home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

Но когда через десять дней Хелена стояла рядом с отцом в вестибюле церкви Святого Георгия на Ганновер-сквер, ей стало очевидно, что Маркфильд так и не нашел никакого решения, тем более удовлетворительного. Если она не откажется от Ричарда перед алтарем — мысль, которой противилась вся ее натура, — у нее не останется альтернативы, кроме как пройти весь путь до конца, до роковой черты.

Наутро после драматических событий в Олмаке Маркфильд прибыл в особняк Кадоган и попросил, чтобы мистер Витли, если позволит состояние его здоровья, принял его. Доктор Редферн, который в этот момент только что закончил осмотр больного, разрешил им встретиться, но при условии, что разговор будет во всех отношениях необременительным для его подопечного. После этого мужчины заперлись в комнате мистера Витли и около часа что-то между собой обсуждали.

Через несколько дней Маркфильд отбыл в свое имение, нанеся перед этим два коротких визита в Кадоган для подписания различных бумаг и улаживания последних деталей относительно их будущего союза. И хотя он был сама любезность, склоняясь над ее рукой и галантно целуя пальцы Хелены, девушку не покидало ощущение, что Маркфильд просто покорился ситуации и теперь выполняет необходимые действия.

За все это время они обменялись не более чем десятком слов, неизменно находясь в присутствии либо Лотти, либо Чарльза Стэндиша. Вообще говоря, Чарльз часто бывал в их доме последние дни, и это заставило Хелену заподозрить, что Маркфильд поручил своему кузену следить за своей невестой во время его отсутствия.

Мистер Витли, конечно, находился на седьмом небе от счастья после известия об этой неожиданной помолвке. Он, ни секунды не колеблясь, дал графу свое отцовское согласие на этот брак, и с этого момента его здоровье начало быстро поправляться. И теперь, глядя на любимое лицо, Хелена не могла сдержать слез. По крайней мере, отец достиг своей заветной цели, думала она, грустно размышляя о неопределенности собственного счастья. Девушка до сих пор не могла привыкнуть к мысли о том, что меньше чем через час она выйдет из этой церкви под руку с человеком, который явно не любит ее. Да и ее собственные чувства к будущему мужу все еще находились в чудовищной неразберихе.

Внезапные аккорды органа, известившие о начале церемонии, вывели Хелену из невеселых размышлений, и, когда волнующие звуки музыки разнеслись эхом по сводчатым галереям, она сделала глубокий вдох и, решительно вздернув подбородок, взяла под руку отца и ступила через широкие двери в длинный проход.

К ее удивлению, все скамьи по обеим сторонам церкви были забиты до отказа. Хелена старалась улыбаться, проходя мимо них, но большинство лиц были ей совершенно незнакомы, поскольку они с отцом со своей стороны пригласили в основном только своих близких. Все эти люди, заполнившие сейчас церковь Святого Георгия, находились здесь по приглашению леди Изабель. Сама Хелена предпочла бы провести брачную церемонию в небольшой деревенской церквушке Святой Мэри в Вудлэндзе, но графиня отвергла эту идею, заявив, что единственной возможностью утереть нос их критикам было бы устроить самое грандиозное венчание, которое общество не видело со времен самой принцессы Шарлотты! Мистер Витли, охотно финансировавший всю церемонию, оказал полную поддержку этому проекту.

Теперь Хелена шла по центральному проходу, облаченная с головы до ног в экстравагантное сооружение из атласа и кружев, и чувствовала себя очень несчастной.

Однако когда она наконец увидела ожидавшего ее жениха, который стоял рядом с улыбающимся кузеном, то не могла сдержать бешеного биения сердца. В элегантном каштанового цвета фраке и коричневых панталонах, облегающих его бедра наподобие второй кожи, он был так невероятно красив! Если бы только она могла найти путь к его сердцу! Но, в конце концов, урезонивала себя девушка, становясь рядом с ним, разве не живет большинство людей в браке без любви? И почему она должна искать чего-то большего?

