home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 26

Встав утром, я привела себя в порядок и достала фотоаппарат. Моя идея заключалась в следующем: сфотографировать украшения Нерзока, те, что еще не раскупили, напечатать изображения, и отправить их в Ферин и Лилирейю с ценами. Если понравится — то пусть нам магической почтой шлют золото, а мы им такой же почтой отправим украшения. Все же драгоценности от демонов должны заинтересовать народ, как мне кажется. Я сделала снимки сережек и кольца-бабочки, отредактировала их, обрезав лишнее, и распечатала фотографии на своем маленьком принтере, стоящем в личном кабинете.

Больше у меня украшений не было, — корону и серьги с жемчугом я планировала забрать позднее, после наложения на них заклинаний. К завтраку я спустилась, захватив снимки с собой. Любава встретила меня хитрым взглядом и полюбопытствовала, что за нашествие троглодитов вчера случилось на кухню? Пришлось сознаться, заодно уточнив, а где же мой телохранитель? Оказалось, что он, Эйлард и Тимар на пляже, тренируются. Так что, допив кофе, я попросила найти мне ювелира и проводить в мой рабочий кабинет для беседы.

— Господин Нерзок, — приветливо улыбнулась я демону, и приглашающе указала на стул. — У меня к вам небольшое деловое предложение.

— Неужели? — он вежливо поклонился и сел через стол. — Я весь во внимании.

— Посмотрите вот на эти изображения, — я выложила перед ним на стол две фотокарточки.

— О-о! — уважительно протянул он, вглядываясь в снимки. — Как вам удалось получить такие точные картины?

— Это не совсем картины, а моментальные изображения, сделанные с помощью специального земного аппарата. А предложение заключается в следующем. Я сделаю такие изображения со всех оставшихся у вас драгоценностей и напечатаю их на бумаге. После чего мои маги отправят их с магической почтой потенциальным покупателям с указанием стоимости. Те, кто заинтересуются ими, так же вышлют нам магической почтой деньги за них, а мы им перешлем выбранные украшения. У нас на Земле это называется торговля по каталогу.

— Какая интересная идея, — мужчина задумчиво оглаживал указательным пальцем снимки.

— Но я могу предложить вам в качестве возможных клиентов только жителей Ферина и Лилирейи. На Земле такая торговля ювелирными украшениями без лицензии невозможна.

— Леди Виктория… Скажите, а если я вам буду пересылать украшения магической почтой, уже вернувшись домой, вы сможете сделать все то же самое?

— Думаю, да. Но сначала нужно будет обговорить это с Эйлардом и Эриливом, смогут ли они отправлять вам посылки в Мариэль.

— Ничего страшного, если не смогут. Главное, что я могу отправлять их вам сюда. Теперь, когда я знаком с вами лично и знаю ваше местоположение, я могу отправлять вам грузы. А забрать деньги и невыкупленные драгоценности можно и живьем, наемники привезут.

— То есть вы согласны, правильно я поняла?

— Да, леди. Это великолепная идея. Сколько процентов от сделки вы хотите получать?

— А сколько вы готовы предложить? Нам же нужно будет оформить договор и подписать его, чтобы никто из нас не рисковал.

— Леди, с вами приятно иметь дело, — Нерзок цепко смотрел на меня. — Мне импонирует ваш деловой подход и честность. А потому… — он побарабанил пальцами по столу. — Учитывая все, я готов выплачивать вам десять процентов от продажной стоимости драгоценностей. Это, конечно, много. Но и услуги, которые вы готовы оказать, дорогого стоят. Так что думаю, это будет честно.

— Хорошо, я согласна, — на мой взгляд — это действительно была хорошая сумма. Учитывая, что демон вкладывается в себестоимость украшений и в работу, а я буду получать эти проценты от уже продажной цены. — Тогда давайте прямо сейчас я сфотографирую все, что у вас осталось и напечатаю изображения. А потом вы с моей управляющей, Арейной дер Кахтелир, составите договор. Подпишем его и отправим снимки потенциальным покупателям. Вы же пробудете здесь еще три дня, думаю, за это время уже что-то выяснится.

— Договорились!

Ювелир протянул мне руку, и мы скрепили договор рукопожатием. Со слов Назура я уже знала, что у демонов так принято — любой договор или сделка скреплялись рукопожатием, и это носило своего рода закрепление условий на магическом уровне. В принципе, можно было уже даже и не заверять его на бумаге, он и так становился неразрушимым.

