home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 2

Когда появились стриптизерши, Ева Майклз интуитивно почувствовала, что сделка состоится, а значит, в скором будущем семейство Беллини ожидают большие проблемы.

Деловой обед в одном из отдельных номеров клуба «Топаз» начался довольно рано, около десяти, но недостаточно рано для горевшей нетерпением Евы. Она чертовски устала и мечтала лишь о том, чтобы покончить с этой историей, хотя и подозревала, что Пол Беллини, в отличие от нее, находится в полной боевой готовности. Когда убирали со стола, Ева успела заметить, что две стриптизерши, освобожденные от работы в зале, стояли в ожидании возле апартаментов Пола. Между Томми Беллини и его сыном существовало небольшое различие — Томми всегда был более осмотрительным при выборе проституток.

В тот вечер гостями были два наркодилера из Майами, появившиеся в Хьюстоне для обсуждения сделки в пять миллионов долларов. За их любезными улыбками опытная в таких делах Ева рассмотрела звериный оскал хищников, которые прикидывали, сколько же пригодной для употребления плоти осталось на костях организации Беллини. Вечер начался с деловой беседы, когда они вшестером расположились за столом, а Ева придала своему лицу непроницаемое выражение прожженного игрока в покер.

— Итак, у вас есть для продажи кокаин на пять миллионов, — начал Пол. Он преднамеренно старался говорить приглушенно, чтобы его голос звучал впечатляюще. Ева даже не посмотрела на него, изображая смущение.

— Верно. Но мы можем поставить вам даже больше, если сделка состоится.

Кико Грейс, главный гость из Майами, затянулся кубинской сигарой и выпустил над столом ароматное облако крепкого дыма. Сигара гармонично вписывалась в его элегантный внешний облик: он был одет в темный итальянский костюм, черные волосы, идеально подстриженные, радовали глаз здоровым блеском, а туфли тонкой выделки сияли так, что при желании в них можно было увидеть собственное отражение. Возле уголка его рта разместилась маленькая изящная родинка, напоминающая женскую мушку, но она была единственным, что смягчало жесткие черты Кико Грейса.

— На этой неделе мы доставим примерно шестьдесят килограммов, чтобы прикинуть, как у нас с вами пойдет дело. Мы можем удвоить и даже утроить это количество — никаких проблем. — Речь Кико лилась рекой, и в ней звучало удовлетворение, будто все уже было решено. — Но мы должны быть уверены, что вы сможете достаточно быстро распределить поставляемый нами объем порошка. Мы не будем сотрудничать с организацией, которая не сумеет обеспечить высокую эффективность продаж.

— Проблема состоит в том, что вы просите за кокаин слишком высокую цену, — спокойно заметила Ева. — Это сильно стесняет нас в отношении установления маржи. — Пол глянул на нее так, будто уже забыл о ее присутствии в комнате.

— Увеличьте свои надбавки, Ева. Или поставщики выстроились в очередь и жаждут с вами работать? — насмешливо спросил Кико. Он машинально прикоснулся к родинке. — Никто не захочет рисковать только потому, что у вашей организации возникли проблемы. Вы знаете так же хорошо, как и я, что вам делают одолжение.

Ева посмотрела на своего бойфренда Фрэнка, сидевшего рядом, но тот уставился на вино в своем бокале и никак не реагировал на их диалог с Кико.

— Вы не должны понимать меня превратно. Мы искренне сожалеем о том, что случилось с вашим отцом, Пол, — добавил Кико.

— Благодарю, — буркнул Пол.

— Он был великим человеком, — продолжал Кико. Еве очень не понравился глагол «был». — Теперь, когда он вышел из игры, а двое его ближайших помощников мертвы, уже нет полной уверенности, что вам удастся обеспечить полноценную уличную торговлю. Вы ведь не хотите превратиться в магазинчик для папы и мамы, в то время когда дилеры предпочитают работать с тем, кто приобретает крупные партии? Надеюсь, вы понимаете, о чем я веду речь? Мы сегодня здесь, чтобы помочь вам и дать шанс на подлинное процветание за счет постоянных поставок для ваших торговцев.

