home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

К разочарованию Джулиана, черноволосая красавица не вернулась. Вместо нее появился слуга, огромный и уродливый, который проводил его наверх, в комнату брата. Несмотря на царивший там беспорядок, комната была уютной, с камином, где тлели угли, и окном, выходившим на улицу. Высокородный Александр Девайз лежал на постели абсолютно голый, не считая скомканной простыни. Одна его рука свисала с кровати.

Подойдя к постели, Джулиан не слишком деликатно стукнул спящего своей шляпой. Когда реакции не последовало, он взял кувшин с водой, стоявший на столике рядом с кроватью, и вылил его содержимое налицо брата.

Александр подскочил на постели.

– Проклятие! – рявкнул он, моргая налитыми кровью глазами и источая запах бренди. Его темные волосы стояли дыбом, что вряд ли входило в намерения его парикмахера. Хотя ему было всего лишь тридцать четыре года, в данный момент он выглядел на все пятьдесят. Смахнув с лица воду, он огляделся.

– Джулиан, – прохрипел он, устремив на брата мутный взгляд. – Какого дьявола?

Джулиан был краток.

– Одевайся. Отец хочет видеть тебя.

– А я не хочу его видеть, – угрюмо отозвался Алекс. – Он пытается женить меня. И угрожает лишить содержания.

– Он очень серьезно болен, Алекс, – сказал Джулиан.

– Ерунда, – возразил тот. – Он никогда не болеет. Это всего лишь очередная хитрость, чтобы заставить меня жениться на Молли Пикок.

– Надеюсь, ты прав, – сказал Джулиан. – Но наша мать ждет тебя у себя, на Портленд-плейс. С Пердитой. Где твоя одежда?

Застонав, Алекс спустил ноги с кровати и принялся шарить вокруг в поисках рубашки.

Джулиан подошел к окну в ожидании, пока брат оденется.

– Ты поедешь в Суссекс? – спросил Алекс.

– Нет, – ответил Джулиан. – Я по-прежнему отлучен от дома.

– Счастливчик! – проворчал Алекс. – Будь он действительно болен, то пожелал бы видеть тебя рядом с собой, Джулиан. Ты всегда был его любимчиком. Как мне надоело зависеть от него. Он охраняет свой кошелек, как старая дева свою невинность. Я поеду в Суссекс, но будь я проклят, если позволю ему выбрать мне жену. Была только одна девушка, на которой я хотел жениться, но она умерла.

Это откровение застало Джулиана врасплох, вызвав острое чувство неловкости, словно он подслушал что-то глубоко личное.

– Мне очень жаль, – тихо произнес он.

– Она вышла за другого, – продолжил Алекс. – И умерла во время родов. К тому же она была, в общем-то, невзрачной малышкой. – Глаза Алекса внезапно налились слезами. – Я все еще помню, как держал ее в объятиях, когда мы танцевали.

– Тем не менее, – сказал Джулиан, – жизнь продолжается.

Алекс бросил на него свирепый взгляд.

– Как ты можешь быть таким черствым?

– Ты не знаешь, что такое любовь.

– Верно, – бодро согласился Джулиан, – но мне не терпится влюбиться. В твоих устах это выглядит так заманчиво.

Алекс вышел в туалетную комнату, чтобы умыться, оставив дверь открытой.

Джулиан снова повернулся к окну, наблюдая за мужчиной, который вышел из дома. Подняв воротник, и низко надвинув на лоб шляпу, он свернул на Оксфорд-стрит и скрылся из виду.

– Извини за этот приступ сентиментальности, – сказал Алекс, вернувшись. – Надеюсь, я не очень смутил тебя.

– Все в порядке, – заверил его Джулиан. – Тем более что я не слушал.

– Отлично, – сказал Алекс с явным облегчением. Все еще полуодетый, он начал бриться.

– Алекс, – задумчиво произнес Джулиан, глядя в окно. – Это бордель, не так ли?

Алекс коротко рассмеялся.

– Если нет, то я потребую свои деньги назад, – сказал он. – Почему ты спрашиваешь?

– Я встретил внизу девушку, которая, кажется, думает, что это некая разновидность пансиона, – ответил Джулиан. – Очень красивую, воспитанную и совершенно не похожую на то, что ожидаешь встретить в подобном месте. Такое впечатление, что ее воспитали как леди, – добавил он. – Она отказывалась разговаривать со мной, потому что нас не представили друг другу.

