home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9. Фронтир. Граница Империи Атаран и свободных территорий. Планета Суккуб

Столица княжества лииров. Королевский дворец. Кабинет короля. Некоторое время спустя

– Рабом? – переспросил меня лиир и оценивающим взглядом осмотрел меня с ног до головы.

– Да, – согласился я, – но не просто обычным, а именно нужным рабом. Тем, кто потребуется и им, и кое-кому другому. – Пока я произносил эту фразу, в моей голове промелькнула еще одна, более удачная идея. «Полезным и тем, и другим», – за это и зацепился мой мозг. И вот у этой идеи было гораздо больше шансов выгореть, чем у всех остальных. Только для ее реализации все потребуется слегка переиграть.

– У вас есть преданные, даже не так, очень преданные маги? – и я оглядел короля, а потом и магистра. – К тому же они должны быть еще и достаточно сильны. Так, чтобы они прошли кое-какую проверку. Проверку, которая убедит нужных нам людей в их силе и мощи.

Король вопросительно посмотрел на меня, а потом повернулся к отцу Кинаи.

– Кого лучше пригласить? – спросил он у него.

Значит, сам Дагол у него никаких сомнений в своей честности не вызывал. Только вот он не подходит, нет у него тех внешних данных, что мне нужны.

– Я, глава совета, – между тем перечислял магистр, – только благодаря вам он все еще на своем посту, братья из клана Гилтасов, они всегда на вашей стороне, еще я знаю нескольких молодых магистров, это друзья Кинаи, ну и, конечно же ваш главный мажордом, Рукис. Лучшего мага, чем он, работающего с силовыми барьерами, я еще не встречал.

– Так, подождите, – и я попытался вспомнить того странного высокомерного лиира с удивительно жестким взглядом, стоящего у входа и вроде как лишь открывающего двери гостям резиденции короля. Что меня так сильно удивило при встрече с ним, он был магом сильнее магистра и короля, вместе взятых.

– Последний, это не тот, что встречал нас у входа? – на всякий случай уточнил я.

– Он, – практически синхронно кивнули мне оба лиира.

– Хм, – пробормотал я себе под нос, – а вот теперь, кажется, я нашел нам того, кто больше всего необходим. Плюс, добавьте к нему четверку молодых магов из вашего списка, с лицами, как у этих, – и я показал во двор, где так и находились те маги, что встретили нас при входе, – и мы получим то, на что я и рассчитывал.

– И что это будет? – посмотрела на меня маленькая девочка. – Я не очень поняла, – оправдываясь, добавила она.

– Эффект, – ответил я ей и, улыбнувшись и обведя всех присутствующих веселым взглядом, добавил, – и должное впечатление.

Планета Суккуб. Малоисследованный континент. Форт. Вторая половина суток по местному времени

Светлый и большой кабинет, который поражал своей богатой, но от этого не менее аляповатой и абсурдной обстановкой. Чувствовалось, что у его хозяина совершенно нет никакого вкуса, но его это абсолютно не трогало. Лично ему самому тут все нравилось, но главное, все это, по его мнению, в глазах остальных значительно поднимало его собственные статус и значимость.

– Босс, – забежал в кабинет к тому, кого здесь трудно было ожидать увидеть, молодой парень, – там это, патруль засек местных. Они вроде как к нам идут. – И он ткнул рукой куда-то в сторону выхода из здания.

– И что? – вопросительно посмотрел на говорившего хозяин этого кабинета, а потом небрежно махнул пухленькой ручкой. – Вы что, не знаете, что с ними делать? Я же вам уже в прошлый раз показал, для чего только и годятся местные дикари.

– Босс, – попытался объяснить подчиненный, – вы не поняли, – и он вновь махнул рукой куда-то в сторону, – это не те, что приходили к нам в прошлый раз. Это другие. Они такие, как мы, а не как те уродцы, которых мы захватили несколько дней назад. Да, и еще, похоже, они знают, кто мы такие.

– Почему вы так решили? – уже более серьезно посмотрел на этого пирата тот, кого тут не должно было быть, невысокий священник, служитель престола Агарской империи.

– Так вот, самое важное, про что я и хотел сказать, вернее показать, – и посланник выложил на стол небольшой снимок, – это было заснято нашим патрульным зондом несколько минут назад. Один из них тащит это. – И палец его указал в центр картинки.

– А вот это уже интересно, – пробормотал, рассматривая изображение, священник, – и как давно они тащат этот плакат?

– С тех пор, как мы впервые засекли их, – ответил посыльный, – только, – и он еще раз посмотрел на священника, – сержант сказал, что это не зонд засек их, это они как-то притащили зонд к ним. И это проверил техник.