Глаза Маркфильда были прикованы к ее лицу с момента, когда она появилась в дверях, и теперь его сердце было так взволнованно, что готово было вот-вот разорваться. Почти невозможно было поверить, что это видение красоты скоро станет его женой. Ричард решил, что, как только они поженятся, он увезет ее от всей суеты и пустой болтовни, вызванных поспешной свадьбой, и сделает все, что в его силах, чтобы завоевать ее любовь. Он окружит ее такой преданностью, что она не сможет сопротивляться. Так уговаривал он себя, чтобы окончательно не потерять самообладание.

И теперь его нареченная стояла, готовая принести все необходимые клятвы, и, хотя он изо всех сил старался поймать ее взгляд, чтобы послать ей ободряющую улыбку, она отказывалась смотреть в его сторону и не сводила глаз с молитвенника, который викарий держал перед ней.

Итак, с бессмертного и освященного обращения «Возлюбленные мои» началась церемония венчания. Монотонное бормотание священника, смущавшее ее ощущение руки Маркфильда так близко от ее собственной… Но потом все это отступило, и все существо Хелены наполнили возвышенные слова священного текста.

Одна за другой с языка викария слетали сакральные фразы, а затем:

— Берешь ли ты, Ричард Александр Генри, эту женщину?

И громкое и уверенное «да» Маркфильда.

— Берешь ли ты, Хелена Луиза, этого мужчину?

И ее робкое, шепотом:

— Да.

Затем ее отец выступил вперед и вложил ее руку в руку Маркфильда, который, все еще тщетно стараясь поймать ее взгляд, обещал любить и беречь ее, и она повторила те же слова. И тогда Маркфильд надел на ее палец кольцо.

Молитва, псалом, еще молитвы. Последнее благословение, и, наконец, все было кончено. На горе или на радость, она и Маркфильд были обвенчаны!

Ричард привлек ее к себе и, наклонившись, запечатлел на ее губах первый поцелуй мужа.

Сердце Хелены стучало так сильно, что готово было выскочить из груди. Она подняла лицо вверх, чтобы получить желанно сладкое прикосновение его губ, но не смела посмотреть ему в глаза, чтобы он не прочел в них истинную силу ее чувства к нему. Смущенная, в последний момент Хелена отвернулась и стала блуждать взглядом поверх голов присутствующих.

И тут внезапно внимание молодой женщины привлек яркий блеск цветного драгоценного камня в головном уборе, украшенном перьями. Она всмотрелась в его обладательницу и узнала сильно накрашенное лицо леди Рейчел Каммингс. Хелена почувствовала, как ее охватывает холодная ярость. Значит, он дошел до того, что пригласил на свадьбу свою любовницу, чтобы нанести своей будущей жене самое сильное оскорбление! А еще обещал «оставить всех остальных»!

Сердито дернувшись, она едва почувствовала губы Маркфильда на мочке правого уха и, не думая о последствиях, вырвалась из его объятий и напомнила опешившему священнику, что они еще должны расписаться в журнале.

Граф, смущенный неожиданной переменой в поведении Хелены, которое до того момента было холодным и отстраненным, приписал это нервам. Когда она вошли в ризницу, он повернул Хелену к себе.

— В чем дело, дорогая? — спросил он с тревогой. — Ты плохо себя чувствуешь?

— Я совершенно здорова, благодарю вас, милорд, — ответила она слегка дрожащим голосом и, повернувшись к викарию, попросила пригласить свидетелей.

— Пожалуйста, скажи мне, что тебя тревожит, — обратился к ней Ричард, как только священник вышел. — Если у тебя болит голова, я могу устроить…

— Уверяю вас, что моя голова в полном порядке, — прервала она резко. — Должна сказать, что сейчас она намного яснее, чем час назад!

— Я не совсем тебя понимаю. Надеюсь, что ты не хочешь сказать, что уже начинаешь жалеть о нашей свадьбе?