– Ах да, – сказал Алекс, зевая. – Трогательная племянница из Йоркшира. Я слышал о ней. Предположительно ее отец был священником. Он оставил дочь на руках тетки без копейки за душой. Чтобы возместить свои потери, миссис Дин выставляет ее на аукцион в пятницу. Она пыталась продать мне билет, но, боюсь, провинциальные девственницы не в моем вкусе. Хотя, говорят, она красива. И получит хорошую цену.

– Не уверен, что понял тебя, – произнес Джулиан с негодованием. – Что означает «миссис Дин выставляет ее на аукцион»?

Алекс бросил на него удивленный взгляд.

– Ты, кажется, шокирован? – сказал он. – Даже покраснел. У девушки нет ни денег, ни связей. Ее тетка в долгах. Что еще им остается? В конце концов, это бордель.

– Это варварство, – сказал Джулиан. – Не говоря уж о том, что это аморально и незаконно.

Алекс пожал плечами.

– Это Лондон.

– Алекс, эта девушка думает, что она живет в пансионе.

– В таком случае она дурочка или лгунья, – равнодушно отозвался Алекс. – Не исключено также, что твоя утонченная красотка отлично знает, что делает. И просто пытается очаровать тебя своими невинными глазками.

– В таком случае ей нужно выступать на сцене, – сказал Джулиан. – Она замечательная актриса.

– Я не стал бы особенно беспокоиться о ней, – сухо заметил Алекс. – Если она правильно сыграет свою партию, то станет любовницей очень богатого человека, который будет обожать ее и купит ей все, что она захочет.

– Побойся Бога, – сказал Джулиан. – Она дочь священника.

Алекс презрительно фыркнул.

– Так говорят. Но кто знает, правда ли это? Не хотелось бы разочаровывать тебя, Джулиан, но в борделях часто врут. Вполне возможно, что твоя утонченная красавица даже не девственница.

– А что, если она невинна? – требовательно спросил Джулиан. – Нам надо помочь ей.

Алекс вытер полотенцем чисто выбритое лицо.

– Нам?

– А если бы та девушка, в которую ты был влюблен, попала в беду? – поинтересовался Джулиан. – Разве ты не хотел бы, чтобы кто-нибудь помог ей?

Лицо Алекса потемнело от гнева.

– Леди никогда не оказалась бы в подобной ситуации, – резко бросил он. – Тебе никогда не говорили, что надо думать головой, а не другими частями тела?

– Я беспокоюсь о ее благополучии, – натянуто отозвался Джулиан. – И это никак не связано с другими частями моего тела.

– Ты слишком беден, чтобы позаботиться о ее благополучии, – парировал Алекс. – И это напрямую связано с другими частями твоего тела. Сомневаюсь, чтобы ты стал беспокоиться о ее благополучии, не будь она так красива.

– Ты циник, – обвинил его Джулиан. Алекс угрюмо рассмеялся.

– Ты тоже станешь циником лет через десять.

– Возможно, – согласился Джулиан, – но, надеюсь, мысль о том, что молодая женщина может быть продана и куплена как вещь, всегда будет мне отвратительна. Я намерен помочь ей, даже если ты отказываешься.

– Не будь дураком, – сказал Алекс. Но он говорил это себе самому. Джулиан уже вышел из комнаты.

– Я хочу поговорить с миссис Дин, – сказал он слуге, спустившись вниз.

Спустя несколько минут к нему присоединился Алекс. Он никогда не был таким красивым, как брат, но, гладко выбритый и хорошо одетый, выглядел вполне респектабельно.

– Вызови, пожалуйста, мне экипаж, – попросил он Джулиана. – Я пока еще нетвердо стою на ногах, и кошелек мой пуст.

– Экипаж ждет снаружи, – сказал Джулиан. – До дома нашей матери недалеко, но ты не в том состоянии, чтобы идти пешком.

– Спасибо, – отозвался Алекс с покаянным видом.

Взглянув вверх, Джулиан увидел спускавшуюся по лестнице женщину средних лет, предположительно миссис Дин. Алекс тоже увидел ее.

– Послушай, Джулиан, – тихо сказал он. – Не ввязывайся ты в это грязное дело. Даже если девушка невинна – в чем я сомневаюсь, – у тебя нет денег. Ты ничего не можешь сделать.

Миссис Дин подошла ближе, и Алексу пришлось прикусить язык.

– Приходите еще, мистер Поуп, – задушевно сказала она, обращаясь к Алексу. – Девушки вас обожают.

Джулиан пожал брату руку.

