home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 14

На окнах раздвинули шторы, и апрельское солнце ворвалось в комнату, разбудив Саймона.

Взъерошенный и сонный, он сел на постели.

– Хокинс! – рявкнул он, обращаясь к своему слуге. – Что, к дьяволу, ты себе позволяешь?

– Так-то ты встречаешь свою мать? – сухо поинтересовалась герцогиня.

Столь же осторожная, сколь талантливая, мисс Роджерс схватила простыню и, не привлекая лишнего внимания, выскользнула из комнаты. Герцогиня, естественно, предпочла ее не заметить. Расположившись в кресле у камина, она сделала вид, что расправляет складки своего платья в модную полоску.

Тем временем Хокинс принес своему хозяину халат, и лорд Саймон облачился в него.

– Матушка, – душевно произнес он, подойдя к герцогине и поцеловав ее в напудренную щеку. – Вы прекрасно выглядите. Чему я обязан удовольствием видеть вас?

– Я встретила девушку, на которой ты женишься, – сообщила герцогиня без всякой преамбулы. – Думаю, тебе надо знать об этом.

Саймон нахмурился, прислонившись к каминной доске.

– Эта Арбогаст слишком самонадеянна. Я пока еще не делал предложения ее смазливой дочке и не собираюсь. Со мной этот фокус не пройдет.

– При чем здесь Арбогаст? – пожала плечами герцогиня. – Я никогда не относилась серьезно к этому ухаживанию. Я говорю о девушке, которая поведет тебя к алтарю и сделает из тебя мужчину.

– А я не мужчина? – изумился Саймон.

– Ты ребенок, – отрезала его мать. – Избалованный и своенравный. У тебя нет амбиций. Британская империя не управляется, знаешь ли, сама собой. Нам нужны мужчины, чтобы управлять страной. Старая гвардия умирает. Требуются новые силы. Я хочу, чтобы ты выставил свою кандидатуру в парламент. Твой брат предоставит тебе один из своих «карманных» округов.

– Ты хочешь, чтобы я занялся политикой? – Саймон насмешливо покачал головой. – Ты же знаешь, что я падаю в обморок при виде крови.

– Видимо, по этой причине Ватерлоо показался тебе слишком скучным! – резко бросила герцогиня, но тут же извинилась: – Прости, Саймон. Я знаю, что ты не любишь говорить о войне. Но если ты женишься на этой девушке, не пройдет и пяти лет, как ты станешь премьер-министром. Даю слово.

– Лучше я стану дантистом. Это не так отвратительно. Герцогиня вздохнула.

– Когда ты с ней встретишься, ты поймешь. Конечно, она красива, но я не стала бы тратить на нее время, будь дело только в этом. Женишься ты на ней или нет, но через год она будет стоять во главе светского общества. Она будет диктовать моду, выбирать развлечения, определять, кто есть кто. Спектаклям и приемам, где она появится, будет гарантирован успех, остальные провалятся. А за приглашение на ее приемы будут устраиваться кровавые баталии. Это революция, Саймон. Полная смена режимов!

– Это создаст тревожный прецедент. Я наполовину обручен с мисс Арбогаст. Она обожает меня.

– Ты не нуждаешься в обожании и не заслуживаешь его, – безжалостно заявила его мать. – Тебе нужна дисциплина. Тебе нужна женщина, которая не станет мириться со всякой чепухой.

– У меня уже есть такая, – парировал он, усмехнувшись. – Моя мать.

К его изумлению, лицо герцогини вдруг сморщилось.

– Я так одинока, Саймон, – призналась она. – Мне нужна компаньонка.

– У тебя есть компаньонка, – напомнил он ей. – Как там старая добрая Шримпи?

– Гортензия Шримптон – ужасная зануда, – фыркнула его мать. – Я хочу эту девушку, Саймон. Ничего в жизни я так не хотела. Я удвою твое содержание, если ты женишься на ней.

Саймон почесал небритый подбородок.

– Ладно, ты меня заинтересовала, – сухо сказал он. – Как насчет дома в Грин-парк?

– Я завтра же выселю Бамфов, – пообещала герцогиня. – Мне они никогда не нравились.

