home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 28

– Давайте, девчонки, садитесь в машину. В мамину. Сейчас схожу попрощаюсь, и поедем. Скоро вернусь.

И Гэри Бейтман направился к дому, а обе его дочки уныло поплелись к машине Пенни. Гэри понимал, что они не хотят ехать на неделю к его матери, но выбора не было, и все из-за Пенни. Убить ее мало.

Гэри вошел в коридор, по пути бросив взгляд на зеркало. «Неплохо смотрюсь», – отметил Гэри, любуясь своими белоснежными зубами. Хорошо дантист поработал. Что и говорить, не заслужила Пенни такого мужа. Громко топая, Гэри стал подниматься по лестнице, выкрикивая имя жены.

– Пенни, я уезжаю!

Он открыл дверь спальни и сразу услышал доносившиеся с кровати приглушенные рыдания. Пенни лежала уткнувшись лицом в подушку.

– Как ты меня достала! Возьми наконец себя в руки! Сама виновата – не можешь вести себя по-человечески! Теперь придется везти девчонок к маме, чтобы не видели твоей физиономии. Что ж ты у меня такая дура-то, а?

– Я ничего не сделала, – проныла Пенни.

Господи, кто бы знал, как его бесит этот тон!

– Ничего не сделала! – передразнил Гэри. – Подумаешь, собралась идти к этой распроклятой Лео Харрис и выбалтывать ей все про нашу жизнь! И ты же еще не понимаешь, почему я разозлился! Тут даже твоих мозгов должно хватить! Ты хоть читала, что она пишет в этом своем блоге? Этой идиотке давно пора вправить мозги. Никуда ты не поедешь, поняла?

Гэри широкими шагами приблизился к кровати и, схватив Пенни за волосы, заставил поднять голову. Увидев на ее лице страх, с отвращением фыркнул и отпустил жену.

– Ничего ты ей не расскажешь. Уяснила? А теперь хватит реветь, вставай и одевайся. Отвезу девочек, потом отгоню «порше» в салон. Пора возвращать. Брал машину на три дня, а сегодня уже четвертый. Как будто у меня других проблем мало…

Гэри стоял, глядя на жену сверху вниз и сжимая кулаки от злости. Как же он от нее устал – словами не передать… Все-таки три бабы в доме – это перебор. Во всяком случае, если одна из них – Пенни.

– Все поняла? Если эта стерва Лео заявится с вопросами…

– Эй! Гэри, ты дома? – раздался голос из коридора.

Вот дерьмо. Надо было дверь закрыть. Гэри от всей души надеялся, что гость не услышал лишнего. Метнув на Пенни последний яростный взгляд, Гэри вышел на лестничную площадку, наклеив на лицо приветливую улыбку.

– Шон! Вот так сюрприз! Чем обязан?

Гэри спустился на первый этаж.

– Как Пенни? Видел в машине девочек. Говорят, мама заболела.

Гэри знаком пригласил Шона выйти из дома, чтобы Пенни не подслушала.

– Да ничего особенного, просто не в настроении. Сам знаешь, бабские заморочки. Вот и решил пока отправить девчонок к бабушке. Сказал, мама заразная, – усмехнулся Гэри. – Любой пустяк в трагедию превращают! А у тебя как жизнь?

Несколько секунд Шон угрюмо молчал, обычной задорной улыбки как не бывало. Той самой улыбки, от которой млели все женщины в деревне.

– По-старому. Хоть из дома беги. Будь у меня деньги, начал бы все сначала. Только я и дети.

– А что, хорошая мысль. Вот бы Пенни тоже новую жизнь начала. И детей забрала. – Гэри посмеялся над собственной шуткой. – Нет, я бы на твоем месте оставался женатым. Теперь ты для женщин герой, мученик, а они это обожают. Неплохой плюс к брутальному обаянию. По крайней мере, так утверждает мой источник…

– Пенни? – уточнил Шон.

