home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 42

Ева никак не могла понять, день сейчас или ночь. После убийства своего босса Хозе дал ей еще одну таблетку болеутоляющего, связал и запихнул на заднее сиденье черного джипа, укрыв сверху покрывалом. Через мгновение машина тронулась с места, прорезая светом фар непроглядную тьму, окутавшую Хьюстон. Ева погрузилась в пустоту. Ей казалось, что Хозе останавливался и слышалась какая-то стрельба, а потом, снова заскочив в джип, он рванул с места на бешеной скорости. Машина быстро понеслась вперед, делая множество резких поворотов, которые вызывали у нее приступы тошноты. Не выдержав напряжения этой долгой гонки по скоростной автотрассе, она заснула.

Еву разбудили звуки джазовой музыки, доносившиеся из приемника и напоминавшие тихий шепот в темноте. Хозе появился рядом с ней со шприцем в руке и, несмотря на ее протесты, загнал иглу под кожу. Накачав пленницу химическим эквивалентом счастья, он обеспечил ей туманное и приятное состояние, как после пары бокалов шампанского. Затем Хозе накормил ее едва теплой картошкой фри и шоколадным коктейлем, за которыми последовал еще один укол. Боль в деснах и разбитых губах утихла, мысли ее постепенно прояснились. Она вспомнила Кико и его изуродованное лицо, но в основном думала о сыне.

Уит, ее сын, появился и исчез, как и все в той жизни, которой она жила. Ей хотелось закричать, но лицо совершенно онемело, и Ева даже не могла определить, шевелит она губами или нет. Затем, как будто она и не принимала лекарств, возникла нестерпимая боль в руках, груди, подбородке. Казалось, что накопившиеся за долгие годы непролитые слезы требовали сейчас выхода. Измученная болью и тревожными мыслями, она провалилась в тяжелый сон. Когда Ева проснулась вновь, было темно. Словно сквозь пелену, до нее доносились голоса мужчины и женщины.

Ее сумочка валялась на полу, и все ее содержимое высыпалось на ковер: помада, тушь для ресниц, пудреница, пакетик жевательной резинки. Пистолет исчез, а вместе с ним что-то еще. Она попыталась вспомнить, что именно, но не смогла. Комната была маленькая, на полу лежал ковер цвета обожженной глины, а стены и потолок явно нуждались в ремонте. Помещение казалось обезличенным и напоминало офис.

Она попыталась мыслить логически. Ее мучители знали, что у нее нет денег. Но удалось ли им найти эти миллионы? Или деньги уже у них? Тогда, вероятно, она им больше не нужна. Но, судя по всему, это не так, поскольку ей сохранили жизнь. Сквозь туман, еще не выветрившийся из сознания, она вспомнила, что Хозе назвал ее ключом, инструментом. Ключом к чему?

Из ее горла вырвался неопределенный звук, когда она потрогала языком свои запекшиеся губы.

Скорее всего, они держат ее в качестве приманки.

Эта мысль, неожиданно став преобладающей, начала молотком стучать в голове. Если они еще не убили ее, то только потому, что хотят схватить Уита.

Дверь открылась, и в проеме появился Хозе с дымящейся сигаретой. Он притворил за собой дверь, подошел к столу и затушил сигарету в маленькой пластиковой пепельнице.

— Пассивное курение для тебя вредно, — сказал он спокойно, но равнодушно.

С трудом шевеля разбитыми губами, Ева спросила:

— Что ты намерен со мной делать? — Звук собственного голоса показался ей незнакомым.

— Накормить тебя. Как тебе яйца с тостами?

— Это зависит от того, последняя ли это еда в моей жизни.

— Я уже говорил, что ты представляешь для меня большую ценность. — Теперь он улыбался, но в этой улыбке ощущалась какая-то скрытая насмешка.

— Я не понимаю.

— Ты для меня «Сезам, откройся», — пояснил Хозе. — Расскажешь нам, как они отмывают деньги, как прячут и перемещают их.

— Они — это кто?

Он ухмыльнулся.

— Мы начнем с организации Кико Грейса и его конкурентов в южной Флориде.

Где-то внизу живота Ева почувствовала нарастающий приступ страха.

