home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XXIII

Примирение

– Стив, я хочу вас попросить рассказать мне кое-что, – сказала Роза Франту, любовавшемуся на себя в зеркало в ожидании ответа от тетушки Изобилие на письмо, принесенное им от матери.

– Может быть, расскажу, а может быть, и нет. В чем дело?

– Не поссорились ли Арчи и Принц между собой?

– Между нами, мальчиками, часто случаются маленькие ссоры, как вы знаете! Что это такое с моим правым глазом? – и Стив погрузился в созерцание своих ресниц.

– Нет, я хочу знать все подробно. Уверена, что есть что-то более серьезное, чем маленькая ссора. Пожалуйста, милый Стив, расскажите мне!

– Ужасно неловко! Неужели вы хотите, чтобы я вам передал все? Ведь это будет сплетня! – проворчал Стив, поправляя галстук, как всегда делал, когда попадал в затруднительное положение.

– Да, хочу, – ответила Роза решительно, так как видела по поведению кузена, что ее подозрение было небезосновательным. Она хотела во что бы то ни стало узнать от него этот секрет. – Я не хочу, конечно, чтобы вы рассказывали эту историю всем и каждому, но мне позволительно знать, я имею на это право. За вами, мальчиками, непременно должен кто-то присматривать, и я беру эту обязанность на себя. Девочки, как известно, умеют примирять и знают, как обращаться с людьми. Так говорит дядя, а он никогда не ошибается.

Стив готов был согласиться с тем, что она должна присматривать за ними, как вдруг ему пришла в голову мысль, как он может одновременно и угодить Розе, и извлечь пользу для себя.

– Что вы мне дадите, если я расскажу вам все? – поинтересовался он, и щеки его покрылись румянцем, а в глазах блеснуло какое-то смущение, потому что он сам несколько стыдился своего предложения.

– А что вы хотите? – спросила Роза, удивленная вопросом.

– Мне нужно занять несколько долларов. Я не стал бы просить их у вас, но у Мэка теперь совсем нет денег. С тех пор, как он завел химическую лабораторию. Там он когда-нибудь сам разложится на части, а вы и дядя будете иметь удовольствие собрать его заново, – и Стив рассмеялся этой мысли.

– Я с удовольствием дам вам денег, только расскажите мне все.

Успокоенный этим обещанием, Стив опять поправил галстук и принялся рассказывать.

– Пожалуй, я согласен с вами, что вы должны все знать. Только не говорите мальчикам, что я вам рассказал, не то Принц оторвет мне голову. Видите ли, в чем дело, Арчи не любит некоторых мальчиков, с которыми Чарли дружит. Это бесит Принца, и он нарочно продолжает с ними общаться, чтоб позлить Арчи. Вот они и не разговаривают друг с другом.

– А это дурные мальчики? – забеспокоилась Роза.

– Нет, не думаю, только они очень шустрые. Они старше наших братьев и любят Принца за то, что он такой красивый, хорошо поет, танцует и играет в разные игры. Чарли выиграл партию на бильярде у Жоржа. А это чего-нибудь да стоит, потому что Жорж воображает, будто он все знает и умеет лучше других. Я был при этой игре, и это было очень забавно.

Стив с большим воодушевлением говорил о достоинствах Чарли. Он всегда восхищался братом и старался подражать ему. Роза не представляла себе всей опасности, которой подобная дружба могла грозить Чарли, но инстинктивно чувствовала, что тут что-то неладно, если Арчи не одобряет этого знакомства.

– Если нашему Принцу нравится какой-нибудь мальчик, который играет на бильярде, больше, чем Арчи, то я не очень высокого мнения о его уме, – сказала она строго.

– Конечно нет, но, видите ли, Чарли и Арчи оба горды до невероятности, и ни один не хочет уступить. Я думаю, что Арчи прав, но я не могу бранить Чарли, потому что, знаете, иногда хочется побыть в компании веселых товарищей, – Стив покачал головой, а глаза его заблестели при мысли о приятном обществе.