– Издеваешься, что ли? Ну нет, приятель, Пенни, кроме меня, никого не замечает. А жаль… Совсем разгуляться не дает, если понимаешь, о чем я… – Гэри посмотрел по сторонам, проверяя, нет ли кого поблизости. – Ладно, хватит болтать. Рассказывай, что там со сделкой. С радостью наличными бы разжился, а то больно неохота этого красавца отдавать. – Гэри похлопал «порше» по капоту. – Если повезет, через месяц-два прикуплю точно такой же…

– Все идет по плану. Деньги на мой счет уже перевели. Правда, они еще не поступили. Надеюсь, завтра придут. Собственно, за этим я и пришел. Договорился в банке, чтобы все обналичили. Целый час допрашивали, выясняли, зачем мне такую сумму снимать. Наврал, будто материалов хочу купить. Вроде поверили. Завтра привезу сюда. Или хочешь в другом месте встретиться?

Гэри на некоторое время задумался. Пожалуй, лучше решать такие дела вне дома.

– Потом позвоню, договоримся. А когда обо всем этом официально объявят? Какие планы у твоего частного инвестора?

– По идее в субботу. Он сначала струсил, но я его уговорил, так что дело уладилось в лучшем виде. Он всю неделю будет здесь, бумаги подпишет в пятницу или в субботу – и деньги наши! Вообще-то там еще всякая бюрократическая канитель, так что формально сумма поступит в наше распоряжение через день-два, но по факту все наше – главное не тратить раньше времени.

Гэри прислонился к машине, закинув одну ногу на другую и скрестив руки на груди.

– Тратить раньше времени? Не такой я дурак, Шон. У Пенни, конечно, мозгов не хватит поинтересоваться, откуда у меня дорогие примочки, но люди-то все видят. Положу в свой страховой фонд, если понимаешь, на что я намекаю.

Гэри встал и оглянулся на дочек.

– Ну, мне пора. Давно уже в машине сидят. И так с утра надутые ходят – недовольны, что к бабушке отправляю.

Вдвоем они зашагали по дорожке.

– Когда вошел, ты что-то говорил про Лео, – произнес Шон. – Я вообще-то с ней незнаком, в субботу в первый раз увидел. Как она тебе?

– По мне, так этот лайф-коучинг – дерьмо собачье. Велел Пенни, чтоб и думать забыла. А сама Лео очень даже ничего… Я бы ей показал небо в алмазах – глядишь, все надменное самодовольство сразу рукой бы сняло. А ты что думаешь? Ты ведь у нас деревенский донжуан…

Шон рассмеялся:

– Сплетни даже обсуждать не желаю. А вообще, интересно – вроде сестра, а на Элли совсем не похожа…

– Ах, Элли! Такую женщину поискать… Во всех только хорошее видит. Заметил, как она целый час болтала с этим кретином Чарльзом? Терпение как у святой! Только этот тип рот откроет, сразу уши заткнуть хочется, лишь бы не слышать его перлов! А Элли сидит с таким видом, будто ничего увлекательнее в жизни не слышала! Вот это человек… Ладно, хватит по чужим женам вздыхать. Ну, я пошел. Завтра позвоню, Шон.

Вскинув руку в знак прощания, Гэри направился к машине Пенни, размышляя о женщинах и о том, как они вечно умудряются все запутать. Впрочем, Пенни на место поставить – это ему как нечего делать. А вот она — совсем другое дело. Гэри надоело ждать. Похоже, она решила с ним поиграть, и Гэри это не нравилось. Совсем не нравилось.


Столь элегантную, яркую особу, как Фиона Аткинсон, не заметить было невозможно, особенно на деревенской улице. Лео решила – раз жара спала, можно пообедать и на свежем воздухе. Из летнего кафе возле бара она отлично видела, как прохожие оглядываются на Фиону. Малиновое платье – простое, но с эффектным вырезом – уже само по себе привлекало внимание. Дополняла наряд черная соломенная шляпа с широкими полями и огромные солнечные очки. Казалось, Фиона собралась обедать в Париже, а не в Литтл-Мелем.

