home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Эпилог

Не прошло и дня после свадьбы его сестры, как герцог начал опасаться, что этот брак окажется бесплодным. За завтраком невеста не краснела и, казалось, больше интересовалась собачкой, свернувшейся у нее на коленях, чем своим молодым мужем. Еще более тревожным было поведение молодожена. Джулиан съел только булочку без масла и поднялся из-за стола.

– Ну, пока, – объявил он, явно собираясь уйти.

– Пока, – отозвалась его жена, похоже, ничего не имея против.

Дикон не разделял их безмятежности. Если его сестра не намерена держаться за мужа, он сам это сделает.

– Как это «пока»? – переспросил он в панике. Джулиан приподнял бровь.

– Мне пора на Биржу, – сказал он.

– Он и так потерял вчерашний день из-за свадьбы, – объяснила Виола, помешивая ложечкой чай. – Представляю, что эти мошенники натворили. Они как дети.

Дикон недоверчиво уставился, на них. На его взгляд, это были самые необычные молодожены в истории. Где страсть? Где нежности и вздохи? Все эти признаки явно отсутствовали.

– На Биржу! – вскипел он. – В такой день?

– Конечно, – беспечно отозвался Джулиан, помедлив, чтобы завести часы. – Надеюсь, вы не думаете, что я из тех мужчин, что сидят как привязанные у юбки жены.

Виола презрительно фыркнула.

– Должен сказать, что это на редкость безответственное поведение, – сердито посетовал Дикон, обращаясь к своему шурину. – Моя сестра может обвинить тебя в пренебрежении супружеским долгом. И я не стану упрекать ее за это.

– Он не может пренебречь мною, потому что меня здесь не будет, – заметила Виола с совершенно несвойственным молодоженам равнодушием. – Я тоже ухожу на весь день.

– Уходишь? Куда? – требовательно спросил Дикон.

– О, у меня полно дел, – неопределенно ответила Виола.

– Ты должна находиться дома, юная Виола, и исполнять свой долг, – сурово произнес Дикон. – Что с вами такое? Этот день должен был стать счастливейшим в моей жизни, а вы его портите.

– Если я не возражаю против его ухода, то чего тебе беспокоиться? – удивилась Виола. – Тот факт, что мы женаты, еще не означает, что мы должны проводить вместе все время.

– Именно это данный факт и означает, юная Виола, – возразил Дикон. – По крайней мере, пока ты не подаришь мне племянника. После этого можешь делать все, что тебе угодно. И ты, Дев, тоже, – великодушно добавил он.

Джулиан положил руки на спинку его стула и склонился к своей жене.

– О чем это он? Почему мы должны подарить ему племянника?

Виола закатила глаза.

– Это связано с наследованием, – объяснил Дикон. – Разве моя сестра тебе не сказала?

– Не сказала чего? – требовательно спросил Джулиан. Виола нахмурилась, услышав его тон.

– Вы, возможно, заметили, мистер Девайз, что у моего брата нет детей. Очевидно, это означает, что мой старший сын, то есть его племянник, станет его наследником.

– Именно, – кивнул Дикон. – Кстати, на твоем месте я бы подумал об имени. Например, Ричард – в честь его дорогого старого дядюшки.

– Я назову его Лайоном – в честь моей матери, – объявила Виола.

– А я имею право голоса? – поинтересовался Джулиан.

– Конечно, – сказала Виола. – Ты мог бы внести свой вклад в качестве второго имени. Лайон Девайз.

– А как насчет Ричарда Лайона Девайза? – предложил Дикон.

– Пока еще рановато думать о крещении, – поспешно сказала Виола.

– И, правда, – согласился Дикон, вернувшись к главной теме. – Прежде чем крестить ребенка, его надо родить. А прежде чем рожать, его надо зачать.

– Верно, – сказала Виола. – Кто тебе сказал?

– Тони, – гордо отозвался Дикон. – А уж он-то должен знать.

Джулиан нахмурился.

– Если вам так невтерпеж, герцог, почему бы вам, не жениться и не родить наследника самому?

– Потому что я не могу, вот почему! – рявкнул Дикон, побагровев. – Доедай свой завтрак, юная Виола, и марш обратно в постель, где твое место, и захвати с собой этого бездельника. Мой племянник не может зачать себя сам, знаешь ли!

Виола нетерпеливо вздохнула.

– Дикон, мы не можем проводить в постели целый день. Это...

