home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


XI. СТЫЧКА С ЛЮДМИЛОЙ

В это время, как ураган, ворвалась востроносая Людмила Зенгер.

— Что с ним?.. Что такое?.. Ах, бедный солдатик… Он расстроился от пения… Ужасно нетактичные особы берутся за такое деликатное дело, как развлечение раненых… Сударыня, я не имею чести быть с вами знакомой, но думаю, что вам следовало бы осмотрительнее выбирать номера для своих лазаретных гастролей… Завтра же скажу Руманову, чтобы он в «Русском Слове» поднял вопрос о непрошеных «певицах милосердия»…

Вера, пораженная стремительным потоком красноречия девицы, страдающей вечными запальчивостью и раздражением, с неудовольствием смотрела то на Людмилу, то на Кукарникова.

Кукарников, конечно, вспыхнул:

— По какому праву вы, сударыня, делаете замечания г-же Завьяловой? Кто вы такая? Нас приглашали сюда не вы, а…

— Кто я такая!.. Я — литератор! Я председательница сою

за дам милосердия!.. Я командор второго общества амазонок в Петрограде! Я личный друг Дорошевича, Измайлова, Григория Петрова, Немировича-Данченко, Волынского, Руманова… Стоит мне захотеть, и пресса обеих столиц высмеет недостойный лучшего поступок вашей дамы!.. Раз вы хотите развлекать раненых, так надо вносить сюда бодрость, смех, веселье, а не рыдания и слезы…

……..

…………………Что это у вас за ноты?..

Она стремительно схватила с рояля несколько тетрадок:

— Что это за ерунда на постном масле… Рахманинов, Гречанинов, Глинка, Даргомыжский, Бородин, постное масло и постное масло!.. Поверьте, что для раненых «Пупсик» гораздо полезнее всех этих Гречаниных и Рахманиных. Вот приходите сюда завтра, вице-президент Кружка Дам милосердия, m-me Шварц и я, мы танцуем танго между кроватями раненых… Действительный член кружка m-me Фриде исполнить «Пупсика», a m-me Петерс «Тихо качайтесь, качели»… Вот это поднимает дух солдатиков… А этих Гречаниных и Рахманиных исполняйте перед гурманами… Вообще, я добьюсь, добьюсь, добьюсь, чтобы никому, кроме дам нашего кружка, не было позволено развлекать раненых… При моих связях я добьюсь, чтобы непрошенных развлекательниц отсюда убрали…

— Молчать! — гневно крикнул Кукарников. — Вас я вижу в первый раз! По фамилии вы немка, а по приемам — хамка… Если вы не извинитесь немедленно перед г-жой Завьяловой, вы будете иметь дело непосредственно со мной…

— Молчать! — взбеленилась Зенгер. — Всякий студентишка смеет на меня кричать!.. Да вы знаете ли, что я при моих связях могу вас выслать из Петрограда в 24 часа!..

— Не знаю и знать не хочу! Я требую, чтобы вы немедленно попросили прощенья у m-elle Завьяловой, и я думаю, что все раненые и сестры милосердия присоединятся…

Вера схватила Кукарникова за рукав.

— Дмитрий Иванович, перестаньте… Замолчите… Здесь не место и не время ссориться…

— Я покажу этой немке и хамке ее место!..

Людмила позеленела от запальчивости и раздражения.

— Телефон! Где у вас телефон!.. Я… я… я…

— Тьфу! — пробормотал Сидорчук, — и чего этой востроносой от нас надо!

— Провалилась бы она, а мы бы еще барышню послушали…

— Немка и есть. Я на немок насмотрелся… Не любят ее в лазарете, кривляется, кривляется. А то еще начнет душу выматывать, где да кто, да как сражался, да где какой полк сейчас стоит, да куда письма адресовать, да. Чистый следователь…


X. ЯВЬ СЕМЕНА ЛАРИОНОВА | Берта Берс. В сетях шпионажа | XII. ДЕЛОВАЯ БАРЫШНЯ



Loading...