home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

Вышибала, который стоял у дверей клуба, казался вырезанным из красного дерева. Уит, чувствуя на себе его испытующий взгляд, заплатил за вход двадцатку и погрузился в грохот музыки и бешеную круговерть мерцающих вспышек света.

Толпа, тусующаяся в клубе «Топаз» в дневные часы, уже испарилась, и в заведение стала прибывать новая смена — более солидная публика. Единственными ярко освещенными местами были подиумы с прожекторной подсветкой снизу и сверху. Основную часть посетителей составляли мужчины, а женщины, которых было всего несколько, своими натянутыми улыбками как бы выражали молчаливый протест против всего происходящего здесь. В оформлении интерьера преобладал золотисто-желтый цвет, дававший странное сочетание римской классики (что, вероятно, намекало на обстановку надвигающейся оргии) и современного лоска. В клубе царила идеальная чистота, официантки сновали между столиками с неиссякаемой энергией, а интимная обстановка обещала исполнение всех желаний, подготавливая публику к тому, чтобы она с удовольствием потратила свои деньги.

Девушка на сцене исполняла сольный танец. Ее отточенную пластику нельзя было бы назвать простым набором движений, сопровождающихся тряской бюста. Она была высокой, рыжеволосой, двигалась с прирожденной грацией и была одета в костюм, представлявший собой весьма урезанную версию наряда девушки-ковбоя. В лихо надвинутой стетсоновской шляпе, без лифчика, но с узким патронташем, разделявшим ее высокие груди, и широким кожаным поясом, на котором висели бутафорские револьверы, стриптизерша выглядела очень эффектно. Она достала свое оружие и обстреляла струями воды двух солидных мужчин с двойными подбородками. Те восторженно засвистели и зааплодировали. Ее уверенность и манеры скорее напоминали танцовщицу с Бродвея, которая вдруг решила продемонстрировать свою грудь. Сняв кожаные перчатки, девушка бросила их на лысеющую голову восхищенного клиента.

Уит направился к бару, высматривая Гуча. Они решили появиться здесь порознь. Гуч должен был приехать минут десять назад. Уит увидел товарища, который сидел в одиночестве за угловым столиком и пил пиво, наблюдая за происходящим на подиуме. Уит выбрал другой угловой столик и присел за него.

Представив, что мать, возможно, находится где-то рядом, Уит ощутил неприятный холодок, медленно ползущий по спине. В любой момент он может лицом к лицу столкнуться с тенью, преследовавшей его всю жизнь. Однако, пребывая сейчас в окружении полуобнаженных девиц и мужчин, размахивающих сложенными купюрами, Уит понимал, что вряд ли это будет воссоединением, которое он представлял себе в детстве. Он достал платок и вытер лоб, покрывшийся каплями пота.

Официантка, одетая в безукоризненно белую рубашку, красный кожаный жилет, черный галстук и черную кожаную мини-юбку, плотно сидевшую на крепких бедрах, появилась почти мгновенно, как только он занял столик.

— Что я могу для вас сделать?

— «Корону», пожалуйста.

Ледяное пиво с прилагаемым ломтиком лайма, торчавшим в горлышке бутылки, быстро материализовалось перед ним на салфетке. Он расплатился наличными, наблюдая за тем, как рыжеволосая танцовщица под бешеные аплодисменты закончила свое выступление, и услышал конферансье, который провозгласил:

— Отпустим Рыжую Робин! Сейчас она отправится в гримерную, чтобы… — В воздухе повисла пауза, и конферансье продолжил: — Снять свой стильный прикид и вскоре вернуться к нам. А сейчас на нашей главной сцене со своим потрясающим номером появится Дезире О’Мэлли!

Под грохот барабанов и звуки скрипок на сцену выплыла роскошная девица в стильной зеленой шляпе и пиджаке. Она с удивительным мастерством подбрасывала свои увесистые груди и едва ли не жонглировала ими. На подбородке у нее красовалась маленькая фальшивая бородка лепрекона, которую она швырнула в толпу под смех и аплодисменты.