– Утомительно? – предположил Джулиан, когда она помедлила.

– Я хотела сказать – восхитительно, – сухо отозвалась Виола. – К сожалению, это просто невозможно. Даже бобры должны заниматься другими делами. Строить плотины, например. У нас с Девом полно дел, если мы хотим быть представленными ко двору на следующей неделе.

Последние слова явно не понравились ее мужу.

– Мы уже обсуждали этот вопрос, мадам, – угрюмо сказал он. – Я не хочу быть представленным ко двору ни на следующей неделе, ни вообще.

– Конечно, жаль тратить время на подобную чепуху, – согласилась Виола. – Но если ты хочешь стать министром финансов, мы должны начать возделывать почву сейчас, прежде чем уедем на медовый месяц. Нельзя начинать совместную жизнь с оскорбления королевы.

Дикон оживился.

– Так медовый месяц будет? Отлично! Когда вы отбываете?

– После представления ко двору, – сказала Виола, устремив на Джулиана вызывающий взгляд.

Джулиан изумленно смотрел на жену.

– С чего ты взяла, что я стану министром финансов? Министром финансов! – Он расхохотался. – Мадам, вы меня ни с кем не перепутали? Даже будь я амбициозен, мне никогда не предложат такой пост. Возможно, ты случайно не заметила, что вышла замуж за самого ненавидимого в Лондоне человека. Я прокаженный, политически и социально.

– Я никогда не считала враждебность дураков препятствием, – отозвалась Виола, – как социальным, так и политическим. В любом случае, как мой муж, ты всегда будешь, принят в ряды тори, а твой отец уладит дела с оппозицией. Так что политически все складывается идеально. Когда придет время, будет не важно, какая партия у власти.

– Вы бы поменьше говорили о политике, – строго заметил Дикон, – и побольше о медовом месяце.

– Мой отец! – возразил Джулиан. – Он не шевельнет и пальцем, чтобы помочь мне. Он пришел на свадьбу только потому, что женился мой брат.

– Ты ошибаешься, Джулиан, – сказала Виола. – Мы с бароном подробно обсудили этот вопрос, и он полностью за. Конечно, он по-прежнему не разговаривает с тобой, но он всей душой за твое продвижение.

Неудовольствие Джулиана росло с каждой секундой.

– Ты разговаривала с моим отцом? – холодно спросил он. – Обо мне?

– И не раз. Именно о тебе мы говорили чаще всего.

– О, пожалуйста, не ссорьтесь, – забеспокоился Дикон. – Это очень вредно для ребенка.

– Никто не ссорится, – отозвался Джулиан. – Просто, как выяснилось, я женат на леди Макбет.

– Что? – вскричал Дикон. – Ну, сэр! Это чертовски неприятное осложнение. Тебе следовало сказать об этом до того, как ты женился на моей сестре!

– Я только сейчас догадался, – заявил Джулиан, глядя на свою новобрачную.

– Странный какой-то брак, – заметил Дикон.

– Мне тоже так кажется, – мрачно произнес Джулиан, заставив Виолу вздохнуть.

– Что же делать? – вопросил Дикон, заламывая руки. – Дев, нельзя иметь двух жен – это запрещено законом! Тебе придется избавиться от леди Макбет. Печально, конечно, но ничего не поделаешь.

– Почему бы тебе, не пойти и не попросить Ловера позаботиться об этом? – предложила ему Виола. – Думаю, ты найдешь его чрезвычайно полезным. Дев, – сказала она, когда ее брат вышел из комнаты. – Я не прошу тебя убить кого-нибудь. Я всего лишь прошу тебя занять должность, которая стоит твоих талантов.

– Именно это сказала бы леди Макбет, – упорствовал он.

Виола взяла Бижу на руки и прижала к груди.

– Я всего лишь пытаюсь сделать тебя счастливым. Конечно, если ты не хочешь быть министром финансов... – Она замолкла, вопросительно глядя на него.

– Ладно, – сказал он после непродолжительной паузы. – Предположим, хочу. Каков план? Вначале ты тащишь меня ко двору...

– Где ты будешь выглядеть просто великолепно, – вставила она.

– А ты восхитительно, – парировал он. – Что дальше?

– Медовый месяц, – отозвалась она невинным тоном. – Мы не должны пренебрегать своим долгом.

– Вот как? И куда мы поедем?