Священник Агарской империи вопросительно смотрел на посыльного.

– И что? – продублировал он свой мысленный вопрос.

– Зонд значительно изменил маршрут своего следования, чтобы сделать этот кадр, – и он посмотрел на священника, – как сказал сержант, он вообще не должен был заметить их практически до тех пор, пока они не появятся в пределах прямой видимости из форта. Они сами сделали так, чтобы зонд их заметил.

Священник задумчиво выслушал этот слегка сбивчивый рассказ одного из своих якобы «бойцов». Реальными матерыми волчарами были именно такие. Как тот сержант, что и прислал этого молодого сосунка.

Пухленький и невысокий агарец понял, зачем сержант через этого посыльного передал ему свои наблюдения. Тот пытался сказать: «Те, кто пришел к нам, сделали это сознательно. И они сознательно предупредили нас о своем визите».

«Вот только зачем все это сделано?» – сам у себя спросил священник. И ответ у него в голове вырисовывался лишь один. Они хотят, чтобы мы успели подготовиться ко встрече с ними. «Но, опять же, зачем? – посмотрел в окно агарец, глава одного из вольных отрядов официальных каперов Агарской империи, – ведь это лишит их фактора неожиданности, а нам даст существенное преимущество в силе. И это должны понимать даже местные дикари».

И именно это и смущало осторожного и умного человека, который уже очень давно научился чувствовать неприятности и опасность, которая может грозить ему. «Или они и хотят, чтобы мы были уверены в своей силе, – как озарение мелькнуло в его голове, – специально поверили в себя и значительно ослабили бдительность во всем остальном?» И это сильно не понравилось пронырливому и прожжённому интригану, который сам не раз подстраивал подобные ловушки.

– Понятно, – медленно кивнул он головой, после чего этот невысокий, полноватый человек, с очень уж хитрым и бегающим взглядом, стал выбираться из-за стола, – пойдем, посмотрим, кто это пожаловал к нам в гости. После чего еще раз взглянул на лежащее на столе изображение, на котором шел какой-то непонятный парень, несший большой плакат, с единственной, но четко читаемой фразой:

«У НАС ЕСТЬ РАБЫ, ВЫ ИХ НАЗЫВАЕТЕ СПОЛОТЫ».

Планета Суккуб. Малоисследованный континент. Форт. Тридцать минут спустя

– Сержант, – увидел священник того, кто и отправил к нему посыльного, – что у нас?

– Гости, – просто ответил тот и повел ручным бластером в сторону стоящего напротив входа в их форт каравана, – я так понимаю, они ждут того, что мы их запустим внутрь.

– Угу, – кивнул, соглашаясь с ним, священник, – только вот у меня нет никакого желания это делать. Надо что-то придумать. – И посмотрел сквозь силовой купол со стены вниз. – Проверьте их пока, нам не нужны никакие неожиданности, – хоть этот агарец и опасался нападения со стороны неизвестных, но пренебрегать простейшими мерами предосторожности он не стал. «Целее будем», – решил он.

Так что команда о необходимости просканировать этот небольшой отряд, что стоял у ворот в их убежище на этой планете, ушла в ту же самую секунду. Это давало им возможность более точно определиться с расовым составом пришедших и просканировать их на наличие нейросетей и имплантов. Последнее было необходимо для того, чтобы убедиться в том, что это не очередная ловушка.

Священник не был трусом. По крайней мере, сам о себе он так не думал. Он предпочитал говорить о себе как осторожный и предусмотрительный. Ведь именно благодаря этим его качествам их группа уже давно была одним из самых эффективных звеньев агарских боевых отрядов, расквартированных на территории Фронтира.

– Босс, чисто, – сказал ему сержант, – их уже всех проверили два раза. Никакого нейрооборудования или технических устройств. К тому же сканер подтверждает на сто процентов, там действительно практически одни сполоты.

– Практически? – переспросил агарский священник.

– Да, – подтвердил боец в защитном среднем скафандре, – вон тот, что и держит плакат, – и он показал на стоящего немного в стороне неизвестного в замызганной, грязной и слегка растрепанной одежде, – по всем параметрам обычный человек.

– Удивительно, – пробормотал себе под нос священник. Сейчас он совершенно не имел в виду человека, а говорил о сполотах. И его сержант это прекрасно понял.

После чего толстенький агарец начал что-то быстро набирать у себя на персональном искине.