— И все это только от сердечной доброты, — едко вставила Ева.

Кико одарил ее кривой ухмылкой.

— А вы мне нравитесь, — сообщил он. — Такая же искренняя, как моя мама. Нет, разумеется, не из-за доброты моего сердца, а только ради получения прибыли.

Ева начала было обсуждать вопрос о марже, но Пол прервал ее на полуслове:

— Хьюстон — наша территория. Надеюсь, для вас это совершенно ясно.

— Все в порядке, — заверил его Кико. — Мы не строим никаких планов на вторжение. У нас в Майами своих забот хватает.

— Когда вам потребуются деньги для поставки первой партии? — спросил Пол, и Ева прикусила нижнюю губу.

Фрэнк слегка отрыгнул и улыбнулся Хозе, помощнику Кико. Еве этот Хозе не нравился: он мало говорил и постоянно следил за выражением лиц присутствующих, будто изучал географическую карту. Он был приземистым и квадратным, с заурядной скуластой физиономией, а его глаза так и бегали, не упуская из виду ни одного движения, промелькнувшего на лице Евы, Фрэнка или Пола. Постукивая ногтем своего короткого большого пальца поочередно по всем пальцам правой руки, Хозе будто отсчитывал секунды на своих внутренних часах. За внешне простоватой оболочкой у этого немногословного типа явно скрывались ум, хитрость и проницательность, что заставляло Еву нервничать.

— Ровно пять миллионов наличными. К полудню в четверг, — сообщил Кико. — Товар уже находится здесь; упакован в импортных керамических изделиях, которые в декларации проходят как антиквариат. — Он рассмеялся. — Это просто хлам, но стоит его разбить — и в каждом изделии обнаружится по полкило. Все надежно спрятано в районе порта с гарантией полной безопасности.

— Отлично, мы берем, — сказал Пол.

Ева отпила немного красного вина. Сделка состоялась без предварительного обсуждения с ней, как было принято раньше. И теперь она могла сделать только одно — постараться обеспечить для них защиту в этом новом партнерстве. Она искоса взглянула на нового помощника Пола, которого называли его правой рукой. Этот парень выглядел как типичный тунеядец, каких полно в крупных корпорациях. Одетый в костюм от Брукс Бразерс, розовую оксфордскую рубашку и синий галстук, он, казалось, прибыл для того, чтобы отвести ребенка на собеседование перед приемом в школу или же провернуть небольшое дельце через банк. Все называли его Бакс, что было сокращением его полного имени Бакмен, но в большей степени потому, что многие признавали его особые способности в изобретении новых способов делать деньги. Однако Ева до сих пор не заметила у него особых проблесков ума.

Бакс бросил на нее предостерегающий взгляд, означавший: «Держи язык за зубами». Фрэнк в качестве гостеприимного хозяина поднял свой бокал и произнес:

— Выпьем за удачный бизнес.

Все чокнулись, подняв бокалы. Кико холодно улыбнулся ей, когда их бокалы соприкоснулись, будто показывал, что нюхом почуял ее несогласие, но его это вовсе не волнует.

После заключения сделки все приступили к трапезе и отдали должное увесистым стейкам, доставленным из клубной кухни, салату под голубым сыром и картофелю, запеченному с луком и сыром. Ева лениво ковырялась в салате, приготовленном самим шеф-поваром. Аппетит пропал, и она не могла дождаться, когда же выйдет из-за стола.

Пять миллионов. В ее распоряжении были пять миллионов, отмытых и разбросанных по двадцати двум различным счетам на Каймановых островах, деньги, которые она могла свободно перевести в банк в Хьюстоне. Это были единственные «чистые» деньги, которые у них сейчас имелись, но Пол за одну минуту дал согласие потратить их. Когда его отец оказался при смерти, ручейки доходов почти иссякли, а рядовым бандитам уже нельзя было доверять в полной мере, как раньше. И вот теперь, несмотря на это, Пол так легкомысленно собирался использовать их последний денежный резерв в игре с людьми, с которыми они никогда раньше не работали. Это было более чем легкомысленно.