Я пошла за фотоаппаратом, а Нерзок и Ириан должны были за это время приготовить драгоценности к фотосессии. А по дороге встретила Ниневию и Селену, которые во время моей вынужденной невозможности их развлекать, проводили все время вдвоем.

— Виктория, — Ниневия приветливо улыбнулась. — Вы снова куда-то торопитесь и снова заняты.

— Доброе утро, леди. Да, снова дела. Мне нужно сфотографировать драгоценности, чтобы отправить их изображения в Ферин и Лилирейю потенциальным покупателям. Может, вы подскажете, кто точно заинтересуется?

— Ой, какая чудесная идея! — Ниневия едва в ладоши не захлопала. — Есть, конечно. Я целый список имен могу дать.

— И я, — подключилась Селена. — Я видела там баронские короны… Мне самой уже не нужно, но у меня есть на примете как минимум пять леди, которые могут заинтересоваться.

— Виктория, — снова Ниневия. — А вы сможете примерить драгоценности на себя и продемонстрировать их? Так нагляднее будет.

— Эм-м… Ну… В принципе могу. А вы не хотите моделями поработать?

— Ну что вы, милая, — женщины рассмеялись. — Это вы — фея, знаменитость, да и моложе нас. Так что, вам и быть моделью. Только вам нужно сделать прическу и переодеться, — Селена сделала жест, словно поправляет волосы.

— Да? — я оглядела свою футболку. — Ладно. А какую прическу?

— Ваша экономка, Алексия, ведь бывшая горничная? — уточнила Ниневия и получила мое подтверждение. — Значит, идемте в ваши в покои и зовите ее. Сейчас решим, какую прическу вам сделать и подберем подходящее платье.

Я подозвала снующую вокруг свою маленькую фрейлину и дала ей поручение позвать Алексию, а потом предупредить ювелира, что я чуть-чуть задерживаюсь, и попросила объяснить причину. Модель готовится к фотосессии…

А затем мы несколько часов снимали все драгоценности поочередно. Сначала на мне, тут фотографами работали Эрилив и Эйлард, которые узнав о предстоящем событии, прибежали с тренировки. Затем снимали украшения, разложенные на черном бархате. Распечатав все снимки в нескольких экземплярах, — вот где пригодились мои запасы фотобумаги, — мы попарно их складывали. Фото драгоценности на бархате и на мне. Нерзок пронумеровав их, подписал на каждой фотографии с обратной стороны свою цену, и пришло время отправки почты. Тут все решили поучаствовать, так это было интересно и увлекательно. Эйлард и Эрилив написали сопроводительные письма, объяснив, что к чему: мол, редчайший случай, известный столичный ювелир из мира демонов(!) проездом гостит в доме феи Виктории, хозяйки перехода между мирами. И сообщили, что требуется от покупателя, — прислать деньги за выбранные драгоценности с сопроводительной запиской и указанием номера выбранного украшения. Сделав на копировальное аппарате необходимое количество писем, мы разложили все по конвертам, запечатали моей личной печатью, и они разлетелись по двум мирам.

Оставалось ждать. Впрочем… К вечеру абсолютно все драгоценности были распроданы. Нерзок только в прострации раскладывал драгоценности по коробочкам и вкладывал свои визитные карточки, которые мы ему тоже накопировали и нарезали из белого плотного глянцевого картона.

Но украшения не просто были распроданы… Те, кто не успел первым купить желаемое, заказали такое же на будущее, оставив сумму оплаты авансом. Репутация у меня была безупречная, и аристократам и в голову не приходило, что я могу обмануть.

— Леди Виктория, я просто даже не знаю, как реагировать. Ювелир круглыми глазами смотрел на меня. Только что отправили последние серьги и браслет, и его сумки были полностью пусты. Остались только заготовки под кольца-печатки.

— Ну, я же вам говорила, — я устало улыбнулась. День все-таки был весьма насыщенным.

— Да… Но я даже предположить не мог, что все произойдет так быстро. И у меня теперь заказов на несколько месяцев вперед. Даже не знаю, как вас благодарить.

— Бизнес — есть бизнес, — я рассмеялась. — Точнее дело — есть дело. Мы вполне можем наладить такую торговлю по каталогу, как видите, это весьма выгодно.