– Я ничего не обещаю, – предупредил он. – Естественно, мне придется встретиться с мадемуазель Гильотиной, прежде чем принести себя на алтарь брака.

– Что ж, это справедливо. Мы отправимся, как только ты оденешься. – Довольная, герцогиня резво вскочила на ноги и устремилась к выходу, помедлив у двери. – Есть одна незначительная деталь, о которой тебе следует знать...

– Я знал, что все не так просто, – хмыкнул Саймон.

– Она помолвлена: Но это не препятствие для тебя, не так ли?

Саймон зевнул.

– Не думаю.

– Уверяю тебя, это самый бесчестный и никчемный тип, какого только можно себе представить. Его мать – та ужасная Девайз, которая постоянно набивается мне в подруги. Как она мне надоела!

Выражение лица Саймона резко изменилось. Зеленые глаза сузились.

– Ты сказала – Девайз? Герцогиня вздохнула.

– Я могу только предположить, что ее ослепили его голубые глаза. Этим его достоинства исчерпываются. Она забудет, как его зовут, когда встретит тебя. Уверена, это будет любовь с первого взгляда, не меньше.

– Эта девушка... – произнес Саймон, нахмурившись. – Помолвлена с Девайзом? Не может быть. Нет, это невозможно, – заявил он. – Я не верю.

– Ты о чем? – поинтересовалась герцогиня.

– Нет, это слишком смешно, – пробормотал Саймон. – Ее фамилия, случайно, не Эндрюс?

Герцогиня опешила.

– Ты ее знаешь?

– Знаю, – прорычал Саймон, стукнув кулаком по ладони. – Я знал, что он хотел заполучить ее для себя. Лживый ублюдок!

– Ничего не понимаю, – сказала герцогиня. – Если ты ее знаешь, как она оказалась помолвленной с ним? Он ничто в сравнении с тобой!

– Еще бы! – согласился Саймон. – Но, мама, при всем очаровании мисс Эндрюс, не представляю, как она перехватит бразды правления у Салли Джереи. Она всего лишь дочь сельского викария.

– Не говори чепухи, Саймон. Эта девушка – леди Виола Гэмбол. У нее состояние в полмиллиона фунтов. Я моментально ее узнала, она вылитый портрет собственной матери.

Саймон помолчал, переваривая услышанное.

– Девайз знает об этом? Герцогиня пожала плечами.

– Меня это тоже беспокоит. Возможно, тебе придется убить его – на дуэли, разумеется, – быстро добавила она, когда он приподнял бровь.

Саймон хмыкнул.

– Не беспокойся о Девайзе, – заверил он ее. – Я знаю, как обращаться с такими типами. Предоставь это мне.


Утро выдалось хлопотным. Виола едва успела в Гэмбол-Хаус, чтобы встретиться в назначенное время с портнихой, но примерку тут же прервали.

– Да, Ловер? Что случилось? – спросила она, когда в будуаре ее матери появился дворецкий.

Стоя на табурете, как королева на пьедестале, леди Виола представляла собой видение в белом атласе. На ее голове красовалась бриллиантовая тиара, украшенная розами Йорка. Она казалась ожившим образом своей матери, и, если Ловер не ошибался, на ней был свадебный наряд ее матери. Для него это было как путешествие во времени. Даже модистка, сидевшая на коленях с полным булавок ртом, была такой же, как раньше.

– Какие-нибудь сложности со свадебным завтраком? – обеспокоено спросила Виола. – Только не говорите мне, что не хватает белых роз. Я же сказала, что белые розы должны быть в каждой комнате, иначе мой свадебный торт теряет всякий смысл!

– На этом фронте все в порядке, миледи, – поспешил заверить ее Ловер. – Гэмбол-Холл будет выглядеть наилучшим образом в пятницу утром. Надеюсь, у вас будут основания гордиться нами.

– Не сомневаюсь, – сказала Виола, разглядывая себя в зеркало. – Вам что-нибудь нужно?

– Вы сказали, что вас нет дома для посетителей, – сказал дворецкий, – но герцогиня Беркширская приехала с визитом к мисс Эндрюс.

Виола вздохнула.

– Проводи герцогиню сюда, Ловер, – сказала она.

