home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

Что ж, идея действительно оказалась великолепной. Луиза и леди Крайтон произвели впечатление даже на видевшее многое лондонское общество. Сейчас, мило общаясь с парой еще нестарых вдовушек, которым ее представила тетя Ви, Луиза даже немного удивлялась, почему появление двух скромных и совсем не родовитых шотландских леди стало настоящим событием. Конечно, многое можно было объяснить распространившимися слухами о богатой наследнице, которые подогревались затянувшейся паузой – на обновление гардероба пришлось потратить больше недели, – но сейчас, ловя на себе заинтересованные и любопытные взгляды, Луиза понимала, что многие из присутствующих интересуются ею самой, а не прилагающимся наследством. Значит, все сработало, как и планировалось.

Луиза оглянулась, пытаясь разглядеть в толпе тетю. Впрочем, это удалось без труда: яркое платье, сшитое из отличного шелка, выкрашенного в цвета клана МакФлаев, к которому принадлежала семья Грэхем, бросалось в глаза. И, кстати, удивительно шло леди Крайтон. Луиза улыбнулась. Как бы ей хотелось самой надеть такое платье! Но, поразмыслив, она все же решила, что стоит, хоть и не полностью, соблюсти традиции. Как и положено дебютантке, Луиза была одета в белое. Но спроси любого в зале – и никто не назовет ее платье белым. Проявив свойственную ей фантазию, Луиза придумала для себя и тетушки образы, удивительно сочетающиеся и противоположные одновременно. Глубокие изумрудно-сине-серые цвета платья леди Крайтон отражались в белом платье Луизы, словно зеленые холмы Шотландии в глубоком горном озере. Конечно, пришлось поломать голову, но Луиза справилась. Нижние юбки и чехол лифа были сшиты из муслина цветов МакФлаев, а верхнее платье из тончайшего белого атласа лишь слегка приглушало яркие тона и позволяло шотландской клетке кокетливо выглядывать из-под верхней юбки во время движения.

Несмотря на то что танцы еще даже не начались, бальная карточка Луизы оказалась заполнена незнакомыми именами, а ноги в новых туфлях уже начали гудеть. Кажется, стоит присесть. Луиза вежливо завершила разговор с милыми, но болтливыми дамами и оглянулась в поиске стульев. В Глазго стулья обычно стояли вдоль стен, предлагая отдых немолодым и передышку утомленным танцами. Здесь же сидячие места были предусмотрены только для играющих в карты. Но вот в углу залы Луиза обнаружила несколько стульев. Почти все они пустовали, и лишь два места были заняты придремывающими седовласыми дамами, не иначе как сопровождающими кого-то старшими родственницами. Луиза решила, что этот укромный уголок послужит ей надежным укрытием: есть надежда, что половина записавшихся в бальную карточку кавалеров просто-напросто не найдет здесь свою партнершу – особенно если забиться подальше.

За спинами старушек Луиза заметила молодую девушку, прелестную блондинку, которой, в отличие от Луизы, удивительно шел белый цвет. Незнакомка задумчиво теребила локон, якобы случайно выбившийся из безупречной прически, и рассеянным взглядом смотрела в зал, где гости группками о чем-то беседовали, хаотически перемещались от компании к компании, кто-то смеялся, кто-то влюблялся… но девушка этого не видела. Луиза готова была биться об заклад, что расслышала пару печальных вздохов. Ужасно любопытно.

– Могу я присесть на этот стул? Или вы кого-то ждете? – спросила Луиза и, не дожидаясь ответа, села рядом с незнакомкой, расправила юбки и незаметно сбросила жавшие туфли. – Мы не представлены, но, я полагаю, мы справимся с таким простым делом и без посторонней помощи.

– Думаю, да. – Девушка на секунду помедлила, но все же не растерялась, столкнувшись со столь фамильярным обращением. Луиза чуть улыбнулась, вспомнив несколько подобных случаев. Иногда дебютантки настолько опасаются сделать неверный шаг, что предпочитают вообще ничего не делать. Помнится, после какого-то замечания Луизы одна девушка застыла, словно жена Лота, и, кажется, некоторое время даже не дышала и не моргала. Презабавное было зрелище.

– Меня зовут Луиза Грэхем, я из Глазго.

– О! Вы тоже с Севера! – оживилась девушка. – Я – Анна Суэверн, наше поместье расположено прямо на границе с Шотландией.

– Я полагаю, – улыбнулась Луиза, – вас в Лондон привело то же, что и меня.

– Не думаю, – Анна снова тяжко вздохнула, Луизе показалось, что девушка вот-вот расплачется.

– Белое платье, бал у Гринуэев, – Луиза пожала плечами. – Кажется, все очевидно.

– О, все так запутано, – покачала головой Анна.

– Бал – не самое подходящее место для подобных разговоров, – Луиза обвела взглядом зал. – Но ничего не поделаешь. Я страшно любопытна и обожаю запутанные истории.

Анна удивленно взглянула на столь напористую соседку и даже не нашлась, что ответить. К тому же девушка заметила, что одна из туфелек Луизы явно рассталась с ногой хозяйки и вот-вот выкатится на всеобщее обозрение.