— Эй, Фрэнк, — попросил Кико. — Спой для нас. Подари нам пару куплетов «О, бэби, стала ты моей привычкой».

— Прошу, не надо, — взмолился Пол. — Мы уже слышали это примерно миллион раз.

— Классика вечна и никогда не приедается, — возразил Фрэнк. Он уже принялся за пятый бокал вина.

— Ну да, такая музыка становится вечной примерно каждые десять лет, когда диско снова входит в моду, — заметил Бакс. — А затем она очень быстро возвращается в разряд второсортной. Но он никогда не признается, сколько же денег на ней сделал.

— Я был артистом, — гордо произнес Фрэнк. — Деньги — это забота агентов, а я занимался чистым искусством.

— Особенно ты преуспел в искусстве падения с кресла на пол, — сказала Ева.

— Но это вовсе не мешает тебе любить меня, — парировал Фрэнк, и она улыбнулась, поскольку это было правдой.

— Парням, которые делают виагру, следовало бы использовать эту песню в качестве своей фирменной мелодии, — высказался Пол. — Но тогда им пришлось бы позолотить твою задницу в качестве платы за лицензию.

— Прошу тишины, имейте уважение к артисту, — потребовал Фрэнк, затем встал и запел без сопровождения хорошо известный припев:

Я вам спою лишь то, что сердце подсказало.

Оно огнем пылает, лишь тебя узнало.

Мне без тебя земли и неба будет мало.

О, бэби, стала ты моей привычкой,

Да, стала ты моей привычкой…

Ева улыбнулась Фрэнку, когда тот уселся на место и все зааплодировали, а Хозе даже засвистел в знак одобрения. Бакс тоже похлопал, но без особого энтузиазма. Казалось, что голос Фрэнка все еще витает в воздухе — этот слегка изношенный, но чистый, как колокольчик, и сладкий, как горячий шоколад, тенор.

— У тебя по-прежнему ангельский голос, — заметила Ева.

— Голос ангела-старпера, — скромно возразил Фрэнк, но она видела, что он очень доволен, поскольку даже маленькая зрительская аудитория всегда гораздо лучше, чем ее отсутствие.

— Парень, тебе следует подумать об организации музыкального тура в стиле диско.

— Не получится, — заявил Фрэнк. — Я слишком занят в клубе. К тому же меня могут заставить делить гримерку с какой-нибудь деревенщиной, а это для меня совершенно неприемлемо.

— Возрождение карьеры певца, — сказал Бакс, — это весьма достойная цель.

— Вот как? Может, ты набросаешь для меня план мероприятий, сынок? — отбрил его Фрэнк. Он повернулся к Кико. — Бакс у нас великий планировщик. Каждый день у него больше планов, чем голов в футбольном туре.

— Интересно послушать, — с готовностью откликнулся Кико.

— Планирование целей весьма важно, — начал Бакс. — Постановка цели позволяет нам вовлечь…

Пол нетерпеливо прервал его тираду, так как уже слышал подобные рассуждения много раз:

— Кико, у нас есть парочка прелестных девчонок, которые жаждут зайти и станцевать для вас. Вот это весьма достойный план.

Бакс мгновенно закрыл рот, будто сработала невидимая защелка.

Кико улыбнулся.

— Спасибо, джентльмены, нет. Я предпочел бы быструю экскурсию по клубу, если Фрэнк согласится выступить в роли гида. Хотелось бы посмотреть, кто здесь сегодня из знаменитостей.

— Вы уверены, что не хотите взглянуть на небольшое частное представление? — переспросил Пол, делая ударение на слове «представление».

— Я оставил в Майами беременную жену, — сообщил Кико. — Но искренне благодарю за гостеприимство.

— А как насчет вас, Хозе?

Хозе покачал головой.

— Спасибо, нет.

«Отказывается, подлаживаясь под своего босса», — неприязненно подумала Ева.