— Затем займемся доминиканцами в Далласе и Новом Орлеане, — продолжал Хозе. — Ну а потом настанет очередь картелей в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе. Ты должна помочь нам сломать им хребет. — Хозе понизил голос. — Мы называем себя «Общественная служба» и делаем то, что не могут сделать копы. Члены нашей группировки объявили войну наркотикам на улицах наших городов. Мы внедряемся в дилерские группировки, изучаем их структуру, а затем убиваем их лидеров, уничтожаем организацию, забираем их деньги и начинаем охоту на следующую банду. — Он мрачно посмотрел на нее и сказал: — Дилеры убили мою маму.

— Мне очень жаль.

— Не думаю, что это так. Ты, сука, не сожалеешь ни на йоту. Какое тебе и таким, как ты, дело до моей матери?

Дверь открылась, и вошла Таша Стронг. Ее красивое лицо было суровым, а в руке она держала пистолет дулом вниз.

— Таша? — Ева заморгала от неожиданности. — Таша, откуда ты здесь?

— «О, сердце тигра, что в теле женщины сокрыто!» — процитировал Хозе и, улыбнувшись Таше, изобразил пальцами обеих рук пистолеты.

— Не добавляй ей головной боли своим словоблудием, — попросила Таша. — Как твой рот, лучше? — обратилась она к Еве.

Ева с усилием кивнула.

— Таша привела меня к тебе. Она работала на стороне Пола, а я — на стороне Кико. — Хозе продолжал благодушно улыбаться. — Таша потеряла брата, попавшего в шайку наркодилеров. Очень тяжело осознавать, что полиция сама по себе никогда не сможет с ними разделаться. Именно поэтому мы стали работать вместе. Кстати, нас много — несколько десятков человек.

Ева, взглянув на горку содержимого из своей сумочки, внезапно вспомнила: компакт-диск, который Уит отобрал у Таши, исчез.

— Эти поддельные бухгалтерские данные… — начала она.

— Ты о файлах на компакт-диске, где указаны новые источники прибыли Пола? Они сфабрикованы Ташей и мною. Пол дал ей ключи от твоего дома, чтобы она смогла проверить твои финансовые дела и посмотреть, не спер ли Фрэнк что-нибудь еще. Таким образом, мы получили прекрасную возможность записать эти файлы на твой жесткий диск после того, как она скопировала подлинные финансовые файлы, причем никто об этом не узнал. Если бы тебя поймали или убили, это был бы отличный ложный след для властей. После твоего исчезновения Таша сразу же внедрила эти поддельные файлы в компьютеры клуба «Топаз». Мы вообще-то не хотели, чтобы федералы раньше нас наложили лапу на деньги Беллини. Но теперь, когда у нас есть ты, это не очень важно. Понимаешь? Мы все спланировали в лучшем виде.

Ева устало прикрыла веки.

— Вы хотите, чтобы я помогла вам? Но я не могу, потому что мне неизвестно, как в других организациях отмывают деньги.

— Зато ты знаешь все трюки и сам процесс в этих делах. Например, мне понравилось, что местом получения наличных для Кико была выбрана простая страховая компания. Вы что, отмываете деньги с помощью страховых полисов?

— Да. — Теперь уже не было никакого смысла скрывать это от него. — Покупаешь полис страхования жизни в оффшорной[4] зоне, затем обналичиваешь его через несколько месяцев и снова возвращаешь деньги в страну. В этом случае можно избежать слишком пристального контроля. Это налоговая ниша, которую мне удалось найти. С помощью срочного векселя можно перемещать миллионы, и не возникнет никаких вопросов в отношении их легальности.

Хозе, довольно улыбаясь, похлопал ее по щеке.

— Моя дорогая леди, ты — именно то, что нам нужно, чтобы уничтожить в этой стране самых худших из ее представителей.

— Я ведь уже говорила, что не смогу вам помочь.

— У тебя есть выбор, — напомнил он. — Помоги нам, открой нам сейфы главных дилеров страны или же стань свидетелем того, как будет умирать Уит Мозли — медленно и мучительно.

Из ее глаз хлынули отчаянные слезы.

— Но Уит не имеет никакого отношения к наркодилерам, он ведь не Кико и не Пол.

