home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

Кейт достала из сумочки блокнот, чтобы убедиться, что ей действительно назначена встреча с Джоном Расселом. В блокноте лежал небрежно свернутый листок бумаги. Это был обрывок газеты с объявлением. «Ковбою срочно требуется няня на постоянной основе для ухода за новорожденным ребенком. Мать отсутствует. Обращаться на ранчо Рассела». Милое объявление, ничего не скажешь. «Мать отсутствует». Далее в объявлении были указаны требования к няне и контактный телефон. Завершала текст весьма примечательная фраза — «Оплата исключительно высокая».

Выглядит все просто чудесно, да вот только она явилась сюда не за этим. Да, да, вовсе не ради работы она пересекла половину Техаса, трясясь в пыльном автобусе. Она преодолела эти трудности ради человека, поместившего это самое рекламное объявление в газете. Бывший чемпион родео, а ныне владелец крупного ранчо. Джон Рассел — вот кто ее мишень.

Сердце Кейт затрепетало в груди, словно бабочка в ладони, когда она подумала, что скоро ей предстоит встреча с человеком, который так много значит для нее. С человеком, которого она любила последние десять лет своей жизни. С человеком, который даже не подозревает о ее существовании.

Дрожащей рукой Кейт смахнула несуществующую пылинку с лацкана костюма. Ей безумно хотелось казаться опытной деловой женщиной. Она знала, что ей понадобятся весь ее ум, все ее навыки, чтобы убедить Джона в том, что ее идея не бред сумасшедшей, а деловое предложение.

Время тянулось немилосердно долго. Джон все не появлялся, и она уже начала терять терпение. Ну где же он?!

Кейт ходила по просторному холлу, рассматривая картины в громоздких рамах и нетерпеливо вздыхая.

Неожиданно дверь распахнулась, и в холл ворвался молодой человек с совершенно затравленным выражением лица. В руках парень держал копошащийся сверток, от которого исходила яростная волна воплей. Ну вот и хозяин с младенцем, легок на помине. Сердце Кейт отчаянно заколотилось.

Широкоплечий, темноволосый мачо смотрел на нее огромными глазами цвета спелого каштана. Темно-красная ковбойка подчеркивала загар. Вытертые джинсы едва не трещали под натиском могучих ножных мышц. Конечно, его волосам не помешали бы ножницы, они были слишком длинными. Но, с другой стороны, это придавало его внешности некоторую пикантность. Он был невыносимо хорош собой.

Увидев Кейт, молодой человек замер как вкопанный.

— Вы, случайно, не Кейт Эйер? — громко спросил он, пытаясь перекричать рев младенца.

Так, значит, он не помнит ее. Прекрасно, хотя бы это идет по плану. Если бы Джон вспомнил, что когда-то они были знакомы, то он ни за что не клюнул бы на ее приманку.

— Да. — Кейт изо всех сил пыталась не выдать своей нервозности.

— В таком случае, позвольте посмотреть ваши бумаги, резюме… и что там еще полагается.

Кейт протянула ему документы, изо всех сил пытаясь заставить свои руки не дрожать.

Молодой папаша протянул ей в ответ ребенка. Пока Джон изучал бумаги, Кейт села на ближайший стул, инстинктивно прижав плачущего младенца к груди и нежно похлопывая его по спине. Малыш был просто чудесным, мягким, сухоньким, но очень беспокойным. Видимо, у него болел животик. Через минуту ребенок срыгнул, жалобно вздохнул и уткнулся носом в шею Кейт. Она прижала малыша к себе, и он успокоился окончательно.

Джон оторвался от резюме и удивленно посмотрел на младенца.

— Я беру вас на работу.

— Что?

— Вы приняты, — повторил он, кивая на ребенка, — малыш перестал плакать. Для меня это лучше всяких рекомендаций. Можете начинать прямо сейчас.

— Что, вот так, с ходу?

— Я в отчаянии. — Джон плюхнулся в кресло с высокой спинкой, обитое грубой кожей, и в прострации уставился на свои мускулистые руки.

