home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 47

— Уит! — изо всех сил кричала Ева. — Беги отсюда!

Должно быть, она увидела, как он проскочил в двери и укрылся за ящиками. Уит оставался на полу, держа пистолет возле головы. Он услышал стон, затем тихие проклятья раненого Бакса.

Примерно на тридцать секунд, которые показались вечностью, стрельба прекратилась. Он закрыл глаза и заставил себя дышать спокойно.

— Уит, — окликнул его мужской голос. Это был Хозе Перон. — Выходи сейчас же, или я пристрелю ее.

— Он убьет меня в любом случае, — спокойно произнесла Ева. — Не слушай его! — Ее слова звучали как приказ. — Уходи отсюда!

Уит рискнул выглянуть из-за ящиков. Помещение склада было огромным, но основная перестрелка происходила на расстоянии тридцати футов от двери. Деревянные ящики, сложенные штабелями, стояли по всей территории, и Хозе со своей группой быстро отступил и спрятался за одним из штабелей. В углу замер вилочный погрузчик, а перед ним было расчищено небольшое пространство, где стояли стол и несколько старых стульев.

Толстяк неподвижно распростерся возле стола, половина его лица превратилась в сплошную рану. Рядом с ним лежали двое окровавленных мужчин, которых Уит раньше никогда не видел. Вероятно, толстяк продолжал стрелять после того, как его ранили, и успел прихватить с собой этих двоих. Уит не видел Тревора и надеялся, что тому удалось найти себе убежище. Таша Стронг стояла над Баксом, приставив пистолет к его виску. Бакс был обезоружен и ранен в ногу. Он поднял руки, показывая, что сдается. Рядом стоял Хозе и смотрел по сторонам, прислушиваясь к шорохам. Он был похож на волка, почуявшего добычу.

Уит прицелился в Хозе, который не видел его, но тот неожиданно ушел в сторону и оказался за погрузчиком. Уиту пришлось снова нырнуть за ящики.

— Я считаю до трех, а затем я застрелю твою мать, если ты не выйдешь, не выбросишь пистолет и не поднимешь руки вверх, — заявил Хозе. — Один, два… — Считал он быстро.

— Я тоже считаю до трех! — крикнул Уит. — Если ты не отпустишь Бакса и мою мать, я вызову остальную часть нашей команды, которая ждет снаружи, и попрошу их поджечь для начала твой офис.

— Великолепно! — откликнулся Бакс и тут же застонал. — Это действительно великолепно!

— Замолчи, — сказала Таша. — Заткни свой поганый рот.

— Где моя видеозапись? — произнес Бакс. — Хозе, ты подонок… — Раздался выстрел, и Бакс замолк.

— Уит, ты догадываешься, что означает эта тишина? — спросила Таша.

Но Хозе остановил ее:

— Давайте все немного остынем. Где деньги, Уит? — крикнул он. — Скажи мне, где ты прячешь деньги, и я отпущу тебя и твою мать.

Уит молчал. «Хозе по-прежнему уверен, что деньги у нас. Но это безумие, ведь они должны быть у него», — думал он. Осознание факта, что у Хозе их нет, заставило Уита замереть от охватившего его ужаса.

Фрэнк сбежал, как только понял, что Бакс внес в их план свои коррективы. Фрэнк оказался не просто трусом. Вероятно, он не получал никакой информации с улицы, а просто заключил с Хозе сделку, пообещав завлечь Уита и Бакса на этот заброшенный склад. Уиту казалось, что он слышит, как Фрэнк спокойно говорит по телефону: «Да, скажи ему, что ты знаешь о Монтане, и это заставит его поверить, что Ева действительно в твоих руках». Хозе рассчитывал, что Ева поможет ему вернуть исчезнувшие миллионы, но она отказалась. Поэтому им нужно было заполучить Уита, чтобы, приставив пистолет к его голове, заставить Еву отдать им украденные деньги Беллини. В придачу к Уиту Фрэнк решил сдать и Бакса, чтобы все концы сошлись и он сам оказался чистеньким. Именно поэтому старый негодник так бурно возражал против подкрепления, набранного Баксом. Фрэнк рассчитывал, что сегодняшняя ночь станет легкой прогулкой: он передаст пленников в руки Хозе и благодаря этой сделке решит собственные проблемы.

