home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


В ПОИСКАХ ЗОМБИ


В те самые летние дни 1921 года, когда Бокий копошился за своим' столом в старинном особняке на Лубянке, где располагался Спецотдел ОГПУ, по пустынной тундре Лапландии двигалась экспедиция, возглавляемая членом Научной конференции Института мозга Александром Барченко. В дымке, поднимавшейся над равниной, едва проглядывали силуэты загадочных камней, поставленных когда-то народом чудь. Народом, исчезнувшим в таинственных подземных лабиринтах. «Куда вели эти ходы? И в чем был смысл древних преданий, известных русским поморам и аборигенам Лапландии?» — задавал себе вопрос доктор Барченко.

Александр Васильевич Барченко родился в 1881 году в городе Ельце, в семье нотариуса окружного суда. В юности он проявлял интерес к медицине и в 1904 году прослушал курс в Казанском университете, а спустя год — в Юрьевском Университете. Здесь судьба свела его с профессором римского права Кривцовым, рассказавшим, как, будучи в Париже, «общаясь там с известным мистиком-оккультистом Сент-Ив де Альвейдером, он познакомился с какими-то индусами; эти индусы говорили, что в Северо-Западном Тибете в доисторические времена существовал очаг величайшей культуры, которой был известен какой-то удивительный особый синтетический метод, представлявший собой высшую степень универсального знания, что положение европейской мистики и оккультизма, в том числе и масонства, представляют искаженные перепевы и отголоски древней науки».

«Рассказ Кривцова, — вспоминал Варченко, — явился первым толчком, направившим мое мышление на путь исканий, наполнивших в дальнейшем всю мою жизнь. Предполагая возможность сохранения в той или иной форме остатков этой доисторической науки, я занимался изучением древней истории, культуры мистических учений и постепенно ушел в мистику.

Увлечение мистикой доходило до того, что в 1909— 1911 годах, начитавшись пособий, я занимался хиромантией — гадал по рукам» \

Хиромантия, спиритизм и Шамбала стали для Александра Васильевича сокровенными понятиями, связанными с наследием вымерших народов седой древности. Наука погибших цивилизаций, как полагал А. В. Варченко, должна была снова возродиться в обновленном мире.

В конце прошлого века многим светилам позитивистской науки стало ясно: помимо электрических волн, в пространстве, окружающем нас, существуют и другие, невидимые формы энергии. Таинственная сила сидит в самой плоти человека. Живая оболочка способна излучать «N-энергию». На этом основаны феномены телепатии и медиумические опыты.

В 1887 году в Лондоне было образовано Общество психических исследований. В его состав вошли маститые ученые, профессора Гервей, Подмор и Майерс. Членом одной из подобных комиссий был наследный принц Великобритании Эдуард, являвшийся к тому же великим магистром масонов Англии. Для образованного общества главными стали две задачи:

1) сбор информации и изучение действительных феноменов; 17

2) разоблачение шарлатанов.

Внимание к паранормальным способностям человека было характерно для многих европейских институтов. Французы Жане и Рише призывали к международному сотрудничеству в этой области. Профессор Бехтерев, который уже тогда был энтузиастом таких исследований, указывал на множество опытов, позволявших с уверенностью говорить о реальности N-энергии и ее способности нести информацию. «Человеческая голова действительно излучает волны, и их можно зафиксировать самым примитивным способом», — утверждали сторонники удивительного феномена. Достаточно было поместрть испытуемого в темный кабинет, поднести к его затылку фосфоресцирующий экран или пробирку с солями сернистого кальция и попросить подопытного произвести в уме элементарное математическое действие, как агрегаты приобретали резкое свечение. А это говорило о существовании мозговых лучей.

Профессор Бехтерев указывал и на удивительные примеры телепатического общения, какие ему удалось наблюдать в одном из венских институтов.