— Да уж… Леди, а можно я в своем магазине развешаю ваши снимки и буду использовать те, что изображают украшения отдельно? А вы будете моей Музой и моделью. И, разумеется, все, что вы пожелаете для себя лично, будет исключительно по себестоимости, начиная с сегодняшнего дня. И корону, и серьги и кольца я готов отдать уже сейчас без выгоды для себя, а по их истинной цене. Я понимаю, что разрешение использовать ваш образ, как Музу и модель, дорогого стоит. А все, что получено сегодня, мы пересчитаем и я выплачу вам ваши законные десять процентов, как и договаривались.

— Музой, — я покраснела, так неожиданно звучало это предложение. — А ничего, что я не демоница? Все же в вашем мире немного другие стандарты красоты.

— Леди Виктория, вы удивительно красивы. У вас настолько необычная внешность, что глаз оторвать невозможно. Вы подходите для демонстрации драгоценностей, как никто другой. И я готов подписать дополнительное соглашение к нашему договору об этом.

— Виктория, соглашайтесь! — Эрилив улыбнулся.

— Да-да, Вика, — подключился Эйлард. — Соглашайся. Это очень хорошие условия не только для господина ювелира, но и для тебя. Жить тебе предстоит долго, и драгоценностей ох, как много понадобится. А господин Нерзок показал себя как великолепный мастер своего дела.

— Ну, хорошо, — я протянула демону руку, и он радостно ее пожал, а потом поцеловал. — А хотите, я вам напечатаю несколько снимков в большом размере? Только не у себя в замке, а на Земле в специальной мастерской. И еще нужно сделать ваши визитные карточки на трех языках. Думаю, виконт Хельден и господин Эрилив ле Соррель вам помогут.

— Хочу! — у демона загорелись глаза. — А можно? А какого размера? Разумеется, я компенсирую стоимость работ.

— Можно. Завтра отнесем в мастерскую. Только вы должны выбрать — какие именно изображения вы хотите получить в большом размере.


Ну что могу сказать. С демонами приятно иметь дело… Я заработала за один день кучузолота. Молчу уж, что полностью отбила стоимость бумаги, работы с фотографиями и визитками, конвертами и прочей ерундой, да еще получаю по себестоимости драгоценности для себя лично. Хотя в следующий раз, конечно, нужно будет отдавать фотографии печатать в мастерскую. Дешево и быстро… И любое количество, в любом размере. Можно будет вообще каталоги сделать. А что? Нужно же отрабатывать свои десять процентов.

Вечером меня отловил Филимон, смотрящий на меня с грозным видом.

— Ну?! — он нервно дернул хвостом. — Рассказывай!

— Что именно, Филь? — я поманила его в комнату. А как только он вошел, подхватила и утащила на диван — тискать.

— Чем это вы вчера занимались с нашим зеленоглазым красавчиком?

— Кино смотрели, — я пощекотала коту живот.

— И-и-и?

— И разграбили кухню, слопав кучу копченого мяса и помидоров, запив все это пивом.

— И-и?

— И всё.

— Как это всё? — растерялся кот.

— А что ты еще хотел?

— А поцеловаться?

— Фи-и-иль, — прыснула я от смеха. — С чего вдруг нам целоваться? Мы помирились, выяснили, что если к нему нужно обращаться на «вы», он будет подавать мне знак. Еще он подарил мне вот эти сережки, — я качнула головой, — и вот это кольцо.

— Ага! Вот это уже интереснее, — обрадовался фамильяр. — А почему он тебе их подарил?

— А потому, что мы так договаривались. Я ему оплачиваю земными деньгами одежду и обувь, но потом беспрекословно принимаю в подарок то, что он сочтет нужным мне подарить.

— Нет… Ну я так не играю, — расстроенно нахохлился Филимон. — А хоть пообнимались? — с такой надеждой спросил он, что меня опять разобрал смех.

— Нет, Филечка. Не обнимались, не целовались, не тискались.

— Совсем-совсем?

— Совсем, — припечатала я. — И прекрати работать сводником. Мы всего лишь расплели друг другу волосы, пока валялись и смотрели кино, а потом во время ужина кормили друг друга с рук.

— О-о! — глаза кота приобрели форму круга. — О-о-о!!! Даже не так! Ого-го-го!!!

— И ничего не ого-го-го, — я снова пощекотала его. — Подумаешь, подурачились…

— Ага… Я так и понял, — обрадованно добавил фамильяр. — А еще когда так подурачитесь? — он вскочил и нервно забегал по дивану. — Глядишь и замуж тебя так выдам.