– Ах, Боже мой! – сказала Роза со вздохом. – Право, не знаю, что я могу сделать, но надо, чтобы мальчики помирились. С Чарли никогда не случится ничего дурного, если он будет дружить с Арчи. Арчи такой хороший и умный.

– В том-то и дело, что Арчи всем читает нотации, а Принц не хочет его слушать. Он назвал Арчи педантом, а тот сказал, что Чарли не джентльмен. Господи! Они оба точно с ума посходили. Была минута, когда я думал, что они подерутся. Да, пожалуй, это было бы и лучше, чем дуться друг на друга столько времени. Мэк и я всегда решаем свои ссоры схваткой, а потом опять все идет как по маслу.

Роза не могла удержаться от смеха, когда Стив начал комкать диванную подушку, чтобы наглядно продемонстрировать Розе свои слова. Он несколько раз сильно ударил по подушке и снисходительно улыбнулся Розе, как бы сожалея, что она, по своему женскому невежеству, не знает, как мужчины решают споры.

– Какие смешные эти мальчики! – заметила Роза со смешанным выражением тревоги и удивления на лице. И эти слова Стив принял за комплимент сильному полу.

– Мы очень изобретательны, мисс, и вы не можете обойтись без нас, – ответил он, задирая нос. А потом, вспомнив о деле, прибавил: – А как насчет денег, которые вы мне обещали? Я вам все рассказал.

– Конечно, я дам. Сколько вам надо? – Роза вынула свой кошелек.

– Не могли бы вы дать мне пять долларов? Мне надо уплатить долг чести, – и Стив принял очень озабоченный вид.

– Разве не все долги – долги чести? – спросила Роза самым невинным тоном.

– Да, конечно, но это – пари, которое я проиграл и должен уплатить долг немедленно, – начал Стив, путаясь в словах.

– Ах, как дурно заключать пари! Я знаю, что это было бы очень неприятно вашему отцу. Обещайте, что вы не будете больше этого делать. Пожалуйста, обещайте! – и Роза крепко сжала руку, в которую положила деньги.

– Хорошо, я не буду. Если б вы знали, как это меня беспокоило. Очень вам благодарен, кузина, теперь я спокоен, – и Стив поспешно удалился.

Решив помирить кузенов, Роза искала удобного случая, который не замедлил представиться.

Она была в гостях у тетушки Клары, которая пригласила к себе на обед нескольких молодых гостей и желала, чтобы принимала их Роза, так как находила, что ее застенчивой племяннице пора уже появляться в обществе. Обед закончился, и все гости разъехались. Тетя Клара пошла отдохнуть, прежде чем ехать на какой-то вечер, а Роза ожидала Чарли, он должен был проводить ее домой.

Она сидела одна в изящной гостиной, чувствуя себя особенно красивой и хорошо одетой. На ней было ее лучшее платье, на голове красовалось модное украшение – золотистое бандо[27], которое ей только что подарила тетушка, а на груди приколота чайная роза, как у мисс Ван Тессэл, которой все восхищались. Роза удобно устроилась в большом кресле и любовалась своими новыми туфлями с пряжками, похожими на георгины. Тут вошел Чарли, и, судя по его походке и заспанному виду, Роза предположила, что он очень устал. Увидев ее, он сказал с улыбкой, которая превратилась в зевок:

– Я думал, что вы с мамой, и немного подремал после того, как проводил девочек домой. Теперь я к вашим услугам, Роза.

– Кажется, у вас болит голова. Если это так, то не беспокойтесь обо мне, я не боюсь идти домой одна, ведь еще рано, – ответила Роза, заметив, что щеки ее двоюродного брата горели, а глаза были совсем сонными.

– Нет, я этого не допущу. От шампанского у меня всегда болит голова, но на воздухе мне будет лучше.

– Зачем же вы его пьете? – спросила Роза с беспокойством.

– Не могу не пить, я же хозяин. Ну, пожалуйста, не начинайте вашей проповеди. Я много выслушал этих старомодных речей от Арчи, и с меня довольно.