– Ты будешь держать меня в курсе? Я по-прежнему живу на Ломбард-стрит. Если отец захочет увидеть меня, я, разумеется, приеду, – сказал он.

Алекс пообещал прислать весточку и, бросив на брата последний предостерегающий взгляд, вышел, оставив Джулиана с хозяйкой дома.

Миссис Дин имела так мало сходства со своей племянницей, что Джулиану с трудом верилось, что они родственницы. Желтое шелковое платье так туго обтягивало ее грудь, что обильная веснушчатая плоть выпирала из отделанного кружевом выреза.

– Мистер Поуп, – проворковала она, устремив на него цепкий взгляд маленьких глазок, густо подведенных тушью. – Чем могу быть полезна?

– Меня интересует ваша племянница, – прямо заявил он. – Представьте меня ей.

Миссис Дин улыбнулась.

– Боюсь, мистер Поуп, – сказала она, явно забавляясь, – моя племянница вам не средствам. Она...

– Откуда вы знаете, что мне по средствам? – резко перебил он ее.

Миссис Дин растерянно моргнула. Несмотря на его возраст и немодную простую одежду, у красивого молодого человека были властные манеры. Возможно, он богаче, чем его брат. За свою жизнь миссис Дин видела и более странные вещи.

– Я не хотела вас задеть, – поспешно сказала она. – Но должна предупредить вас, мистер Поуп, что мисс Эндрюс уже вызвала немалый интерес. Будет непросто добиться ее благосклонности.

– Ее фамилия Эндрюс?

– Мэри Эндрюс, – подтвердила миссис Дин. – Только вчера лорд Барроубридж предложил мне за нее пять тысяч фунтов. – Ее пышная плоть затрепетала при воспоминании о столь выгодном предложении. – Он был очень разочарован, когда я отослала его прочь.

Джулиан содрогнулся.

– Барроубриджу не сегодня-завтра стукнет девяносто!

– И он не смог бы склевать ягодку, бедняжка, даже если бы от этого зависела его жизнь, – ухмыльнулась миссис Дин. – Но мне какое дело? Это деньги его милости. Он вправе тратить их как пожелает.

– Речь идет о вашей племяннице, – сурово напомнил Джулиан.

– А кто должен выгадать от красоты Мэри, как не ее родная тетка? – злобно парировала она. – Мой брат, пресвятой викарий, за всю жизнь не пошевелил и пальцем, чтобы помочь мне! Будет только справедливо, если Мэри поможет мне теперь. Все равно она, рано или поздно, окажется в чьей-нибудь постели, мистер Поуп. Я это знаю, и вы это знаете. С богатым ей будет лучше, чем с бедным. И это вам тоже отлично известно.

– Но девушка очень красива, – не сдавался Джулиан. – У нее правильная речь – почти как у леди. Наверняка вы могли бы найти ей мужа.

Миссис Дин рассмеялась.

– Мужа? С такой теткой, как Долли Дин? Боюсь, с такой родней ее репутация безнадежно испорчена. К тому же у бедняжки нет приданого. Кто женится на ней? Какой-нибудь мелкий торговец? Или безответственный авантюрист? Я сама сделала такую ошибку в молодости, мистер Поуп. Пусть мой опыт пойдет Мэри на пользу. В качестве любовницы богатого джентльмена она получит все задаром. И не смотрите на меня так, мистер Поуп! Вы знаете, что я права. Ни один джентльмен не женится на ней, а ей нужна красивая одежда и много других вещей.

Джулиан понял, что спорить со старой ведьмой бесполезно.

– Я приму участие в аукционе.

– Вот как? – Миссис Дин хитро прищурилась. – Вам придется купить билет, а он, боюсь, стоит недешево. Как вы понимаете, я должна ограничить вход для всякой шушеры.

– Сколько?

– Пятьдесят фунтов, сэр, и ни копейкой меньше, – сказала она с вызывающим видом.

Джулиан не повел и ухом.

– Вы примете чек?

– Боюсь, я могу принять только наличные.

– Это не проблема, – коротко бросил Джулиан. Миссис Дин облизнула губы.

– Деньги за билет не возвращаются, – быстро сказала она. – Это всего лишь допуск на участие в аукционе, который состоится завтра вечером. Я предполагаю начать торги с пяти тысяч фунтов.

– В таком случае я вернусь позже за билетом, – сказал Джулиан, двинувшись к выходу. – Естественно, я рассчитываю на беседу с юной леди. Могу ли я прогуляться с ней сегодня в Риджентс-парке?