– Слушаюсь, миледи.

Виола слезла с табурета, чтобы поприветствовать герцогиню, протянув к ней обе руки и подставив щеку для поцелуя.

– Как я рада! Ловер, принесите чай для герцогини. Сознавая, что она предстанет перед придирчивым оком эксперта, герцогиня оделась с особой тщательностью. Ее серо-голубой ансамбль был украшен лентами в бело-желтую полоску. Серая шелковая шляпка была лихо заломлена набок и удерживалась на месте искусственными тигровыми лилиями. В центре каждой лилии трепетали желтые бриллианты.

– А вот это действительно шляпа, – сказала Виола, окинув головной убор герцогини внимательным взглядом, – достойная женщины, известной своими шляпками.

Герцогиня довольно вздохнула.

– Это старье? Вы льстите мне, леди Виола.

Виола невозмутимо подставила другую щеку для поцелуя.

– Вы первая, кто разоблачил меня, – хмыкнула она. – Я действительно леди Виола. Что меня выдало?

– Вы очень похожи на свою мать. Я была немного знакома с ней, – ответила герцогиня, усевшись. – Однако я не принадлежала к числу дам, которые не могли простить ей, что она увела у них из-под носа покойного герцога. Правда, у меня уже был свой герцог. – Герцогиня улыбнулась. – Итак, дочь Луизы Лайон наконец-то приехала в Лондон. Но к чему этот маскарад? Зачем делать вид, что это не вы?

Виола объяснила, почему она приехала в Лондон. Герцогиня покачала головой.

– Это было очень глупо с вашей стороны, дитя мое.

– Я рада, что сделала это, – заявила Виола. – Настоящая Мэри Эндрюс – робкая мышка. Она бы не вынесла этого путешествия, не говоря уже о миссис Дин и ее... приятелях.

– О, я вас ни в чем не упрекаю, дорогая, – поспешно сказала герцогиня. – Но вы не должны были подвергать себя опасности. Вам следовало поручить профессионалам, заняться этой миссис Дин.

– Люди ведут себя иначе, когда знают, что за ними наблюдают, – возразила Виола, – а миссис Дин вполне способна подкупить сыщика. К тому же я и так собиралась в Лондон, и меня устраивало, что я займу место Мэри... на время. И главное, сложись иначе, я бы не встретила Дева. Так что я ни о чем не сожалею.

– Дева, – фыркнула герцогиня. – Этот молодой человек знает, кто вы? Виола улыбнулась.

– Даже не подозревает. Это будет приятный сюрприз для него, вам не кажется?

Герцогиня сморщила свой орлиный нос.

– Не может быть, что вы действительно собираетесь выйти замуж за мужчину с такой скверной репутацией. Как я понимаю, он помог вам в трудную минуту. Но это не оправдание для того, чтобы делать такую неподходящую партию.

Виола напряглась.

– Вижу, вы получили полный отчет от своего сына. Полагаю, лорд Саймон упомянул о собственном недостойном поведении?

– Да, Саймон вел себя недостойно, – согласилась герцогиня. – Как и большинство мужчин, когда дело касается красивых женщин. Я не оправдываю его, но вы должны понимать, что он никогда бы не сделал предложение мисс Эндрюс. Саймон слишком серьезно относится к своему долгу перед семьей. Он заедет сюда сегодня, чтобы извиниться перед вами.

– Полагаю, вы сказали ему, кто я, – резко произнесла Виола. – Надеюсь, он не испортит мой сюрприз, рассказав Джулиану.

– Вы уверены, что мистер Девайз не в курсе?

Виола сняла бриллиантовую тиару и положила в шкатулку для драгоценностей.

– Он думает, что я простая сельская девушка из Йоркшира, – настойчиво произнесла она. – Его не интересуют титулы и состояния.

Герцогиня сухо рассмеялась.

– Если он считает вас простой сельской девушкой, дорогая, то он идиот, – сказала она. – Вы действительно хотите выйти замуж за идиота?

Глаза Виолы сверкнули.