— Ну что ж, понятно, — сказал Пол, несколько обескураженный отказом в ответ на такое заманчивое предложение. — Что касается денег, — добавил он, — то они будут у нас завтра вечером. — И уточнил: — В среду.

— Было бы лучше завтра днем, — заметил Кико. — Зачем же ждать?

— Мы должны перевести их из оффшорной зоны, — пояснил Пол, защищая свою позицию слишком поздно и в столь незначительном вопросе, что Кико, получивший то, что хотел, по всем основным положениям, лишь кивнул в знак согласия.

Все встали, и Ева уже собралась уходить, но Пол с нажимом произнес:

— Ева, пожалуйста, задержись на минутку.

Она снова уселась на свое место, пристально наблюдая за тем, как уходят Фрэнк, Кико и Хозе. Бакс тоже остался за столом.

Пол скомандовал:

— Бакс, иди вниз и посчитай, сколько там собралось бездельников. И скажи стриптизершам, чтобы еще подождали в коридоре.

— Ты в опасности, пчелиная королева, — процедил Бакс, перед тем как выйти, и Ева ощутила, что кровь отхлынула от ее лица.

— В чем дело, Пол? — спросила она.

— Я хочу услышать твое мнение, — заявил он, игнорируя ее вопрос.

— Они запросили за кокаин слишком много, так что наш доход будет незначителен. И они, как пить дать, нацелились на нашу территорию. Кико очень амбициозен, а Хьюстон для него — превосходный рынок сбыта. Здесь промышляют доминиканцы, и у них неплохие связи с бандами из Флориды. Он вполне способен заключить с ними сепаратный мир и дать нам хорошего пинка под зад. У него это получится легко.

— Ты полагаешь, что все вокруг только и думают, как порвать нас в клочья…

— Так и есть, Пол. — Она наклонилась вперед, накрыв его руку своей ладонью. — Так и есть, дорогой. Мы сейчас очень уязвимы. Каждый раз, когда меняется власть, отовсюду сбегаются волки. Нам следует провернуть несколько менее крупных операций, увеличить доходы и маржу прибыли, а не влезать в большое дело с парнем, которого мы практически не знаем.

— Ты думаешь, что я не справлюсь?

— Возможно, ты не вполне осознаешь, насколько мы сейчас слабы. В подобных серьезных операциях ни у кого не бывает второго шанса.

— Мы сможем вернуться на вершину. Собери эти пять миллионов, — распорядился он. — А Бакс организует обмен с Кико.

Воздух в комнате сгустился из-за табачного дыма, а мир, казалось, стал вращаться в противоположную сторону. Томми поручил бы обмен ей, но она лишь сказала:

— О’кей.

— Перемены уже не за горами, Ева, — заверил Пол. — Вам с Фрэнком не о чем волноваться. Я позабочусь о вас. Мы вместе пересмотрим приоритетные направления в нашем бизнесе. Отец, да благословит его Бог, мыслил довольно узко, и мы увязли в слишком большом потоке мелких дел. Ты боишься, что парни из Майами могут наложить лапу на наше жизненное пространство, но им самим нужно беспокоиться, чтобы я не сделал то же самое на их территории.

— Пол, детка, спустись на грешную землю.

— И ты тоже, Ева. Как ты думаешь, кто тут на кого работает?

— Я только стараюсь обрисовать тебе наши перспективы, чтобы ты смог принять обоснованное решение.

— Решение уже принято. — Пол Беллини откашлялся и наигранно улыбнулся. — Если ты думаешь, что я обычная лошадиная задница, то можешь помочь Фрэнку в управлении работой клуба.

Для нее это было то же самое, что отправиться жарить бургеры.

— Если я и Фрэнк не нужны для настоящей работы, то мы возвращаемся в Детройт. Честно говоря, мне не особо нравится Техас.

— Ева, конечно, ты нужна мне. — Он слегка поерзал в кресле, будто устраиваясь на троне. В свои двадцать четыре года он еще не знал, что такое влипнуть в серьезные неприятности. Хуже того, он даже не догадывался, что не знает об этом. — Пока ты будешь поддерживать наши новые направления деятельности.

