home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Стили образа и формы (сянсинцюань)

Пожалуй, один из самых интересных разделов ушу представлен подражательными стилями, где в основном имитируются движения животных. Эти стили особенно зрелищны. Они объединены в одно большое направление, которое сегодня называется «Кулак образа и формы» (сянсинцюань). Название это – современное, в традиции же данная категория стилей не имела никакого общего обозначения.

Но почему подражают именно животным? Этот процесс имеет глубокие корни в китайской культуре. Образ животного связывается прежде всего с понятием «естественности» (цзыжань), характерным для даосского мировоззрения. С другой стороны, животная магия и тотемизм были вообще очень широко распространены в Китае. По сути, все подражательные стили непосредственно связаны с ритуальными тотемными танцами, хотя сегодня эта связь и не кажется столь явной.

Практически в каждом направлении ушу мы можем встретить несколько стилей группы сянсинцюань. Даже среди стилей «внутренней семьи» в настоящий момент насчитывают 72 комплекса сянсинцюань, а чисто подражательные движения присутствуют в любом стиле. Благодаря этому выработалась некая общая концепция обучения подражательным школам.

На первом этапе следует лишь имитировать внешний облик животного, «овладеть формой» (сянсин). В «Кулаке обезьяны», например, ученик, еще не зная никаких боевых приемов, учится срывать персики, как обезьяна, подражать мартышке, входящей в пещеру, дрожащей от холода под дождем, прыгающей от радости. В стиле «Когтей орла» боец учился подражать биению крыльев птицы, падал на песок, будто орел, атакующий добычу. Учителя «Кулака змеи», тренируя гибкость у бойцов, советуют ученику «оборачиваться вокруг камня», «ползать в траве так, чтобы ни одна травинка не покачнулась».

Затем начинается второй этап обучения, на первый взгляд прямо противоположный первому. Он носит название «отойти от формы» (лисин). В китайской эстетике есть выражение: «Отходя от формы, достигаем схожести». Речь идет о духовном прозрении символической реальности, которая стоит за всякой формой.

Китайские мастера учат «не отходя от формы, оторваться от нее». Например, боец не должен «переигрывать», увлекаясь чисто внешней имитацией формы. Так, по-настоящему пьяный человек вряд ли сможет адекватно реагировать на стремительно меняющуюся ситуацию в поединке. Последователь «Кулака пьяного» использует лишь внешние признаки опьянения, например, шатающуюся походку, в то время как основное правило стиля гласит: «Тело должно быть пьяным, а мозг – трезвым». Один из известных мастеров «Кулака обезьяны» Хоу Иньпэй вспоминал, как он сначала учился подражать ужимкам обезьяны, затем стал замечать, что и его дух стал подобен внутреннему состоянию играющей и сражающейся обезьяны. После этого он потратил немало времени на совмещение внешней формы и внутреннего образа, а затем «забыл о том и о другом». С тех пор его тело и сознание в боевой ситуации и при выполнении комплекса сами уподоблялись обезьяне без всякого волевого вмешательства со стороны бойца. Он перестал имитировать обезьяну – он стал обезьяной.

Как видно, на первом и втором этапах боец учится отождествлять себя с каким-то внешним объектом (иногда это могло быть даже дерево, питающееся животворными соками земли). Однако на этих ступенях сянсинцюань остается лишь ритуальным танцем, чего для боевого искусства недостаточно. Именно начало сочетания методов кулачного искусства и принципов имитации знаменует собой третий этап тренировок. Его название – «утвердиться в мысли» (ли и) – подразумевает осознание бойцом ушу того, что он занимается многогранным боевым искусством. Во многих таких стилях считалось, что если имитируемая форма не согласуется с боевым содержанием ушу, то следует пожертвовать формой ради сохранения прикладного содержания.


СЕРИЯ 2 | Боевая гимнастика. Упражнения китайского ушу для здоровья и самозащиты | Хитрость и изворотливость: «Кулак обезьяны»