– Боюсь, моя племянница занята сегодня вечером, – ответила миссис Дин. – Но вы могли бы заглянуть на чай, мистер Поуп. Я буду присутствовать, разумеется. Как вы понимаете, я не могу рисковать, выставляя подпорченный товар. Счастливчик, который ее получит, будет чувствовать себя обманутым.

Она хихикнула, и Джулиан одарил ее натянутой улыбкой.

– Но вы не должны говорить с Мэри об аукционе. Она очень робеет.

Джулиан бросил на нее острый взгляд.

– Вы хотите сказать, что она не знает, что ее выставляют на аукцион?

Миссис Дин уставилась она него, хлопая ресницами.

– Разумеется, знает, – взвизгнула она, но слишком поздно, чтобы ее словам можно было верить. – Мэри – практичная девушка. Ничто так не оберегает девственность, как личный интерес, вы согласны? – Она рассмеялась. – Надеюсь, вы не сомневаетесь, что она девственница?

Джулиан сверкнул глазами.

– Нет.

– Понятно, что если вы не сможете купить Мэри, это сделает кто-нибудь другой; – любезно продолжила она. – Я могу только надеяться, что он будет добр к ней.

– Сколько вам нужно денег, чтобы вы отказались устраивать аукцион? – осведомился Джулиан.

Миссис Дин печально покачала головой.

– Это не в моей власти, мистер Поуп. Я не могу отменить его сейчас, даже если бы вы предложили мне луну с неба. Я продала около двадцати билетов.

– В таком случае мне лучше наведаться к моему банкиру, – мрачно сказал Джулиан.

Когда он вернулся – в полдень, – миссис Дин была сама любезность.

Молодой человек так легко расстался с деньгами, что ей даже в голову не пришло, что он заложил все свои вещи, имевшие хоть какую-то ценность, чтобы собрать нужную сумму. Довольно улыбнувшись, она проводила гостя в свой кабинет, где заперла его деньги в письменный стол, выдав ему глянцевую карточку с золотым тиснением.

– Ваш билет, мистер Поуп.

Джулиан удивленно уставился на напечатанное золотыми буквами объявление об аукционе, где выставлялась Бижу, породистая сучка, пожертвованная ее королевским высочеством, принцессой Шарлоттой. Все собранные средства предназначались для благотворительных целей.

– Здесь какая-то ошибка, – раздраженно произнес он. – Мне не нужна собака.

– Это для отвода глаз, мистер Поуп, чтобы законники не придрались, – объяснила миссис Дин. – Уж очень они любят совать свой нос в дела, которые их не касаются. Пусть думают, что аукцион затеян ради глупой собачонки, доставшейся в подарок моим девушкам от кого-то из ухажеров.

Джулиан изобразил удивление.

– А как же принцесса Шарлотта? Разве это не ее подарок?

– Не будьте наивным, мистер Поуп, – рассмеялась миссис Дин. – Всем известно, что ее высочество держит шпицев. – Все еще смеясь, она села в кресло у камина, где на столике межу креслом и диваном был сервирован чай.

Заложив в числе прочего свои карманные часы, Джулиан бросил взгляд на часы, стоявшие на каминной полке.

– А где мисс Эндрюс?

– Терпение, мистер Поуп. Мэри сейчас придет. Пока они ждали, миссис Дин коротала время, подсчитывая свои грядущие доходы.

– С таким лицом или фигурой, как у Мэри, даже не представляю, насколько поднимутся ставки, – счастливо вздохнула она. – Не удивлюсь, если я смогу расплатиться со всеми долгами. А, Мэри! Вот и ты! – воскликнула она, когда девушка вошла в комнату. – Иди сюда и познакомься с мистером Поупом.

Джулиан встал, с облегчением убедившись, что с мисс Эндрюс все в порядке. Ни один волосок не выбился из ее прически, платье выглядело так, словно его только что погладили. В руках она держала белую собачку. При виде Джулиана Бижу завиляла хвостом.

Виола не ожидала, что снова увидится с нахальным типом, которого встретила утром.

– Вы! – воскликнула она.

– Ты знакома с этим молодым человеком? – насторожилась миссис Дин.

Джулиан улыбнулся Виоле, но его слова были адресованы миссис Дин.

– Я уже встречался с вашей племянницей. Но она отказалась разговаривать со мной, потому что мы не были представлены.

– Мэри! – воскликнула миссис Дин. – Как ты могла нагрубить мистеру Поупу?

– Мисс Эндрюс была образцом приличий, – поспешил вмешаться Джулиан. – Это я был груб. Но не судите слишком строго, мисс Эндрюс. Я пришел, чтобы исправить свою оплошность.