– Дев – самый умный человек в Лондоне, – заявила она. – Он обрушивает банки ради забавы. Ему достаточно пошевелить мизинцем, чтобы Биржу затрясло. У Банка Англии есть специальный отдел, который отслеживает каждый его шаг.

– Не сомневаюсь, – отозвалась герцогиня, когда Ловер принес поднос с чаем, – что мистер Девайз в состоянии сделать счастливой мисс Эндрюс, но леди Виолу? Нет, дорогая. Он вам неровня. Он будет тянуть вас вниз, как камень на шее. Вы должны выйти за кого-нибудь с более высоким общественным положением, кто достоин вас.

Виола сердито нахмурилась.

– Вы имеете в виду лорда Бамфа? Я не имею ни малейшего намерения выходить замуж за незнакомца, герцогиня, выбранного моим отцом.

– За Руперта Бамфа?! – вскричала герцогиня. – Боже, нет, конечно. Этот безмозглый щеголь вам совершенно не подходит. Нет, я имею в виду моего сына, Саймона.

Виола изумленно отпрянула.

– Ваш сын принял меня за продажную особу, которую можно купить за несколько монет. Этого я не могу простить. Мистер Девайз знал, что я не в курсе происходящего. И, – торжествующе добавила она, – он заплатил за меня гинеями.

– Интересно, откуда он знал, что вы не в курсе? – задумчиво произнесла герцогиня.

– Что вы хотите этим сказать? – осведомилась Виола.

– Вы производите впечатление уверенной в себе женщины. Кто мог догадаться, что вы попали в такую нелепую переделку? Если бы мой Саймон знал, что вы нуждаетесь в спасении, он бы непременно вас спас.

– Ну да, из огня да в полымя! – фыркнула Виола. – Мужчина, за которого я выйду замуж, должен иметь неоспоримые достоинства, – заявила Виола.

– Вижу, вы одержимы этим ничтожеством, – раздраженно заметила герцогиня. – Возможно, он и умен, дорогая. Но что, если он знает, кто вы? Вам не приходило в голову, что он очень ловкий охотник за состоянием?

– Ни разу. Он уверен, что я Мэри Эндрюс.

– Бедная простенькая Мэри Эндрюс из деревни, – произнесла герцогиня, сделав глоток чаю. – Согласитесь, это странный выбор жены для такого умного молодого человека. Вы уверены, что он собирается жениться на вас, дорогая? Он получил особое разрешение?

– Именно этим он и занимается, – объявила Виола, – в данный момент.

Герцогиня приподняла бровь.

– Понятно. Что ж, возможно, я несправедлива к нему. Если он взял на себя труд получить особое разрешение, видимо, действительно собирается жениться на вас. Я опасалась, что он соблазнил вас из любви к искусству.

– Вы можете прийти к нам на свадебный завтрак, если пожелаете, – любезно предложила Виола. – Ловер заверил меня, что это будет что-то особенное.

– Спасибо, – сказала герцогиня. – Я обязательно приду. Желаю вам всего наилучшего, моя дорогая, но, боюсь, вы будете разочарованы. Лично я не доверяю мистеру Девайзу. Он слишком хорош собой и слишком умен. Я подозреваю, что он использует вас.

– Я полностью доверяю Деву, – яростно отозвалась Виола.

– Вопрос в том, заслуживает ли он вашего доверия. – С этими словами герцогиня отбыла, оставив Виолу размышлять над ее предостережением.

К тому времени, когда Виола покинула Гэмбол-Хаус, визит герцогини был давно забыт. Она ворвалась в дом на Ломбард-стрит, полная мыслей о Деве.

– Ты дома! – воскликнула она, когда Джулиан спустился по лестнице, чтобы встретить ее.

– Что так поздно? – пожаловался он. – Ты провела весь день с леди Виолой?

– Да, весь день, – подтвердила Виола, весело блеснув глазами.

Он прижался к ней бедрами, так что она могла ощутить степень его возбуждения.

– У нас есть до ужина немного времени. Я знаю, как его скоротать, дорогая.

– Как? – поинтересовалась она невинным тоном.