Его отчаяние было настолько искренним, что на какое-то мгновение девушке стало его жалко. Но она не могла позволить себе поддаваться сантиментам. Сейчас, как никогда в жизни, нужно проявить твердость, даже если это жестоко.

— Могу я задать вопрос? — спросила Кейт.

— Конечно.

— А где мать ребенка?

Джон провел ладонью по роскошным бакенбардам. Черт возьми, а ведь ответить-то на этот вопрос практически нечего. Он так устал за эти дни. Как такая чертовщина могла случиться с ним, убежденным холостяком? Какой он к дьяволу отец? Да он детей-то в руках отродясь не держал. И вот на тебе — ему доверили трехмесячного ребенка.

— Это длинная история, но если вы действительно хотите ее услышать… что ж, извольте.

Джон вопросительно посмотрел на девушку. Увидев, что та внимательно его слушает, он принялся рассказывать, как начался этот кошмар.


А случилось это без малого три недели тому назад. Проснувшись под утро, Джон услышал странный звук с улицы, словно кто-то резко тронулся с места на машине. Не веря своим ушам, он поднялся с постели и подошел к окну. Откинув занавеску, Джон увидел свет габаритных огней автомобиля и пыль, поднимающуюся над дорогой в тусклом свете предрассветного часа. Ничего не понимая, хозяин решил выйти на улицу, чтобы проверить, не пропало ли что-нибудь из техники. Хотя в их краях автомобильные кражи случались редко, но чем черт не шутит. Какого же было его удивление, когда, выйдя на крыльцо, он увидел младенца, завернутого в теплые пеленки, лежащего на пороге его дома. Джон повертел головой, пытаясь разглядеть кого-нибудь поблизости. И тут он сопоставил ребенка и уехавший автомобиль. Так, значит, ему просто подбросили чужого малыша!

— Вот ведь привалило счастье, — озадаченно пробормотал Джон.

Видимо, услышав его фразу, ребенок решил проснуться. И, естественно, сразу же зашелся криком. Тишину ранчо пронзили детские вопли. Ну что за напасть? За что ему этот кошмар? Крики не прекращались ни на секунду. Джон взял малыша на руки и попытался его успокоить, неумело покачивая.

Из пристройки выбежал грузный мужчина и припустил к дому. Судя по фигуре, это был повар, бывший моряк, которого все на ранчо звали просто Кок. Кок был не только шеф-поваром на ранчо Расселов, но еще и кем-то вроде главного управляющего. Братья доверяли ему дела безоговорочно, и старик еще ни разу не подводил их. Внешность у него была весьма колоритная. Седые пряди волос торчали во все стороны, густые брови нависали над глазами, придавая лицу этого добряка весьма зловещее выражение… Далеко не всем посетителям нравилась его экстраординарная внешность, но братьям Рассел было на это наплевать. Во всем Техасе было не сыскать повара, который готовил бы куриные крылышки в тесте лучше старика. А это, согласитесь, многого стоит.

— Босс, это ты? А я слышу — машина отъехала, думаю, что за дела? А это кто у тебя на руках? — Трубный голос моряка заставил младенца вопить еще громче.

— Ребенок.

— Чего-чего? — Кок явно не понял, в чем дело.

— Я говорю — ребенок, маленький человеческий детеныш.

Кок замер от удивления.

— А он чей?

— На данный момент, судя по всему, мой.

Кок грохнулся на ступеньки и расхохотался, перекрывая своим басом все прочие звуки. У Джона даже разболелась голова от этих воплей.

— Черт возьми, ну хоть ты-то можешь говорить потише?!

Но старик никак не унимался.

— Что, приятель, одна из этих дамочек все же тебя прищучила, да? Ты подарил ей дитя, а она передарила его тебе обратно. Вот умора! Я ведь предупреждал тебя, что добром твои похождения не кончатся, предупреждал? Нет, босс, ты ответь мне, ведь предупреждал?

— Эй, попридержи-ка коней! С чего это ты решил, что ребенок мой?

— А что, разве нет?

— Да в том-то и дело, что нет.