– Куда пожелаешь, – нежно отозвалась она.

– Правда? – подозрительно прищурился он.

– Конечно. При условии, что это будет Париж.

Джулиан подавил улыбку.

– Пожалуй, я могу провести несколько дней вдали от Лондона. Кстати, у меня есть пара билетов до Кале.

Виола приподняла бровь.

– Какое удивительное совпадение. Я вышла замуж за Макиавелли?

– Нет. Просто я собирался сбежать с тобой во Францию. Что ж, по крайней мере, мы можем употребить их с пользой. Мы поедем сегодня же вечером.

Виола покачала головой:

– Нет, Дев. Вначале мы должны быть представлены ко двору.

– А не могли бы мы заняться этой ерундой после медового месяца? – предложил он. – Я буду в гораздо лучшем настроении.

– Не сомневаюсь, – согласилась Виола, – но я слишком растолстею.

– Чепуха. Мы будем столько двигаться, что ты можешь есть не переставая и останешься легкой как пушинка.

– Конечно, я буду легкой как пушинка, – нетерпеливо отозвалась Виола. – Это ребенок будет отвратительно толстым.

Джулиан резко втянул в грудь воздух, и, казалось, забыл выдохнуть.

– Господи, – промолвил он, побледнев. – Ты хочешь сказать...

Виола хмыкнула.

– Жаль, что ты не видишь своего лица. У тебя такой перепуганный вид. Сядь, – сказала она, подтолкнув к нему стул. – Если вдуматься, это не так уж удивительно, учитывая, как мы себя вели. А если учесть, что мы оба молоды и находимся в отличной форме, можно сказать, что это было неизбежно.

– Ты уверена? – требовательно спросил он, опустившись на стул.

– Не уверена, – призналась Виола, – но убеждена.

Джулиан озадаченно уставился на нее.

– И что, к дьяволу, это должно означать?

– Еще рано делать выводы, но я чувствую, что это так, – объяснила она. – И я видела сон, когда была в Гемпшире.

– Чувствую! Сон! – презрительно бросил он. – Ты была у доктора?

– Я не больна, – возразила она. – И не хочу, чтобы мой брат знал, – пока. У него есть глупые идеи относительно того, как я должна питаться, чтобы родить ребенка мужского пола. Я схожу к доктору в Париже, если тебе так будет легче. Кстати, ты, случайно, не знаешь, в Париже есть Биржа?

– Да, и она намного старше нашей.

– У меня есть идея. Ты должен заглянуть туда, когда мы будем в Париже, пока я буду ходить по магазинам.

Джулиан фыркнул.

– Боже, до чего же ты изобретательна, – произнес он обвиняющим тоном. – А если я обрушу Французский банк?

– Тем лучше, – заявила Виола. – Если ты это сделаешь, ужасный человек, в Англии все забудут, что ты обрушил «Чайлдс банк».

– Это не так просто, как тебе кажется, – сказал он. – Такие дела требуют продолжительной подготовки. Я не могу оставить Лондон на несколько месяцев.

– Конечно, можешь. Найми себе помощника. До Парижа всего лишь пара дней пути, – напомнила она. – В случае необходимости ты всегда можешь вернуться домой. Дорогой, ты должен научиться полагаться на других.

– Мне всегда хотелось изучить французский опыт, – признался Джулиан.

Вошедший в комнату Дикон приободрился.

– Конечно, ты же мужчина. Это вполне естественно. И не надо беспокоиться об этой Макбет. Я поговорил с Ловером. Можете считать ее мертвой. Он представит это как самоубийство.

– Отлично сработано, – похвалила его Виола. Джулиан снова встал:

– Я должен идти. Не ждите меня к чаю.

– Меня тоже не будет, – сказала Виола. – Мы с Люси будем пить чай с твоей матерью. Мы собираемся, раз и навсегда выяснить, кто из нас будет ее любимой невесткой. У меня есть ужасное предчувствие, что я. Я провожу тебя, – предложила она, поднявшись.

– Но ты вернешься домой к обеду, Дев?! – воскликнул Дикон. – Я заказал пирог с угрем.

Виола торопливо сунула собачку в руки Джулиана и, прижав ладонь ко рту, выбежала из комнаты.

– Что это с ней? – пожелал знать Дикон.

– Ничего особенного, герцог, – отозвался Джулиан. – Она счастлива, только и всего.


Глава 25 | Наследница в его постели |



Loading...