Ева понимала, что ничего не сможет изменить. Они с Фрэнком рискуют вылететь на подножные корма. Она знала Пола всю его жизнь и прекрасно видела, что он проявляет к ней не больше интереса, чем к вчерашней газете.

— В каких купюрах Кико желает получить наличные?

— В купюрах не больше полтинника, — ответил он. — С кем ты будешь работать?

— С Ричардом Дойлом из «Костал Юнайтед», — сообщила Ева. — Это надежный человек.

— Разумеется, пока по его следу не идут гончие псы, — со смешком согласился Пол. — Найди Фрэнка и спаси его от этого заместителя босса из Майами. Скажи Баксу, чтобы он проводил гостей. И пришли сюда девочек. Кико что-то оробел, но я не из таких.

Просто чудо, каким крутым парнем он стал после несчастного случая с отцом! Она встала.

— И вот еще что, Ева. Я заметил твои телодвижения во время обсуждения сделки. И Бакс тоже. Если меня будет интересовать твое мнение, я спрошу. В остальных случаях тебе следует только улыбаться и спокойно сидеть, радуясь жизни.

Если бы Большой Томми оказался здесь и услышал, в каком тоне его сынок позволяет себе говорить с ней, наверняка дал бы ему хороший подзатыльник. Но в сложившейся ситуации ей оставалось только опустить глаза и спокойно сказать:

— Конечно, Пол, конечно. — А потом тихо прикрыть за собой дверь в номер.

Две танцовщицы, высокая, которую звали Рыжая Робин, и роскошная негритянка по имени Таша, одетые в идиотские сценические наряды, болтали в холле. Фрэнк не позволял девушкам во время исполнения стриптиза просто оголяться. Нет, они должны были еще и сыграть на подиуме определенную роль. На Рыжей Робин было кожаное бикини с ковбойской бахромой, пояс с муляжами револьверов, рукоятки которых были украшены перламутром, и белая стетсоновская шляпа. Таша была в бюстгальтере с миниатюрными компакт-дисками, а ее живот прикрывала небольшая плоская копия компьютера. Шнур компьютерной мыши обвивался вокруг шеи, заменяя ожерелье, а сама мышь была закреплена поверх монументальных грудей. Еве оставалось только догадываться, сколько весит подобная амуниция, но она слышала, что Пол обожает подобные штучки.

— Сейчас вы можете зайти, — сообщила им Ева.

Рыжая Робин тут же отправилась, покачивая бедрами в такт доносившейся снизу музыке, но Таша задержалась.

— Привет, Ева, как твои дела? — У Таши была четкая дикция актрисы — никакого уличного акцента.

— Хорошо, дорогуша, — приветливо сказала Ева, слегка улыбнувшись.

— Я хотела поговорить с тобой. Ты ведь много знаешь насчет того, как обращаться с деньгами, да?

— Это зависит от того, о чем идет речь.

— Ну ладно. Пол сказал, что ты можешь посоветовать, как спрятать деньги. Ну, чтобы не платить с них налоги.

— Пол ошибся, — ответила Ева и кивнула головой в сторону двери. — И он тебя ждет.

— Конечно, Ева. Никаких обид. — Таша вошла в номер, закрыв за собой дверь.

Ева осталась в одиночестве в тускло освещенном холле. Пол взялся за дело, где счет шел на миллионы — миллионы! — и собирался выставить ее на улицу. А вдобавок еще и эта стриптизерша с пышным бюстом, желающая получить консультацию по уклонению от налогов. Неужели Пол болтает кому попало об отмывании денег? Его отец никогда бы не додумался обсуждать эту специфическую тему с продажными девицами.