— Ты в этом на все сто уверен, а, босс? — Кок перестал сотрясать стены своим хохотом, но все еще лукаво улыбался.

На все сто… Да он на все двести уверен в том, что ребенок не его, черт возьми! Похождения, о которых говорит старый повар, давно уже приелись Джону. Последний раз он по-настоящему резвился пару лет назад. Ну, может, не пару лет, а месяцев, этак, пять-шесть. Но дело даже не в этом. Вся штука в том, что он всегда был предельно осторожен в этих вопросах. Давным-давно они с Джефом заключили этакий пакт о том, что оба останутся свободными, холостыми шалопаями. Рано им еще думать о браке, детях и всей этой шелухе.

Малыш по-прежнему заходился диким плачем, его лицо превратилось в морщинистую, посиневшую от потуг маску.

— Кок, сделай что-нибудь!

— Я? — Старик опасливо покосился на ребенка. — Ты шутишь, босс, это же твой ребенок, ты с ним и нянчись.

— Как думаешь, почему он кричит?

Мужчины наклонились над ребенком, пытаясь понять, чего тот хочет.

Кок высказал блестящую идею:

— Может, он просто голоден? Наверняка вон в тех сумках найдется какое-то детское питание.

Во всей этой суматохе Джон попросту не заметил трех сумок, которые лежали в метре от крыльца. Он поспешил к ним и торопливо начал перерывать содержимое в поисках чего-нибудь съестного для малыша. В первой сумке были лишь пеленки, ползунки, подгузники и прочая одежонка для крохи. А вот во второй нашлась вполне приличная бутылочка с молоком.

— Ура! Похоже, я нашел то, что нужно!

Он поторопился к мальцу и сунул ему соску в рот. Наконец-то наступила долгожданная тишина.

— Все равно, что теленка парного с соски кормишь, а, босс? — тихо прошептал Кок, со странным выражением в глазах глядя на то, как младенец с жадностью сосет молоко из бутылки.

— Это будет посерьезней теленка, дубина, это ж человек, а не животное, думать надо. Голова, между прочим, дана тебе не только для того, чтобы ты космы отращивал. Когда подстригаться пойдешь, шельма?

— Никогда, Джон, ты же меня знаешь.

— Ладно, черт с тобой, не о том сейчас речь. Надо срочно найти мать ребенка и отправить мальца восвояси.

— А он ничего, как думаешь, босс? — Кок нежно коснулся толстым шершавым пальцем нежной кожи на щеке младенца. Малыш удивленно оторвался от бутылки и уставился темными пуговицами глаз на незнакомый предмет. — И что за изверг эта мамаша, что отправила свое чадо чужим людям? Разве можно такую кроху оставлять без присмотра? Погляди, может, там хоть какая-нибудь записка есть?

— А ведь ты прав, как же я не заметил, прямо поверх третьей сумки лежало, — сказал Джон минуту спустя. — Что ж, прочтем. «Я, Эйби Браун, оставляю вам своего сына Марка. Только вам я могу доверить самое дорогое, что у меня есть. Не пытайтесь меня найти, я ничего больше не могу сделать для моего малыша. Прошу вас, помогите».

— Что-то я не догоняю… Босс, если ты не отец, то почему она так доверяет тебе?

— А я почем знаю? — Джон задумчиво пощипал свои пышные баки. — Как думаешь, может, стоит позвонить шерифу, и пусть он сам разбирается, что к чему?

— Да ты что, он же запихнет парня в один из этих ужасных приютов. Ни одна тварь Божья не заслуживает подобного, а уж тем более такая кроха.

— Тут ты прав, но шерифа уведомить все равно надо. Пока мать не будет найдена, малец может пожить и у меня, но только с разрешения властей. Пожалуй, стоит позвонить Дугласу, пусть взглянет на документы. К тому же он, возможно, сможет найти пропавшую мамашу по этому имени.

Дуглас Кроу был адвокатом братьев еще с тех незапамятных времен, когда они оканчивали Техасский университет животноводства. Он был блестящим юристом и еще их лучшим другом. Уж если кому и по зубам найти заблудшую грешницу, коей наверняка была мать этого малыша, то Дуглас однозначно из их числа. Ну что ж, хоть какое-то решение пришло на ум. Джон облегченно вздохнул. Не бывает неразрешимых задач.