Виола обнаружила, что не может сердиться на него. Он обладал несомненным обаянием, не говоря уж о том, что был молод и хорош собой, а это редко встречалось среди постояльцев миссис Дин. И, несомненно, она предпочитала его общество компании миссис Дин.

– Думаю, по лондонским меркам, вы не так уж много себе позволили, – чопорно отозвалась она. – К тому же вы очень спешили.

– Да, но это не оправдывает плохих манер. Может, начнем все сначала? Как поживаете, мисс Эндрюс? – сказал он, отвесив поклон.

– Очень хорошо, мистер Поуп, – отозвалась она, присев. – Приятно было познакомиться.

– Мне тоже, мисс Эндрюс.

Виола села на диван и взяла в руки чайник.

– Что предпочитаете, мистер Поуп? Сахар? Молоко? Лимон? – Она не пыталась кокетничать, но в ее устах даже обычное предложение чаю звучало обольстительно.

Джулиан сел.

– Черный, благодарю вас, – сказал он, принимая чашку.

– Конечно, я бы предпочла, – продолжила Виола, наливая чаю миссис Дин, – чтобы вы были более галантны, мистер Поуп, но осмелюсь предположить, что в Лондоне мало галантности. Вы, лондонские мужчины, слишком современны для этого.

Джулиан счел нужным оправдаться.

– Вообще-то я из Суссекса, – сказал он, откусив печенье. – Но мне кажется, именно дамы положили конец веку галантности. В наше время вы просто не хотите, чтобы вас спасали. Складывается впечатление, что вы, женщины, предпочитаете общество повес и негодяев, и нам, мужчинам, приходится, как всегда, соответствовать или умирать в одиночестве.

– Чепуха, – рассмеялась она. – Уверяю вас, я не считаю повес и негодяев привлекательными.

– Но согласитесь, мисс Эндрюс, что в нынешнем обществе рыцари Круглого стола считались бы редкостными занудами.

– А их доспехи слишком тяжелыми для мебели, – согласилась Виола. – Но если серьезно, мистер Поуп, вы прекрасно знаете, что это женщины спасают мужчин.

Без облагораживающего влияния представительниц моего пола мужчины были бы ничуть не лучше диких зверей. Вы не согласны?

– Конечно, нет, – возразил Джулиан, невольно рассмеявшись. – Будь мужчины варварами по натуре, мисс Эндрюс, вам, женщинам, пришлось бы очень туго, несмотря на ваше облагораживающее влияние!

Не в состоянии понять, что молодые люди всего лишь подшучивают друг над другом, миссис Дин встревожилась.

– Моя дорогая Мэри, – взволнованно сказала она. – Ты не должна разговаривать в таком тоне с мистером Поупом. Он богатый человек. Мистер Поуп, позвольте извиниться перед вами. У моей племянницы живое чувство юмора, но, уверена, она и не думала проявлять неуважение.

– Моя тетя, похоже, считает, что вас нужно спасать, сэр, – рассмеялась Виола. – Вы боитесь меня?

– Я в ужасе, – хмыкнул Джулиан. – Видите? Я пью чай из страха перед вами.

– Очевидно. Мужчины терпеть не могут чай, – отозвалась она, с каждой минутой все более расположенная к своему новому знакомому.

– Правда? Я думал, что один такой.

– Отнюдь, – заявила Виола. – Иначе не было бы никакого подвига в том, чтобы заставлять их пить чай по утрам. Вам налить еще чашечку, мистер Поуп? – добавила она елейным тоном.

– Разве я еще недостаточно наказан? – взмолился Джулиан.

– Я вас не наказываю, мистер Поуп. Я пытаюсь сделать вас лучше, – объяснила она, наполнив его чашку.

– Понятно. Чай доведет меня до совершенства?

– Надеюсь, что нет, – мягко возразила она. – Совершенство в мужчине – непростительный недостаток. Оно не оставляет женщине простора для деятельности. С другой стороны, ваш случай настолько тяжелый, что просто не знаешь, с чего начать. Лучше бы Миссис Дин не знакомила нас. Тогда вы были бы проблемой для другой девушки.

– Но я хочу быть именно вашей проблемой, мисс Эндрюс.

– Учитывая, что вы практически не приручены, пожалуй, мне придется взяться за вас. Для другой девушки это будет слишком большим испытанием.

– Но, надеюсь, не для вас, мисс Эндрюс?