Она ощутила мгновенный приступ слабости. Ей вовсе не хотелось возвращаться в Хьюстон. Бог свидетель, нет, она клялась никогда больше не ступать на землю Техаса, но Томми настоял на их с Фрэнком переезде в Хьюстон вместе с ним, когда боссы других группировок выставили его из Детройта. Привязка даже такой второстепенной знаменитости, как Фрэнк, к «Топазу» была гениальным ходом для роста его популярности и, соответственно, доходности заведения. К тому же присутствие здесь когда-то популярного певца придавало клубу шарм респектабельности. Но затем с Томми случилась беда, и теперь Пол поставил на карту все, что они создали вместе.

Ева спустилась вниз по устеленным красной дорожкой ступеням. Веселье в клубе «Топаз» было в самом разгаре. В мерцающем свете на трех отдельных подиумах танцевали три девушки, и все они были ошеломляюще красивы. В толпе гостей она увидела множество мужчин и нескольких женщин. Для вечера в середине недели число посетителей было необычайно велико. В одном углу веселилась, повизгивая от восторга, группа юнцов, в другом — поклонники «Хьюстон рокитс». Пара заезжих фанатов «Даллас Маверикс» наслаждалась синхронным танцем двух близняшек-шведок. Возле главной сцены, нежно поглядывая на танцующую у шеста брюнетку, стоял местный актер, который стал знаменитым после прошлогодних съемок в кино и был номинирован на «Оскар». И, конечно же, здесь крутился целый рой жадных до зрелищ завсегдатаев, которых привела сюда возможность увидеть спортсменов, актеров и прочих знаменитостей и одновременно поглазеть на коллекцию гибких бедер и великолепных бюстов.

«Неужели все они не насладились сиськой в младенческом возрасте?» — раздраженно думала Ева, продвигаясь сквозь толпу посетителей в поисках Фрэнка. К счастью, в этот момент все несколько притихли в ожидании аттракционов. Она обнаружила Фрэнка, Кико и Хозе, которые, устроившись за первым столиком, созерцали танец грудастой латиноамериканки, исполнявшийся специально для Кико. За поясной ремень стриптизерши было засунуто множество свернутых в трубочку двадцаток.

Ева наклонилась и шепнула Фрэнку прямо в ухо:

— Пол распорядился отправить их к Баксу, а я собираюсь домой. Минут через десять извинись и уходи, я буду ждать тебя в офисе.

Фрэнк молча кивнул.

Она снова протиснулась через толпу и поднялась по лестнице в просторный кабинет Фрэнка. Он подходил скорее для совещаний и деловых встреч, чем для инвентаризации запасов спиртного или же работы с персоналом и артистами сцены. Обстановка включала в себя плюшевые кресла, стол красного дерева и неизбежные фото Фрэнка Поло, обменивающегося рукопожатиями со всеми мало-мальски известными личностями, когда-либо входившими в двери клуба.

Она села за стол, закрыла лицо руками и мысленно пожелала, чтобы Томми Беллини не остался прикованным к постели на всю оставшуюся жизнь. Именно с ним она встретилась тридцать лет назад, чтобы вернуть деньги, украденные Джеймсом Пауэллом. Реакция Томми на возвращение столь большой суммы денег не разочаровала ее. Ева ему понравилась, и он взял ее в свою организацию, поручив ответственную работу. Босс дал своей новой подчиненной власть, предоставил защиту и обеспеченную жизнь, свободную от докучливых обязанностей многодетной матери.

Но из-за Пола могучая империя Беллини пришла в упадок. Если у короля сынок идиот, можно в одно мгновение все разрушить, оставив верных вассалов без работы. С другой стороны, нельзя и мечтать о том, чтобы просто так унести ноги и исчезнуть из поля зрения преступной организации. Тем более если являешься носителем важной информации, как, например, она, Ева. Кроме того, весьма трудно представить, чтобы она сообщила в резюме о предыдущем месте работы, где ей удалось отмыть несколько миллионов долларов, или же о преступлениях Беллини, о которых ей было известно. Один Бог знает, что за работу собирается дать ей Пол. Не исключено, что придется заниматься контролем счетов в каком-нибудь задрипанном офисном баре.

«Если только он не убьет меня», — неожиданно подумала Ева.

Естественно, она всегда боялась Томми.