Луиза проследила за взглядом соседки и вернула беглянку под стул, надежно укрыв юбками.

– Я что-то совершенно не хочу танцевать, – сообщила Луиза.

– У меня тоже нет никакого желания.

– О, и это возвращает нас к вопросу о запутанной истории.

– М-м… А почему вы не хотите танцевать, мисс Грэхем? – уклонилась от ответа Анна.

– У меня чудовищно устали ноги. Кроме того, я не вижу смысла танцевать с незнакомцами, которым нет никакого дела до того, как я танцую, и до того, о чем бы я хотела поговорить.

– Мои причины примерно таковы же. Кроме того… – Анна помедлила, словно не решаясь продолжать. – Кроме того, я уже помолвлена, так что поводов для танцев у меня еще меньше, чем у вас.

– Выкинем наши бальные карточки и сделаем вид, что нас никто не приглашал, – предложила Луиза.

– Это хорошая мысль. – Анна посмотрела на свою карточку так, словно увидела ее впервые.

– Интересно, сколько раз можно такое проделать, чтобы тебя не сочли совершенно безумной? – Не то чтобы Луиза всерьез полагала, что подобная опасность реальна, но ей очень хотелось хоть немного развеселить новую знакомую. Анна Суэверн явно была чем-то глубоко опечалена, но держалась стойко. Подобное проявление силы духа Луиза уважала, а спокойное достоинство, присущее Анне, было тем качеством, которого самой Луизе так не хватало. Правда, она от этого не страдала, но всегда немного завидовала тем, кто способен был в любой ситуации сохранять вид отстраненный и почти неземной. И все же Луиза предпочитала активный подход к жизни. Девушка ощущала в себе явный избыток земного, что можно было объяснить недостаточно аристократическим происхождением или, если уж совсем честно, отсутствием такового.

– Думаю, что мне не удастся сделать это более одного раза. Маман в подобных вопросах бывает очень серьезна.

– Вас сопровождает мать?

– И брат. Сопровождают. Более точным словом было бы «конвоируют». – Анна попыталась улыбнуться, но улыбка вышла грустной.

– Но ведь вы же сказали, мисс Суэверн, что помолвлены?

– О, это долгая история.

– Вам не кажется, что разговор становится странным?

– В общем-то, после предложения выкинуть бальные карточки меня уже вряд ли может что-нибудь удивить.

– О, самые очевидные выходы всегда кажутся чем-то необычным. Наверное, потому что они простые. Люди привыкли бороться с трудностями. И если решение проблемы кажется очень легким, то все сразу же начинают искать подвох.

– Да, вы правы.

– Впрочем, как обычно. – Луиза легкомысленно махнула веером, едва не сбив с головы одной из старушек и так косо сидящую диадему. Бриллиантовую, стоит отметить. – Так каково же ваше решение? Расскажете запутанную историю – или пойдем танцевать? Вот, кажется, приближается первый из ваших кавалеров.

– Или из ваших, – парировала Анна.

– Возможно, – согласилась Луиза. – Как бы то ни было, вероятность танцев становится угрожающе реальной.

– Хорошо… Я согласна.

– Отлично! – Луиза решительно достала свою карточку из сумочки, висящей на запястье, протянула руку за карточкой Анны – и сделала то, от чего ее соседка затаила дыхание: осторожно засунула исписанные листки в сумочку окончательно задремавшей старушки и ловко лишила обеих почтенных дам их собственных девственно чистых карточек. Старушки даже не проснулись.

– Держите. – Луиза протянула половину незаконной добычи Анне.

– О Боже Всемогущий! – Мисс Суэверн смотрела на кусочек бумаги так, словно на нем проступили пламенеющие письмена, обещающие геенну огненную.

– О, Господь на такие мелочи внимания не обращает, – уверила соседку Луиза, мягко, но решительно заталкивая карточку в сумочку Анны. – Соберитесь, молодой человек уже совсем близко.

– Мисс Суэверн, – кавалер склонился перед девушкой, – позвольте пригласить вас на этот вальс.

– О, баронет! – Анна, надо отдать ей должное, мгновенно взяла себя в руки, достала украденную карточку и невинно взглянула на замершего в поклоне молодого человека. – Кажется, тут какая-то ошибка. Вы не записаны на этот танец.

Луиза сделала вид, что происходящее ее не касается, а молодой баронет так и продолжал стоять, склонившись. Минута тянулась за минутой. Анна сидела с ровной спиной, глядя в пространство. Баронет стоял в поклоне, уставившись на пустую карточку. Луиза переводила взгляд с одного на другую и думала, сколько еще это может продолжаться. В конце концов она сжалилась над несчастными и заметила:

– Мисс Суэверн, баронет, кажется, произошла какая-то ошибка, так что, я полагаю, вам стоит договориться о другом танце.

Молодой человек с видимым усилием распрямился и обрадованно сказал:

– Да-да! Я подойду позже, запишите за мной предпоследний вальс, если вы не против, мисс Суэверн.