Как ни странно, все девушки из обслуживающего персонала клуба и танцующие на сцене были невероятно хороши. Ни у одной из них, а Уит мог наблюдать за несколькими, работавшими в зале, предлагавшими танец на коленях у клиента или сидевшими за столиками, болтая с посетителями, не было утомленного и потасканного вида, какой бывает у людей, вынужденных зарабатывать на жизнь в условиях жестокой эксплуатации. «Плейбою» следовало бы направить сюда команду фоторепортеров, и минут за десять она смогла бы обеспечить шикарными снимками годовой выпуск журнала.

Уит стал осматривать зал и отметил про себя, что за сценой расположены две двери, ведущие, вероятно, в комнаты отдыха, а также ниша, освещенная слабым красным светом. Там, скорее всего, находились офисные помещения. Слева, в стороне от подиума, была видна лестница с полированными перилами из кипариса. Она была перекрыта бархатной лентой с табличкой «Служебный вход». Наверху лестница заканчивалась еще одной закрытой дверью.

Он сделал глоток пива и вдруг услышал воркующий голос:

— Вы любите танцы, сэр?

Уит поднял глаза и обнаружил перед собой одну из самых прекрасных женщин, которых когда-либо видел в своей жизни. Она была великолепна, как кинозвезда, с кожей цвета кофе с небольшим добавлением молока, а ее волосы были коротко подстрижены, поскольку при такой ослепительной внешности они служили не более чем фоном. У нее были полные губы, высокие скулы, нежная линия подбородка и карие глаза, в которых можно было мгновенно утонуть. Бюст, прикрытый узеньким лифчиком, был украшен компакт-дисками, а на бедрах размещалась копия компьютерного монитора.

— У меня ученая степень в области вычислительной техники, — заявил он.

Она вежливо рассмеялась, давая понять, что шутка не слишком свежа.

— Я просто умру от счастья, если ты станцуешь со мной, — сказал Уит.

— Нет, не с вами, — уточнила она, предоставляя ему возможность снова пошутить. — Для вас.

— Танец на коленях?

— Именно.

— А как насчет того, чтобы просто посидеть и поболтать со мной пару минут?

Танцовщица явно колебалась. Он предположил, что, видимо, в разговоре присутствует больше интимности, чем в танце. Девушка может извиваться, покачивать бедрами, демонстрируя свои груди, но в такой обстановке все это будет менее откровенным, чем беседа, во время которой им обоим придется общаться и рассматривать друг друга как личность.

Он спросил:

— А сколько стоит танец?

— Сотню.

— Хорошо, ты получишь сотню, но за это посидишь немного за моим столиком, и мы поговорим.

Стриптизерша, щелкнув пальцами, дала знак официантке. Уит понял, что должен отдать свою кредитную карточку, — столько наличных у него с собой не было. Это казалось рискованным. С другой стороны, он должен был кое-что выяснить, и, если его мать все же работает здесь, она вряд ли будет пересматривать десятки квитанций. Уит передал карточку официантке, и чернокожая девушка села рядом с ним за маленький столик.

— Как тебя зовут?

— Гикгел.

— Нет, настоящее имя.

— Таша.

— Привет, Таша. Меня зовут Уит.

— И вы, конечно, бизнесмен, как и все наши гости?

— Верно. Я работаю на кинокомпанию. — Он заранее разработал несколько легенд, чтобы без особых усилий проникнуть в служебные помещения клуба, и сейчас решил использовать именно эту версию.

Она подняла свою идеально изогнутую бровь.

— Вот как! На кинокомпанию…

— Извини, но кастингом я не занимаюсь, — признался он. — Хотя мне кажется, что здесь работает море желающих стать актрисами.

— Да, наши девушки жаждут вплотную заняться Шекспиром, надеясь открыть новые грани в образе Офелии. — В ее тоне прозвучал сарказм. — Но не я.

— А чего ты хочешь?

— Мира во всем мире, — ответила она.

Он сделал долгий глоток пива. Подошла официантка и принесла Таше стакан содовой с кусочком лайма, сиротливо болтавшимся над кубиками льда.

— Да будут благословенны миротворцы! — шутливо произнес Уит.