Вначале Уит подумал, что Хозе знает о Монтане потому, что именно он убил Гарри. Но теперь оказалось, что об этом ему рассказал настоящий убийца. Фрэнк никогда не узнал бы о Монтане, если бы не прочитал записи Гарри Чайма.

«Фрэнк оставил нас наедине с нацеленными друг на друга стволами, а деньги давно уже у него», — догадался Уит.

Он пригнулся, решив сменить позицию. Штабеля ящиков стояли возле длинной стены стеллажей, и он попытался незаметно проползти под ними, держа пистолет перед собой.

— Уит! — снова крикнула Ева.

— Ну, ты, заткнись, — сказала Таша, и тут же раздался звук пощечины. — Скаут, — позвала его Таша. Это было прозвище, которым она наградила его в клубе в их первую встречу. — Давай, выходи. Облегчи ее и свое положение, хорошо?

Затем воцарилась тишина.

Уит внезапно понял, что Хозе, бесшумно продвигаясь в лабиринте ящиков и не дожидаясь, пока он объявится, уже начал на него охоту. Он пополз вдоль стены в сторону образовавшегося завала и вдруг на небольшом открытом участке увидел Тревора. Тот был мертв и лежал на полу с остекленевшими глазами. Видимо, Тревор обошел баррикаду из ящиков сбоку, напал на двух парней, стрелявших в толстого ямайца, убил их, а потом и сам получил пулю в голову.

Возле него валялась штурмовая винтовка. Уит немного высунулся, понимая, что подставляет себя под обстрел, но ни Ташу, ни Хозе не увидел. Он потянул винтовку к себе и быстро спрятался за ящики. Это было серьезное оружие, скорее всего AR-15 с шестнадцатидюймовым стволом, очень популярная модель у военных и в специальных полицейских подразделениях. В магазине у нее тридцать патронов — об этом ему когда-то говорила Клаудия. Однако неизвестно, сколько из них израсходовал Тревор. Вполне может оказаться, что магазин уже пуст. Проверив рычаг переключения темпа стрельбы, он увидел, что тот был установлен на «авто».

Оглядевшись еще раз, Уит заметил, что он находится рядом с металлической лестницей, ведущей к рабочему мостику, возвышающемуся над территорией склада. На уровне этой лестницы были закреплены люминесцентные лампы, тускло освещавшие эту часть помещения.

Если он заберется на мостик, то превратится в легкую мишень вроде голубя в небе. Но Уиту ничего другого не оставалось, так как его загнали в угол. Можно попробовать проскочить свободное пространство, молясь, чтобы его не заметили, но что потом?

Он услышал осторожные шаги, тихо приближавшиеся к нему.

Скрываясь в полутьме, Уит попятился к лестнице, стараясь не стукнуть винтовкой по металлу, и увидел возле нее несколько красных канистр с бензином. Странно, почему они хранят бензин там же, где и наркотики? Почему Хозе не позаботился о том, чтобы как можно быстрее вывезти кокаин и отправить его на улицу в розничную продажу? Не исключено, что порошка здесь уже нет. Но ящики явно были предназначены для керамики, которую Кико использовал в качестве контейнеров. К тому же все они, как заметил Уит, были закрыты.

Создавалось впечатление, что Таша и Хозе не собирались продавать кокаин, а хотели его сжечь. Скорее всего, этим и объясняется наличие канистр с бензином в складском помещении.

В голове Уита мелькнула мысль, что он сам может выполнить эту работу. Они собираются убить его и Еву, и у него нет шансов спастись, скрываясь здесь больше нескольких минут. Значит, нужно сделать выбор.

Ему придется уничтожить нескольких людей, возможно, включая и себя. Уита охватил острый приступ страха и сожаления, но он понимал, что другого пути просто нет, а так, по крайней мере, Хозе отсюда уже не выйдет.