Впрочем, Кок, похоже, не разделял позитивного настроя Джона.

— Это все прекрасно, босс, но что нам делать с ним сейчас?

Джон задумался не на шутку, присев на ступеньку рядом с Коком. Он наклонил голову и посмотрел на мальца. Когда этот маленький троглодит молчал, то все выглядело, в общем, не так уж и страшно. Было даже что-то милое и забавное в том, с каким воодушевлением он поглощал молоко. В отличие от младенцев, которых Джон видел раньше (а их было не так уж много), этот образчик не был абсолютно лысым. Его макушку венчала метелочка темных волос. Крошечная кнопка носа забавно морщилась время от времени, а темные маслины больших, в пол-лица, глаз неотрывно следили за каждым движением Джона. Кто-то заботливо одел мальчугана во все голубенькое.

Кто ты, малыш? И откуда ты свалился на мою голову? Гадать было бессмысленно, и Джон знал это, но вопросы все равно так и роились в его мозгу. Нет, конечно, он порядочный человек, ответственный человек, но он попросту не слеплен из того высококачественного теста, из которого Господь обычно лепит счастливых отцов семейства. Он даже никогда не думал об этом серьезно. И уж тем более не горит желанием возиться с чужим ребенком. Кроме того, его одолевало предчувствие, что все это затянется на долгое время.

— Знаешь, приятель, — обратился он к Коку, — мне надо следить за ранчо, так что тебе придется позаботиться о малыше.

— Ты шутишь, босс? Э, нет, я сюда нанимался не с детьми нянчиться, — запротестовал повар. — Мне, конечно, по-человечески жаль парня, но если ты попытаешься сделать из меня няньку, то я уволюсь.

— Да ладно тебе, ты же старый морской волк, двадцать лет прослужил. Тебе не составит труда присмотреть за маленьким мальчиком.

— Знаешь, босс, я тебя сейчас удивлю: в армии детей не было. К тому же на мне вся кухня, стирка и уборка, так что уволь, не буду я этим заниматься! Лучше найми ему профессиональную няню.

Дебаты могли продолжаться до бесконечности, но спорщики были прерваны странным звуком, вслед за которым в воздухе распространился неприятный запах. Джон зажал нос и посмотрел на малыша, чье лицо покраснело от потуг. Кок замычал словно раненый буйвол и ринулся прочь, ретируясь обратно в пристройку. Окончательно поверженный, ковбой некоторое время растерянно смотрел ему вслед. Затем он снова посмотрел на малыша, который явно собирался снова разреветься. И только тут Джон по-настоящему понял, что его жизнь уже никогда не будет прежней.


— Вот, собственно, и все, что мне известно, — сказал Джон, с надеждой глядя на Кейт, от которой сейчас зависела если не вся его жизнь, то, по меньшей мере, ближайшее будущее.

Впрочем, Джон немного лукавил, а точнее, умалчивал о тех трудностях, с которыми он столкнулся во время поисков няни. Так, не упомянул он о том, что многие девушки отказывались от места, узнав, что от ранчо до ближайшего населенного пункта не один десяток километров, а автобус ходит только три раза в неделю. Не упомянул он и о своей репутации холостяка и ловеласа. Ведь если он расскажет Кейт обо всех этих трудностях, то где гарантия, что она не сбежит от него в ту же секунду, снова оставив его наедине с карапузом.

— Понимаете, мисс Эйер, я не знаю, что делать с ним, и он чувствует это. Он все время плачет и почти не спит… — Помолчав, Джон добавил шепотом: — Я думаю, малец меня просто ненавидит.

С каждым словом Джона сердце Кейт наполнялось болью и состраданием. Этот верзила действительно в отчаянии и беспомощен ничуть не меньше младенца. Но надо взять себя в руки, она не может позволить себе слабость, иначе план ее рухнет.

— А вы не думали отдать ребенка в приют?