Его последователь Александр Варченко принадлежал к тем немногим людям, кому удалось приподнять завесу таинственности над фантастическими способностями, данными человеку природой. В 1911 году ученый проводит ряд сенсационных опытов, связанных с изучением телепатических волн, или, как их называли в начале века, N-лучами. «Энергия ,,N“ соперничает с электричеством в способности распространения по медным проводам. Приложите к голове испытуемого медную пластинку, а медную проволоку от нее проведите в другую комнату (темную) к такой же медной пластинке или диску над экраном. Последний будет усиливать свечение всякий раз, когда испытуемый будет проделывать в другой комнате описанные выше мозговые упражнения», — писал Варченко в № 12 журнала «Жизнь для всех» в 1911 году.

Методика экспериментов была следующая: два об-

ритых наголо добровольца надевали на голову алюминиевые шлемы оригинальной конструкции, разработанной Варченко. Шлемы участников опыта соединялись медной проволокой. Перед испытуемыми были два овальных матовых экрана, на которых им предлагалось сосредоточиться. Один из участников был «передающим», другой — «принимающим». Как тесты предлагались слова (например «самовар», «таракан» и т. д.) или изображения. В случае с изображениями положительный результат угадывания был близок к ста процентам, а в случае со словами получались ошибки, в большинстве свойм связанные с шипящими или глухими буквами.

В статье «Передача мысли на расстояние», часть II, напечатанной в 32-м номере журнала «Природа и люди» за 1911 год, Варченко описывает один оригинальный аппарат, используемый для опытов: «Располагая самым дешевым воздушным насосом, можно построить разновидность прибора, заменяющего „стено-метр“ Жуара. Внутри тонкого стеклянного колпака каплей дамар-лака, канадского бальзама, или расплавленного с бурой стекла подвешивается сухая тонкая шелковая нить, на конце которой укрепляется в равновесии тонкая сухая соломинка, служащая стрелкой-указателем. На конце соломинки распушен тончайший хлопочек гигроскопической ваты. Диск насоса посыпан мелко толченной солью. Отверстие насоса защищают кусочком сухого картона с пробуравленными дырочками и небольшим бортом, чтобы не сдуло соль. Разреживают воздух осторожно, и аппарат готов к действию. Сосредоточьте взгляд на клочке ваты, стрелку можно повернуть взглядом».

Революционное лихолетье на время прервало занятия Варченко. В поисках заработка и пайка он стал читать лекции на судах Балтфлота. Его просветительские выступления были настолько зажигательными, что группа матросов-балтийцев выразила желание вместе с ученым пробиваться с боями в Тибет и, достигнув Шамбалы, установить связь с ее великими

вождями. Моряки направили письма в ряд инстанций, но ответа так и не получили.

К этому времени Александр Васильевич уже был активным сотрудником Института мозга и высшей нервной деятельности академика Бехтерева. Здесь он проводил опыты и делал доклады как член Научной конференции. Уже тогда Варченко работал над созданием нового универсального учения о ритме (гамме), применимого в космологии, космогонии, геологии, минералогии, кристаллографии, к явлениям общественной жизни и к биопсихическим проявлениям индивида. Позднее он назовет свое открытие «Синтетическим методом, основанным на древней науке». В сжатом виде это учение будет изложено в книге «Дюнхор».

Голод заставил Александра Васильевича покинуть Петроград и перебраться в Мурманск, где можно было прокормиться и где он был принят на должность председателя научного совета в местном отделе народного хозяйства. Здесь ему удалось организовать экспедицию в центральные районы Кольского полуострова. Научная партия отправилась туда в конце лета.

Если взглянуть на карту Кольского полуострова, то в самом центре его сразу заметишь длинный язык Ловозера. Оно тянется с севера на юг. Вокруг тундра, заболоченная тайга (аборигены называют ее тайбо-лой), местами сопки. Здесь живут лопари. Они ловят рыбу или пасут оленей, так же как это было 100, 200, 1000 лет назад. Жизнь в суровом краю сделала их тихими, покладистыми людьми.

Зимой тут властвует ночь. Летом не заходит солнце. Морозы такие же, как в Сибири, и на тысячу километров ни души. Словом — гиблые места. Жизнь теплится лишь в маленьких поселках и стойбищах.