— Не стоит воспринимать мои высказывания слишком серьезно.

— Ты просто поразила меня своей утонченностью и острым умом.

Ее улыбка стала несколько натянутой.

— В сущности, я очень дружелюбный человек.

— Ты имеешь в виду верхний этаж?

— Нет, я не настолько дружелюбна.

— Я сказал это только в шутку, Таша.

— Что касается частных апартаментов, то у нас бывает множество знаменитостей, которые не хотят развлекаться у всех на глазах, поэтому они заказывают еду, напитки и танцы в отдельных номерах. Может, вы пытаетесь произвести на меня впечатление своими голливудскими связями и действительно хотите подыскать место для съемок фильма?

— Подозреваю, что произвести на тебя впечатление не так-то легко. Для этого ты слишком умна. И весьма рассудительна для заведения подобного рода. — Он проследил за тем, как Дезире О’Мэлли закончила свой номер. — Да, я действительно подыскиваю подходящую обстановку для съемок триллера. Герой, который является разведчиком, пытается схватить негодяя агента, укравшего смертельно опасный вирус. Чтобы получить нужную информацию, его девушка отправляется в клуб и выступает в качестве стриптизерши. Вот почему нам никак не обойтись без ночного клуба.

— Но почему бы вам не поработать в Лос-Анджелесе?

— Техас дешевле. Скажи, с кем здесь можно переговорить насчет съемок?

— С Фрэнком. Но предупреждаю, он сам захочет сниматься.

— Фрэнк?

— Фрэнк Поло. Он здесь управляющий.

— Мне знакомо это имя.

— Дорогуша, если вам знакомо это имя, то у вас не слишком утонченный музыкальный вкус. — Таша наклонилась вперед и чистым альтом стала напевать сквозь шум зала и сцены: — «Бэби, стала ты моей привычкой… да, стала ты моей привычкой».

— Эту песню я помню, — сказал, улыбаясь, Уит.

— Фрэнк никогда не придет в себя после утраты былой славы. — Она пожала плечами. — У него были золотые пластинки, а сейчас он управляет подобным заведением. Ниже упасть невозможно.

— Но ведь это очень хороший ночной клуб, Таша.

— Сущий рай. Надеюсь, что когда-нибудь смогу отсюда убраться.

— Так как мне встретиться с Фрэнком Поло?

Она бросила на него изучающий взгляд.

— Если вы не тот, за кого себя выдаете, я не намерена тратить на вас время Фрэнка. Только никаких обид. У вас есть визитная карточка?

Разумеется, таковой у него не было, но Уит разыграл целую сцену, копаясь в бумажнике и карманах. Он был одет в брюки цвета хаки и рубашку навыпуск и вдруг подумал, что выглядит не слишком по-голливудски. Никакой укладочной пенки на волосах и модных солнцезащитных очков.

— К сожалению, с собой нет. Последнюю оставил в клубе «Ес». — Это был еще один такой же стриптиз-клуб, рекламу которого он видел на огромном стенде возле автострады.

— Но у вас должны быть визитки, — вежливо настаивала Таша, показывая, что она вовсе не уверена в подлинности его личности.

— Я могу позвонить Фрэнку, — сказал Уит. — А может, у него есть ассистент, с которым я смогу поговорить? — Он снова прогулялся по карманам, будто собираясь с мыслями. — Видишь ли… людям не всегда нравится идея съемок фильма в принадлежащих им заведениях. Поэтому моя профессия чем-то сродни работе разведчика.

— Понятно, — недоверчиво протянула Таша.

Он осознал, что, желая завоевать ее доверие, слишком много говорит и явно торопится.

— Моя ассистентка несколько раньше звонила в управление клуба. Она говорила с Евой. Кажется, с Евой Майклз…

— Да, я знаю Еву, — сообщила Таша. — Но она не…

— Таша, — прогудел чей-то голос позади Уита. — Ты срочно нужна наверху.

Крепкий мужчина, скорее напоминавший матерого трутня из крупной корпорации, чем сотрудника ночного клуба, прошел мимо Уита, наклонился к Таше и что-то прошептал ей на ухо. Она кивнула и одарила Уита снисходительной, профессионально отстраненной улыбкой.

