что Кейти придется надеть его прямо в аэропорту Тегерана, а возможно, даже в самолете. Кейти должна будет все время покрывать голову, а легкое пальто может ей понадобиться в особых случаях, родственники Пола объяснят когда. Энни сумела убедить Кейти оставить особенно вызывающие мини-юбки дома, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания и не оскорбить чьих-нибудь чувств. Кейти проявила благоразумие и согласилась. Не следовало оскорблять семью Пола или людей на улицах. Энни немного успокоилась.

Пол и Кейти обняли всех троих, прошли контроль и помахали старшим рукой. Отец Пола еще раз повторил Энни, что с ними все будет в порядке. Сказал, что Тегеран такой же современный город, как Нью-Йорк, что его невестка возьмет Кейти под крылышко, а Пол — очень ответственный молодой человек. Энни считала, что оба еще слишком молоды, им еще рано уезжать вдвоем так далеко от дома. Для Кейти это было вообще самое длинное путешествие в жизни. Она выглядела особенно юной, почти ребенком, когда подхватила свой рюкзак и вместе с Полом прошла за заграждения.

Энни не успела еще вернуться домой, как стала скучать по ней. Без Кейти квартира выглядела покинутой и пустой. Ее присутствие всегда чувствовалось очень сильно, и теперь Энни придется снова привыкать к одиночеству, а пока она не уставала повторять себе, что поездка будет благополучной и через две недели они вернутся.

Энни пригласила Тома пожить у нее на время отсутствия Кейти, и оба предвкушали эту возможность. Две недели после сказочной поездки на острова прошли на удивление мирно. Ни один из подрядчиков не отказался от работ, клиенты вели себя прилично, Лиз была занята в журнале. Правда, от Теда почти не было вестей, и Энни не знала, как он справляется со своими трудностями. Энни и Тому удалось несколько раз спокойно пообедать в хороших ресторанах, и даже обстановка в мире оставалась вполне безмятежной.

Единственным источником беспокойства для Энни был отъезд Кейти. Энни изо всех сил пыталась относиться к этому философски и почти убедила себя, что все обойдется — Пол с таким жаром обещал ей заботиться о Кейти. Возвращаясь домой, Энни даже прочла про себя молитву об их благополучии.

Вечером Энни позвонила Уитни. Она уже успела рассказать подруге про Тома. Та пришла в восторг и потребовала, чтобы Энни привезла его познакомиться. Однако визит к подруге в Новый год раскрыл Энни глаза. Их с Уитни объединяло общее прошлое, но теперь они стали совсем разными людьми. На посторонний взгляд и даже на взгляд самой Энни, жизнь в Фар-Хиллз была нестерпимо скучной. Их друзья слишком много пили и говорили в основном о детях. Почти все они были врачами, и темы разговоров вертелись вокруг профессиональных проблем. Энни не хотелось обрекать Тома на скучный вечер, а Фред и Уитни никогда не обедали в городе. Так что знакомство не состоялось.

На Уитни произвело громадное впечатление то, что Энни встречается с известным телеведущим. Энни не хотелось, чтобы Уитни слишком подчеркивала этот факт, а если они приедут в Фар-Хиллз, подруга не сумеет сдержаться. Его известность и так была слишком широкой. Энни чувствовала это, когда они бывали в ресторанах и вообще на людях. Том был звездой, и некоторые вели себя с ним неадекватно — то слишком агрессивно, то фамильярно, а иногда и просто грубо. Том всегда держался с подчеркнутой вежливостью, но Энни чувствовала, что вечер с Уитни, Фредом и их друзьями не доставит ему удовольствия. Она и сама не слишком веселилась в их обществе, а Новый год в Фар-Хиллз был одним из самых скучных в ее жизни, не говоря уж о знакомстве с Бобом Грэмом. Том спас ее от такой перспективы, и Энни всегда будет ему благодарна.

Уитни поздравила Энни с тем, что у той хватило благоразумия отпустить Кейти в Тегеран с Полом. Она считала, что для Кейти это будет замечательная поездка, ведь девушка получит возможность познакомиться с абсолютно новой культурой. Уитни порадовалась, что Энни оказалась способна отнестись к этой затее разумно.

— У меня просто не оставалось выбора, а сейчас очень беспокойно на душе, но, думаю, ты права. Пора дать им возможность совершать собственные ошибки. Но не думай, что это легко мне далось.