– Боюсь, что этот танец уже занят, – не моргнув глазом, соврала Анна.

Луиза про себя отметила, что новая знакомая быстро и легко сошла с пути истинного.

Баронет моргнул, и Луиза забеспокоилась, что он снова обратится в соляной столб в поклоне, но юноша сделал над собой усилие и, выразив сожаление, удалился.

– Господь Вседержитель! – Анна откинулась на спинку стула и принялась энергично обмахиваться веером. – У меня чуть сердце не выскочило из груди. Это ужасно!

– Это весело, – рассмеялась Луиза. – И хочу отметить, вы, мисс Суэверн, сделаны из хорошей северной стали.

– Спасибо, – поблагодарила Анна за комплимент.

– И в свете того, что мы обе приняли участие в акте воровства и обмана, предлагаю перейти на «ты», оставив все эти церемонии. Что-то мне подсказывает, что мы подружимся.

– Как ни странно, мне тоже так кажется. Если мы переживем этот вечер, конечно.

– И ты мне расскажешь, что там за запутанная история?

– Я… постараюсь.

– Надеюсь.


Бал тем временем шел своим чередом: пары кружились в танце, дамы постарше и джентльмены всех возрастов играли в карты, подали легкий ужин, где Анна и Луиза оказались почти соседками – их разделял пожилой джентльмен, все время клевавший носом и изредка делавший глоток вина из постоянно наполняемого слугой бокала. После ужина тетя Ви оказалась окруженной стайкой своих давних подруг, а к Луизе подошла Анетт Гринуэй, вернее, леди Эрвен, с которой за неделю в Лондоне девушка успела уже несколько раз встретиться в городе.

– Луиза, дорогая! – Анетт, миниатюрная брюнетка, одетая в прелестное голубое платье (она-то, в отличие от Луизы, уже год была замужем), выглядела очаровательно и была явно рада видеть подругу. – О, мисс Суэверн!

– Леди Эрвен! – Анна ответила на приветствие и вежливо откланялась, не желая мешать.

– Я вижу, вы уже познакомились. Я ищу тебя с самого начала вечера!

– Да. Я не танцевала, поэтому ты меня и не видела. Ты-то, наверное, ни одного приглашения не пропустила.

– Но разве можно не веселиться! – Анетт замолчала, что-то обдумывая. – Впрочем, если у тебя нет настроения танцевать, я хочу тебя кое с кем познакомить.

– Уверена, это будет незабываемо, – проговорила Луиза, стараясь, правда не очень успешно, скрыть сарказм. Но Анетт, кажется, было все равно. – Меня все пытаются с кем-нибудь познакомить, – закончила Луиза.

– О, если ты не хочешь завести новые связи, зачем же ты приехала в Лондон?

– Сама задаю себе этот вопрос, – прошептала Луиза, не желая показаться невежливой. Анетт все же была весьма милой и к тому же оказалась хорошей подругой.

– Тогда пойдем.

– Что ж, веди. – Луиза позволила увлечь себя к карточным столам.

– О! – Анетт остановилась, не дойдя до места. – Где же он?

Луиза пожала плечами: она-то даже и не знала, кого ищет подруга.

– Кто «он»?

– Э-э-э… – Анетт повернулась, высматривая кого-то в зале. – Мой брат.

Луиза была наслышана о Найджеле Гринуэе, но лично с ним не встречалась. Может быть, самое время исправить упущение.

– Леди Эрвен, – раздался голос за спиной у девушек. – Найджел отошел за пуншем.

– Спасибо, граф. – Анетт обернулась, увлекая за собой Луизу, и та увидела воплощение своей мечты.

Он стоял, едва заметно опираясь на спинку кресла, и смотрел прямо на Луизу, словно в зале не было больше никого. Сначала девушка даже не могла отвести взгляд от его изумрудного цвета глаз. Темные ресницы, чуть золотистые на кончиках, оттеняли зелень радужки, словно драгоценная оправа. Бледность лица, которую можно было счесть как аристократической чертой, так и последствием бурного образа жизни, не портила его, а лишь подчеркивала тонкие, но четкие черты, делала линию губ более выразительной и оттеняла скулы, которые при смуглой коже могли бы показаться излишне острыми. Граф был не слишком высок, но строен и явно в хорошей форме, пусть и поддерживаемой скорее упражнениями, чем здоровым образом жизни. У него были рыжие волосы, но даже этот цвет казался благородным и ничем не напоминал огненные оттенки шотландских кудрей, столь распространенные на севере. Скорее, это был цвет старого коньяка, подсвеченного живым пламенем камина.

Все это Луиза увидела в одно мгновение, словно впитала в себя образ, столь идеально соответствовавший тому, о котором она мечтала. А ведь это первый встреченный ею в Лондоне граф. Кажется, это судьба. И, кстати, как его зовут?

– Мисс Грэхем, – ответила на вопрос Луизы Анетт, – позвольте вам представить графа Рэйвенвуда.

– Мисс Грэхем, – молодой человек застыл в безупречном поклоне. – Я долго ждал встречи с вами.


Глава 4 | Страсть и расчёт | Глава 6



Loading...