Чарли говорил все это сердитым тоном и вообще держался совсем не так, как обычно – просто и весело. Роза отметила это про себя и сказала мягко:

– Я не буду проповедовать, но скажу только, что когда один человек любит другого, то ему тяжело видеть этого другого страдающим.

Эти слова несколько образумили Чарли, тем более что губы Розы дрожали, хотя она старалась скрыть это, нюхая цветок, приколотый к ее груди.

– Я настоящий медведь, простите меня, Роза, – проговорил Чарли своим обычным откровенным тоном, который так располагал к нему окружающих.

– Я бы хотела, чтобы вы попросили прощения у Арчи и опять сделались добрыми друзьями. Вы никогда не бывали таким сердитым, когда были с ним дружны.

Чарли, наклонившийся было к Розе, мгновенно выпрямился, глаза его засверкали гневом, и он заметил высокомерно:

– Вам лучше не вмешиваться в дела, в которых ничего не понимаете, кузина.

– Нет, я понимаю, и меня очень беспокоит, что вы так холодны друг с другом. Я привыкла всегда видеть вас вместе, а теперь вы едва говорите с братом. Вы же сразу согласились просить у меня прощения, и я не понимаю, почему не хотите попросить его и у Арчи, когда вы не правы.

– Я прав!

Эти слова были произнесены так отрывисто и резко, что Роза вздрогнула, а Чарли прибавил более спокойно, хотя так же надменно:

– Джентльмен всегда должен просить извинения у леди, если он обошелся с нею невежливо, но мужчина не должен унижаться перед тем, кто его оскорбил.

«О, Боже мой! Каким он стал вспыльчивым!» – подумала Роза, и, желая рассмешить его, прибавила лукаво: – Я говорила не о мужчинах, а о мальчиках, и один из них – Принц, который должен служить хорошим примером своим подданным.

Но Чарли не улыбнулся и, решив переменить тему разговора, сказал с важностью, снимая серьгу со своей цепочки:

– Я нарушил свое слово и потому возвращаю вам серьгу. Вы свободны от нашего уговора. Мне очень жаль, но я нахожу, что мое обещание было очень глупым, и я не намерен его исполнять. Выберите себе пару серег, которые вам больше идут, – это мой штраф. Теперь вы имеете право их носить.

– Нет, я могу носить только одну, потому что Арчи сдержал свое слово, я в этом уверена, а одну сережку носить не принято!

Роза была так огорчена, осознав, что ее надежды рухнули, поэтому говорила резко и не хотела брать сережку у того, кто изменил своему слову.

Чарли пожал плечами и бросил серьгу ей на колени. Он старался казаться холодным и равнодушным, но это ему плохо удавалось, потому что он стыдился самого себя. Розе хотелось заплакать, но гордость не позволяла ей этого. Она была очень рассержена, и не слезы, а резкие слова принесли ей некоторое утешение. Бледная и взволнованная, она встала со стула, отбросила серьгу в сторону и, пытаясь сохранить спокойствие, проговорила голосом, дрожащим от гнева:

– Вы совсем не тот мальчик, каким я вас считала, и я вас больше не уважаю. Я старалась помочь вам быть хорошим человеком, но вам это не нужно, а я больше не буду и пытаться. Вы много говорите об обязанностях джентльмена. Но вы не джентльмен, потому что не сдержали своего слова, и я никогда более не буду вам верить. Я не хочу, чтобы вы провожали меня. Я охотнее пойду с Мэри. Прощайте!

Произнеся эту речь, Роза вышла из комнаты, оставив Чарли в глубоком изумлении. Она очень редко сердилась и потому, когда выходила из себя, производила сильное впечатление на мальчиков. Как правило, это бывала не простая вспышка ребяческого гнева, а неудовольствие, основанное на чем-нибудь серьезном.

Роза облегчила свою душу, поплакав немного, пока собиралась идти домой. Поспешно простившись с тетушкой Кларой, которую в эту минуту причесывал парикмахер, она отправилась искать служанку Мэри. Но та куда-то вышла, равно как и лакей, и Роза выскользнула за дверь, радуясь, что избежала помощи Чарли.