– Так, – довольно улыбаясь, радостно произнес священник, – если мы их всех переправим в империю, то получим не меньше чем по тридцать-сорок миллионов за каждого. Плюс девки, – и он кивнул на каких-то женщин, которые были явно рабынями, с ними же была еще и парочка молодых сполотов, судя по всему, тоже рабов, – они ценятся еще выше. А если они такие маги, как о них говорят, то выйдет еще дороже. Не меньше чем по сотне миллионов за голову. – И толстенький агарец мечтательно закатил глаза. Он сейчас совершенно забыл обо всех своих опасениях и предположениях. В его голове поселилась только одна мысль: сколько кредитов принесет эта сделка и что он, наконец, сумеет набрать денег для покупки себе очередного чина в их епархии и осядет где-нибудь вблизи столицы – главой одного из церковных приходов.

Полученных с этой сделки кредитов должно было хватить с лихвой. Да еще и останется. Особенно если не придется ни с кем делиться. И священник искоса взглянул на стоящего тут же сержанта. «Придется его и остальных сразу после этого дела убрать, – хотя, здраво рассудив, священник понял, что один он вряд ли это потянет, – подставить их перед внутренним дознавателем из канцелярии Священной инквизиции. Пусть кровавые палачи прелата разбираются с ними, а пока они будут общаться с ними и выяснять всю правду, я за это время спокойно успею обтяпать свои дела и обеспечить себе гарантию безопасности, особенно если сумею наладить постоянные поставки сполотов».

И священник помимо воли довольно и немного нервно облизнул враз вспотевшие губы. Так были реальны нахлынувшие на него ощущения и желания.

– Даже не смей думать об этом, – раздался спокойный голос прямо у него над ухом, – я и верные мне люди ведем постоянное протоколирование. Плюс протоколы мы сливаем через гиперпередатчик в хранилище, откуда они уже в течение часа, после того как с нами хоть что-то случится, уйдут в резиденцию прелата. И тогда все твои мечты, о которых ты думал с таким самодовольным видом только что, окажутся заперты в казематах канцелярии инквизиторов. – И сержант, который уже давно раскусил мелкую и гнилостную душонку стоящего рядом с ним священника, заглянул ему прямо в глаза и спросил: – Ты понял меня?

Толстенький человечек затрясся.

– Да, как ты смеешь, смерд, – возмутился священник, – да я тебя, как только мы прибудем в метрополию…

– Что ты меня?.. – и сержант придвинулся к нему поближе. – Или ты согласишься пройти полное ментосканирование? Я же потребую именно этого. И как ты думаешь, кого они послушают? – И воин, оттолкнув священника в сторону, прошёл вперед. – Вот так вот, – произнес он, проходя мимо него. А потом остановился у силового барьера. – Иди сюда и посмотри на них, – сказал он, обращаясь к этому гнилостному человечку, – начни наконец работать. Если станет известно о том, как ты трясёшься за свою душонку и выполняешь свои обязанности, то я более чем уверен, нам очень недолго еще быть вместе. Думаю, достаточно скоро сюда пришлют тебе замену. Ну, а тебе, – и сержант обернулся в сторону священника, – придется еще доказать, что ты на что-то годен и кому-то нужен. Ведь тебя могут посчитать тем, кто перестал приносить хоть какую-то пользу. – И боец показал в сторону окна. – Так что давай… – и он кивнул в сторону ожидающего их решения каравана.

Даже сержант готов был признать то, что священник, стоявший перед ним с красным и потным от злости и страха лицом, обладал некоторыми неоспоримыми преимуществами, которые нельзя было отрицать. И одно из них им может очень понадобиться в предстоящих переговорах.

Священник подошел к нему и встал рядом. Хоть он и был зол, но понимал, что сейчас он находится на крючке у этого тупого и самодовольного мордоворота.

– Надо постараться взять их, как и тех, мелких уродцев, – процедил священник, глядя вниз.

Воин же все так же молча стоял и настороженно смотрел на сполотов, остановившихся перед входом в форт, а потом резко оборвал говорившего.

– Не тупи, – произнес он, – ты что, не видишь, с чем они к нам пришли? – И поджарый воин с жестким взглядом указал на плакат. – Они пришли к нам с рабами. – После чего он жестко поглядел на побледневшего священника. – А это значит, что они знали, куда и зачем идут. И я уверен, что они подготовились к тому, кого они здесь могут встретить. Но… – и боец растянул свои губы в кривой усмешке, – даже они могут слишком переоценить свои силы.

И тут толстенький агарец прекрасно понял, на что намекает стоящий рядом с ним солдат.

– К тому же, – между тем продолжал сержант, бросив еще один взгляд вниз, на площадку посреди двора форта, – мы так и не выслушали, с чем они к нам пожаловали? Надо бы с ними переговорить.

И вот теперь священника пробрало до самых костей. Он понял, кому предлагает его сержант спуститься вниз и начать вести переговоры с этими людьми.

– Я не смогу, – тихо, заикаясь и еле выдавливая из себя, прошептал священник, – не смогу.