Уит закрыл глаза и подумал об отце и братьях, о Клаудии, Гуче и Еве и мысленно со всеми попрощался.

Он открыл канистру и стал осторожно выливать ее содержимое на пол.

— Уит, выходи, — голос Хозе раздался в каких-нибудь двадцати футах от него. — Ты отдашь нам деньги, а мы позволим тебе уйти. Мы не такие уж плохие люди, как ты думаешь.

Уит опорожнил вторую канистру бензина, а затем третью. Запах бензина усилился; Хозе мог понять, что он делает. Уит снова вернулся к ступеням, ведущим на рабочий мостик, и посмотрел вверх. Люминесцентные светильники продолжали слабо гореть.

— Мы не такие плохие парни, — повторил Хозе. — Мы делаем хорошее дело и хотим, чтобы торговля наркотиками прекратилась.

Уит остановился, пересчитал потолочные лампы и стал прикидывать, как они будут взрываться, если он попадет по ним очередью из автоматической винтовки.

Хозе продолжал:

— Мы называем себя «Общественная служба», Уит, и избавляем мир от этого бедствия — наркотиков. Твоя мать уже присоединилась к нам добровольно. Не так ли, Ева? Она кивает, Уит. Мы можем использовать такого толкового парня, как ты, на своей стороне. Не бойся. «Истинное благородство избавляет от страха». А то, что мы делаем, и есть истинное благородство. Давай поговорим.

Осталось всего десять футов.

— Если ты присоединишься к нам… — начал Хозе.

Уит выстрелил из штурмовой винтовки по канистрам, стоявшим возле разлитого им бензина, и они мгновенно утонули в море пламени. Развернувшись, он побежал вверх по стальным ступеням, выпустив длинную очередь по потолку. Светильники, осыпавшись вниз дождем осколков, попали ему на плечо и порезали руки. Уит добрался до верхней площадки мостика, наблюдая за вспышками воспламеняющегося бензина, и почувствовал под ногами нарастающий жар. Лампы на другой половине склада продолжали гореть, и он, промчавшись по мостику с такой скоростью, с какой ни разу в жизни не бегал, увидел мать. Ева была пристегнута наручниками к складному стулу, и Таша тянула ее к двери офисного помещения. Хозе, объятый ярким пламенем, истошно кричал, а потом неожиданно замолк. Бакс, прихрамывая, плелся следом за женщинами. Уит побежал по другой стороне лестницы, думая о том, что он совершенно не учел, насколько быстрее его может оказаться пламя. Когда он уже спустился вниз, взорвалось еще несколько канистр и загорелись почти все ящики. Казалось, что сам воздух на складе вот-вот воспламенится. Он бросил уже бесполезную винтовку, схватил Бакса за руку и потащил его через разбитые двери склада. Вслед за ними по складу с ураганной скоростью катилась жаркая волна.

Они выбежали через торцевую дверь прямо под ночной дождь. Ева лежала на траве, а Таша стояла над ней, заставляя подняться на ноги.

— Стой! — закричал Уит. Он выхватил из-за пояса свой «сиг-сойер» и попытался прицелиться.

Таша повернулась и, не мешкая ни секунды, выстрелила в них. Бакс застонал, пошатнулся и упал на колени. Уит спрыгнул с каменных ступеней, уже не пытаясь прятаться, и выстрелил в Ташу, но промахнулся.

Девушка, выругавшись, приставила пистолет к голове Евы.

— Скаут! Стой там, где стоишь!

Жар наполнил воздух, став почти нестерпимым. Уит прицелился в плечо Таши, заметив, что Ева цепляется за ее ноги, рассчитывая, что та потеряет равновесие и не сможет в него выстрелить.

— Отпусти ее! — Уит продолжал держать Ташу под прицелом.

— Не мешай мне уйти! — крикнула она в ответ. — Или твоя мать умрет!

Не слушая Ташу, он быстрым шагом приближался к ним.

Ева не выдержала:

— Уит, беги!

Таша прицелилась в него и выстрелила, но Ева успела повиснуть на ее руке, и пуля пролетела в дюйме от головы сына. Ева и Таша находились так близко друг к другу, что он не рискнул выстрелить.