Страх сохраняет вам жизнь, заставляя проявлять осмотрительность на каждом шагу. Ее босс, конечно, умел быть добрым и даже щедрым, но тот, кто пытался обмануть его, мог лишиться не только денег, но и самой жизни. Однако Пол требует уважения, которого еще не заслужил, и, похоже, вовсе не ценит ни саму Еву, ни ее деловую хватку. Стоит сделать опрометчивое движение, и тут же очутишься в судоходном канале в бетонной обуви и тремя пулями в голове — по одной в благодарность за каждые десять лет службы.

Дверь открылась, и в кабинете появился Бакс. Он аккуратно притворил за собой дверь и с бодрой улыбкой прошел к дивану.

— Ты разве не знаешь, что полагается постучать? — раздраженно спросила она.

— Но это не твой кабинет, — бесцеремонно заметил Бакс.

— Да, но это офис моего друга. Что тебе нужно?

— Мира и спокойствия, — сообщил он. — Здесь слишком шумно и нет места для очищения мыслей и созерцания. — Бакс расположился на кожаном диване с таким видом, будто уже давно привык отдыхать в этом кабинете.

— А кто же будет охранять Пола?

— От кого? От атаки девок-убийц? — ехидно спросил Бакс.

— Эта рыжеволосая Робин, что сейчас наверху… Я думала, она тебе нравится.

— Это я ей нравлюсь. Заметь, разница большая. И потом, я не собираюсь серьезно увлекаться стриптизершей, потому что никогда не смогу представить ее своей маме.

— Я и не предполагала, что ты такой строгий моралист.

— Похоть лишает человека дисциплины и самоконтроля. — Бакс поудобнее устроился на диване. — Кстати, ты ведь занимаешься деньгами Пола, и это делает тебя сейчас важной персоной. Похоже, что мне нужно защищать скорее тебя, а не его.

— Спасибо, я чувствую себя в полной безопасности, — холодно поблагодарила его Ева.

— Чед Ченнинг говорит, что человек никогда не сможет ощутить себя в полной безопасности, если удовлетворенность существующим положением вещей мешает ему разглядеть жизненные цели.

Ева понятия не имела, кто такой Чед Ченнинг, но это обстоятельство ее совершенно не смущало.

— Значит, ты передашь деньги нашим друзьям? — спросил он.

Ева выдержала паузу.

— Нет, ты, Бакс. Пол хочет, чтобы обменом занялся именно ты, мой сладкий.

— Разумеется.

Этот парень имел доступ к ушам Пола, и Ева решила попытаться вразумить его.

— Насчет этой сделки, Бакс. У меня есть серьезные опасения. Похоже, эти шустрые ребятишки занимаются поиском черных ходов, чтобы зарулить в Хьюстон, и, как только найдут их, могут стереть Пола в порошок.

— Мы с Полом как-нибудь справимся с ними, не волнуйся. Посмотри на Кико и Хозе. У них на двоих нет и четырех нейронов. Они не имеют даже обычного высшего образования.

— Детка, получение степени означает, что ты посвящаешь гораздо меньше времени изучению реального бизнеса, в котором мы крутимся.

— Он ничем не сложнее любого другого вида деятельности, который я изучал в Хортоне.

— Не уверена, что ты прав.

— Так что ты предлагаешь?

— Попробовать копнуть глубже. Почему они так заинтересовались именно нами? И вообще, по какой причине они не хотят продавать свой кокаин во Флориде?

— Мы можем применить быстрый вариант, — неожиданно сказал Бакс. — Пришить их и присвоить порошок. Это вполне может оказаться единственным способом закрыть данный вопрос. — Он одарил ее кривой улыбкой свихнувшегося маньяка.

Ева молча уставилась на него.

— Представляешь, как они обалдеют от такого напора. Враз забудут английский и будут лопотать на своем испанском, умоляя о пощаде. К сожалению, я не знаю этого языка, так что для них ситуация усложнится. — Бакс наклонился вперед, положив локти на колени.

— Убийство людей по собственной прихоти уже привело к тому, что у Беллини возникли очень большие проблемы.