— Филь, угомонись. У Рила есть невеста. А у меня Ив.

— Это ты уже угомонись. Невеста… Невеста… Без места… Где она, а где ты! Что-то твой Рил не похож на мужчину, который без памяти в кого-то влюблен. Он на тебя только что не облизывается.

— Все равно. У меня-то есть Ив.

— Вик… — Филимон приблизился и сел напротив, внимательно глядя мне в глаза. — Давай будем говорить честно? Ты только не злись. Но вот скажи мне… Ты действительно все еще чувствуешь, что ты так же сильно влюблена в Ива?

— Ну…

— Без ну. Вот подумай и скажи. Почему мне кажется, что твоя влюбленность в мужчину из сна, вымышленного и абстрактного, потихоньку сходит на нет? Как ты говорила? У вас на Земле девчонки влюбляются в киноактеров и бардов. То есть музыкантов. Но ведь это не настоящая любовь.

— Ну… — снова повторила я.

— Ты действительно все еще любишь, по-настоящему любишь, этого Ива из снов? Я вздохнула, накручивая на палец прядь волос и обдумывая слова кота. В чем-то он был прав. Да что уж там. Если говорить откровенно, он был абсолютно прав. Потихоньку влюбленность в Ива проходила. Исчезла интрига, не было встреч, подпитывающих интерес, и потихоньку мои чувства сглаживались, вызывая лишь теплую улыбку и благодарность к нему за то, что он есть. За то, что он приходил и говорил. Но Филя прав. Чем дальше, тем больше места в моей голове занимал совсем не Ив. Трудно соперничать с живым, реальным мужчиной, да еще к тому же таким классным, как Эрилив. И не потому, что он так ослепительно красив. Хотя это, конечно, тоже, но… С Эриливом было легко, весело, можно было смеяться и дурачиться, не стесняясь его. Можно было быть самой собой. Что в моем нынешнем положении оказалось практически невыполнимой миссией. Он понимал меня и не осуждал. Ну… Почти не осуждал. Но если сравнивать с тем же самым Эйлардом, например, то выходило, что Эриливу не важны мои внешние атрибуты титульности и властности. Он лишь пытался быть моим другом, не требуя ничего взамен. И вот это с одной стороны было замечательно, а с другой грозило тем, что я не успею опомниться как перевлюблюсь в него. М-да. Amor non est medicabilis herbis… Любовь травами не лечится. И что тогда делать?

— Филь, давай пока закроем эту тему, ладно? Не драконь меня.

— Эх ты… Не драконь ее. А замуж? Между прочим через два дня начинается осень. А ты еще помнишь, кто обещал приехать в первых числах осени?

— Илфинор… — я помрачнела.

— Вот именно! Илфинор! И что ты сейчас будешь ему говорить? Ведь браслетик-то его лежит, ждет своего часа. А ему просто так отказаться от тебя Владыка эльфов не даст. Это раньше ты была обычная земная девчонка без роду и племени. И эльф тебе оказывал честь небывалую. А сейчас ты фея, баронесса, да не одного мира. А миров — четыре. Как думаешь, так просто тебя эльфы в покое оставят?

— Ну откажу… Скажу люблю другого и все такое.

— А тебе скажут: «А предъявите-ка нам, барышня, этого другого? Хватит нам сказки рассказывать, идите лучше под венец!» И что тогда делать будешь?

— Не знаю, — я насупилась.

— И я не знаю. А потому надо тебе, Викуся, устраивать личную жизнь.

Поговорили… Мне было о чем подумать перед сном. И что делать я не знала. Мне действительно некого предъявить Илфинору. Но и за него замуж я не собиралась.


С утра завертелся новый день. И первым делом я отправилась заказывать для ювелира печать снимков с моим изображением. Он выбрал три самых удачных, попросив их в плакатном размере. И четыре поменьше, размером с два обычных печатных листа, форматом А3. Заказ у нас приняли, и пообещали, что завтра утром все будет готово и мы, откланявшись, направились домой.

И уже почти дойдя до моего дома, я услышала сзади быстрые шаги и чье-то шумное дыхание.

— Виктория, — раздался резкий голос Ольги Константиновны. Я закатила глаза, поморщившись, и обернулась к женщине.

— Виктория! Ну и где, позволь узнать, тебя столько дней носило? — возмущенно выдала она мне. Я только приподняла одну бровь, продолжая на нее молча смотреть. Объяснять ей что либо не собиралась, еще не хватало. А еще меня очень интересовало: что ей от меня нужно, хотя тут догадки были, и как она меня нашла.