Его переклинило и он замер на месте.

Сержант презрительно оглядел его сверху вниз.

– Я знаю, – негромко констатировал он и, спокойно развернувшись, начал спускаться вниз. – Сам узнаю, кто они и какого тарка им тут нужно? Ну, а вы приготовьте им встречу тут, на территории форта. За стенами мы их все равно до бесконечности держать не сможем. Их в любом случае будет нужно провести сюда. Или как наших деловых партнеров, – в этом месте священник поморщился, но боец даже не обратил на это внимание, – либо как рабов. – И уже больше не останавливаясь вышел на улицу.

Священник же стоял и со злостью и ненавистью во взгляде смотрел на удаляющуюся спину.

– Босс, – подлетел к нему тот самый помощник, которого сержант отослал с каким-то пустяковым поручением, – что будем делать дальше?

И теперь толстенький агарец прекрасно понимал, зачем боец это сделал. Сержант должен был остаться с ним один на один и не просто поговорить, а предупредить. Предупредить не делать неправильных шагов. И он это сделал. А будет ли делать хоть что-то сам священник.

– Я подожду, – глядя на остановившегося сержанта, пробормотал толстенький агарец.

– Босс, вы что-то сказали?

Священник и забыл, что он тут не один.

– Да, – буркнул тот в ответ, – надо готовить им встречу, после того, как сержант все выяснит.

И они уже вместе с этим мелким пиратом из последнего набора, – священник даже не был уверен, а реальный ли это кадет из самой империи или найденный где-то тут на одной из приграничных планет убийца и уголовник, даже не прошедший начальной летной школы, – начали спускаться вниз вслед за сержантом.

«Придется работать с тем, что есть», – подумал толстенький агарец и выглянул в окно. С этого момента он зарекся работать с внимательными и умными профессионалами. Слишком они любопытны и задают слишком уж неудобные для всех (тут он, конечно, подразумевал себя) вопросы.

Ну, а судьба сержанта, его главного заместителя в этом форте была уже решена. «Убить», – эта мысль твердо обосновалась в голове священника.

Планета Суккуб. Малоисследованный континент. У ворот форта. Некоторое время спустя

– Эй, там, – спустившийся вниз сержант сразу решил показать, кто тут хозяин. Ведь это местные пришли к ним, а не наоборот. Значит, этим, так похожим на сполотов, существам что-то от них было нужно. А потому он сделал еще несколько шагов и, покинув стены форта, до сих пор надежно защищавшие, вышел вперед.

Конечно, его прикрывали и бластеры, расположенные на орудийных башнях, и стрелки, скрытые за стеной и готовые в любое мгновение открыть огонь, через потайные ниши в ней. Но что-то не давало покоя пожилому вояке, прошедшему уже не одну кампанию. «Ох, не зря этот глист так извелся, когда понял, что ему придется говорить с этими», – только и подумал он.

Он, а также еще два десятка преданных и проверенных людей вышли вслед за ним и расположились у входа в форт. Мельком глянув себе за спину, увидев нескольких бойцов в средних скафандрах, а также ощутив их незримую моральную поддержку и готовность в любое мгновение прикрыть его тылы, старый вояка в ту же секунду успокоился. А потому, отбросив в сторону эти мешающие адекватно оценивать обстановку мысли, сержант спокойно осмотрел стоящих перед ним сполотов и сказал:

– Мы готовы с вами говорить. То, что вы меня понимаете, я знаю. Это, – и он ткнул пальцем в сторону плаката, – вы написали на стандарте.

– Да. Да, – вперед выбежал суетливый паренек из местных, в какой-то странной, достаточно порванной и неказистой одежде. Складывалось впечатление, что тот сам ее себе сделал, при этом совершенно не умея этого. Вот и ходит теперь в том, что у него получилось. – Да, – повторил этот человек, он был как раз тем самым, кто и нес все это время написанный большой плакат, – у нас к вам дело.

И он сделал несколько небольших шажков вперед.

– Тут такое дело, – парень начал торопливо говорить, пока его не перебили или не остановили, при этом все время опасливо оборачиваясь назад и что-то поясняя, – наш господин… это магистр «Таракан Усатый» (слово было сказано на каком-то непонятном языке, видимо, это все-таки имя). Я попал к нему в рабство пару лет назад.

Да, теперь сержанту стал понятен и внешний вид этого парня, и его угодливость, с которой он обращался к стоящему позади него сполоту.

– Здесь я оказался случайно, – парень замялся, не зная, говорить или нет, но потом, видимо, решив, что хуже от этого не будет, продолжил: – Меня на планете наш капитан в наказание высадил. Правда, он не знал, что планета обитаема. Вытащили из меня нейросеть и импланты и, даже не оставив никакого оружия, бросили тут.

