home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Однополчанин, лейб-гусар А. Ф. Тиран (1815–1865)

Поступая в Школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, Михаил Юрьевич заранее выбрал полк, в котором хотел служить. Полк этот был самый блестящий даже среди гвардейских частей. Причем блестящий как в переносном, так и в самом прямом смысле, ибо это был лейб-гвардии Гусарский полк. Форменное обмундирование российских гусар вообще отличалось необыкновенной эффектностью – расшитый шнурами доломан, отороченный мехом ментик – куртка, носимая на одном плече, масса блестящих украшений и галунов. А у лейб-гусар форма была к тому же ярко-красного цвета, с золотым шитьем, с отделкой из белой кожи и бобрового меха.

Выпущенный в полк корнетом 22 ноября 1834 года, Лермонтов быстро влился в офицерскую семью, в которой оказался его однокашник по юнкерской школе Александр Тиран. До последнего времени биографических данных о нем не имелось, кроме дат его жизни. Но вот россиянка Инна Рау, живущая в Германии, исследуя свою родословную и обнаружив факт своего дальнего родства с Лермонтовым, нашла и родственные связи между семействами Лермонтовых и Тиранов. Объединив добытые ею сведения с тем немногим, что было известно об однополчанине Лермонтова, попробуем обрисовать его.

Родился Александр Франциевич Тиран в 1815 году. Его отцом был французский аристократ из Страсбурга Франциск Людовик (1777–1847), явно бежавший в Россию от Французской революции. В 1799 году он был назначен адъютантом петербургского военного губернатора графа П. А. Палена и вместе с ним стал одним из участников его заговора против царя Павла I. Мать Александра, Елизавета Филипповна Демут (1781–1837), была единственной дочерью и наследницей немецкого купца Филиппа-Якоба, хозяина знаменитого трактира и гостиницы «Демут» на набережной Мойки. Госпожу Демут-Тиран хорошо знали в великосветских кругах столицы. А одна из ее родственниц стала женой Пармена Матвеевича Лермонтова, сделав, таким образом, Михаила Лермонтова и Александра Тирана родственниками.

«…Он, есть основания думать, знал Михаила Юрьевича с детства, – пишет Инна Рау, стремясь сделать эту связь более прочной, – и отношения между ними не один десяток лет были близкими и по-родственному дружными, хотя без ссор не обходилось… В юнкерской школе, зная творческую гениальность Лермонтова и его осиротевшую, всегда мечущуюся душу, Александр Тиран насмешки его воспринимал не как таковые, а как плохое настроение друга. Умный Лермонтов быстро отходил, и добрые отношения между ними продолжались всю жизнь, как на Кавказе, так и в столице…

И Лермонтов, и Тиран родились в России, оба происходили из западноевропейских родов, отменно владели верховой ездой, вели светскую жизнь: вращались в парадных гостиных столицы, с юношеским восторгом влюбляясь, заводили романы, вместе пировали. Лермонтов и Тиран встречались в доме Карамзиных в Петербурге».

Некоторые основания для подобных утверждений есть. Так, в письмах С. Н. Карамзиной среди гостей их дома несколько раз упоминаются фамилии Лермонтова и Тирана, и нередко они стоят рядом. Но есть и серьезные сомнения в их дружеской близости. Еще в 1936 году журнал «Звезда» опубликовал статью известного лермонтоведа В. А. Мануйлова «Записки неизвестного гусара о Лермонтове». По косвенным данным Мануйлов установил, что автором записок, сохранившихся без подписи, является Тиран. Ныне рукопись находится в Пушкинском Доме, в фонде известного юриста и общественного деятеля Д. В. Стасова, где имеется также записка, сделанная, видимо, по рассказам А. Ф. Тирана, с которым Стасов был знаком: «Лермонтов был ужасно самолюбив и до крайности бесился, когда его не приглашали на придворные балы, а приглашали Тирана (тогдашнего его товарища по полку), и уж за это Тирану доставалось: он на него сочинял, разыгрывал, рисовал карикатуры и раз даже написал целую поэму, в которой сначала описывал его рождение, жизнь, похождения и, наконец, смерть. В конце нарисовал надгробный памятник и к нему эпитафию: „Родился шут //… Тиран // – А умер пьян (не помню средних слов)“».

Да, на дружбу это похоже мало.

Летом 1841 года Александр Тиран находился на Кавказе, будучи откомандирован сюда для участия в военных действиях, как и другие гвардейские офицеры. В начале июня несколько гвардейцев, участвовавших в военной экспедиции против горцев, были отпущены на Воды, чтобы отдохнуть от боевой жизни. Среди них был и Александр Тиран. Об их встречах в Пятигорске сведений не сохранилось, хотя однополчанин оставил записки, где тоже отзывался о Лермонтове нелучшим образом.

Но пусть Тиран и не был Лермонтову добрым другом, теперь, много лет спустя, мы все же должны быть благодарны лейб-гусару за то, что он на своих плечах нес тело своего однополчанина, провожая его в последний путь.


«Неприметные братья» Н. И. и Л. И. Тарасенко-Отрешковы | Тайна гибели Лермонтова. Все версии | Однокашник Н. Ф. Туровский (1811–1884)