— Это точно. Он — мировой судья где-то на побережье, — подтвердила Таша.

Ева коротко и тихо засмеялась.

— Именно судья.

— У меня была возможность убить его, когда я прикончила Пола, но я этого не сделала, — сказала Таша. — Теперь ты моя должница, не забывай об этом.

— Я не считаю, что твой дружок хороший человек. — Хозе прищурил глаза. — Более того, этот Мозли, я чувствую, еще доставит нам кучу неприятностей. Поэтому, если ты хочешь, чтобы он дышал, сделай все, что тебе скажут.

— Ева, — сказала Таша. — Я целовала Пола, спала с ним, слушала, как он плачет над отцом, а потом убила его. Если ты нам не поможешь, Уит не дождется от нас пощады.

— Только не трогайте его, — взмолилась Ева. — Я сделаю все, что вы хотите.


Они вышли на территорию старого заброшенного склада, оставив ее одну в комнате, и направились в другой его конец.

— Думаешь, она будет сотрудничать? — спросил Хозе. — Ее знания могут существенно облегчить нашу задачу.

— Не думаю, — сказала Таша. — Нужно схватить ее сына, Уита.

— Сына?

— Посмотри на него, Хозе, и посмотри на нее. Это совершенно очевидно. Если бы он был только ее деловым партнером, она не стала бы так умолять нас. — Таша качнула головой. — Ева крутилась в этом бизнесе тридцать лет, и ее ни разу не поймали. Она знает гораздо больше, чем большинство людей. Она может очень долго водить нас за нос, и мы даже не будем об этом догадываться. Нам нужен Уит, чтобы она видела его страдания, чтобы она слышала его вопли и стоны. — Таша коснулась плеча Хозе. — Давай поставим на кон жизнь Мозли против всех тех жизней, которые мы спасем. Это жизни невинных людей, детей. Уит — ничто по сравнению с ними, но зато его присутствие здесь даст полную гарантию того, что Ева поработает на нас наилучшим образом.

— Но меня уже ищет полиция Хьюстона. Я не знаю, смогу ли заняться охотой на Уита в таких условиях. Мы ведь даже не знаем, в городе ли он. — В голосе Хозе прозвучала неуверенность.

— Мы собирались использовать его как наживку для Евы, чтобы достичь нужных нам целей, — напомнила Таша и подумала: «Господи, ну до чего же мужчины тупые!» — Этот трюк может работать в обоих направлениях. Давай используем и ее как приманку, чтобы изловить Уита.

— Это получится только при условии, если мы найдем способ поговорить с ним, — заметил Хозе. — Ева не захочет, чтобы он к нам приближался. Она нам в этом деле не помощник.

Таша нахмурилась, услышав такую неприятную для них правду.

— Попробуем действовать через Фрэнка Поло, — предложила она. — У него куриные мозги, но, может быть, он знает, как найти сына Евы. У меня в сотовом телефоне есть его номер.

— Просто позвонить ему и спросить, где Уит?

— Можешь заверить его, что он получит Еву, если поможет нам. — Таша пошла к Еве, чтобы накормить ее.

Хозе включил сотовый телефон и широко заулыбался, будто выиграл в лотерею.

— Меня сейчас посетила блестящая идея, как убить двух зайцев сразу, — вслух произнес он.


С утра в понедельник с неба падали редкие капли дождя, со стороны залива надвигались облака, а мокрая стоянка у клуба «Топаз» была пустынной. Именно здесь Робин согласилась встретиться с Клаудией. Девушка села в машину Клаудии на пассажирское место и взяла протянутый ей стаканчик с кофе, одним из корично-ирисочных моккотворений, в которых сахара было больше, чем в ящике леденцов.

— Ее имя Таша Стронг, — сообщила Робин Мелвин. — Таша здесь танцует. Хорошая девушка, но с гонором и себе на уме. Пол был от нее в восторге.

— Ты видела ее после гибели Пола? — спросила Клаудия.

— Нет. Вероятно, она испугалась до смерти, — предположила Робин.