— Нет, у меня рука не поднимается… Уж не знаю почему, но мать Марка доверяла мне, оставив сына, и я не могу отказаться от него до тех пор, пока не найду ее. Тем более, что вопрос уже улажен. Комиссия по делам несовершеннолетних при мэрии постановила передать мне временное опекунство над малышом на срок, пока его мать не будет найдена.

Кейт стало безмерно жаль малыша, который оказался втянутым во всю эту историю. Ведь он-то ни в чем не виноват. Ему так не хватает заботы и ласки… Как все это знакомо Кейт. Она твердо решила, что приложит все усилия, чтобы облегчить крохе жизнь. Но она должна действовать жестко, чтобы не только Марк был под присмотром любящих и понимающих людей, но и десятки таких как он обрели надежную защиту. Девушка зарылась носом в ткань пеленок и искоса посмотрела на Джона. Жаль парня, но придется использовать его доброту против него. Что ж, такова жизнь.

— Прошу прощения, мистер Рассел, — произнесла она твердым голосом и передала ковбою ребенка, после чего отступила на шаг.

С недоумением на лице Джон принял малыша, бережно прижав его к необъятной груди. Кейт сглотнула и сжала в напряжении кулаки. В ближайшие две минуты ей предстоит быть убедительной. Труднее всего — не разрыдаться от этой умилительной картины. Огромный парень с выражением беспомощности на мужественном лице прижимает к себе ничего не понимающего ребенка…

— Я передумала, — решительно сказала Кейт. — Я не возьмусь за эту работу.

Джона словно обухом по голове хватили. Он хлопал глазами, не в силах понять, что происходит. Постепенно глаза его наполнились паникой.

— Как?! Но подождите… Вы не можете так поступить. Вы мне нужны. Вы ему нужны. — Джон подошел ближе, протягивая ей ребенка. — Прошу вас, не уезжайте. Зарплата хорошая. У вас будет своя комната, свой собственный повар. Вас здесь просто на руках носить будут.

Но Кейт оставалась непреклонной.

— Я прошу прощения за причиненные неудобства, но я не могу согласиться. Мать мальчика может забрать его в любую минуту, и потому у меня нет никакой гарантии, никакой социальной защищенности. Что я буду делать, если потеряю эту работу? Лучше я поищу более стабильное место, простите. Да и, потом, ваше ранчо стоит в такой глуши…

Глаза Джона встретились с ее серо-голубыми глазами… Если бы не ее решимость, она бы растаяла и согласилась на эту работу бесплатно…

Кейт взяла себя в руки и еще раз отрицательно покачала головой.

— Ну прошу вас, умоляю, соглашайтесь. Я заплачу любые деньги, назовите сумму!

Он подошел вплотную, и она ощутила аромат его тела, в который вплетался теплый и трогательный запах малыша.

— К тому же вы единственный претендент с подобающим образованием. — Голос Джона звучал очень убедительно, да и пахло от него дурманяще… — Все рекомендации, о которых вы говорили по телефону, уже проверены. Ну хотите, я еще увеличу зарплату? Черт возьми, я даже готов купить вам машину. Вы не можете отказаться.

Он был так мил и так искренен, что Кейт готова была согласиться на все, что угодно. Она с трудом нашла в себе силы отступить еще на шаг, чтобы вырваться из того заколдованного пространства, в котором она не имела власти над собой. Инстинктивно Джон протянул руку, пытаясь остановить ее, и его прикосновение словно взорвало ее изнутри, почти так же, как это произошло много лет назад. Она не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой.

— Все, что угодно, Кейт, только назовите.

В голове бедной девушки творилось нечто неописуемое, уши горели, лоб пылал от жара, охватившего все ее существо. Боже, зачем она вообще пришла сюда? Все смешалось в ее мыслях. Ах, да! Ну конечно! Она здесь, чтобы выйти замуж за Джона… Точнее, чтобы женить его на себе.

— Женитесь на мне, — произнесла Кейт, с трудом разлепив губы.