– Ты знаешь как, – заявил Джулиан, втащив ее в спальню, и не слишком нежно бросил на постель. Хотя тело Виолы противилось этой неожиданной атаке, ее сердце растаяло. Не задумываясь, она раскрыла ему свое лоно. От первого необузданного толчка ее тело выгнулось от боли, и она вскрикнула. Боль была почти такой же, как в первый раз. Джулиан застонал от наслаждения, приняв ее реакцию за проявление страсти. Он яростно овладел ею, уверенный, что она разделяет его чувства. Боль постепенно утихла, но шок был слишком силен, чтобы она получила удовольствие.

Правда, все кончилось очень быстро.

– Я весь день думал об этом, – выдохнул он, обессилено рухнув на постель рядом с ней.

Для Виолы эти слова прозвучали как оскорбление. Если бы он сказал: «Я весь день думал о тебе», – она бы мигом простила его. Его поведение можно было бы оправдать страстью. Но он думал не о ней. Он думал об этом. А это совсем другое дело. Чувствуя себя скорее изнасилованной, чем желанной, Виола встала и одернула одежду.

– Тебе было хорошо? – спросил он, застегивая свои брюки.

Виола недоверчиво уставилась на него.

– Нет! – сердито отозвалась она. – Это было отвратительно. Ты даже не поцеловал меня.

– Это легко поправить. – Хмыкнув, Джулиан притянул ее к себе.

По какой-то причине Виола позволила ему поцеловать себя и вскоре обнаружила, что целует его в ответ. Она по-прежнему хотела его. Наслаждение, которого она была лишена в этом совокуплении, оставалось возбуждающе недоступным, словно он отказал ей специально, чтобы продемонстрировать свою власть над ней. И хотя душа ее бунтовала, тело пылко откликалось.

– Только не говори, что ты не наслаждаешься, – шепнул он ей на ухо. – Ты самая страстная любовница из всех, кого я знал. Можно подумать, что твое тело создано специально для меня. Кажется, я становлюсь одержимым. Я хочу тебя утром, днем и вечером.

– Вот, значит, кто я для тебя? – возмутилась Виола.– Одна из твоих любовниц?

– Конечно, нет, – резко бросил он. – Не говори глупости.

– Глупости! – вскинулась она. – По-твоему, я должна чувствовать себя польщенной, что ты весь день думал об этом?

– А ты разве нет? – невозмутимо отозвался Джулиан, садясь. – Просто ты стесняешься признаться.

– Я не думала об этом, – яростно возразила Виола. – Я думала о тебе! О нас. О нашей совместной жизни. О нашем будущем, Джулиан. Я планировала нашу свадьбу. Все, что от меня зависело, будет готово к пятнице. Ты получил особое разрешение? – спросила она и по его изменившемуся лицу поняла, что нет. – Нет? – потрясенно произнесла она.

Джулиан почесал затылок.

– Видишь ли...

Виола вскочила на ноги.

– Ты мог бы сказать мне раньше, – горько произнесла она, чувствуя себя обманутой. Предательство больно ранило. – Полагаю, ты был слишком занят, чтобы получить разрешение.

– Я был там, – сказал Джулиан, – но клерк наплел мне всякую ерунду об испытательном сроке.

– Ты ничего не говорил об этом!

– Потому что такого срока нет, – раздраженно буркнул он.

– И ты сдался?

– Нет. Я обратился за помощью к своему полковнику. К сожалению, моя мать уже побывала у него.

– Твоя мать! – воскликнула Виола.

– Очевидно, она не одобряет тебя, – сухо сказал он.

– Не представляю почему, – возмутилась Виола.

– Потому что ты бедна, – отозвался он с горечью. – Моя мать всегда хотела для меня жену из высшего общества.

– И твой полковник не смог помочь?

– Дядя моей матери – очень влиятельный человек в военном ведомстве, – объяснил он. – Я не хотел бы, чтобы полковник Фэрфакс рисковал будущим своих сыновей ради меня.

– И меня, – горько сказала Виола. – Что мы будем делать?

– Не знаю, – признался Джулиан. – Я что-нибудь продумаю.

Внезапно на Виолу нахлынули все мысли, которые она так легко отбросила сегодня днем. Неужели герцогиня права и ее чувства к этому мужчине влияют на ее суждения? «А он заслуживает вашего доверия?» – спросила герцогиня. Виола вдруг осознала, что совсем не уверена в этом.