Боец усмехнулся. Так наказывали крыс, которые запускают руку в карман отряда. Он и сам не раз так делал. Нет ничего хуже, чем полное одиночество и невозможность вернуться. Однако этому мелкому вору повезло или не повезло. На планете были свои жители. И он попал к ним.

– Вот. – И парень грустно посмотрел на сержанта, надеясь дождаться от него хоть какого-то сочувствия, но так и не заметил у того на лице ни единого проблеска хоть какой-то жалости, а потому продолжил: – Нашли меня через несколько дней или месяц, – парень туповато остановился и почесал свой затылок, но так и не вспомнив, продолжил: – в общем, нашли они меня, когда я пересек границу земель магистра. Тогда меня и поймали. Как оказалось, подобные нам люди тут тоже обитают, но живут где-то далеко. Да к тому же у местных с ними постоянная война. Ну вот под это дело меня и хотели того… прикончить. Правда, не стали. Магистру нужен был материал для исследований.

И тут сержант увидел, как этот парень натурально весь посинел и его стало пошатывать. Видимо, хорошо над ним там поработали.

– Ну и когда господин магистр закончил, меня все таки решили не добивать, а оставить выполнять всякую грязную работу. Ну, и чтобы я не сбег, нацепили вот это, – и парень подергал какой-то кожаный ремешок у себя на шее, – если я удалюсь от господина более чем на сто метров, то мне оторвет голову. – И парень вздохнул. – Это магия. И ею тут владеют так, как я никогда раньше и не видел. Я вообще не знал, что она бывает такая. Только врачи у аграфов. А тут…

Похоже, этому бывшему пирату, волею случая оказавшемуся тут, просто необходимо было выговориться. Только вот сержант пришел сюда для иного.

– И что? – грубо прервал он молодого парня. – Какое это имеет отношение к тому, что тут происходит?

– Ах это, – и парень, понурив плечи, весь сгорбился, но продолжил рассказывать: – Несколько дней назад один из ваших зондов заметили на границе владений магистра. Дозорного удивила его странная форма. Вот он ее зарисовал и отправил в замок. Ну, а я совершенно случайно увидел это изображение.

Сержант ухмыльнулся. «Этого лишь могила исправит, – подумал он, – случайно, как же. Надеялся что-нибудь спереть у своего хозяина и свалить от него, веря в то, что ошейник не взорвется».

– Вот, после этого я и рассказал господину, что это и кто зонд может запускать. А также и то, что у вас или через вас можно достать. Для обмена необходимы же ему будут лишь рабы да пленницы, которых ему и так девать некуда. А для вас они явно представляют интерес. Я однажды видел сполотов. Правда, мертвых. И потому знаю, как они выглядят. Да еще и маги. – И парень махнул рукой, показывая в сторону той пары рабов-сполотов, что пригнали вместе с девушками. – Он готов торговать с вами. Список того, что его заинтересовало, у меня. Так что мы готовы обсудить условия. Первая партия товара вот.

После этого он быстро подбежал к одному из охранников и что-то тому сказал. В ответ тот лишь кивнул. Но буквально через мгновение со всех девушек-рабынь слетела та одежда, которая была на них надета. Они остались лишь в каком-то подобии нижнего белья. Вперед вышел один из сполотов и небрежно подозвал к себе человека. Тот мгновенно засеменил в его сторону.

«Я не ошибся, – понял сержант, – это тот самый магистр, о котором он все время говорил, вон как перед ним расстилается».

Парень же тем временем быстро и утвердительно закивал, а потом прибежал обратно.

– Вот. И эти даже не самые лучшие. Это те, с кем разрешают развлекаться иногда. Даже мне.

Сержант изумлённо замер на месте, не в силах оторвать взгляда от полуобнаженных тел девушек. «И это только какая-то никому не нужная ерунда, которую готовы нам слить в качестве обычного пробника», – так он думал, смотря на этих прекрасных и волшебных сполоток.

Молодой парень, бывший пират, а ныне раб и переговорщик, с ожиданием посмотрел на него.

– Так что? – поторопил он сержанта с ответом. – Вам интересен наш список? – И он потряс у бойца перед лицом каким-то исписанным листом бумаги.

Сержант встрепенулся и, усилием воли отведя взгляд от этих неземных красавиц, которые безучастно стояли и пустыми взглядами смотрели прямо перед собой, хотел только что-то ему ответить, как со стороны сполота раздалась резкая команда.

– Опасность! – быстро прокричал парень, падая лицом прямо в грязь и накрывая свою голову руками.