– Как знать, – улыбнулась она. – Ваш случай самый запущенный из всех, с какими мне приходилось сталкиваться. Но кто-то должен позаботиться о вас, мистер Поуп. Вы представляете угрозу для общества.

Джулиану больше не хотелось разговаривать. Только присутствие миссис Дин удерживало его от того, чтобы не схватить ее в объятия и зацеловать до потери сознания.

Что касается девушки, то она казалась довольной, в очередной раз, поставив его в тупик. Но ее ликование было недолгим. Джулиан пришел в себя, и разговор продолжился, коснувшись множества предметов. Он обнаружил, что она абсолютно несведуща в экономике, составлявшей его главный интерес в жизни, и удивительно хорошо информирована в политике, которую он презирал всей душой.

– Моя дорогая Мэри, – вторглась в их беседу миссис Дин. – Время истекло!

Виола бросила взгляд на часы. Положив собачку на диван, она протянула руку Джулиану.

– Я очень рада, что вы пришли к чаю, мистер Поуп. Он определенно пойдет вам на пользу.

Джулиан тоже взглянул на часы.

– Неужели уже прошло двадцать минут? – удивился он. Ровно столько длился обычный светский визит, и даже в Лондоне выходить за эти рамки считалось неприличным.

– Боюсь, что да, мистер Поуп, – сказала Виола. – Но завтра мы снова встретимся. На аукционе, – добавила она, когда раздался звон дверного колокольчика.

Джулиан поднялся.

– Должно быть, это лорд Саймон, – возбужденно воскликнула миссис Дин, вскочив на ноги, – Скорее, детка.

Ты не должна заставлять его милость ждать. Будь хорошей девочкой; поднимись наверх и надень шляпку. Это лорд Саймон Аскот, – пояснила она Джулиану. – Младший сын герцога Беркширского. Он повезет Мэри кататься в его великолепном фаэтоне. Из всех твоих поклонников, Мэри, его милость самый лучший. – Она распахнула дверь и выскочила из комнаты.

– Я должен ему завидовать как любимчику вашей тетки? – поинтересовался Джулиан.

– О нет, – рассмеялась Виола. В следующее мгновение, прежде чем она осознала, что происходит, его рука обхватила ее за талию и он притянул ее к себе.

– Вам угрожает серьезная опасность, – сказал он ей на ухо. – Я буду ждать вас в девять часов вечера у фонаря напротив и все объясню. Хорошо?

Виола отпрянула.

– Опасность? – насмешливо переспросила она. – Что, скажите на милость, вы имеете в виду?

– Прошу вас, доверьтесь мне, – настойчиво произнес он. – Я забочусь о вашем благополучии.

– Я родилась в Йоркшире, мистер Поуп, – холодно сказала она, – но это случилось не вчера. Вы, должно быть, принимаете меня за дурочку. И напрасно. Прощайте, сэр.

– Но я только что приехал, – заявил лорд Аскот, входя в комнату. Будучи целиком занят Виолой, он не заметил другого мужчину. – Как видите, Мэри, я явился прямо с парада. Как я выгляжу? По-моему, великолепно.

Виола не могла не согласиться. Его лицо, слишком грубоватое, чтобы считаться красивым, было, тем не менее, по-мужски привлекательным. Мундир отлично смотрелся на его высокой широкоплечей фигуре. Стальной нагрудник сверкал как зеркало. Белые лосины обтягивали его мускулистые бедра как вторая кожа. Высокие черные сапоги со шпорами были отполированы до такого блеска, что Виола могла видеть в них отражение своего полосатого платья. На его боку висела шпага, а в согнутой руке он держал серебристый шлем, увенчанный конским хвостом, свисавшим почти до пола. Виола кашлянула.

– Лорд Саймон, могу я представить вас мистеру Поупу?

Лорд Саймон резко обернулся.

– Прошу прощения, сэр! – воскликнул он не без раздражения. – Я вас не заметил.

– Ничего страшного, – любезно отозвался Джулиан. – Я готов заранее извинить вас и за это, и за все дальнейшее.

– Мистер Поуп! – произнесла Виола. – Этот джентльмен – подполковник лорд Саймон Аскот из Королевской конной гвардии.

Лорд Саймон улыбнулся.

– Я восхищен, мисс Эндрюс, – сказал он. – Не многие женщины разбираются в воинских чинах. Только вчера одна виконтесса приветствовала меня как «милорда лейтенанта Аскота».

Когда он перевел взгляд на Джулиана, его улыбка стала холоднее и не коснулась зеленых глаз, казавшихся светлыми на фоне загорелой кожи и темных волос.