Когда подали еду, Виола села за стол, избегая смотреть на Джулиана.

– Это все связи, Мэри, – мягко сказал он. – Моя мать воспользовалась своими связями, чтобы помешать мне, получить особое разрешение. Но я не собираюсь сдаваться.

– Понятно, – тихо отозвалась Виола. – Вначале дело было в деньгах, а теперь, когда я достала деньги, возникли сложности с получением разрешения.

Джулиан положил вилку.

– Что значит «достала»? – осведомился он. – Ты убедила леди Виолу прислать мне деньги? Это так?

Его голубые глаза гневно сверкали, но Виоле было все равно.

– Я хочу выйти за тебя замуж, – сказала она, – и мне казалось, что ты хочешь жениться на мне. Я ошиблась, Джулиан?

Джулиан устремил на нее холодный взгляд.

– Только вы можете ответить на этот вопрос, мадам, – коротко бросил он.

Виола молча уставилась на него, вдруг осознав, скольким она рискнула. Она более не девственница. Что она будет делать, если выяснится, что она поступила глупо, доверившись этому мужчине? Если бы он знал, кто она на самом деле, он бы мигом женился на ней. Эта мысль потрясла ее.

– Видимо, я совершила ошибку, – холодно сказала она. Его лицо покраснело от гнева.

– Возможно, ты была бы счастливее, если бы лорд Саймон купил тебя!

– Что? – сказала Виола, глубоко задетая.

– Подумай об этом, дорогая. Ты была бы благополучно устроена в Вест-Энде, а я не был бы должен герцогу Фэншо семнадцать тысяч гиней. Может, еще не поздно, – жестоко продолжил он. – Возможно, я смогу продать тебя лорду Саймону даже сейчас. Это решит все мои проблемы, не правда ли? Видит Бог, я не имел ни минуты покоя с того момента, как встретил тебя. Куда ты собралась? – требовательно спросил он, когда она встала из-за стола.

– Не знаю, с кем, по-твоему, ты разговариваешь, – огрызнулась Виола, – но я ухожу. Прощайте, мистер Девайз!

Джулиан застонал.

– Ты не можешь уйти, – сказал он, схватив ее за руку. – Не покидай меня.

Виола ахнула, но не от негодования, а потому, что его прикосновение отозвалось в ее теле вспышкой желания. Было настоящим безумием хотеть его сейчас, в разгар ссоры.

– Ты думаешь, что я твоя собственность? – сердито спросила она.

Он потянул ее за руку, так что она упала к нему на колени. Виоле не хотелось быть такой слабой, но она ничего не могла с собой поделать. В его объятиях она тут же почувствовала себя лучше.

– Если ты не намерен жениться на мне, Дев, то должен позволить мне уйти, – прошептала она. – Так больше не может продолжаться. Я не стану твоей любовницей. Я не могу оставаться с негодяем.

– Я не негодяй, Мэри, – твердо сказал Джулиан. – Тебе следовало бы больше верить в меня.

– Полагаю, мы слишком далеко зашли, чтобы поворачивать назад, – промолвила Виола, позволив себе отдаться звукам его голоса, прикосновениям его рук, вкусу его губ.

На этот раз Джулиан вел себя совсем иначе. Он медленно раздел ее, возбудив до такой степени, что Виола готова была на все, лишь бы ощутить его внутри себя. И если это означало боль, она была согласна на боль. Когда Джулиан начал двигаться, она уже ничего не соображала, бездумно следуя за ним.

– Давай, давай, любимая, – выдохнул он, вонзившись в нее в последний раз, и она откликнулась на его призыв, разрыдавшись от восторга в его объятиях.

Джулиан растянулся рядом с ней, усталый, но довольный своим достижением.

– На этот раз мы были вместе, – произнес он, зевая.

Никогда еще Виола не чувствовала себя настолько неуверенной, настолько уязвимой. Словно настоящая Виола исчезла, а вместо нее появилась покорное, зависимое существо, которое она могла только презирать.

– Да, – отозвалась она несчастным тоном.



Глава 13 | Наследница в его постели | Глава 15



Loading...