— Это плохие люди, Робин. Я знаю, что ты питаешь определенные чувства к Грегу Бакмену, но…

— У меня действительно были некоторые надежды. — Она произнесла это с нескрываемой горечью. — Я знаю, что его нельзя считать лучшим парнем на планете, но, думаю, если бы мы с ним могли избавиться от этих людей, он стал бы другим. Он стремится быть лучше и постоянно твердит о жизненных целях. Но меня это больше не интересует.

— Их уже не изменишь, Робин, — с грустью сказала Клаудия, стараясь не думать об Уите.

— Это понятно. — Робин показала на свою распухшую губу. — Меня никогда никто из мужчин не бил, ни разу. А он это сделал, и я была так поражена, что вела себя как дура. Мне очень жаль.

— Все в порядке, не нужно извиняться.

— Но я хочу помочь. Мне ничего не известно о какой-либо незаконной деятельности. Я говорила об этом десятки раз, но копы мне не поверили. Они думают, что Бакс мог разболтать о своих делах в постели. — Робин перешла на шепот: — Грег никогда этого не делал. Единственное, о чем он попросил меня, — это проследить за Ташей. Наверное, она многое знает о его темных делах с Полом. Я обыскала ее гримерку, где она держит свои вещи, но не нашла ничего необычного. Только несколько снимков.

— Снимков?

— В ящике стола. Это фотографии мальчика в детском и подростковом возрасте. Вроде похож на нее, вероятно, брат. Но снимки довольно старые и потертые. Ни одного нового. — Робин кашлянула. — Для девушки довольно странно держать семейные фото там, где она снимает одежду. Большинство танцовщиц так не поступают. — Она отпила сладкий кофе. — Я люблю свою маму, мы очень близки, но она думает, что я работаю официанткой. Я не поместила бы ее фото в гримерке. Мне бы тогда казалось, что она смотрит на меня, когда я облачаюсь в свой наряд для стриптиза.

— На этих снимках были какие-нибудь надписи, скажем имя или дата?

Робин закрыла глаза, припоминая.

— Да, на одном из детских снимков было имя Дарий. — Взмахнув ресницами, Робин посмотрела на Клаудию. — Если Таша ничего не знает, я не хотела бы, чтобы вокруг нее крутились копы. Они продолжают приставать и ко мне, будто я скрываю какую-то информацию. Бакс попросил, чтобы я следила за ней, потому что все знали о связи Таши с Полом. Грегу это не нравилось. Но, поскольку Таша была подругой Пола, скорее всего, она поможет полиции, и тогда меня оставят в покое.

— Опиши мне ее и скажи, где она живет, — попросила Клаудия. — Тогда я смогу с ней поговорить.

— Зачем тебе это? — спросила Робин. — Мы не были с ней особо дружны, так что мне неизвестен ее адрес, но его может знать Фрэнк.

— Фрэнк Поло, да? — Его имя она уже слышала раньше. Этот когда-то популярный певец был управляющим ночного клуба и бойфрендом Евы Майклз.

— Мне не стыдно признаться, что я люблю музыку диско, — сообщила Робин. — А вот Бакс ее ненавидит. Но ведь это музыка радости, а Фрэнк действительно хороший певец.

— Расскажи мне о Еве Майклз.

Робин пожала плечами.

— Насколько мне известно, она вела бухгалтерию у Пола. Приятная женщина, но держится на расстоянии. Таше она нравится, ее вообще интересовала работа Евы. Таша хочет уйти со сцены и заняться финансовой деятельностью. Но Пол никогда бы ее не отпустил. Вы бы только ее видели — она просто красавица.

— А тебе нравится Ева? Она хороший человек? — Внезапно Клаудии пришло на ум, что если это действительно мать Уита, то она узнает о ней хоть что-нибудь.

— Хорошая, но только до тех пор, пока вы не встанете у нее на пути. Столкнитесь с ней, и она съест вашу печенку, а сама только облизнется. Я ее даже немного побаиваюсь.

— А у тебя есть адрес дома, где они жили с Фрэнком? Моя сестра всегда была большой поклонницей Фрэнка Поло. — Клаудия снисходительно улыбнулась. — Мне бы хотелось, прежде чем я уеду из города, взять у него автограф.


Глава 41 | Хватай и беги | Глава 43