Он взглянул на нее как на сумасшедшую. Черт, не так она планировала сказать это! Зря она произнесла эти слова в горячке, нужно было оставаться холодной и расчетливой, ведь, в конце концов, речь идет о бизнесе, а не о создании семьи, любви и прочей ерунде. По крайней мере, хотелось бы надеяться, что так оно и есть.

Медленно, словно во сне, Джон отстранился от нее и сделал неуверенный шаг назад. Его испуганный взгляд словно приклеился к ее лицу.

Как только рассудок вернулся к ней, Кейт тут же ужаснулась тому, что сказала. Неудивительно, что ее слова испугали бесстрашного ковбоя, потому как ее они испугали не меньше. Но это был ее единственный шанс. Если она провалит все сейчас, то ее детищу, социальному детскому фонду «Ангелы Кейт» не суждено будет увидеть свет.

Но поскольку слово не воробей и сказанного не воротишь, она стряхнула оцепенение и ринулась в бой, перейдя к атаке. Нужно убедить Рассела в том, что это единственный путь заставить банки Змеиной Горы, городка, откуда она приехала, серьезно подойти к кредитованию ее проекта. Ведь только под его известную фамилию можно будет получить ссуду.

Фамилия! Вот в чем весь секрет. Для того, чтобы построить детский центр, ей необходимо все начинать с нуля. От земли под застройку до офисной мебели… За все придется платить из своего кармана. И пройдет не менее трех лет, прежде чем ее затея начнет приносить доход. Пожалуй, статуса жены самого известного скотовода в округе будет достаточно, чтобы убедить любую банковскую коллегию. Все в ее плане встало на свои места, когда она увидела объявление Джона в газете. Вот он, тот шанс, за который надо хвататься двумя руками, шанс, который дается лишь раз в жизни. Все это она и выложила изумленному ковбою за пару минут.

— Поэтому, если вы женитесь на мне, — заключила она, — я смогу убедить управление банка в своей платежеспособности, они дадут мне деньги, и маленькие сироты Змеиной Горы и всех окрестных городишек обретут любовь и заботу. А у вас, кстати о птичках, появится бесплатная няня по высшему разряду, до тех пор, конечно, пока мама Марка не вернется за мальчиком.

На протяжении монолога Кейт выражение на лице Джона постепенно менялось. От ужаса к удивлению и, наконец, к скептицизму.

— Девушка, милая, даже если ваша бредовая идея и имеет что-то общее со здравым смыслом, в чем я лично сомневаюсь, у вас все равно ничего не выйдет. И все дело в том, что у меня нет ни малейшего желания обременять себя семейными узами. Никогда не горел таким желанием, не вижу причин для этого и сейчас. Брак не зря назвали браком, дамочка, ничего хорошего нет в семейной жизни, так что ничего у вас не выйдет.

— А кто говорит о настоящем браке? Мне все это тоже ни к чему. — Она очень надеялась, что ее голос звучит убедительно. — Это деловое предложение, и ничего больше. Все, что мне от вас нужно, — это ваша фамилия и статус. Заметьте, только на бумаге. Статус вашей жены, чтобы получить кредит.

Джон махнул рукой, все это казалось ему бессмысленным и начинало надоедать.

— Ваши объяснения ни к черту, Кейт. Все это не имеет для меня смысла.

— Зато для меня все это имеет огромное значение и полно смысла. А кроме того, это обоюдовыгодное предложение. Вы получаете бесплатную няню, а я получаю кредит. Все счастливы, никто не проиграл.

Джон устало потер глаза ладонями. Марк вновь разразился плачем. В глазах ковбоя промелькнула паника.

— Это ведь только ради дела, да? Бизнес и ничего кроме этого? — рассеянно спросил Джон и погладил ребенка по голове. — Никаких там «пока смерть не разлучит вас»?

— Ну конечно же! Как только я получу кредит, а вы найдете мать мальчика, мы сразу же поедем в какой-нибудь город, где нас разведут в два счета. Никаких обязательств! — Кейт говорила легко, словно невзначай, хотя на самом деле она была напряжена до предела. Можно подумать, она каждый день предлагает брак по расчету незнакомому мужчине.

