home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


4

Да, в декабре 1924 года, когда Варченко приезжал в Москву для доклада о своем открытии на коллегии ОГПУ, он произвел на начальника Спецотдела сильное впечатление. Человек умный и обаятельный, Бокий пребывал несколько месяцев в состоянии депрессии и подавленности. Он был прекрасно осведомлен о положении дел в стране и знал, что каждый день без остановки работает человеческая мясорубка ОГПУ. Если во время гражданской войны Рлеб Иванович оправдывал необходимость репрессий по отношению к представителям бывшего «правящего класса» и шел во главе Красного террора, то несколько лет спустя его стали одолевать сомнения.

И когда зимой 1924 года, после доклада на коллегии, Варченко и Бокий разговорились, ученый сказал фразу, изменившую жизнь обоих собеседников: «...контакт с Шамбалой способен вывести человечество из кровавого тупика безумия, той ожесточенной борьбы, в которой оно безнадежно тонет». Еще больше ученый удивил начальника Спецотдела, когда сообщил, что ему было известно о дружбе Глеба Ивановича с доктором Мокиевским, до революции возглавлявшим отдел философии журнала «Русское богатство». Мокиевский, так же как и Варченко, принадлежал к петербургским розенкрейцерам и знал весь круг увлекающейся мистикой молодежи, в который входил и Глеб. Ведь это доктор внес денежный залог в полицию, когда.Бокий однажды угодил в тюрьму.

Несколько дней спустя на конспиративной квартире, указанной Бокием, в обстановке строгой секретности собрались люди, близкие Глебу Бокию — Москвин, Кострикин, Стомоняков, для того чтобы создать московский центр «Единого Трудового Братства». Сходка началась с выступления Варченко. Он был взволнован, и это волнение передалось присутствовавшим. Вспоминая начало революции, Александр Васильевич сказал: «...по мере поступательного движения революции, возникали картины крушения всех общечеловеческих ценностей, картины ожесточенного физического истребления людей. Передо мной возникали вопросы — как, почему, в силу чего обездоленные труженики превратились в зверино-ревущую толпу, массами уничтожающую работников мысли, проводников общечеловеческих идеалов, как изменить острую вражду между простонародьем и работниками мысли? Как разрешить все эти противоречия? Признание диктатуры пролетариата не отвечало моему мировоззрению».

Все присутствовавшие в тот вечер окаменели после первых фраз Варченко, но он продолжал: «Для меня еще больше усугублялся вопрос: стало быть, все кровавые жертвы революции оказались впустую, впереди еще большие кровавые жертвы, новых революций и еще большее одичание человечества?!.

Ключ к решению проблем находится в Шамбале-Агарти, этом конспиративном очаге, где сохраняются остатки знаний и опыта того общества, которое находилось на более высокой стадии социального и материально-технического развития, чем общество современное.

А поскольку это так, необходимо выяснить пути в Шамбалу и установить с нею связь. Главным для этого могли бы быть люди, свободные от привязанности к вещам, собственности, личного обогащения, свободные от эгоизма, то есть достигшие высокого нравственного совершенства. Стало быть, надо было определить платформу, на которой люди разных мировоззрений могли бы заглушить свои временные социальные противоречия и подняться до понимания важности вопроса. Отсюда основными положениями ЕТБ являются— отрицание классовой борьбы в обществе, открытый доступ в организацию лиц без различия их классовой, политической и религиозной принадлежности, то есть признание права для контрреволюционных элементов участвовать в организации, признание иерархии и уважение религиозных культов»

Так было в декабре 1924 года. Ну а весной и летом 1925 года Бокия и Варченко волновала одна проблема— организация одобренной коллегией ОГПУ экспедиции Спецотдела в Шамбалу. 48


предыдущая глава | Битва за Гималаи. НКВД. Магия и шпионаж | ПЫЛАЮЩИЕ ГОРЫ



Loading...