home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 20

В воскресенье вечером, когда поезд въехал на станцию Сент-Панкрас в Лондоне, Питер, Мэгги и дети вернулись из парижской сказки. Питер был заботлив и щедр к ним все выходные. Они не строили планы на ужин в этот вечер потому, что перекусили в поезде. И в такси по дороге домой Питер сказал, что, по его мнению, они должны так же проводить каждые выходные. Пусть и в разных городах мира, но вместе. Он подшучивал над ними, но всем действительно было весело. Они так много времени потратили, осматривая Маре в воскресенье днем, что чуть не опоздали на поезд, и должны были спешить, чтобы успеть вскочить в последний вагон.

На обратном пути они сыграли несколько шумных партий в карты. Питер был компанейский человек, и Мэгги тоже. Она сказала, что давно так много не смеялась. Она забыла, как это – чувствовать себя легкой и беззаботной.

Сначала они завезли домой Мэгги и Лизу, потом Питер подбросил домой Билла и только потом поехал к себе домой. Не успел он отворить дверь, как раздался телефонный звонок. Мэгги не удержалась и набрала его номер.

– Я не знаю, дорогой Питер, как отблагодарить тебя за такой замечательный уик-энд. Нам очень понравилось!

– Мне тоже, – сказал он великодушно то, что думал на самом деле. – У тебя замечательные дети.

– У тебя тоже, – признала она чистосердечно. Она любила его мальчиков, и они действительно были такие же славные, как их отец.

– Это потому, что все мы такие замечательные люди, – подшутил он над ней. – На самом деле я рад, что тебе было весело. Мы должны повторить этот удачный эксперимент. Кстати, я пытаюсь организовать лыжную прогулку для моих парней. Может быть, вам троим следует поехать с нами. Мы превратим это в семейный отдых. – Активный отдых был всем необходим как воздух. Им всем надо было немного развеяться перед тем, как начнется суд, который был запланирован на начало января.

– Ты же знаешь, какая я спортивная! Питер, я не катаюсь на лыжах, – сказала она, смущенно.

– Представь себе, я тоже. Выбил коленные чашечки, играя в колледже в футбол. Так, храбрюсь перед сыновьями, чтобы не прослыть развалиной. Я, собственно, чувак, который предпочитает проводить время у камина со стаканчиком горячего пунша. Составишь компанию? Мы можем играть в карты в кафешке на склоне. – Ей пришлось признать, что идея хорошая. Они были сейчас друг для друга семьей, где царила дружеская атмосфера. Именно в этом они оба сейчас нуждались.

– Я дам вам знать, как только придумаю, куда именно направляемся. Думаю, Швейцария или Франция.

– Билл обалдеет. Он заядлый лыжник.

– Мои парни тоже. Я что-нибудь придумаю. Мы можем обсудить это, когда они приедут на День благодарения. Кстати, хотите провести время с нами? Здесь этот день не отмечают, так что нам придется организовать его самим.

– Я тоже про это думала. – У них не было здесь друзей, хотя Лиза общалась с американцами в школе. – Почему бы не устроить вечеринку у себя дома? Мы с Лизой можем приготовить еду.

– Это хорошо. В противном случае снова закажем китайскую или индийскую кухню. Мальчики, вероятно, будут немного расстроены, но поедят лапшу и успокоятся.

– О, не говори ерунды! Предоставь девочкам шанс о вас позаботиться, – радостно вызвалась Мэгги. – В любом случае, спасибо за фантастический уик-энд в Париже.

На следующий день она послала ему две очень хорошие бутылки Бордо в знак благодарности, и он позвонил, чтобы отругать ее.

– Не делай так больше! Мы ведь одна семья.

– Ты что, шутишь? Мы оторвались по полной! Не обижай нас, позволь отблагодарить, это очень приятно. – Он всюду угощал их и даже оплатил билеты на поезд. Он их баловал. – Ты очень хорошо к нам относишься, Питер, – любезно сказала она.

