home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Ослабление Бурбонов и поражение Гизов

Движение дворян-протестантов, заставившее поблекнуть образ Гизов и напомнившее об их уязвимости, парадоксальным образом ослабило Бурбонов: в глазах католиков они стали выглядеть тайными руководителями заговора против короля. Воспользовавшись сложившейся ситуацией, Франциск II под влиянием Гизов приказал Антуану де Бурбону и Конде прибыть в Орлеан, чтобы присутствовать на заседаниях Генеральных штатов. Зная, что им грозит, братья отказались. Только после настоятельного требования монарха, не подчиниться которому они не могли, иначе их тотчас обвинили бы в неповиновении, они пустились путь. Едва выехав за пределы Шени, братья заметили, что за ними установлена слежка. До самого Орлеана их преследовали неприятности, чинимые властями по приказу Гизов. Так Лизы стремились сократить число сторонников принцев, отбить у дворян охоту сопровождать их. Гизы боялись, как бы поездка братьев в Париж не превратилась бы — при активной поддержке масс — в торжественный марш Бурбонов к власти.

По случаю прибытия Бурбонов в Орлеан не стали устраивать ни специальных церемоний, ни торжественного приема, хотя ранг принцев крови требовал оказания братьям определенных почестей. Довольные ходом событий, Низы поспешили обвинить Конде в пособничестве заговорщикам в Амбуазе. Конде взяли под домашний арест. Его брат, король Наваррский, оставался на свободе, однако за ним следили столь бдительно, что положение его мало чем отличалось от положения узника.

Суд над Конде прошел чрезвычайно быстро: вопросы ему задавал председатель де Ту, но принц отвечать отказался, сославшись, что его имеет право допрашивать только король или парламент, собравшийся на пленарное заседание. Антуан де Бурбон и жена Конде Элеонора де Руа, не считаясь с затратами, делали все, чтобы его спасти. Жанна д'Альбре, супруга короля Наваррского, которой также грозил арест, укрылась в крепости Наварренкс. Ходили слухи о подготовке восстания, подобного выступлению в Амбуазе, с целью освобождения принцев. Однако Гизы, закусив удила, усилили давление на судей, чтобы те как можно скорее вынесли Конде смертный приговор.

Но судьи не спешили закрывать дело и продолжали исполнять предписанные инструкциями формальности. Они знали, что Франциск II тяжело болен, и при тайной поддержке Екатерины Медичи как могли затягивали процедуру. Королева-мать понимала, что после устранения с политической арены Бурбонов она останется один на один с всемогущими Низами.

Лотарингцы же прилагали все силы, чтобы ускорить дело. 26 ноября особый суд, специально созванный кардиналом и состоявший из магистратов, государственных советников и рыцарей ордена Святого Михаила, вынес Конде смертный приговор.

А вскоре было сообщено, что приговор будет приведен в исполнение 10 декабря, в первый день заседания Генеральных штатов. Такая поспешность возмутила дворян: граф де Сансер отказался подписать постановление, его примеру последовали другие. Оказавшись в столь запутанной ситуации, канцлер Лопиталь отложил принятие любых решений «на потом».

Состояние здоровья Франциска II с каждым днем ухудшалось, и кардинал распорядился устраивать процессии и молебны за здравие светлейшего больного. Каждый знал, что кончина короля близка и готовился к столкновениям, которые действительно начались буквально через считаные часы после смерти монарха. Роковым днем стало 5 декабря 1560 года.

Гизы оказались в положении их давнего противника Монморанси после кончины Генриха II, то есть на обочине власти. Только на этот раз королева-мать сумела подготовиться к смене монарха. Был также и другой нюанс — неизбежность открытия Генеральных штатов. Различные заинтересованные стороны побуждали друг друга к осторожности, ибо собравшиеся в Орлеане депутаты, без сомнения, станут рассказывать у себя в провинциях обо всем, что им доведется увидеть и услышать, тем более что впервые в истории Генеральных штатов представители сословий собирались вместе в главных населенных пунктах бальяжей и сенешальств. А сельские общины теперь выдвигали своих депутатов на собственных собраниях, что придавало штатам этого созыва больший вес, нежели штатам созыва 1484 года, на которые депутаты избирались совместно от всех трех сословий.

Гизы хотели подчинить себе все три сословия, но оказать давление на Генеральные штаты не удалось, и выборы прошли на основе плюрализма: бальяжи Юга, Запада, Гиени и долины Луары заняли лояльную позицию по отношению к Реформации, и попытались ограничить влияние Гизов в пользу Бурбонов. Наказы, поступившие от избирателей, проживавших в бассейне Сены, свидетельствовали о желании созывать штаты провинций каждые пять лет, а Генеральные штаты каждые десять лет, что, несомненно, внесло бы изменения в монархические институты — необходимость согласовывать действия центральной власти с представителями провинций. Депутаты Западной Франции и Шампани утверждали, что избиратели вручили им мандаты с условием добиваться выполнения избирательских требований, и смерть короля не вносила в эти требования никаких корректив.

Среди депутатов было немало тех, кто внимательно прислушивался к речам протестантов, тех, кто отвергал любые договоренности со сторонниками реформированной религии, равно как и тех, кто во всем стремился достичь и политических, и религиозных компромиссов. Потрясенный случившимся, Антуан де Бурбон отверг просьбы своих сторонников, желавших видеть его регентом королевства. Королева-мать заявила, что не намерена продолжать политику гонений, проводимую Гиза-ми, ибо не считает ее правильной, а, напротив, начнет предпринимать шаги к примирению. Канцлер Мишель де Лопиталь в своей знаменитой речи на открытии Генеральных штатов 13 декабря 1560 года указал на необходимость преодолеть религиозную разобщенность и предложил созвать Вселенский собор.

Комплекс требований, выдвинутых тремя сословиями, получил свое отражение в Орлеанском ордонансе, составленном 31 января 1561 года. Генеральные штаты так и не вынесли определенного решения, касавшегося отношений между протестантами и католиками. К тому же они упорно настаивали на сохранении существующих налогов и противились их увеличению, исключив таким образом себя из обсуждения проблем как финансового, так и организационного и властного порядка. Заключительное заседание состоялось 31 января 1561 года. Борьба далеких от чаяний населения знатных дворянских кланов продолжилась.


Заговор в Амбуазе: мятеж провинциального дворянства | Повседневная жизнь французов во времена Религиозных войн | Триумвират: союз кланов дворянской знати



Loading...