— Извините меня. Было очень приятно с вами пообщаться, скаут. Желаю приятно провести вечер в клубе «Топаз».

— Спасибо, Таша.

Она поднялась и прошла мимо крепыша, который собрался уходить.

Уит, обращаясь к мужчине, произнес:

— Прошу прощения.

Тот развернулся и улыбнулся ему холодной, как антарктический лед, улыбкой.

— Да?

— Я заплатил, чтобы она немного со мной посидела, — сказал Уит. — Полагаю, что, поскольку вы ее забрали, я могу рассчитывать на частичное возмещение.

— Да, забрал, — согласился мистер Холодная Улыбка. Его физиономия стала еще более мрачной. — Но, извините, никакого возмещения не будет.

— А как насчет одолжения вместо этого? — спросил Уит. — Где я могу найти Еву Майклз?

Мистер Холодная Улыбка уселся напротив него.

— Насколько я понимаю, она работает в руководстве клуба, — дружелюбно сказал Уит.

— Не совсем так. Но с какой целью вы ее ищете? — Мужчина ничем не напоминал клубного вышибалу. На нем безукоризненно сидел превосходно сшитый костюм, его стрижка была скорее консервативной. Правда, губа распухла, будто совсем недавно он получил хороший тычок в зубы.

— А вы кто, ее секретарь? — спросил Уит.

Теперь мистер Холодная Улыбка уже не улыбался.

— Как вас зовут? Я доложу, что вы ее ищете.

— Мое имя не имеет значения. У меня к ней частное дело.

Служащий посмотрел на него так, будто решал, подходит ли это неизвестное к тому уравнению, которое он решал в уме.

— Хорошо, пойдемте со мной, приятель. Я вас к ней проведу.

В мерцающем свете зала Уит пытался разглядеть лицо Гуча, возле которого в этот момент дикая ирландская роза Дезире О’Мэлли исполняла свой танец.

— Вы пойдете со мной или нет? — спросил мужчина.

Все происходило слишком быстро. Уит не был готов прямо сейчас оказаться перед матерью, но потом подумал об отце и решительно встал. Он почувствовал, как мурашки покрыли его кожу.

— Прошу сюда, — произнес мистер Холодная Улыбка, и Уит последовал за служащим, который отбросил бархатную ленту, отделявшую лестницу, что вела к номерам. Уит снова посмотрел в сторону Гуча, но так и не увидел выражение лица своего друга, которого заслоняла голая спина танцовщицы.

Пол на втором этаже был покрыт ярко-красным ковром, самым богатым из всех, которые Уит когда-либо видел в своей жизни. Бесшумно ступая по нему, они прошли вдоль ряда дверей с золотыми номерами, загадочно сверкавшими в полутьме. Мистер Холодная Улыбка небрежно толкнул ногой дверь под номером пять и заглянул в помещение.

«Вот и мы, — подумал Уит. — Привет, мама». Вслед за своим провожатым он вошел внутрь.

Но комната оказалась пустой.

Как только они вошли, Мистер Холодная Улыбка набросился на Уита сзади и схватил его за шею, словно пинчер, сдавливая другой рукой сонную артерию. Уит начал задыхаться, чувствуя, что воздух в легких стал густым, как желе. Когда рука крепыша отпустила его горло, он ощутил на спине жесткое прикосновение дула пистолета.

— Я нажму на спуск, — предупредил мужчина, — и ты проведешь остаток своих дней в инвалидном кресле.

Уит перевел дыхание, у него уже почти не оставалось воздуха в легких.

— Сегодня был не лучший денек, — прорычал мистер Холодная Улыбка. — Я хочу знать, зачем ты ищешь Еву. Я желаю услышать это в следующие пять секунд. Пять. Четыре. Три…

— Она должна мне деньги, — сказал Уит. Это было первое, что пришло ему в голову, что-то вроде молниеносного озарения.

Давление пистолета на спину не ослабевало.

— За что?

Во рту Уита пересохло.