— И что ты молчишь? Я тебе, кажется, задала вопрос, — продолжала она с нахрапом. А я смотрела на эту неприятную женщину и понимала, что впервые не теряюсь и не впадаю в панику, говоря с ней. Похоже, кольцо-амулет защищало и от энергетических атак. А еще посетовала мысленно, что так и не успела поучиться у Фили и Эрилива, как ставить защиту от таких энергетических вампиров.

— А с какой стати я вам должна объяснять, где я была и чем занималась? — сухо ответила я, поняв, что она все равно не отвяжется.

— Как минимум из уважения ко мне, — не сдавалась женщина, на что я вновь промолчала. — Ну ладно, — она махнула рукой. — Явилась и то хорошо.

— А позвольте узнать, Ольга Константиновна… Как вы меня нашли, и что вам от меня нужно? Мне казалось, мы с вами уже всё выяснили при прошлой встрече.

— Ой, да что там тебя искать. Можно подумать ты разведчица какая в подполье. В справочном бюро запрос сделала. А нужно… Денег, разумеется.

— Да неужели?! — я даже рассмеялась от такой наглости.

— И ничего смешного, — моя собеседница нахмурилась. — Я ведь тебе в прошлый раз описала ситуацию. А сейчас мне снова нужны деньги.

— А я вам тоже в прошлый раз описала ситуацию, и сказала, что это был первый и последний раз, когда я вам дала денег.

— Бесстыжая! Тебе не стыдно?! — она начала повышать голос, как обычно в своих сварах. Но на меня сейчас ее вопли совершенно не действовали, спасибо колечку. И это придавало уверенности в себе. — И что? Ты вот так вот позволишь мне бедствовать?

— Ольга Константиновна, — вкрадчиво заговорила я. — А кто вы такая, чтобы требовать с меня денег и предъявлять мне претензии? Вы мне — мама? Тетка? Сватья? Или, может, подруга? Вы всего-навсего мать моего бывшего парня, который даже не стал моим мужем. И у вас хватает наглости ко мне вот так являться?

— А ты как думала, дорогуша? — она впилась в меня взглядом. — Вот так просто вычеркнешь нас из жизни и все? Нет уж. Мне нужны деньги и я намерена их получить, нравится тебе это или нет!

— Да-а-а, — протянула я, разглядывая ее. — А вы в курсе, что за вымогательство полагается уголовное наказание? И наказывается оно лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей. Или же в размере заработной платы или иного дохода за период до пяти лет, либо без такового.

— Что?! — опешила она.

— Вы как предпочтете? — ласково продолжила я. — Отсидеть в тюрьме лет пятнадцать или же выплатить штраф в размере около миллиона рублей?

— Ты не посмеешь! — она каркающе рассмеялась. — Иначе я всем расскажу, что ты из себяьпредставляешь. Особенно красавчику твоему, — она кивнула на стоящего рядом Эрилива. — Он всё узнает, и о том, как жила ты у нас, и о Лешеньке, как ты голову ему морочила и пыталась любым способом выскочить за него замуж, чтобы прописаться к нам. Лишь бы не возвращаться в свою богом забытую халупу в деревне… Узнает, и выкинет тебя. Кому ты нужна-то?! Это только Лешка-олух, сопли распустил: «Ах, люблю ее, не могу», — передразнила она сына. — И терпел тебя столько лет. Еле отговорила его от этой дурацкой свадьбы.

— Да-а? — я развеселилась, хотя по сердцу больно резануло. — Рил, хочешь послушать? — я подмигнула лиреллу. — Ольга Константиновна, начинайте. Я тоже послушаю, люблю, знаете ли, сказки. Да вы не стесняйтесь, приступайте. Особенно мне интересно послушать, как именно вы отговаривали Алексея от свадьбы.

Она буравила меня взглядом и злобно пыхтела, явно не понимая, с чего это я такая смелая и не теряюсь как обычно под ее напором.

— Ну же?! — прикрикнула я, так как начала злиться и терять терпение. — Кстати, я вот у вас давно хотела спросить. Вы с какого возраста знаете, что являетесь энергетическим вампиром, и пользуетесь этим?

— Что?! — она даже ахнула. — Но как…

— Значит, давно знаете. И как? Нравилось вам кормиться за мой счет столько лет? Наедались?