– Лео, я не опоздала? – прочирикала Фиона. – Видишь ли, после тренировки в фитнес-клубе решила зайти еще и на массаж. Это было так божественно, что совсем забыла о времени.

Лео улыбнулась. Хотя Элли думала, что она считает Фиону заклятым врагом, эта женщина казалась ей довольно забавной. К тому же обоим нравилось подкалывать друг друга. Тем более что всерьез ни одна, ни другая не обижалась. В детстве Лео не особенно обращала внимания на Фиону, помнила только, что та все время ходила в поношенной одежде. Они с Элли дружили, но мать запрещала дочери приглашать подруг домой. С тех пор как Фиона переехала обратно в деревню, Лео несколько раз виделась с ней в старом доме Элли. Привычка Фионы строить из себя светскую даму казалась Лео занятным и вполне безобидным чудачеством.

Чтобы скрасить ожидание, Лео заказала бокал вина, который принесли сразу после того, как Фиона села.

– Извини, что начала без тебя. Думала, вдруг ты еще долго не придешь? Мне заказать целую бутылку или хочешь чего-то другого? – спросила Лео.

– Пожалуйста, стакан «Сан-Пеллегрино». У меня правило – на буднях не пью. Приходится следить за внешностью. – И Фиона рассмеялась, всем своим видом призывая собеседницу восхититься результатами.

– Приходится? То есть ты воспринимаешь заботу о своей внешности как обязанность? – уточнила Лео.

– Обязанность?.. Ради бога, Лео, не надо включать лайф-коуча. Понимаю, к чему ты клонишь. Хочешь узнать, почему я всегда должна смотреться на миллион, угадала?

Молча улыбаясь, Лео ждала ответа.

– Хочу всегда выглядеть безупречно. Нельзя допустить, чтобы Чарльз меня стыдился. А еще мне нравится поддерживать и себя, и дом в идеальном порядке, чтобы все были довольны и счастливы. Согласись, мне это удается. По крайней мере, Чарльз не жалуется.

Чарльз. Одно упоминание его имени вернуло Лео с небес на землю. Как прикажете расслабиться, сидя в кафе и весело болтая, когда за каждым углом скрываются темные секреты?

– То есть ты считаешь, что идеальная фигура, красивая одежда и роскошно обставленный дом гарантируют семейное счастье? – невозмутимо спросила Лео, стараясь не выдать своего состояния.

– Слушай, давай уже закажем чего-нибудь поесть. Если ты меня вызвала на допрос, подкрепиться не мешает. Раз такое дело, нарушу свое правило и выпью чего-нибудь слабоалкогольного. Скажем, «Пино Гриджио».

Следующие пять минут Лео и Фиона изучали меню, хотя Лео не сомневалась, что в конце концов она закажет пару салатных листьев и этим ограничится. Лео хотелось расспросить про Чарльза, вдобавок сплетницы в гастрономе обмолвились, что история Фионы не так проста, как кажется. Впрочем, Фиона права. Устраивать допрос с пристрастием – это не вариант. Сделав заказ, они откинулись на спинки стульев и стали потягивать вино.

– Кстати, о роскошных домах. Где теперь живешь? Если не ошибаюсь, на дальнем краю деревни?

– Да. В полумиле отсюда. – Фиона рассеянно махнула рукой, указывая направление. – Конечно, особняк великоват для двоих, но время от времени мы устраиваем приемы. Сама понимаешь, это необходимо для карьеры Чарльза. С одной стороны окна выходят на поля. Вид просто великолепный! Собираемся построить там оранжерею. Согласись, идеальное дополнение!

Лео едва удержалась, чтобы не съязвить. Иногда Фиона сама напрашивалась – после ее самодовольных речей язвительные замечания так и просились на язык.