– Мы хорошо относимся друг к другу, Мэгги, – сказал он мягко. – В этом и заключается жизнь. – Они оба были хорошие люди. Он был прав. Им обоим крепко досталось. И теперь они были благодарны судьбе за передышку. Кажется, и на их улице намечался праздник. – Мне тоже очень понравилась поездка. – Ему надо было бежать на встречу, и он пообещал ей позвонить в выходные. Когда он позвонил, ее дети проводили время со своими друзьями, и он пригласил ее в кино. Позже они зашли поужинать в скромный индийский ресторан. Вечером в воскресенье у них был обычный ужин в его квартире. Совместное времяпровождение постепенно становилось их привычкой.

Мэгги заметила, что после их откровенного разговора в Париже Лиза выглядела более спокойной, общаясь с Питером, или, может быть, и она начинала привыкать к нему. Лиза, наконец, стала выходить из своей скорлупы после всего, что ей пришлось пережить. То же самое происходило с Мэгги. И когда ребята приехали в Лондон на День благодарения, возникло ощущение, что они одна команда. Четверо детей сражались на подушках, азартно играли в карты и монополию откровенно мошенничая, ходили в кино, а Мэгги и Лиза приготовили превосходный праздничный ужин Благодарения. Все так наелись, что с трудом могли пошевелиться. На следующий день все поехали за город.

– Что происходит между вашей мамой и нашим папой? – Райан спросил Лизу, когда они гуляли по лесу. Родители отстали и шли сзади них, с удовольствием наблюдая за своими детьми, и о чем-то болтали.

– Ничего особенного. А что? – удивилась Лиза, подумав, что, может быть, она чего-то не знает.

– Я бы хотел, чтобы что-нибудь было. Им хорошо вместе, – высказал свое мнение Райан. – Мне совсем не хочется, чтобы он связался с какой-нибудь теткой, которая нам не понравится. Это все испортит.

– Боюсь, что так и будет, – задумчиво сказала Лиза. – Моя мама говорит, что они просто друзья.

– Ага, – противным голосом сказал Райан. – Как же! Сами не видят, что ли? Как считаешь, было бы круто, если бы мы раз – и стали братом и сестрой. Это тебе не какие-то там кузены, – задумчиво сказал он, и Лиза улыбнулась.

– Может быть, так и будет, – согласилась она.

– Если между ними все так и останется, то она в конечном итоге встретит какого-нибудь жуткого парня, которого ты возненавидишь, а мой отец будет в конечном итоге с какой-нибудь дурой, и всем нам будет крышка, – сказал Райан, и Лиза засмеялась.

– Моя мама говорит, что быть друзьями лучше.

– Вот тебе и подтверждение моих слов, – расстроенно сказал Райан. – Нам каюк! Они встречаются с кем-нибудь еще?

– Она – точно нет. Моя мама все еще замужем за отцом.

Райан кивнул.

– Мы уже развелись.

– Я думаю, мы тоже разведемся. – Они оба знали, что случилось с ее отцом, хоть никогда и не говорили об этом.

Во время ужина в тот вечер Питер напомнил Мэгги о вылазке на горнолыжный курорт, которую он запланировал с мальчиками после Рождества.

Прошел еще один замечательный уик-энд. Никто не хотел, чтобы он закончился, когда в воскресенье мальчики улетели в Лос-Анджелес. Они должны были вернуться через три недели. Они приедут на рождественские каникулы, сразу после свадьбы их матери в Лос-Анджелесе. Ни один из мальчиков не был в восторге от предстоящей свадьбы. Брюс, кажется, немного потускнел в их глазах, но у Питера все еще было впечатление, что он хорошо относится к мальчикам, а это его беспокоило больше всего. Алане он тоже желал всего хорошего. Он больше не любил ее. Его эго оправилось после нанесенного удара. Он прекрасно проводил время в Лондоне с Мэгги и ее детьми. На данный момент они удовлетворяли все его потребности в дружеском общении. В его офисе была одна красивая женщина, но у него не было времени пригласить ее на свидание, а позже он узнал, что она помолвлена. Несколько раз он встретился с одной дамой, но ему было скучно с ней, поэтому он прикипел к Мэгги и ее детям. Все они сейчас с нетерпением ждали поездки на отдых в Куршевель. Фотографии шале выглядели потрясающе, и все дети одобрили выбор. Мэгги снова была тронута его трепетным отношением.