Энни до сих пор просыпалась в холодном поту. Но у Кейти с собой был ее «Блэкберри», а значит, и доступ к электронной почте. Она взяла достаточно денег, кредитную карту, и у нее был обратный билет домой. Энни велела ей посылать эсэмэску при возникновении малейшей проблемы. Та в ответ только рассмеялась.

— И что вы с Томом собираетесь делать, пока Кейти в отъезде? — заинтересовалась Уитни. Она знала, что Кейти оставила учебу и живет не в общежитии, а дома, и что Энни провела несколько ночей у Тома. Энни же подозревала, что в это время Пол ночевал у Кейти. Влюбленные встречались, но если они решат пожениться и завести детей, то возникнут сложности с жильем. Однако Кейти всего двадцать один год, и, похоже, она еще не помышляет о замужестве. Энни тоже старалась об этом не думать и не волноваться заранее.

— Пока их нет, мы с Томом будем бегать по квартире голыми, — с усмешкой ответила Энни на вопрос подруги. — Но должна сказать, что в некоторых обстоятельствах непросто жить в одной квартире со взрослыми детьми. Тому бывает неловко, но мне нравится, когда Кейти живет дома. Однако надеюсь, что в следующем семестре она вернется в школу.

Энни до сих пор переживала из-за того, что Кейти работает в салоне тату, но старалась меньше говорить на эту тему. Под влиянием Тома она стала лучше держать себя в руках: теперь рядом с ней находился взрослый человек, с которым она могла обсудить свои проблемы. Том был рассудителен, хотя не имел собственных детей и не мог до конца прочувствовать ее связь с племянниками и то, насколько они близки. Тем не менее в практических вопросах Том был незаменим.

Тед не появлялся дома с той самой ночи, когда Патти ударила его ножом, но Энни один раз встречалась с ним за ленчем. Учитывая все обстоятельства, Тед держался неплохо, хотя был явно подавлен. Ожидаемое появление ребенка приводило его в уныние. Однако несмотря на постоянное давление Патти, он так и не согласился жениться на ней раньше августа. Она жаловалась, что унизительно выходить замуж на таком позднем сроке беременности, но Тед не поддавался ни на слезы, ни на уговоры. Август был его последним рубежом. Тед так и не смирился с мыслью о ребенке и считал, что они поступают неправильно. Но он готовился взять на себя всю ответственность и освободил Патти от всех домашних хлопот. И не стал скрывать от Энни, что очень запустил учебу и боится экзаменов. Даже отличные оценки по предмету Патти не могли значительно улучшить его средний бал.

А Лиз сообщила Энни, что в ее жизни появился новый мужчина, но не сказала, кто именно. Она вообще держалась очень таинственно, а Энни не стала любопытствовать, решила, что это кто-то из обычных знакомых племянницы — фотограф или модель, или еще кто-нибудь из мира моды.

— А я думала, ты решила сделать перерыв, — усмехнулась Энни.

— Ну да, решила. Ну не знаю… Это что-то совсем новое. — Лиз засмеялась. — У нас еще ничего не было. Он живет в Риме. Мы всего несколько раз встречались. Я познакомилась с ним на Новый год в Париже, потом он прилетал сюда по делам. Мы встретились за ленчем, потом обедали. Скорее всего ничего у нас не выйдет. Он редко бывает в Нью-Йорке, а я езжу в Рим всего пару раз в году.

Надежда на отношения с Алессандро казалась почти нереальной, но он звонил ей по нескольку раз в день. Они подолгу разговаривали на серьезные темы.

Он обещал приехать в Париж, когда она окажется там в следующий раз.

— Для настоящего мужчины, — заметила Энни, — география не помеха. Если у вас что-нибудь получится, ты можешь найти работу в итальянском «Воге».

— Он тоже так говорит, — заметила Лиз. — Но до этого далеко. Я с ним даже еще не спала. Не хочу увлечься мужчиной, которого, может быть, больше никогда не увижу.

Однако если не тетке, то себе Лиз должна была признаться, что устоять очень трудно. Алессандро целовал ее во время прогулки в Центральном парке, и она таяла в его объятиях, а вечером на ее диване состоялся настоящий сексуальный турнир, но они оба сумели удержаться в рамках, и Лиз похвалила себя за это.