– Разумеется, сначала необходимо продумать дизайн. Нам ведь не нужна уродливая продолговатая коробка вдоль задней стены, – продолжила Фиона. – Потом нужно составить список растений и получить разрешение на строительство. Впрочем, не думаю, что с этим возникнут проблемы. Надеюсь, работать над нашей оранжереей будет тот же красавчик, который перестраивал дом Элли. При случае обсудила с ним этот вопрос, он все рассчитал и думает, что сумеет осуществить мой проект. Уверена, бюрократы не будут чинить препоны.

– Тебе что, нравится Шон? Нет, такие мужчины не в моем вкусе, – прокомментировала Лео, когда перед ней поставили салат с копченой курицей и беконом.

Фиона усмехнулась:

– Значит, вкус на мужчин у тебя все-таки есть. А я всегда думала, ты такая же, как я, – равнодушная к мужским чарам. Правда, в последнее время я решила, что ситуацию пора менять. А у тебя как дела на этом фронте? Неужели ни один красавчик до сих пор не вскружил голову?

Фиона жестом велела официанту налить еще вина. Видимо, Фиона человек крайностей – или не пить совсем, или пить, но как следует. Кстати, о чем это она говорила? Какую такую ситуацию Фиона собралась менять?

– Ты меня знаешь. Меня воспитал мужчина, который наглядно показал, как они все рассуждают, – ответила Лео. – Думают только о себе. Во всяком случае, других не встречала. Не знаю, помнишь ли ты нашего отца. Вообще-то собираюсь провести расследование и выяснить, что с ним случилось, а то Элли превратила его в рыцаря без страха и упрека. Пока не узнает, что произошло, не успокоится.

Фиона принялась как-то слишком сосредоточенно выуживать крошечный кусочек панциря из крабового салата.

– По-моему, Лео, в некоторых делах лучше лишний раз не копаться, а то можно такое осиное гнездо разворошить, что сама не рада будешь.

Наконец Фиона выудила то, что искала, и положила на блюдечко.

– Да, насчет нашего отца ты, пожалуй, права, – согласилась Лео. – Нет, я верю, что где-то есть хорошие мужчины, но боже мой, как же их мало! Впрочем, Чарльз, кажется, парень надежный и уравновешенный… Если не считать того скандального признания в субботу. Ты что, совсем не расстроилась?

Фиона, как всегда, мелодично рассмеялась, хотя Лео ее смех показался несколько искусственным.

– Скорее рассердилась. Не понимаю, что на него нашло. Да Чарльз скорее в костюме банана с тарзанки прыгнет, чем любовницу заведет!

Представив эту картину, Лео чуть вином не подавилась.

– Ну ты сказала! И как тебе такое только в голову пришло – про банан и тарзанку? – расхохоталась Лео.

Фиона же оставалась удивительно серьезной.

– Сама не знаю. Просто назвала самое нелепое, что сумела вообразить. Ну, после романа Чарльза.

– Он хоть извинился потом? Должен был, особенно если это неправда, – произнесла Лео.

– Заявил, что я его довела. Кривлялась, будто продажная женщина. Это Чарльз так сказал. Не знаю, мне казалось, что я просто развлекаюсь. Вечер-то получился не особо веселый. Чарльз думал, что у меня от потрясения язык отнимется. Зря надеялся. Знаю, Лео, ты считаешь, что Чарльз – нудный старый пердун. В чем-то ты, конечно, права, но у него и хороших качеств хватает.

– Даже не сомневаюсь. И вообще, главное, чтобы тебе все нравилось.

Лео внимательно следила за выражением лица Фионы. Казалось, та вела себя как обычно. Не похоже было, чтобы Фиону что-то тревожило – и особенно супружеская неверность Чарльза.

– Согласись, не всякий перебрался бы сюда ради жены. Одна дорога до работы чего стоит! Приезжает только на выходные, так что почти всю неделю дом – и спальня – в моем полном единоличном распоряжении.

Лео сосредоточилась на вкусном салате. Главное – сохранять невозмутимость. Она отпила глоток воды.