— Да ты… — она открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег.

— Вики, успокойся. У тебя начинают светиться глаза, — тихо произнес Эрилив.

— А я спокойна. Ну, почти спокойна. Просто думаю, что будет, если я полностью заблокирую вот у этой вампирши все каналы, через которые она высасывает энергию у окружающих. Как думаешь?

— Она умрет примерно через пару месяцев, — равнодушно обронил лирелл.

— Вы слышите, Ольга Константиновна? Умрете… Буквально пара месяцев энергетической диеты и прости-прощай.

— Ну, ты-то не ведьма, не умеешь такое, — взяв себя в руки, презрительно поджала она губы.

— Ой, а можно я вас удивлю? — я хищно улыбнулась и сделала к ней маленький шажочек, а она попятилась. — Я хуже. Все доброе и светлое вы из меня выпили. Так что я сейчас фея. Очень-очень злая фея. И я умею! Жизнь научила. Продемонстрировать?

— Н-не надо, — растерянно произнесла Ольга Константиновна, и я поняла, что она мне поверила.

— Эрилив? Сколько каналов можно оставить, чтобы вампирша не умерла, но не могла больше так бесконтрольно высасывать людей?

— Парочки основных будет достаточно для энергетической подпитки. На обычной еде она не выживет.

— Ага, — я потерла руки. — Приступим.

— Виктория, — Ольга Константиновна начала пятиться от меня. — я же пошутила… Не надо мне твоих денег! Я и так выживу…

— Конечно, выживете. Я же не убийца, вот только сейчас вылечим вас немного, и живите… Так! Значит, оставляю я вам пару основных каналов, так и быть, питайтесь понемножку жиденькой кашкой. Все остальные каналы я блокирую и обрезаю. И кстати, — я снова хищно улыбнулась, щелкнув зубами, и она вздрогнула. — Надумаете вновь каким-либо образом доставить мне неприятности и беспокойство, любым способом, лично или косвенно, оставшиеся два канала схлопнутся сами. Пеняйте тогда на себя. Не нужно будить во мне фею!

— Но, Виктория… Я же…

— Эрилив? Ну как? — я, наклонив голову набок, делала вид, словно разглядываю вампиршу. Проблема была только в том, что я не видела у нее эти каналы, а полагалась на свою фейскую интуицию и волшебство.

— В порядке. Два остались, — Эрилив осмотрел стоящую напротив женщину и кивнул.

— Чудненько. Теперь по поводу сыночка вашего, — я нахмурилась.

— Лешку не трогай, — скрипнув зубами, произнесла Ольга Константиновна. — Не виноват он.

Дурак несчастный… И так уж всю жизнь себе сломал…

— Значит, и его вылечим… По старой памяти сделаю доброе дело, чтобы совесть очистить. Лешка с этой минуты больше не наркоман. Здоров полностью, никакой зависимости — ни физической, ни психологической. И к наркотикам, спиртному и сигаретам он никогда в жизни больше не прикоснется. Да, — я подумала пару секунд. — Думаю, так будет правильно. Не виноват он, что у него такая мать… Он заслужил свой кусочек счастья.

— Ну-ну… Вылечила… Да конченый он уже человек. Сама бы прибила, если б не сын он мне был.

— Был конченый, стал новенький. А теперь уходите. И боже вас упаси еще хоть раз напомнить мне о своем существовании. Я за себя тогда не ручаюсь, — я перестала улыбаться и качнула головой в сторону дороги.

— А ты стала стервой… — задумчиво обронила моя врагиня. — Красивая, умная, сильная стерва.

— Ваша школа, гордитесь. И ступайте, мне некогда тут с вами препираться.

— Да-а… — она повернулась и сделала шаг прочь, а потом повернулась и через плечо добавила. — За Лешку спасибо. А я… Все одно рано или поздно в могилу. А ему еще жить и жить.

— Пожалуйста, — ответила я сухо. Пока она удалялась, мы молча смотрели ей в спину.

— Рил… Я действительно стерва?

— Нет, Вики, — он привлек меня к себе, обняв, и поцеловал в макушку. — Ты просто женщина, которую довели до точки. И ты еще мягко с ней поступила. Я бы убил, и при этом не мучился угрызениями совести. Врагов нужно уничтожать. Но ты — фея. Я и не сомневался, что ты не сможешь ее убить.


Глава 25 | Дом на перекрестке. Трилогия | Глава 27



Loading...