Однако именно здесь, в этом пустынном, диком

краю распространено необычное заболевание— эме-рик, или меряченье. Иногда его называют арктической истерией. Оно повергает в недоумение современных психиатров. Им болеют не только северные народы, но и русские— без разницы. Трудно отыскать что-нибудь похожее на это явление. Ясности нет и по сей день, тем более что с конца 20-х годов многие исследования в этой области были засекречены ОГПУ Но некоторые склонны сравнивать меряченье с состоянием зомби.

В конце XIX и начале XX века на крайнем севере России и в Сибири состояние эмерик охватывало большие группы населения. В связи с этим даже появился термин «психическая зараза». Юкагиры и якуты обычно связывали эту болезнь с кознями тундровых шаманов, разгневанных на людей, тревожащих их покой. Русские, также подверженные этому состоянию, называли его «лангутским припадком». В 1870 году сотник Нижне-Колымского казачьего отряда в ужасе сообщал местному врачу: «Болеют какою-то странною болезнью в Нижне-Колымской части до 70-ти человек. Это их бедственное страдание бывает более к ночи, некоторые с напевом разных языков, неудобопонятных; вот как я каждодневно вижу 5 братьев Чертковых и сестру их с 9 часов вечера до полуночи и далее; если один запел, то все запевают разными юкагирскими, ламаутскими и якутскими языками, так что один другого не знает; за ними их домашние имеют большой присмотр» К

Экспедиция, возглавлявшаяся заведующим Мурманским морским институтом краеведения, корреспондентом Ученой конференции при Петроградском институте по изучению мозга и психической деятельности Александром Васильевичем Варченко, прибыла в Ловозеро в конце августа. Встретившись с лопарями, рыбачившими в этих местах, ученый попросил отвезти 18

их на Роговый остров, но те наотрез отказались. Рыбаки утверждали, что только местные шаманы, как их здесь называли— нойды, могут туда плавать. Вся территория острова была сплошь покрыта оленьими рогами. Их на протяжении тысячелетий свозили колдуны окрестных племен как дань духам местности. Обычай запрещал шевелить оставленные ими рога — это могло привести к буре или несчастьям. Только шаманам позволялось появляться на острове, где находилось древнее капище. Приезжая туда, они привешивали на кучи рогов венки из березовых ветвей и куски жертвенного мяса. ^

Лишь через несколько дней один местный парнишка, сын священника, согласился перевезти членов экспедиции на своем паруснике. Погода была безмятежна, но стоило им приблизиться к таинственному острову, как поднялся невероятно сильный ветер, отогнал их утлый ковчег, сломав мачту. Повторно члены экспедиции не рискнули испытывать судьбу.

Не достигнув Рогового, экспедиция решила^ высадиться на южном берегу Ловозера, в районе туземного погоста. Здесь их ожидала новая тайна. Местность вокруг представляла собой болотистую тундру, которую прорезали скалы. Но у южной оконечности озера начиналась мощеная дорога протяженностью полтора километра, которая вела к соседнему Сейдозеру. Эта трасса заканчивалась необычной площадкой, с которой отчетливо была видна вертикальная поверхность одной из скал на другом берегу. На ней была нарисована огромных размеров светлая фигура человека — по контуру. Все указывало на то, что здесь находилось древнее капище. Сотрудник экспедиции астрофизик Кондиайн отметил, что Роговый остров и фигура находятся на одной прямой. Кроме того, он обнаружил здесь и специфические геомагнитные феномены.

Местные аборигены называли контур «стариком». По их поверьям, эта огромная белая тень, лежавшая на скалах и напоминавшая фигуру человека, была чем-то вроде живого существа, каким-то энергетическим сгустком, оказывавшим сильное влияние на жизнь окрестных лопарей. Страх перед «стариком» был неимоверный, иногда он переходил в настоящий ужас. Одно лишь упоминание о нем повергало несчастных в состояние, похожее на меряченье. Кондиайн наблюдал один такой случай: «Погода менялась, ветер усиливался, облака собирались, надо было ожидать бури. Часов в 11 я вернулся на берег. Шум ветра и порогов речки сливались в общий шум среди надвигавшейся тьмы ночи. Луна поднималась над озером. Горы оделись чарующей дымкой ночи. Подходя к веже, я испугал нашу хозяйку, она приняла меня за «старика» и испустила ужасный вопль и остановилась как вкопанная. Насилу ее успокоил»'.