– Только на выходные, говоришь? Мог бы приезжать в пятницу вечером, сразу после работы, – как будто безо всякой задней мысли проговорила Лео.

– Когда только переехали, Чарльз так и делал, но недавно пожаловался, что это слишком тяжело. Мол, после работы хочется вернуться в свою квартиру, отдохнуть как следует и только потом ехать. Я не против, лишь бы ему было удобно.

Лео промолчала. Если в пятницу вечером Чарльз был в Лондоне, а не в Литтл-Мелем, зачем же его вызывали в полицию? Интересно, Фиона в курсе?

– А на этой неделе Чарльз зачем-то решил взять отгул, – озадаченно нахмурившись, прибавила Фиона. – Не пойму, что ему в голову взбрело. А сам шатается по дому со скучающим видом, будто ждет, что я его сейчас развлекать начну. Ну уж нет, у меня свои планы. Если мне надо уйти, я уйду, и пусть сам себе занятие ищет. Непонятно с чего возомнил, будто в субботу я сильно расстроилась и теперь буду благодарна, что он рядом. Вот уж не понимаю, откуда взялась такая фантазия.

– Когда ты вчера пришла в магазин, местные взахлеб обсуждали несчастный случай на проселочной дороге. Прямо-таки неприлично оживились, – начала Лео, тщательно подбирая слова. – Сама знаешь, каково живется в деревне. Без сплетен народ со скуки бы помер.

– Верно. Меня, например, постоянно обсуждают. Но про аварию ничего не слышала. Ты, наверное, знаешь больше меня, ведь Элли работает в больнице, а Макс и Пэт знакомы с этой девочкой по школе. Не говоря уже про вашего обаятельного соседа-полицейского. Вот я и подумала – если кто-то и осведомлен лучше других, так это ты.

Лео покачала головой. Нет, Фиона определенно не в курсе. К тому же она явно не ожидала, что Чарльз решит остаться в Чешире на всю неделю. И правда, зачем? Лео искренне беспокоилась за Фиону и не сразу заметила, что та внимательно смотрит на нее в ожидании ответа.

– Элли говорит, что Эбби до сих пор в коме. Бедная девочка. От Пэта ни ответа ни привета, а обаятельный, как ты выразилась, полицейский сейчас вообще в полиции не работает. А если бы и работал, вряд ли стал бы делиться служебными тайнами. Я так поняла, полиция опрашивает всех, чьи машины зафиксировали камеры в ночь с пятницы на субботу.

Фиона подняла взгляд от тарелки и, чуть прищурившись, посмотрела на Лео. «Пытается понять, много ли мне известно», – подумала та. Откинувшись на спинку стула, она постаралась принять самый непринужденный вид.

Фиона положила нож и вилку на тарелку.

– С радостью бы помогла, но, к сожалению, нечем. Сидела дома в гордом одиночестве, из компании – только телевизор и бутылка вина. И не пытайся меня подловить: вечер и ночь пятницы – это начало выходных, так что пить в это время разрешается.

Лео хотела было спросить, под каким предлогом она исключила из антиалкогольного правила вторник, но тут у Фионы зазвонил телефон. Взглянув на дисплей, та произнесла:

– Извини, обязательно надо ответить. Привет, – промурлыкала она в трубку. – Прости, сейчас не могу говорить. Обедаю с подругой. – Потом помолчала. – Нет, к сожалению, не получится. Эта неделя отпадает. Чарльз решил остаться в Чешире. Может, на следующей? Извини. Да, – Фиона оглянулась на Лео, – у меня тоже были другие планы, но ничего не поделаешь. – Фиона выслушала ответ, и, когда снова заговорила, в голосе послышались жесткие нотки. – К сожалению, от меня это не зависит. Придется подождать. Я позвоню. – И Фиона дала отбой. – Извини, Лео. Приятельница хотела повидаться, но теперь встреча откладывается.