— У меня были деньги, которые я хотел перевести в оффшорную зону и отмыть. — Гарри говорил, что его мать работает в этой криминальной группировке в качестве финансиста, так что такая возможность была довольно реальна. — Но она не вернула мне деньги.

— Значит, эта сука сейчас стала работать на стороне? — спросил служащий. — Повернись.

Уит выполнил его команду, и мистер Холодная Улыбка тут же двинул ему в лицо, бросив назад, к стене. Уит сжал кулаки и, пошатываясь, кинулся в контратаку, но в его лоб тут же уперся холодный ствол пистолета.

— Сколько денег?

— Какое тебе дело? — огрызнулся Уит.

Его противник оказался слишком искусен в обращении с оружием. Он управлялся с пистолетом, как заправский ковбой из вестерна, причем с явным удовольствием.

Дверь позади него приоткрылась.

— Комната занята! — крикнул мистер Холодная Улыбка, не оборачиваясь. — Зайдите в следующую, — его голос звучал довольно дружелюбно.

— Но мне нравится эта комната. — Гуч закрыл за собой дверь, плотно притворяя ее. Тут же раздался стук, и женский голос произнес:

— Выходите. Это комната для охранников.

— Проваливай, дружок. — Мужчина бросил взгляд на Гуча, и ствол пистолета еще сильнее уперся в лоб Уита.

— Я так и сделаю. А потом отправлюсь прямо в Детройт и немного поболтаю с Джо Васко. Ты его знаешь. Это парень, который выставил Беллини из Детройта.

— Кто ты, черт побери, такой?

— Твоя лучшая половина, — сообщил Гуч. — Если ты ухлопаешь моего друга, то ребята Васко приедут из Детройта, возьмут тебя за задницу и живьем скормят аллигаторам по фунту за один заход. Думаю, что ты не умрешь раньше, чем через три или четыре дня.

— Васко… — повторил мистер Холодная Улыбка.

— Точно, — криво улыбаясь, подтвердил Гуч.

Мужчина опустил оружие. Уит не двигался, хотя пистолет уже не сверлил ему череп и он мог нормально дышать.

— Как тебя зовут? — спросил мистер Холодная Улыбка.

— А тебя? — спросил Гуч.

— Меня все называют Бакс.

— Бакс? — ухмыляясь, повторил Гуч, и на его каменном лице вновь появилась улыбка. — Это в смысле денег или в том смысле, что на жаргоне ты педрила для тюремных услуг?

— В смысле денег, — ледяным тоном сообщил Бакс.

— Меня зовут Леонард. — Это действительно было имя Гуча, которое, впрочем, использовалось крайне редко. — А парня, на которого ты наехал, зовут Майкл. — Это было второе имя Уита, которым его никто и никогда не называл.

— И вы оба от Васко?

— Ты быстро схватываешь. Твое хобби случайно не вычисления в уме? — спросил Гуч.

— Я пойду и сообщу Полу.

Гуч покачал головой.

— Не стоит беспокоить Пола и говорить ему, что мы здесь.

— Так он не знает?

— Так захотел мистер Васко. Поскольку Томми прикован к постели, Васко желает посмотреть, чем занимается Пол. Он желает убедиться, что Пол соблюдает соглашение и не сует свой нос в Детройт и наш бизнес. Никаких сделок с наркотиками, никакого отмывания денег, никакой противозаконной деятельности.

Бакс нахмурился.

— То, чем мы занимаемся в Хьюстоне, совершенно не касается мистера Васко.

— Вытащи свою голову из задницы, сынок. Если мы доложим Васко, что Пол нарушил условия договоренности и полез в чужую сферу деятельности, он пошлет сюда нескольких плохих парней, чтобы вправить вам мозги, и вы станете очень несчастными, а может быть, и вовсе умрете, — угрожающе произнес Гуч.

— Лучше вам по-быстрому вернуться в свой Детройт, — невозмутимо заявил Бакс, и Уит заметил, что мелькнувшая было тень страха на его лице сменилась вспышкой злобы. Гуч зашел слишком далеко.