Сержанта же, наоборот, стража мгновенно взяла на прицел нескольких луков, что словно неоткуда появились у них в руках. Но что самое главное, их всех накрыло каким-то силовым полем, заметным даже невооруженным взглядом. А потом началось светопреставление, которого сержант никогда не забудет. А еще он не забудет того спокойного и презрительного взгляда, которым на все это смотрел главный сполот, к которому периодически обращался парень. Но что было еще более важным, тот аргумент в переговорах, на который мог надеяться священник, против этих их гостей оказался совершенно бесполезен.

И почему-то пожилой вояка этому был несказанно рад. Может, лишь потому, что все это спасло его жизнь? Он не знал. Но знал другое. Этот гнилой гад решил похоронить их под шквалом огня, но что-то у него пошло не так. И он очень сильно просчитался.

«Дай, я только до тебя доберусь», – подумал битый жизнью старый космический волчара, который уже больше трех сотен лет служил на благо Агарской империи.

Планета Суккуб. Малоисследованный континент. На территории форта, за силовым карьером. Некоторое время спустя

Маленький толстый человечек наблюдал за тем, как о чем-то там, внизу, у стен форта, разговаривает с их «гостями» сержант. Только вот больше он слушал не его и не транслируемые им через нейросеть переговоры, а наблюдал за поведением того, в ком мелкий агарец сразу выделил главу этого отряда. Не узнать подобного себе было нельзя.

И что-то совершенно не нравилось ему, как тот бросал презрительные взгляды в их сторону. Даже не в сторону бойцов, что сейчас находились прямо напротив него. Ему постоянно казалось, что сполот наблюдает исключительно за ним. Что он видит его. Смотрит прямо на него, и его взгляд, не отрываясь, прикипел прямо к его телу, буравя и вызывая раздражение.

– Все готово, босс, – между тем отрапортовал священнику один из бойцов, устроившийся в нише стены и наблюдающий через бойницу за происходящим внизу, – вся площадка перед входом в форт взята под контроль. Вторые ворота заперты, а первые готовы принять отступающую группу переговорщиков.

Священник его уже давно не слушал, он направлялся вниз, туда, откуда будет более безопасно и удобно наблюдать за происходящим через силовой барьер. Эти сполоты уже полностью находились на территории, простреливаемой орудийными установками форта и разместившимися на стене или в ее толще стрелками. «Их контролируют как со стороны самого форта, так и бойцы, вышедшие наружу вместе с ублюдком-сержантом, посмевшим угрожать мне», – подумал священник, оглядывая план-схему текущей диспозиции их основных сил. Кроме того, они активировали всех боевых дронов, что у них были, а их было двадцать штук, но пока припрятали на случай неожиданностей в потайных нишах, размещенных по обе стороны прохода, ведущего из форта наружу.

Так что теперь прибывшие к ним сполоты совершенно не представляли никакой угрозы. По крайней мере так и должно было быть. Только вот тот скользкий и пронырливый тип, что уже давно поселился в теле священника, не чувствовал себя в безопасности. И поэтому в дополнение сейчас он нес с собой самое важное и ценное из того, что ему когда-то давно выдали. Именно благодаря этому артефакту, одной из последних разработок Агарской империи, он и занял свой текущий пост. Это был так называемый «негатор магии».

Как это ни прискорбно и все об этом знали, но почему-то именно в их государстве практически не было ментально одаренных личностей. Вернее не так. Не было сильных магов. И поэтому агарцы пошли несколько иным путем. Они признавали ту силу и угрозу, что несут ментооператоры иных государств и рас, и приготовили им своеобразный ответ.

Уже долгое время в их закрытых институтах и научных центрах разрабатывалось устройство, способное хоть каким-то способом нейтрализовать магию на определенном объёме пространства. Глобальных прорывов до последнего времени не было, но недавно создали первый аналог подобного устройства или артефакта. Его называли и так и так. Он был не так мощен, как надеялись его создатели, и, что самое плохое, он не мог нейтрализовать саму ментальную энергию. Но, тем не менее, он не позволял структурировать ее в заданном объёме пространства, что не давало создавать те или иные ментальные конструкции.

К тому же он работал не больше пяти минут. Но иногда даже это время решало многое. Однако самым главным недостатком этого самого устройства было то, что оно работало за счет все той же ментальной энергии, только какого-то совершенно непонятного типа. И как результат, активировать его мог лишь некто, обладающий ментальными способностями. И способности эти должны были быть хоть и небольшими, даже мизерными, но по работе со строго определенным типом ментальной энергии. Этим самым, который до сих пор так и не удалось классифицировать.