— Непохоже, чтобы вы больше никогда не увиделись, — улыбнулась Энни. Ей еще не приходилось слышать, чтобы Лиз так увлеченно рассказывала о мужчине, но с другой стороны, те, с кем раньше встречалась племянница, были просто юнцами, а этот — взрослый мужчина.

Впервые в голосе Лиз, когда она говорила о своей новой привязанности, не слышалось страха. Похоже, она готова рискнуть. Энни одновременно испытывала радость за Лиз и облегчение. Такая девушка достойна настоящего мужчины, а не легкомысленного мальчишки. А еще ей хотелось, чтобы Тед тоже нашел себе хорошую девушку, но пока об этом не могло быть и речи.


В пятницу вечером Тед отправился на баскетбольный матч в университете с одним из своих соседей по общежитию. Сын и дочь Патти проводили выходные с отцом, и Патти ныла, что Тед должен остаться с ней. Говорила, что у нее болит голова, что Тед не должен ее оставлять, но тот проявил настойчивость — ему тоже нужен отдых. Теперь он почти не встречался с друзьями. Патти требовала, чтобы он постоянно находился с ней, потому что она беременна. Тем не менее он собрался с духом и объявил, что после матча переночует у себя, потому что скорее всего выпьет лишнего. Патти это тоже не понравилось.

Но выпил он вовсе немного, а по пути домой ощутил чувство вины и, оставив товарища, зашагал к Патти, надеясь сделать ей сюрприз. Когда он вошел, открыв дверь своим ключом, Патти лежала на диване с пакетом попкорна и смотрела романтическую комедию. Она очень обрадовалась появлению Теда.

— Что ты здесь делаешь? — радостно спросила она. При пятинедельной беременности Патти, высокая и крупная, еще не начала набирать вес и выглядела, как прежде.

— Соскучился по тебе, — улыбнулся Тед. Отчасти это было действительно правдой. Он к ней привык, а кроме того, знал, что завтра она найдет повод наказать его за то, что он ушел на матч. Своих друзей у нее не было. Тед был для нее и развлечением, и эмоциональной разрядкой, и поводом для неудовольствия. Она не хотела отпускать его ни на минуту. Легче было вернуться к ней, чем потом выслушивать бесконечные жалобы.

— Ты обедал? — спросила Патти с дивана. Она не особенно хорошо готовила, но следила, чтобы Тед был сыт. В основном они питались пиццей и готовыми китайскими блюдами, за которые платил Тед. И очень редко на кухню отправлялась сама Патти. На кухне нашлась жареная курица из «Кентукки фрайд чикен». Тед положил себе порцию.

— На матче я съел хот-дог и начо, — отозвался он, съел курицу и открыл банку пива, но решил сначала сходить в ванную. Включив свет, он уставился на нечто в унитазе. Тед не понял, что это. Этого не могло здесь быть. Патти находилась одна в квартире. Больше всего предмет был похож на раненую мышь, но это была не мышь, а окровавленный тампон, кровь была и в унитазе. Патти забыла спустить воду. У нее явно не было выкидыша, и она прекрасно себя чувствовала. Громко смеялась над фильмом, который видела десять раз, и улыбнулась Теду, когда тот вышел из ванной.

У Теда голова шла кругом, но он ничего не сказал Патти, а прошел в кухню и, уставившись в окно, задумался. Она не могла так с ним поступить! А если могла? Что, если все это только ложь и обман? Теда затрясло. Он должен знать наверняка. Тед схватил пальто, что-то буркнул Патти и выскочил из квартиры.

— Ты куда? — крикнула она ему вслед.

— Вернусь через пять минут.

Патти не встревожилась. Она знала, что он вернется. Иногда Тед вел себя, как большой ребенок.

В двух кварталах от дома Патти была круглосуточная аптека. Тед купил набор для определения беременности с двумя тестами в нем, сунул в карман и влетел в квартиру. Его по-прежнему трясло, а в глазах горел странный огонь, которого Патти никогда раньше не видела. Она протянула ладонь и коснулась его ширинки, но Тед крепко схватил ее за руку и заставил подняться с дивана. Он не снял пальто и смотрел на нее пугающим взглядом.

— Что ты делаешь? — изумленно спросила Патти, когда Тед потащил ее в ванную. — В чем дело, Тед? — Она ничего не понимала.

— Скажи мне… — дрожащим голосом начал он. Патти хотела его обнять, думая, что он хочет секса, но сразу поняла свою ошибку — Тед даже не позволил к себе прикоснуться. Он сунул руку в карман, достал оттуда тест на беременность и протянул его Патти.