Но она ошиблась. Едва за ней затворилась дверь, как послышались знакомые шаги и Принц догнал ее. От его вежливого и покорного тона гнев Розы исчез, как по волшебству:

– Можете не говорить со мной, если вам не угодно, но я хочу убедиться, что вы благополучно дошли домой, кузина!

Она обернулась, протянула мальчику руку и сказала с жаром:

– Я была слишком резка, пожалуйста, простите меня, и будем опять друзьями.

Эти несколько слов принесли Чарли более пользы, чем дюжина проповедей о прелести прощения, потому что они показали ему, как утешительно сознаваться в своих ошибках, и что Роза применила к делу свои проповеди.

Он крепко пожал протянутую ладонь, потом взял Розу под руку и сказал, как бы желая снова заслужить ее хорошее отношение, потеря которого была для него непереносима:

– Посмотрите, Роза, я вернул серьгу на прежнее место и теперь снова попытаюсь бросить курить. Если бы вы знали, как трудно держать слово, когда над тобой смеются.

– Да, я знаю! Ариадна высмеивает меня при каждом удобном случае за то, что я не надеваю серег. И это после того, как я долго не решалась проколоть уши!

– Нет, это еще ничего, но каково удерживаться, когда мне говорят, что я пришит к женскому переднику, и тому подобные глупости, – вздохнул Чарли.

– Я думала, что у вас достаточно силы воли. Тем более что мальчики полагают, что вы самый храбрый из всех братьев, – сказала Роза.

– Да, это на самом деле так. В некоторых случаях. Но я не могу переносить, когда надо мною смеются.

– Это трудно, но если вы сознаете, что вы правы, разве это вам не помогает?

– Мне нет. Может быть, это поддерживает таких благонравных людей, как Арчи.

– Пожалуйста, не отзывайтесь о нем так. Я уверена, что у него больше нравственного мужества, а у вас физического. Дядя объяснил мне эту разницу: нравственное всегда выше, хотя и не кажется таковым, – сказала Роза.

Чарли не понравилось это замечание, и он заметил поспешно:

– Я не думаю, чтобы он устоял, если б его окружали такие же люди, как меня.

– Может быть, потому-то он и не общается с ними? И хочет, чтобы и вы держались от них подальше?

Роза намеренно перевела разговор на эту тему. Чарли понял ее мысль, но не рассердился. По странному стечению обстоятельств, в темноте он видел вещи в более ясном свете, и ему легче было откровенничать с кузиной.

– Если б он был моим родным братом, то имел бы право командовать, – начал Чарли обиженным тоном.

– Как бы я этого желала! – воскликнула Роза.

– И я тоже, – ответил Чарли, и оба рассмеялись.

Смех хорошо подействовал на мальчика, и, когда он снова заговорил, в его голосе слышалась задумчивость, а не самоуверенность.

– Видите ли, мне очень тяжело, у меня нет ни братьев, ни сестер. Другие гораздо счастливее, потому что не должны ходить за советами, когда они им нужны. А я один-одинешенек, и был бы рад даже маленькой сестренке.

Эта фраза прозвучала очень трогательно, хотя слово «даже» делало ее непохожей на комплимент. И Роза произнесла застенчиво и серьезно, чем окончательно покорила кузена:

– Хотите, я буду вашей маленькой сестренкой? Знаю, что я глупая, но это лучше, чем ничего. И я все буду делать для вас с любовью.

– Я тоже! И все пойдет отлично. Но почему вы называете себя глупой, моя дорогая? Мы все считаем, что вы очень умненькая девочка, и я горжусь, что у меня такая сестра, – и Чарли посмотрел на кудрявую головку с выражением искренней любви.

Роза подпрыгнула от удовольствия и, положив руку на его плечо, сказала со счастливой улыбкой:

– Это так мило с вашей стороны. Теперь вы больше не будете одиноки. Я постараюсь занять место Арчи, пока вы не помиритесь с ним, потому что уверена, что он не будет противиться, как только вы выкажете малейшее желание помириться.