А ведь только сейчас Фиона весьма категорично утверждала, что не собирается менять планы из-за Чарльза. И эта игривая интонация…

Лео решила, что пора обсудить что-нибудь более безобидное. В ожидании кофе они обсудили чудесное преображение фермы «Ивы», а потом разговор неизбежно перешел на самую животрепещущую тему – Пэт, Джорджия и Мими. А когда кофе наконец подали, речь снова зашла о делах Фионы.

– Ты ведь так и не сказала, почему решила вернуться в деревню, – произнесла Лео. – А ведь уже несколько лет здесь живешь. Почему именно Литтл-Мелем, когда можно было выбрать любое место в стране?

Фиона рассеянно помешивала кофе. Она явно обдумывала ответ.

– Знаешь, Лео, на самом деле мы с тобой очень похожи. Понимаю, что ты так не думаешь, но мы обе все время что-то доказываем – и другим, и себе. Ты, наверное, помнишь, что я из нищей части деревни. Отец вообще не работал, мать была уборщицей. Нет, ты представляешь? Уборщицей! Все глядели на нас свысока, вот мне и захотелось устроить триумфальное возвращение и показать, какой я теперь стала, чего добилась. Не хочу, чтобы меня запомнили как нищую девицу из неблагополучной семьи.

Фиона отпила маленький глоточек горячего кофе, но Лео чувствовала, что под маской внешнего спокойствия скрывается затаенная боль. Фиона держала голову высоко, но украдкой водила пальцами по руке, словно утешая саму себя.

– Очень жаль, что ты оценивала себя только с этой стороны, – ответила Лео. – Уверена, для Элли ты всегда была просто хорошей подругой. А работать уборщицей – достойный, честный труд. Что бы мы без них делали? По-моему, тебе совершенно нечего доказывать.

Фиона осторожно опустила чашку на блюдце, стараясь не смотреть Лео в глаза.

– Тебе легко говорить. Когда уезжала из Литтл-Мелем, сердце у меня было разбито, а деревенские в каких только грехах меня не подозревали. Вот и хотелось вернуться королевой.

Лео наклонилась к Фионе:

– Прости. Не хотела портить тебе настроение.

– Ты и не испортила. Но есть у тебя одна черта, Лео, – вытягиваешь из людей информацию так, что бедняги и опомниться не успевают. Если честно, не очень-то приятно.

Лео поняла, что задела Фиону за живое, но у нее хватило ума вовремя закрыть тему. Она попыталась вспомнить, что сестра говорила о подруге в субботу, – Элли упомянула, что Лео не все знает о Фионе, но разглашать чужой секрет не захотела. Только вчера Лео стало известно, что, оказывается, Фиона покинула деревню не просто так. Но сейчас расспросы лучше прекратить.

– Вот что бы сейчас не помешало, – проговорила Фиона, – так это выпить еще кофе. И сменить тему.

Лео обернулась, высматривая официантку.

– Вот черт… Зачем притащился? – пробормотала Фиона, когда на их столик упала тень.

Лео обернулась.

– Добрый день, дамы. Позволите присоединиться?

– Не позволим, – отрезала Фиона. – Ты что тут забыл? Следишь за мной, что ли?

Чарльз, как всегда, игнорировал грубость жены, а Лео пыталась понять, чем вызвано его внезапное появление. Чарльз придвинул стул от соседнего столика и сел.

– Случайно шел мимо и вспомнил, что ты сегодня обедаешь с Лео. Вот и решил угостить вас кофе. О чем беседуете?

– Тебе неинтересно, – парировала Фиона. – Для этого женщины и устраивают девичники – чтобы не обсуждать за обедом проклятую экономику.

– Понял, понял. Все понял. Наряды, макияж… Прошу вас, продолжайте. Не обращайте на меня внимания.

Фиона бросила на мужа сердитый взгляд, и Лео поняла, что больше ничего любопытного выведать не удастся. Но, собрав воедино обрывки ценной информации, она пришла только к одному возможному выводу: Чарльз не единственный, кому есть что скрывать.


Глава 27 | Путь обмана | Глава 29