Джон не мог не признать, что в ее сумасшедшей идее есть разумное зерно. Ведь он нуждался в ней ничуть не меньше, чем она в нем. Учитывая, как сильно он устал за последнее время, он просто не сможет больше тянуть эту лямку. Он готов был сдаться. Впрочем, и Кейт испытывала то же самое. Если бы Джон не сказал хоть что-нибудь, она бы просто рухнула в обморок от напряжения.

Все еще глядя на девушку с подозрением, Рассел спросил, нервно потирая шею жесткой ладонью:

— Быстрый развод, говорите? И где это можно сделать?

— Я… может быть, в Далласе? — Голос девушки звучал неуверенно.

Честно говоря, она понятия об этом не имела.

— Хм, я, признаться, тоже без понятия. Хотя мой адвокат может знать…

Сердце в груди Кейт забилось быстрее. Неужели он сдался? Неужели она победила?

После небольшой паузы Джон неуверенно произнес:

— Что ж, если вы согласны подписать соглашение, ну насчет развода и всего прочего…

Ей было по-настоящему жаль парня, попавшегося на ее крючок. Но она не могла пойти на попятную, было уже слишком поздно. Именно сейчас ей надо было оставаться жесткой и непоколебимой. «Ангелы Кейт» зависели только от нее. Этот малыш, что лежит на диване, тоже зависит от девушки по имени Кейт Эйер. Она не может подвести их. Кейт — спасительница детей…

— Конечно, я подпишу все, что нужно. Это же деловое соглашение. — Затаив дыхание, Кейт решилась кинуть Джону последний кусок приманки: — Я также готова подписать добрачный контракт, по которому я отказываюсь от любых финансовых претензий в случае развода.

— Вы чокнутая, вам кто-нибудь уже говорил об этом?

Кейт с довольной улыбкой откинулась на прохладную спинку кожаного дивана. Что ж, похоже, акула прочно попалась на крючок и уже не сорвется с него.

— Я не сумасшедшая, мистер Рассел, просто вы мне очень симпатичны. А кроме того, каждому из нас нужно что-то друг от друга. Это хорошее партнерство, вы не находите?

— Нет, вы точно ненормальная. Какое, к черту, партнерство…

— Ну… если у вас есть другие кандидатки на эту должность… Конечно, вам проще нанять другую няню, чем…

— Нет, нет! — встревоженно закричал Джон, замахав руками, — я просто пошутил. Прошу вас! — Джон взял Кейт за руку. — Вы единственная, кто может помочь мне.

Кейт осторожно вынула свою ладонь из его руки.

— Так в чем же дело? — спросила наигранно сердито.

— Постарайтесь понять меня. Я не могу вот так просто взять и жениться… Даже если это всего лишь фиктивный брак. Да и потом, что, если мне не понравится, как вы справляетесь с Марком? Всякое ведь может быть.

— Так что вы предлагаете?

— Вы согласитесь на испытательный срок?

— Говорите яснее. Как долго, на каких условиях?

— Скажем, поживите с нами несколько недель, а там посмотрим, что к чему. Если вы будете справляться с обязанностями, а я не отыщу мать Марка, то я… — Казалось, Джон не в силах выговорить это слово.

— Женитесь на мне?

— Да, что-то вроде того.

— А вы готовы подписать соответствующее соглашение?

Джон усмехнулся. А девчонка-то ничего. Как ловко она повернула его же слова против него! Она, может, и сумасшедшая, но уж точно не глупа. Хотя и он не дурак. Да и опыта по части уклонения от звона венчальных колоколов у него хоть отбавляй.

Все, что ему нужно, это пара недель. Он найдет эту чертову куклу — Эйби Браун — и пошлет Кейт Эйер куда подальше вместе с ее соглашениями. Ну а пока что он может спихнуть на эту девушку всю возню с младенцем, заняться ранчо и наконец-то выспаться. Да и пацан окажется в заботливых руках, ведь какие из них с Коком няньки?

— Хорошо, я подпишу чертовы бумаги.