Вот как раз он, тот, кого и поставили возглавлять это блеющее стадо, и был одним из тех счастливчиков, которые могли управлять подобными негаторами. Для того чтобы стать полноценным ментооператором, у того, кого местные бандиты именовали боссом, просто не хватало способностей, но тем не менее этот артефакт он мог активировать без особых проблем. Тут не требовалось большой силы и умения управлять ментальными структурами. Нужно было лишь направить поток энергии в необходимую область артефакта.

Большего священник не знал и не умел. Но именно это достаточно быстро и продвинуло его по служебной лестнице от младшего помощника священника в одной захолустной дыре до командира звена диверсионного подразделения Агарской империи, как он себя гордо именовал.

Вот на этот аргумент в будущих переговорах со сполотами, которые сами притащились к ним в форт (а коль тут есть одни, то наверняка есть и другие), он сейчас и надеялся. Правда, был один существенный недостаток, о котором священник думать не хотел. Сполоты – это та единственная раса, на которой действие негатора до сих пор не проверялось. Однако, как утверждали те, кто его разработал, законы управления ментальными энергиями были едины для всех, и до сих пор эти устройства с момента их изобретения (только вот времени прошло очень немного), да и за время проведения испытаний, еще ни разу не дали сбоя.

Только вот сполоты? Но все мысли агарца об осторожности и обеспечении собственной безопасности вылетели из головы, как только слетели одежды со стоящих перед воротами полуобнаженных сполоток. Теперь он думал только об одном.

Все его внимание привлекли они. Эти девушки неземной и невероятно притягательной красоты. Они ничем внешне не отличались от аграфок. Хотя, по мнению самого священника, даже превосходили их. По крайней мере, тех редких кукол без собственного сознания и воли, что он несколько раз видел.

А потому в нем, да и, наверное, во всех остальных видевших их сейчас мужчинах горело всего два желания: «хочу» и «мое».

Самому священнику никогда не попадались в руки чистокровные аграфки, впрочем, как креатки или лиирки; не того полета он все-таки был птицей, чтобы у него хватило власти, влияния и денег приобрести хоть одну из них в свое личное пользование. И он не мог оценить по достоинству их умения. Но те слухи, которые курсировали по империи, могли вызвать у любого приступы жутчайшей зависти.

А тут и сейчас стояло больше десятка подобных девушек. И не просто подобных, а тех, кто, похоже, значительно превосходил аграфок, по крайней мере внешне.

Столь пристальное внимание к сполоткам заметили и в караване. «Ну, еще бы», – все видели, с каким лицом замер сержант и сопровождающие его воины. Видимо, оценив их реакцию, вперед вышел какой-то высокомерный и до невозможности спесивый сполот. И это был тот самый сполот, чей взгляд священник чувствовал даже сквозь силовой купол и стены форта.

Ему казалось, что этот спесивый сполот смотрит на него сверху вниз, будто на какую-то грязь под ногами. Между тем он что-то небрежно сказал и махнул кому-то вперед. Да и обращался он, похоже, не к стоящему около него сержанту, а к кому-то из своих.

Высокомерный сполот, которого переговорщик постоянно называл магистром и от одного вида которого священника начинало просто корежить, а в нем самом разгоралась подспудная ненависть и желание размазать его презрительную рожу выстрелом из крупнокалиберного бластера!..

Так вот, агарец мог поклясться, что этот сполот осмотрел с ног до головы сквозь сплошную и непрозрачную стену их неприступного форта именно его, еще раз презрительно скривился и вновь что-то сказал стоящему рядом с ним человеку. Как раз тому самому, что и нёс плакат. Тот в свою очередь, угодливо кланяясь, расшаркиваясь перед ним и чуть ли не ползая на брюхе, начал что-то отвечать, размахивая руками во все стороны.

«И почему нет такого почитания ко мне», – с завистью подумал священник, видя, как этот презренный раб, а никем иным этот человек у сполотов быть не мог, да он и сам об этом говорил в разговоре с сержантом, подобострастно и с особым рвением выполняет каждый приказ сполота. Между тем человек что-то продолжал говорить и продолжал показывать руками, в основном указывая в сторону форта и на сержанта, стоящего перед ними. При этом этот парень так льстиво улыбался и подобострастно что-то обьяснял, что это по какой-то причине священника взбесило и завело еще больше.

Он стал ненавидеть стоящего перед воротами сполота всей своей душей. Его ноздри раздулись, руки сжались в кулаки, а сам он весь покраснел и покрылся испариной. Агарец никогда особо не любил этих высокомерных снобов аграфов, которые ни во что не ставили их Священную империю. Но теперь он встретил тех, кто не ставил ни во что лично его, того, кто был для них не больше чем какой-то грязью на ботинках или насекомым, ползающим под ногами. И именно это агарца задело больше всего. И ударило по тому больному месту, что он пытался ото всех скрыть.