– Да, пока я был дружен с ним, то не сожалел, что у меня нет братьев и сестер. Но с тех пор как он меня бросил, я чувствую себя столь же одиноким, как Робинзон Крузо, пока Пятница не вернулся к нему.

Этот порыв откровенности убедил Розу в том, что ей нетрудно будет возвратить Чарли его наставника и брата; но она не сказала ничего более. Они расстались как самые лучшие друзья, и Принц пошел домой, размышляя о том, как странно, что мужчина иногда, не задумываясь, доверяет девушке или женщине то, чего он никогда не открыл бы мужчине.

Роза, ложась спать, тоже много размышляла по этому поводу и пришла к убеждению, что на свете много странных вещей и что она уже начинает понимать некоторые из них.

На другой день она пошла к тетушке Джесси, чтобы увидеться с Арчи, и пересказала ему то, что сочла нужным, из своего разговора с Чарли и просила все позабыть и простить его.

– Я уже думал, что мне следует сделать первый шаг к примирению, хотя я и прав. Я люблю Чарли и нахожу, что он самый добродушный мальчик на свете. Но он не умеет говорить «нет», и потому с ним может случиться беда, если он не будет осторожен, – сказал Арчи своим спокойным и мягким голосом. – Когда отец вернулся домой, я старался побольше бывать с ним, а в это время Чарли сошелся с людьми, которые мне не нравятся. Они слоняются без дела, совершают глупые поступки и думают, что это доказывает их мужественность. Льстят ему и заставляют делать разные дурные вещи: играть на деньги, держать пари. Меня возмущает, что Принц сошелся с бездельниками, я хотел остановить его, но принялся за дело не так, как следовало, и мы поссорились.

– Чарли готов помириться с вами, если вы не будете много говорить об этом. Он уже сознался мне, что был неправ, но я не думаю, что он признается в этом вам, – заметила Роза.

– Это меня как раз и не волнует, я лишь хочу, чтобы он бросил эту компанию и стал таким же, каким был прежде. Я смогу промолчать. Я боюсь, что он должен этим людям денег и не может порвать с ними, пока не выплатит долг. Хотелось бы думать, что больших долгов у него нет, но я боюсь спросить об этом. Может быть, Стив знает. Он, к сожалению, всегда бывает с Принцем, – проговорил Арчи с беспокойством.

– Я думаю, Стив знает; он что-то говорил о долгах чести в тот день, как я дала ему… – тут Роза запнулась и покраснела.

Но Арчи заставил ее сию же минуту рассказать все. Никто не смеет ослушаться предводителя, и Роза сдалась. Он насильно положил ей в карман пять долларов и решительно произнес:

– Никогда не делайте этого больше. Пошлите Стива ко мне, если он боится пойти к отцу. Чарли не таков, он никогда не займет у девочки ни пенни; но пример его вреден для Стива, который его обожает и подражает во всем. Не говорите никому ни слова. Я все устрою, и вас никто не будет бранить.

– Ох, я всегда причиняю всем беспокойство, вместо того чтобы помочь, – вздохнула Роза, очень огорченная тем, что проболталась. Арчи успокоил ее, сказав, что всегда следует говорить правду, и утешил обещанием заключить мир с Чарли так скоро, как только возможно.

Он сдержал свое слово. В тот же день после обеда, выглянув случайно в окно, Роза увидела приятное зрелище. Арчи и Принц шли по аллее рука об руку, как в былые времена. Они говорили без умолку, как бы желая наговориться за то время, что были в ссоре. Роза бросила свою работу, побежала к двери, широко распахнула ее и встала на пороге, улыбаясь такой счастливой улыбкой, что лица мальчиков просияли в ответ, и они подбежали к ней.

– Вот наш маленький миротворец, – сказал Арчи и крепко пожал ей руку.

А Чарли прибавил, посмотрев на Розу так, что она почувствовала себя гордой и счастливой:

– И моя маленькая сестренка.


Глава XXII Чем бы заняться? | Юность Розы (сборник) | Глава XХIV Выбор