— Мне он ни к чему, — засмеялась она. — Не будь дурачком! — Она пыталась обратить все в шутку и погладила его через джинсы. Тед молча открыл коробку и сунул тест прямо ей в руки. Патти побледнела.

— Возьми, — незнакомым голосом приказал Тед. Его трясло от волнения. Эта женщина пыталась разрушить его жизнь, шантажом заставляла жениться ради ребенка, которого она выдумала.

Выйдя из ванной, он стал ждать под дверью. Время шло. Тед слышал, как она плачет. Все было кончено. Наконец Патти вышла из ванной. Без теста.

— Прости меня, — в отчаянии прошептала она. По ее щекам катились крупные слезы. Оба понимали, что если бы Патти прошла тест, он показал бы отсутствие беременности. Теперь Тед понял, почему Патти жаловалась сегодня на головную боль. В кои-то веки она решила отказаться от секса, потому что у нее наступили месячные. Сейчас игра была кончена. Казалось, он видел, как жизнь выходит из некогда веселой и жадной до удовольствий женщины. — Я люблю тебя, Тед, — прошептала она всхлипывая. — Прости меня.

— Как ты могла так поступить со мной? Угрожать, говорить, что убьешь себя и ребенка, что я должен жениться на тебе прямо сейчас? И что ты собиралась делать дальше? Сказала бы мне, что у тебя выкидыш? Долбанный идиот — вот кто я такой! А ты просто сука! — Теда трясло от гнева и облегчения. — Никогда больше не подходи ко мне! Никогда!

Он шагнул к двери, Патти бросилась следом, рухнула на колени, прильнула к нему.

— Не бросай меня! — Она вцепилась ему в ноги. — Я люблю тебя, Тед! — умоляла Патти.

— Не надо играть этим словом.

Тед распахнул дверь и оттолкнул от себя Патти. Он так и не снял пальто, а больше в этой квартире ему было ничего не нужно. Он не хотел ничего здесь видеть, а особенно Патти. Она лгала ему о своей беременности, пыталась сломать жизнь. Тед с отвращением посмотрел на нее и, хлопнув дверью, ушел. Не помня себя, он слетел вниз по лестнице, распахнув дверь на улицу, выскочил из подъезда и полной грудью вдохнул чистый, морозный воздух. А потом бегом бросился домой. У него было такое чувство, как будто он вырвался из тюрьмы на волю. Он свободен! Счастливый случай с тампоном, который она забыла смыть в унитаз, и он свободен! Теду хотелось кричать от облегчения. Он не любил Патти. Сейчас он ее ненавидел. Она хотела погубить его, а он пытался вести себя как подобает. Из-за нее он чуть не бросил юридический факультет, а она все это время лгала ему и шантажировала, использовала секс и угрозы самоубийства, чтобы приковать к себе. Пока он бежал, мобильник звонил почти беспрестанно, но Тед не отвечал. Все было ложью, все! Не было никакого ребенка, была только Патти, которая запустила в него свои когти.

Влетев в дом, Тед налил себе солидную порцию текилы и проглотил одним махом. В этот момент вошел его сосед по квартире.

— Кто и что празднует? — спросил он.

— Я праздную, — ответил Тед. Он несколько недель и даже месяцев не чувствовал себя так хорошо. Он был свободен!

Тед налил себе еще одну порцию, а сосед предупредил его:

— Полегче, приятель. Завтра пожалеешь.

Но сегодня Тед чувствовал себя легко, как никогда прежде. Было странно ненавидеть женщину, которую он должен был любить и на которой даже собирался жениться. Но Патти оказалась не той, за кого себя выдавала.

Тед сидел на диване, держа бутылку между ног, время от времени отхлебывал из стакана и пытался осмыслить, что с ним произошло.

В два часа ночи ему позвонили из приемного покоя станции «Скорой помощи». Трубку взял один из соседей и позвал Теда. Тед молча выслушал сообщение и никак его не прокомментировал.

— Она поправится? — наконец произнес он бесстрастным голосом. Он был изрядно пьян, но еще мог соображать и понял смысл ответа. Патти находилась в больнице. Ей промывали желудок. По словам врача, она приняла шесть таблеток снотворного. Эта доза могла убить ее. Она сама позвонила в Службу спасения. Теду сказали, что утром она будет уже в порядке, хотя ее поставят на психиатрический учет, так как она призналась в попытке самоубийства. Слабая попытка. Патти просила ему позвонить.