— Сомневаюсь, что вас бы очень огорчило, если бы я и жалела, милорд, — пожала плечами Хелена. — По крайней мере, мне ясно, что вы не имеете намерения соблюдать клятвы, которыми мы только что обменялись!

Он отступил от нее, покраснев от гнева.

— Ради Бога! — воскликнул он в изумлении. — Что ты имеешь в виду?

— Сомневаюсь, что Бог придет на вашу защиту, милорд, — сухо заметила она. — Вам лучше обратиться к вашей любовнице!

— К моей любовнице? — Совершенно сбитый с толку, Ричард машинально взъерошил себе волосы. — Не представляю, что…

Но в этот момент достопочтенный Олдридж вернулся в ризницу в сопровождении графини и Джайлза Витли, и граф был вынужден прервать свои протесты и сконцентрировать внимание на подписании метрической книги.

В дальнейшем у молодоженов не было возможности остаться наедине, поскольку всю дорогу от Ганновер-сквер обратно в Стэндиш-Хаус их открытый экипаж сопровождали большие толпы народа. За свадебным обедом они сидели рядом друг с другом, но за едой разговор согласно этикету должен был ограничиваться банальностями, а потом в течение всего дня им было не до разговоров.

Улыбаясь и приседая в реверансе каждому из ста пятидесяти гостей, выстроившихся в ряд, чтобы их поздравить, Хелена вздохнула с большим облегчением, когда последний гость наконец удалился через двойные двери, ведущие в столовую. Она поняла, что худшие из ее страхов позади, — по крайней мере, презренная леди Каммингс не была приглашена на прием!

Ричарду, у которого от бесконечных рукопожатий и похлопываний по спине болели голова и плечи, казалось невозможным пробиться сквозь толпу, обступившую Хелену, и предложить ей устроить небольшой перерыв для себя. Она выглядела довольной в окружении пустоголовых гуляк, которые, по его мнению, были здесь только в надежде договориться с ней о тайном свидании. Как бы ему хотелось всадить пулю в каждого из них!

— Так вот ты где прячешься, старина! Уже устал от бремени брака?

Отбросив невеселые мысли, Ричард обернулся и увидел Джофрея Фэрфакса, который вместе с сэром Брейтвейтом наконец обнаружили временное укрытие своего друга в одной из многочисленных оконных ниш бального зала.

— Я просто хочу, чтобы все поскорее закончилось, — ответил он с усталым вздохом, снова бросив взгляд на свою жену, которая, судя по всему, довольно благосклонно беседовала в этот момент с одним из поклонников.

Сэр Питер заметил, что многие люди уже начали уезжать, так что желание Маркфильда скоро исполнится.

— Насколько я могу судить, — добавил он бодро, — прежде чем старинные часы в гостиной пробьют пять, мы будем провожать вас в свадебное путешествие.

— Мы не поедем в свадебное путешествие, — возразил Ричард, покачав головой. — Отец Хелены действительно предложил отправить нас в тур по европейским столицам, но, поскольку одна из моих лучших племенных кобыл должна со дня на день ожеребиться, я решил, что не могу оставить Гримторпа с ней одного.

— Не поедете даже на несколько дней? — удивился Брейтвейт.

— Возможно, позднее, — ответил граф, слегка покраснев. — Когда все немного уляжется.

На какой-то момент никто из его друзей не мог придумать ответ на это довольно загадочное замечание. Но потом Фэрфакс поспешно отреагировал:

— Ну, я должен сказать, что ты заполучил настоящую красотку. И к тому же твоим денежным проблемам как будто пришел конец! Неплохо сработано!

— Это правда, — нехотя признался Ричард. Несмотря на их долгое знакомство, у него было неприятное чувство, что его друзья с удовольствием бы узнали, что он отказался от всех денежных предложений Витли. На самом деле он решил перевести все немалое приданое Хелены на ее личный счет в банк на Стрэнде.