Позже удалось обнаружить еще одного «старика» на соседних скалах. Проводник экспедиции, местная лопарка-охотница Анна Васильевна, рассказала легенду о происхождении белых контуров: «Давным-давно саамы воевали с чудью. Саамы победили и обратили чудь в бегство. Чудь ушла под землю, а два ее предводителя или полководца, доскакав до Сейдозера, на своих конях перепрыгнули через озеро и ударились о скалу противоположного берега, да так на веки и остались на скале.

— Только, — добавила Анна Васильевна, — вы туда не доберетесь, русский не должен видеть Сейд-озеро»19 20.

При тщательном обследовании окрестностей была обнаружена гигантская желтая колонна, напоминавшая свечу. Такие камни местные жители-лопари называли сейдами и поклонялись им как богам, смазывая жиром и кровью жертвенных животных. На заре каменные сейды напоминали горбунов-великанов. Это были мощные монументы исчезнувшей цивилизации чудь. 10 марта 1921 года Кондиайн сделал в своем астрономическом дневнике примечательную запись: «В одном из ущелий мы увидели загадочные вещи.

Рядом со снегом, там и сям пятнами лежавшим по склонам ущелья, виднелась желтовато-белая колонна вроде гигантской свечи, а рядом с ней кубический камень. На другой стороне горы с севера виднеется гигантская пещера на высоте сажень 200, а рядом нечто вроде склепа замурованного» *. Все эти странные сооружения аборигены приписывали мифическому народу чудь, в далекие времена ушедшему в подземные лабиринты Лапландии.

Вид каменной колонны производил незабываемое впечатление и вселял в людей безотчетный ужас. Завхоз экспедиции Пилипенко не выдержал и закричал, ощутив на себе приступы меряченья. Его едва удалось успокоить, но настроение у всех было настороженное и подавленное.

Впрочем, чудеса на этом не кончились. Экспедиция случайно наткнулась на культовые сооружения в районе Ловозера-Сейдозера. Здесь находилось несколько сопок, показавшихся путешественникам граненными искусственным способом и похожими на пирамиды.

Руководитель экспедиции Александр Варченко пристально изучал необычное заболевание меряченья21 22, особенно распространенное в районах «пирамид». Феномен проявлялся во время магических ритуалов с различными ритмическими действиями, но мог возникать спонтанно. В такие моменты люди начинали повторять движения друг друга и безоговорочно выполняли любую команду. Кроме того, по словам шаманов, человек в таком состоянии по приказу мог предсказывать будущее, а если ударить такого человека ножом, то он не причинит ему вреда.

Варченко провел опрос местных жителей, записывая предания и встречаясь с местными потомственными шаманами Даниловыми. Они умели впадать в состояние каталепсии и даже вызывали у себя летаргический сон.

За два года пребывания на Севере Варченко подробно изучил каменные пирамиды Лапландии. Само сооружение и район геомагнитной аномалии, где оно находилось, а также специфические феномены массовых психозов убедили ученого в существовании в этом районе в глубоком прошлом цивилизации, оставившей впечатляющий памятник практической магии. В лапландских шаманах-нойдах Варченко разглядел последних жрецов древней таинственной цивилизации, существовавшей некогда на севере и воздвигшей величественные мегалиты Лапландии. Обо всех своих догадках он рассказал по возвращении в Петроград коллегам из Института мозга и высшей нервной деятельности, сотрудником которого, как уже выше упоминалось, ученый стал в 1922 году. Его сообщение было положительно оценено академиком Бехтеревым. х

Эффект меряченья — эффект массового направленного психоза, связанные с ним феномены и возможность конструирования гипнотических аффектов привлекли к Варченко внимание самой могущественной силы в СССР— Спецотдела ВЧК/ОГПУ, во главе которого стоял Глеб Бокий.


ПОЯВЛЕНИЕ «ГОРБУНА» | Битва за Гималаи. НКВД. Магия и шпионаж | СЕКРЕТНАЯ МИССИЯ



Loading...