— Она просит, чтобы вы ее навестили, — сказал врач.

— Я слишком пьян для этого. — Тед положил трубку, сделал последний глоток текилы и отправился спать. Ему не было дела до ее попыток самоубийства. Все это ложь, равно как и несуществующий ребенок. Просто еще один способ шантажа. Теперь он хорошо понимал это.

Утром Тед проснулся с головной болью, но в девять тридцать был, как и обещал, в больнице. Он легко нашел ее палату. Патти лежала в постели и выглядела хуже некуда. Рядом в кресле сидела медсестра: за самоубийцами положен присмотр. Сестра хотела выйти, когда пришел Тед, но он удержал ее. Тед выглядел очень молодым, красивым, но было видно, что он с похмелья, однако он все равно чувствовал себя превосходно. А вот Патти казалась даже старше своего возраста. Врач решил, что она пробудет в больнице еще день, чтобы ее смог посмотреть психиатр. Увидев Теда, Патти начала плакать и простерла к нему руки. Тед не двинулся с места. Он так и остался стоять в дверях.

— С меня хватит, Патти. Все кончено. Забудь обо мне, не трудись убивать себя или притворяться, что убьешь. Не говори, что любишь меня, и ничего не говори о «нашем ребенке». С меня довольно. Мне нет до тебя дела. Ты не должна была так поступать. Не должна была притворяться, что беременна.

Медсестра с любопытством следила за ними. Патти уткнулась лицом в подушку и зарыдала.

— Уйди из моей жизни. Ты уже ушла из нее. И не звони. Я пришлю тебе все работы по твоему предмету, и мне нет дела, если ты меня завалишь. Делай что хочешь. То, что ты уже сделала, отвратительно. — С этими словами он вышел. Дверь медленно закрылась у него за спиной. Он еще слышал рыдания Патти, но не хотел о ней даже думать.

Тед был немало удивлен, когда в холле больницы его остановила одна из сестер. Она очень жалеет, что Патти опять здесь оказалась. После четырех попыток ей следовало бы полечиться стационарно. Медсестра правильно угадала, что Тед — один из студентов Патти. Оказывается, два ее предыдущих бойфренда тоже были студентами. С ее стороны это неблагоразумно, заключила медсестра. Тед почувствовал спазмы в желудке. Сколько раз она все это проделывала с такими же мальчишками, как он? Сколько раз притворялась беременной, чтобы удержать их? Сколько раз инсценировала самоубийство? От этих мыслей становилось дурно. Патти просто ненормальная!

Дома Тед позвонил тетке и рассказал о произошедшем.

— Кругом ложь, — бесцветным голосом произнес он. — Она не была беременной.

— Как ты узнал? — спросила Энни.

Они с Томом завтракали, читали газеты и обсуждали планы на выходные.

— Узнал и все. Она лгала постоянно. — Тед судорожно сглотнул.

Сколько раз Патти плакала, ругала его, угрожала покончить с собой, если он не уступит. Теперь даже это его не пугало. Он вообще не знал, что могло бы его испугать после связи с Патти. Пройдет немало времени, прежде чем он снова научится кому-нибудь доверять.

— Все кончено, — твердо сказал он.

Затем Тед позвонил Лиз, чтобы сообщить о случившемся, и рухнул на кровать. Он лежал и думал о своей жизни. Вспоминая историю отношений с Патти, он понимал, что поддался влиянию этой женщины. Она всегда стремилась к одному — целиком завладеть им. Тед ужаснулся и только сейчас испытал настоящее облегчение оттого, что открылась правда и он наконец-то свободен.

— Что случилось? — спросил Том, когда Энни положила трубку. Он сразу понял, что дело важное.

— Тед обнаружил, что Патти на самом деле не беременна. Это все было вранье. Наверное, узнал об этом вчера вечером. Сказал, что у него с ней все кончено. Слава Богу. — Энни облегченно вздохнула и улыбнулась Тому.

— Ну, теперь у тебя одной заботой меньше. — Он наклонился и поцеловал ее. — Похоже, парню повезло.

Энни счастливо улыбнулась и налила ему вторую чашку кофе. К тому времени сам Тед давно уже спал и улыбался во сне. Текила должна была выветриться.


Глава 18 | Семейные узы | Глава 20



Loading...