Он протянул Марка Кейт, которая на этот раз беспрекословно взяла малыша. Девушка, затаив дыхание, следила за Джоном, который подошел к рабочему столу и, усевшись поудобнее, начал писать что-то на чистом листе бумаги. Кейт тихонько села на диван с ребенком на руках и стала ждать. Она добилась своего. Честно говоря, это оказалось не так уж сложно. Джон Рассел женится на ней, пусть только фиктивно, а еще у нее будет свой бизнес и много детей, о которых она сможет заботиться.

Тут Марк, словно желая напомнить, что именно он и стал причиной, по которой сделка состоялась, захныкал. Кейт нежно прижала мальчика к себе и начала раскачивать его на руках. Ее заливали волны нежности и желания защитить невинное дитя.

Прости, малыш, что мне пришлось использовать тебя. Я обещаю, что позабочусь о тебе. Ты больше ни в чем не будешь нуждаться.

— Все готово, мисс Кейт Эйер. Не желаете поставить свою подпись? — Джон вытянул руки с документом перед глазами и прочитал вслух: — Я, Джон Р. Рассел, сим документом подтверждаю свое обещание жениться на Кейт Эйер по истечении одного месяца с настоящего момента, при условии, что Марк Браун все еще будет к этому времени находиться на моем попечении. Дата, подпись. Годится?

— Да, вроде бы.

Стараясь не разбудить задремавшего Марка, девушка положила малыша на диван, а сама подошла к столу. Подписав соглашение, Кейт положила его в сумочку.

— Я думаю, месяца должно хватить, чтобы подготовить хорошую свадьбу.

Джон, который в этот момент как раз отпивал виски из стакана, чуть не поперхнулся.

— Какая свадьба, леди? Да вы совсем не в себе. Я не давал согласия на свадьбу!

— Но документ, который лежит у меня в сумочке, говорит об обратном.

— Там сказано о браке, и ни слова нет о чертовой свадьбе!

Джон схватился за голову. Что эта женщина делает с ним? Все это лишь блеф, ведь он не собирается на ней жениться ни понарошку, ни, тем более, по настоящему. Это только предлог, чтобы она избавила его от проблем с Марком. Черт возьми, во что он позволил себя втянуть?! Ведь в таком состоянии, в каком он находится, ни один здравомыслящий человек не подписывает никаких важных бумаг. Да вообще не обсуждает серьезные дела.

Кейт смотрела на Джона с насмешкой.

— Как может быть брак без свадьбы, мистер?

— Да вот так. Я даже знаю судью, который распишет нас за десять минут, и никаких свадеб.

— Так просто? Никакой суеты? Никаких гостей? Никакого свадебного торта?

Кейт взяла Марка на руки, так как малыш начал просыпаться. Это выглядело так естественно, что Джон не смог не заметить, что Кейт действует как настоящая мать. Ковбой попытался сосредоточиться на проблеме. С этой Кейт Эйер надо держать ухо востро. Эта дамочка, судя по всему, на многое способна.

— Кейт, но ведь это фиктивный брак. — Джон постарался зайти с другого конца.

— Да никто и не утверждает обратного, мы ведь уже обговорили этот нюанс, — сказала девушка, глядя на него невинными глазами. Черт возьми, ради таких глаз можно было согласиться на все, что угодно… — Понимаете, Змеиная Гора не такой уж большой городок, все друг друга знают. И если в банке заподозрят, что мы поженились только ради того, чтобы я получила деньги, то никто не даст мне кредита, и тогда все наши старания пойдут прахом.

Джон был не в состоянии спорить дольше. Он безумно устал, и все, чего он сейчас хотел, это выспаться.

— Черт с вами. Делайте что хотите. Хоть в соборе святого Павла планируйте венчание. Мне все равно.

Да что его так беспокоит, в конце концов? Ведь свадьба все равно не состоится, так пусть потешит себя пустыми мечтами. От него не убудет. До тех пор, пока мать Марка не найдена, все, что ему нужно, это чтобы с мальчонкой кто-то был. А что до его холостяцкой репутации, то в итоге он только выиграет, если отфутболит девушку перед самой свадьбой.


Пролог | Няня с характером | cледующая глава



Loading...