— А ты не думала, что по моей прихоти твоя задница может превратиться в барбекю? — Он вел себя по-хамски, будто был здесь полновластным хозяином.

— Дорогуша, — сладко пропела Ева. — Я ведь слежу за тем, как ты позволяешь себе разговаривать со мной. В этой семье я выше тебя по положению и обязательно расскажу Полу, что ты тут наплел насчет убийства наших гостей. — Она сняла трубку телефона и набрала номер личных апартаментов босса.

Бакс выхватил трубку и повалил женщину на пол. Усевшись сверху он сжал пальцами ее шею. Однако он не пытался душить, а только болезненно сдавил ее горло.

— Я просто пошутил насчет того, чтобы ухлопать их. А вот сейчас я не шучу — угрожающе произнес Бакс. Острая боль в шее стала распространяться вдоль ее рук и груди. — Чувствуешь, где мои пальцы? Это мышцы, окружающие сонную артерию. Сейчас я начну давить, и свет для тебя померкнет. А когда я пережму этот сосуд, все очень быстро закончится. Или я слегка подрежу… вот здесь… и прекрасный ковер Фрэнка будет безнадежно испорчен. — Он приблизил губы к уху Евы, навалившись на нее своим весом и почти лишив возможности дышать. — Ты, слушай. Не смей играть со мной. Тебе все понятно?

— Я… Мне все понятно, — прошептала она, чувствуя, как перед глазами поплыли большие черные круги.

Бакс встал, помог ей подняться и усадил в кресло. Ева проследила за тем, как он подошел к бару и, налив стакан воды, принес ей.

— Завтра у тебя на шее появятся синяки, — сообщил он таким голосом, будто весьма гордился содеянным. — Не забудь надеть красивый шарфик. Надеюсь, он у тебя есть?

Она ошеломленно кивнула и взяла стакан.

Бакс присел рядом с ней на корточки и положил обе руки на ее колени. Подобная фамильярность показалась ей отвратительной. «Лучше бы он ударил меня», — подумала она.

— А теперь будем добрыми друзьями, — сказал он со смешком.

Ева кивнула, чувствуя, что охвативший ее внезапный приступ бешенства оказался сильнее страха.

— Теперь я понимаю тебя и Пола, — хрипло произнесла она. — Я понимаю, что ты сейчас ощущаешь в своей крови. Это возбуждение. Это гораздо больше взвинчивает, чем торговля энергоресурсами, не так ли?

Бакс медленно кивнул в знак согласия.

— Но эти парни прихлопнут вас с Полом, даже не моргнув глазом. Им вовсе не нужно сушить себе мозги и играть с вами в кошки-мышки. Они пристрелят вас и больше об этом никогда не вспомнят.

— Верно. Именно поэтому я намерен прикончить этих педрил и прихватить их товар. И готов сделать это прямо сейчас.

— Тогда начнется война, которую мы не сможем выиграть.

— Ты начинаешь мыслить большими категориями, Ева.

Она ничего не могла с ним поделать.

— Тебе тоже неплохо было бы иногда пораскинуть мозгами.

Бакс нахмурился. Его рука потянулась к поясу, где, как ей было известно, он носил под пиджаком пистолет.

— Ты не командный игрок, Ева, и мне это очень не нравится. Покончим с этим бессмысленным разговором.

Дверь в офис открылась, и появился Фрэнк, буксируя за собой самодовольную парочку умников из Майами.

— Эй, — весело сказал Фрэнк, — они хотят взглянуть на фото, где я пою в дуэте с Донной Саммер.

Бакс заулыбался, убрав кисть с кобуры и скрестив руки на груди.

— Превосходно. А затем наши гости смогут отправиться на отдых. Мы тут с Евой решили немного поболтать. — Он ухмыльнулся, повернувшись к ней. — Это будет наша лучшая сделка всех времен, не правда ли, Ева?

Она слегка кивнула, положив руку на горло. В ней клокотали злоба и ненависть к этому выскочке.


Глава 1 | Хватай и беги | Глава 3