— Убирайся от моей матери, — прорычал Уит.

— Дай мне уйти!

— Хорошо, уходи, — устало произнес Уит.

— Что? — спросила Таша, не веря своим ушам.

Он поднял пистолет дулом вверх и почти разжал пальцы.

— Можешь уйти, но не трогай мою мать. Пожалуйста.

— Не делай со мной того, что не сделали с тобой, о’кей? — прохрипела Ева, теряя последние силы.

Таша попятилась, и Уит, наблюдая за ней, подумал: «Неужели ты позволишь ей уйти? Она ведь кругом виновата, не дай этой мерзавке унести ноги». В то же время он понимал, что, если она уйдет, его мать будет спасена. Таша побежала, и Уит бросился к Еве, заслонив ее собой. Таша запрыгнула в «хонду» и направила ее на закрытые ворота. Лобовое стекло автомобиля разбилось, раздался скрежет металла, но машина все же вырвалась на улицу и умчалась в ночную тьму.

Ева судорожно всхлипывала и повторяла:

— Ты пришел за мной. Ты пришел за мной.

Немного успокоив ее, Уит вернулся к Баксу, изо рта которого на грудь стекала струйка крови. Уит проверил пульс. Биение было очень слабым и неритмичным. Внутри склада раздалась очередная серия взрывов. В любую секунду здесь могли появиться пожарные и полиция.

Бакс с усилием открыл глаза.

— Я… нашел? — спросил он, глядя Уиту прямо в глаза.

— Мы вызовем «скорую», Бакс, хорошо? Держись.

— Я нашел… деньги? — Его взгляд вдруг застыл, и в глазах появилась пустота.

Уит закрыл Баксу глаза и вытащил из его кармана ключи от «ягуара».

— Нам нужно уходить, мама. — Он взял Еву за руку, выстрелом перебил цепочку наручников и повел ее к разбитым воротам, а затем по лабиринту строений к аллее, где они оставили свои машины. Одного из автомобилей уже не было; очевидно, им воспользовался Фрэнк. Они сели в «ягуар» Бакса, и Уит направил автомобиль в сторону въезда Клинтона. Оказавшись в двух кварталах от места событий, они услышали нарастающий звук пожарных сирен.

— Уит, сынок, — прошептала Ева. — О Боже, как я люблю тебя. — Она сжала его руку и не отпускала, будто боялась, что снова потеряет его.

— Мама, отпусти меня, а то мне придется рулить носом, а я в этом не силен, — попросил он.

Согнувшись на заднем сиденье, Ева рассмеялась долгим истерическим смехом.

— Куда мы едем? — спросила она, когда «ягуар» выехал на кольцевую дорогу 610.

— Мы уезжаем из города, — сообщил Уит. — Мы покидаем Хьюстон, мама, прямо сейчас.

— Но Фрэнк…

— Фрэнк — лживый мерзавец. — Уит едва сдерживался, чтобы не сказать больше, и Ева замолчала.

Она продолжала держать его руку, не веря, что сын находится рядом с ней. На глазах у нее были слезы, она вся дрожала. Уит повернул на трассу I-10 Вест, направляясь в сторону Остина и Сан-Антонио.

Ева заговорила снова только тогда, когда Хьюстон остался далеко позади. Дорога протянулась через пустынную местность, как черная лента, по которой изредка проносились восемнадцатиколесные фуры. Впереди на горизонте мерцали огни стоянок для грузовиков.

— Где же деньги? — спросила она. — Мне уже все равно, но хотелось бы знать.

Уит посмотрел на нее и только теперь заметил разбитые губы и кровоподтеки на лице матери.

— Это работа Фрэнка. Все это время деньги были у него.

— О Боже, Фрэнк. Нет!

— Теперь это не имеет значения, мама, хорошо? Главное, что мы с тобой в безопасности.

Ева разрыдалась.

— Не позволяй им разлучить нас, Уит! Не позволяй…


Глава 46 | Хватай и беги | Глава 48