— Парень, остынь, — примирительно произнес Уит и взглянул на Гуча. — И ты тоже остынь. Давайте поговорим, ладно? — Его лицо болело, а кожа под глазом начала подергиваться. Скоро у него появится синяк, и это вызвало внезапный приступ ярости. Этот человек знает его мать и прекрасно осведомлен о ее деятельности. Ему захотелось от всей души врезать Баксу по его наглой роже.

— Почему ты врал мне насчет денег? Почему не сказал, что ты от Васко? — Эта несколько запоздалая мысль заставила голос Бакса звучать громче.

Как только он повернулся лицом к Уиту, увесистый кулак Гуча обрушился на его затылок, и крепыш Бакс свалился на пол.

— Потому что тобой, дерьмо, только задницу подтирать, — прорычал Гуч. — Потому что мы не обязаны давать тебе пояснения. Ты меня понял?

Уит наклонился и забрал у Бакса пистолет. Дверь в комнату сотряслась от ударов, а в замке заскрежетал ключ. Уит положил пистолет на стол возле своей руки.

В комнату вломилась парочка громил с бычьими шеями. Они уставились на Гуча и Уита, лицо которого носило явные следы недавнего рукоприкладства. Посмотрев на Бакса, сидевшего на полу, один из них спросил:

— Что здесь происходит, Бакс?

— Это мои друзья, — объяснил тот. — Мы тут немного пошутили. Все в порядке. — Он нервно хохотнул.

Двое вышибал с недоумением посмотрели на Гуча и Уита.

— Прошу извинить, что оставил мисс О’Мэлли за дверью, после того как она привела меня сюда, — сказал Гуч. — Это часть шутки.

Охранники снова повернулись к Баксу.

— Ники, все нормально. Скажи Дезире, что мы отблагодарим ее за беспокойство, — сказал Бакс, вставая.

— Да, у меня для нее есть большой сюрприз, — добавил Гуч, и на этот раз все рассмеялись.

— Все хорошо. Мы скоро спустимся вниз, — успокаивающе произнес Бакс, и двое мужчин удалились, закрыв за собой дверь.

— Видели, как обстоит дело? — сказал Бакс. — Я отдам приказ, и вас тут же пришьют.

— Можешь попробовать, но не забывай, что из Детройта за вами следят, — парировал Гуч.

— И что же случится, если в Детройте не понравится то, что они здесь увидят? — спросил Бакс.

— Я бы не старался быть слишком верным Полу, — сказал Уит, отметив про себя пристальный взгляд Бакса, который посмотрел на него, будто видел в первый раз. — Нам нужно поговорить с Евой Майклз.

Бакс потрогал языком кровоточившую губу и издал ртом звук, напоминавший щелчок.

— Она редко бывает в клубе.

— Тогда дай нам ее адрес, — потребовал Гуч.

Бакс несколько секунд молчал, будто прикидывая в голове варианты.

— Она будет отсутствовать в городе примерно в течение суток.

— У тебя есть номер ее сотового телефона?

— Нет, — ответил Бакс. — Перезвоните мне попозже. — Он достал из кармана ручку. Уит увидел торчавший из кармана мобильник и, пока Бакс писал номер на салфетке, сделал шаг в сторону.

— Один вопрос, — сказал он, когда мистер Холодная Улыбка повернулся к нему, и нанес ему джеб справа под глаз, а потом сразу ударил левой в нос. Затем повторил комбинацию и облегченно вздохнул. Бакс отшатнулся назад и грохнулся на пол.

— Теперь мы квиты, — сказал Уит. Он взял со стола пистолет, навел его на Бакса и полез к нему в карман за сотовым телефоном.

— Эй… — запротестовал тот.

— Заткнись, или я воткну его тебе в лоб так же, как сделал ты. — Уит включил телефон, нашел адресную книжку и прошелся по указанным в ней номерам. Обнаружив номер Евы, он записал его в память своего телефона и бросил мобильник на грудь Бакса.

— У тебя, разумеется, был ее номер, — сказал Уит. — Это одна ложь, которую ты нам сказал. Не вздумай повторить свою ошибку, ты, задница.


Глава 9 | Хватай и беги | Глава 11