– Вам следовало обнаружить свое присутствие, сэр, – натянуто произнес он.

– Мистер Поуп уже уходит, – твердо сказала Виола. – Не так ли, мистер Поуп?

– Отнюдь, – заявил Джулиан и снова уселся на диван. – Кажется, вы собирались попросить, чтобы принесли еще чаю, мисс Эндрюс?

Виола свирепо уставилась на него, возмущенная подобным нахальством.

– Вы ошиблись, мистер Поуп, – сердито сказала она. – Я собиралась на прогулку с лордом Саймоном, а вы намеревались уходить.

– Разве? Я никуда не спешу, – невозмутимо отозвался Джулиан. – Надеюсь, парад прошел без происшествий, милорд? – обратился он к лорду Саймону с насмешливой озабоченностью. – Никто не пострадал?

– Пострадал? Вы шутите? – презрительно фыркнул тот. – Идите и наденьте свою шляпку, дорогая, – обратился он к Виоле. – Вы еще не видели резвых пони, которых я купил.

Джулиан взял из вазочки миндальное печенье и надкусил.

– Я рад, что никто не пострадал, – заметил он, не переставая жевать. – Это было бы огромной потерей. Не так-то просто заменить конного гвардейца. Настоящие солдаты слишком неказисты, чтобы маршировать на парадах.

Виола ахнула от такой дерзости, а лорд Саймон понял, что больше не может игнорировать его шуточки, если не хочет упасть в глазах дамы. Он внимательно разглядывал наглеца.

– Кажется, я вас знаю, – внезапно сказал он.

– Вряд ли, – нахмурился Джулиан.

На губах лорда Саймона появилась тонкая улыбка.

– Мне показали вас в «Уайтсе». Вы там обедали с герцогом Фэншо. Вы тот самый негодяй, который обвалил банк Джерси. Вы будете отрицать это?

В третий раз за вечер Джулиан не нашелся с ответом. Лорд Саймон торжествующе улыбнулся.

– Вы ничем не лучше обыкновенного вора, сэр. По справедливости, мисс Эндрюс, этот выскочка должен сидеть в тюрьме, но, к сожалению, в законе есть лазейки, как я понял.

Но у Виолы были более важные поводы для беспокойства, чем попранная справедливость.

– Вы знакомы с герцогом Фэншо, мистер Поуп? – осведомилась она.

– Его фамилия не Поуп, – заявил лорд Саймон. – Что-то вроде Дьявола.

– Девайз! – воскликнула Виола. Ее Колени внезапно ослабли, и ей пришлось сесть. – Вы мистер Девайз? Но вы сказали мне, что вы Поуп! – произнесла она обвиняющим тоном.

– Я этого не говорил, – возразил Джулиан. – Я сказал, что моего брата зовут Александр Поуп.

Ее глаза сверкнули.

– И, исходя из этого, я должна была догадаться, что ваша фамилия Девайз?! – возмущенно воскликнула она. – О! Как глупо с моей стороны!

У Джулиана хватило совести смутиться.

– Я могу все объяснить, мисс Эндрюс, – начал он.

– Не надо, – быстро сказала Виола. – Не надо ничего объяснять.

Она не верила в совпадения и даже в судьбу. Появлению мистера Девайза могло быть только одно объяснение: должно быть, Дикон отправил его на ее поиски.

Вспомнив, как он пытался назначить ей свидание, Виола почувствовала, что ее щеки загорелись. Она решила, что он пытается соблазнить ее, тогда как на самом деле он думал лишь о том, как вернуть ее под опеку брата. Боже, она вела себя как героиня мелодрамы. Какой же самодовольной дурочкой он ее считает!

– Все и так ясно, мистер Девайз, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Не нужно ничего объяснять. Пожалуйста, давайте остановимся на этом.

К ее величайшему облегчению, он не стал разоблачать ее настоящее имя.

– Все знают о ваших преступлениях, сэр, – заявил лорд Саймон, презрительно скривившись. – Даже мисс Эндрюс, которая не пробыла в Лондоне и недели, наслышана о ваших гнусных делишках. И у вас еще хватает наглости приставать к этой юной леди.

– Мэри! – вскричала миссис Дин, ворвавшись в комнату. – Иди и надень шляпку! Вся модная публика уже прогуливается в парке. Быстрей, детка! Она чудесно выглядит, не правда ли, джентльмены? – радостно улыбнулась она, довольная тем, как идут дела. Чем больше заинтересованных мужчин, тем лучше для ее бизнеса.