К тому времени, когда мальчики вернулись, в Лондоне выпал снег и стоял жуткий холод. Питер приготовил для них рождественскую елку. Мэгги с Лизой и Биллом помогли ему ее украсить. Они без умолку болтали с Мэгги, когда развешивали шарики, банты и гирлянды. Впервые за все время своего замужества Мэгги наряжала елку. Они с Питером почти полностью нарядили ее сами, так как Лиза и Билл периодически убегали смотреть что-то особенное по телевизору в другой комнате. Наряжая елку или даже наблюдая на протяжении многих лет, как это делают другие, Мэгги всегда возвращалась в свое детство. Питеру это тоже напоминало детство, хотя его воспоминания были не настолько приятными.

– Однажды мой брат свалил елку и, конечно, обвинил в этом меня. Я сдуру начал отпираться и был наказан за то, что вру. Мне, кажется, было не больше семи лет. Майкл всегда проделывал со мной такие штуки.

– Он не переносит, когда его в чем-то обвиняют, – сказала Мэгги задумчиво. Она не хотела думать о нем сейчас. Она всегда начинала расстраиваться. Питер заметил и тут же сменил тему.

– Ты помнишь, когда мы с тобой встречались, мы запрягли свинью миссис Мак Элрой в санки? – сказал он, и она смеялась, пока слезы не потекли по ее щекам.

– Это было самое смешное, что я когда-либо видела.

– Мне жутко влетело тогда от отца, – сказал Питер, смеясь, – но оно того стоило. Он сказал, что свинья могла покалечиться. – Но она не пострадала. В детстве у них было все хорошо, жаль, что взрослеть так не просто. До несчастного случая и всего, что за этим последовало, Мэгги и Питер были неразлейвода. И вдруг он вспомнил, как он чмокнул ее на плоту на озере. Как будто в шутку, не задумываясь о последствиях, поддавшись минутному порыву. Она была такая хорошенькая и беззащитная, и они оба были так молоды, ей – пятнадцать и ему – семнадцать лет. Жизнь только начиналась. Мысленно он был сейчас за тысячу миль, и Мэгги заметила это. Она спросила, о чем он думает.

– Ты бы рассмеялась, если бы я тебе сказал.

– Попробуй меня рассмешить.

Наверное, он выглядел полным дураком, когда раскрылся перед ней.

– Я думал о том, как поцеловал тебя, когда мы плавали на плоту по озеру. – Было видно, что она с тоской вспомнила о прошлом.

– Жизнь была такой простой тогда, правда? Никаких катастроф! Впереди длинная светлая дорога, и все вокруг расцветало. А ты хорошо целовался, – сказала она, застенчиво улыбаясь.

– С чего ты решила? Тебе было всего пятнадцать тогда, и сейчас ты, скорее всего, даже не помнишь.

– Конечно, помню, – сказала она, озорно взглянув на него, когда он приблизился к ней. Ему вдруг невольно захотелось напомнить ей. Но когда он наклонился к ней, в комнату вошел Билл и спросил, хочет ли Питер пива.

– Нет, спасибо, – весело сказал Питер и повернулся, чтобы повесить очередную гирлянду на елку. Прошла минута, и они заговорили о других вещах. Но в какой-то момент через них прошел разряд электрического тока, похожий на молнию. Впервые за многие годы Мэгги испытала это чувство. Она улыбнулась, когда они уходили, и поцеловала его в щеку.

– Я отлично помню тот плот, – прошептала она, обняв его. Питер широко улыбнулся.


Глава 19 | Блудный сын | Глава 21



Loading...