К облегчению Ричарда, гости действительно стали расходиться, и, когда толпа вокруг Хелены рассеялась, он, не будучи уверен в теплом приеме, набрал в легкие побольше воздуха и отправился к ней через зал.

— Все прошло хорошо, не правда ли? — сказал он, напрасно стараясь поймать ее взгляд.

Ответ Хелены был не слишком ободряющим.

— Весьма впечатляюще, милорд, — ответила она тоном, каким говорят с совершенно чужим человеком. — У леди Изабель, несомненно, выдающиеся организаторские способности.

Про себя Хелена считала, что вся эта церемония, конечно щедро оплаченная ее отцом, была от начала до конца долгим и скучным занудством. Почти час ей пришлось отбиваться от плохо прикрытых фривольных предложений нескольких джентльменов, и она спрашивала себя, зачем позволила себе войти в так называемый бомонд. Как эти люди могут говорить о «стандартах поведения» и «кодексе чести» и в то же время вести себя так ужасно, было выше ее понимания. Неудивительно, что ее мать отвергла собственных титулованных родственников ради жизни в более низких слоях общества! Как бы там ни было, появление в церкви Рейчел Каммингс убедило Хелену в том, что Маркфильд, имея теперь в своем распоряжении деньги ее отца, не собирается менять свою жизнь. «Он дал ясно понять, что не любит меня, а я надеялась, что со временем между нами может установиться взаимопонимание».

Ее муж, которого отвлек разговор с ее отцом и леди Изабель, опять подошел к ней и дотронулся до ее руки:

— Нам пора ехать, дорогая.

При мысли о расставании с больным отцом слезы брызнули из глаз новобрачной, и она закусила губу, чтобы не разрыдаться.

— Ну, ну, моя девочка, — раздался голос ее отца рядом с ней. — Не надо плакать. Как только ты устроишься в новом доме, мы с Лотти навестим вас.

— О, папа! — плакала Хелена, крепко обняв его. — Обещай мне, что ты будешь принимать лекарства, бросишь пить портвейн и станешь следовать советам доктора Редферна. Лотти будет помогать тебе… — Ее голос сорвался, и она дала волю слезам.

Мистер Витли, в течение нескольких минут гладивший дочь по спине, бросил умоляющий взгляд в сторону графа, словно прося у него помощи. Ричард, который, нахмурившись, наблюдал за этой сценой, быстро вышел вперед и, оторвав Хелену от отца, сам обнял ее и прижал к себе, бормоча:

— Успокойся, милая. Все будет очень хорошо, я тебе обещаю.

Оказавшись внезапно в объятиях Маркфильда, Хелена вздрогнула, а когда почувствовала исходившие от него тепло и силу, ее тело сотрясла такая сильная дрожь, что она в смущении отпрянула от него.

— О боже, что вы все, должно быть, думаете обо мне! — выдохнула она, отчаянно стараясь смахнуть со щек остатки слез. — Папа, дай мне, пожалуйста, платок.

Но Ричард первым вынул из жилетного кармана белый шелковый носовой платок, который словно держал там для этой цели.

— Позволь мне, — сказал он тихо и, взяв в ладони ее подбородок, начал вытирать ее мокрые и теперь красные от смущения щеки. — Отлично! — заключил он, опуская платок на свое место и заглядывая ей в глаза. — Как фиалки под дождем, — прошептал он, поднося к губам ее руку.

Нежные прикосновения и участие мужа еще больше усилили ее волнение, и прощание с отцом и Лотти прошло словно в тумане. Даже после того как граф посадил ее в экипаж и кучер стегнул лошадей, ее чувства пребывали в полном смятении.

Для Хелены не оставалось сомнений, что она без памяти влюблена в мужчину, который теперь стал ее мужем и сидел рядом с ней. Также не было сомнений в том, что его сердцем владела другая женщина. Что делать с этими неразрешимыми проблемами, она не знала…


Глава 14 | Девушка на выданье | Глава 16



Loading...