– Мадам, – заявил лорд Саймон. – Должен сообщить вам, что этот человек – самозванец. Он не мистер Поуп. На самом деле это небезызвестный мистер Девайз, биржевой маклер герцога Фэншо. Его следует сейчас же выставить из дома.

Сообщение лорда Саймона произвело на миссис Дин совсем не то впечатление, на которое он рассчитывал. Тетка Мэри пришла в восторг.

– Герцога Фэншо? – переспросила она. – Ах, Мэри, хитрюга! Ты говорила, что едва знакома с герцогом. Но, оказывается, ты покорила его.

– Я предпочла бы, чтобы вы не говорили подобные глупости, миссис Дин, – сказала Виола, не решаясь взглянуть на мистера Девайза.

– Прошу прощения! – резко произнес лорд Саймон. – Где мисс Эндрюс могла познакомиться с герцогом Фэншо?

– Герцог предоставил отцу Мэри место в своем приходе, – гордо сообщила миссис Дин.

– Понятно, – процедил лорд Саймон, бросив свирепый взгляд на Джулиана. – Значит, вы собираетесь участвовать в аукционе от имени герцога и в его пользу?

– А как еще? – уклонился от ответа Джулиан.

– Но зачем скрывать свое имя? – не отступал лорд Саймон.

– Осмелюсь предположить, герцог желает сохранить инкогнито, – вмешалась миссис Дин. – Не беспокойтесь, мистер Девайз, ни одно слово об интересе герцога к аукциону не слетит с моих губ.

– Но как герцог узнал, что я здесь? – спросила Виола. – Вот чего я не понимаю. Определенно я не сообщала ему о своих планах.

Джулиан улыбнулся.

– Это моя обязанность, мисс Эндрюс, сообщать герцогу обо всем, что может его заинтересовать.

Ее глаза расширились и потемнели.

– Но откуда вы узнали, что я здесь? Я никому не говорила. Как вы вообще узнали, что я уехала из Йоркшира?

– У меня есть собственные источники информации, – заявил Джулиан, не моргнув глазом. – Как наниматель вашего отца, герцог беспокоится о вашем благополучии, мисс Эндрюс. И я тоже.

– Как это мило со стороны его светлости, – мечтательно произнесла миссис Дин. – Но сейчас, мистер Поуп – или Девайз, – очередь лорда Саймона наслаждаться обществом Мэри. Добро пожаловать завтра на аукцион, но сейчас вы должны уйти. – Она протянула ему руку, и Джулиану ничего не оставалось, как откланяться. Прежде чем уйти, он подошел к дивану и потрепал собачку за ухо.

Виола протянула ему руку.

– До свидания, мистер Девайз. Герцогу очень повезло иметь такого способного молодого человека на службе. Можете быть уверены, что я...

– В девять часов, Мэри, – шепнул он, поцеловав ей руку.

– Это невозможно, – выдохнула она.

Виола не имела привычки краснеть, но ее щеки вспыхнули, когда он поднял на нее свои немыслимо голубые глаза. Когда он вышел, она ощутила чувство потери, совершенно неадекватное их недолгому знакомству. Жаль, что он не лорд Бамф, подумала она, проводив его взглядом.

Словно ведомая на поводке, она подошла к окну в надежде увидеть его еще раз. Стукнула входная дверь, и мистер Девайз показался на улице. У него не было трости, он был без перчаток и даже не надел шляпу. Ветер взъерошил его коротко подстриженные волосы, а затем, словно невидимой рукой откинул назад.

Когда он свернул на Оксфорд-стрит, исчезнув из виду, Виола ощутила нелепый порыв выбежать из дома и кинуться следом.

Лорд Саймон подошел к окну и взял ее за руку.

– Пойдемте, дорогая, – сказал он, недовольно хмурясь. – Мы поедем кататься или нет?

Виола подошла к дивану и взяла собачку.

– Вы должны извинить меня, лорд Саймон, – рассеянно отозвалась она. – У меня болит голова. Пожалуй, мне следует подняться наверх и прилечь. Буду, рада повидаться с вами завтра на аукционе, – добавила она, протянув ему руку.

Его зеленые глаза гневно сверкнули, но он склонился над ее рукой, как и полагалось джентльмену.

– В таком случае до завтра, мисс Эндрюс.

– До завтра, лорд Саймон, – отозвалась она с врожденной учтивостью, но было очевидно, что мыслями она была далеко.



Глава 4 | Наследница в его постели | Глава 6



Loading...