Его никто не уважал и не трясся только от одного упоминании его имени. А ведь именно это и было заветной мечтой священника. И сейчас он видел эту свою невоплощенную мечту. И ее украл другой. Этот презренный сполот, который с высокомерием смотрит прямо на него. «Да как он смеет, дикарь. Смерд!» – пронеслись мысли в голове священника, сметая все на своем пути и оставляя лишь красную пелену в его взгляде.

А потому он, практически не соображая, с налитыми кровью глазами, даже сам не заметил, как активировал негатор и включил защитный барьер, отгородивший его самого и всех остальных от находящегося за пределами стен их форта отряда.

«Огонь!» – отдал он команду своим бойцам, практически провизжав ее в нейросеть.

И не успел священник опомниться, как стоящий перед ними караван, а также тех, кто был поблизости от него, в том числе этого урода сержанта, накрыл непрекращающийся шквал огня. Священник даже сам не ожидал такого впечатляющего результата, а потому оказался не готов к нему.

Судя по всему, такое же презрительное к себе отношение высокомерного сполота почувствовал не только он. Все находившиеся в форте люди будто сошли с ума. Они с остервенением палили из всех орудий по и так уже залитой огнем площадке.

– Рабы, – только и прошептал священник, наконец вспомнив о том, кто к ним пожаловал. Только вот сделал он это очень поздно. К этому моменту всю площадку перед фортом накрыло плазменным огнем бластеров и залило все простреливаемое пространство раскаленными парами горячего и обжигающего воздуха. «Они погибли», – проскользнула одинокая мысль в голове священника. Только вот думал он сейчас не о всех рабах и прочих воинах, а о потерянных для них навсегда сполотках и той огромной прибыли, что сейчас, в буквальном смысле этого слова, сгорала под плазменным огнем.

А поэтому, уже кляня себя за несдержанность, похоть, душевную и телесную слабость, священник попытался остановить пиратов, в которых уже давно превратились его бойцы.

«Отставить огонь», – орал он в нейросеть, отдавая свой приказ. Постепенно его слова стали доходить до этих идиотов, и выстрелы начали стихать. Через некоторое время огонь полностью прекратился. Однако раскаленные пламя и воздух все еще выжигали площадку перед входом в форт.

Под таким плотным и массированным огнем территорию перед воротами не успели покинуть те десантники, что ушли на переговоры с сержантом. Священник прекрасно понимал, что им в этом аду было не выжить. Все они были облачены в защитные средние боевые скафандры. Так что в том огненном аду они не могли выдержать достаточно долго. К тому же агарец видел, что в пылу своего презрения и ненависти к этому сполоту он заблокировал ворота, ведущие в форт. И десантникам просто-напросто некуда было отступать.

Но неожиданно что-то заставило обернуться местного главаря в сторону силового барьера, отделяющего его от того огненного ада, что бушевал снаружи. Священник не мог понять, что же привлекло его внимание. Однако прошло буквально несколько мгновений, и он пораженно наблюдал за тем, как посреди выгоревшего и опаленного огнем участка начала разрастаться какая-то вьюга. Еще пара секунд – и всю территорию перед воротами на ближайшие десятки метров вокруг замораживают невесть откуда взявшиеся снег и лед, мгновенно превратив опаленные бластерным огнем камни в снежно-ледяную пустыню. А через пять секунд, после того как снежная пурга улеглась, агарец увидел еще более невероятное: спокойно стоящий караван и презрительно смотрящего в сторону форта сполота.

«Ага, – подумал священник, покрываясь испариной и мелкими мурашками, так и пробегающими по телу от малейшего звука, – как же, на них смотрит этот урод. Ему наверняка нужен я. Вон и смотрит как раз с мою сторону». При этом есть и еще одна мысль, которая проскальзывает в его голове и которая заставляет священника нервничать еще больше. «На сполотов негатор не действует. Наши ученые, как всегда, ошиблись, – и он невольно передергивает плечами, представив, какую мощь только что сдержал и погасил в зародыше этот высокомерно глядящий на него маг, – или они, как всегда, то единственное исключение, которое и подтверждает общее правило».

Между тем сполот что-то небрежно говорит человеку и тот, вновь угодливо кланяясь, делает несколько шагов вперед, направляясь к стоящему там же сержанту. Но этого молодого парня останавливает короткий, но резкий и приказной, окрик сполота, и он мгновенно замирает на месте, а потом, казалось бы, обращаясь в пустоту, но на самом деле говорит так, что его слышат даже в защищенном от звуковых атак форте.

– Эй, там, мы хотели только поговорить, у нас есть к вам предложение, – слышит священник знакомые слова, произнесенные на обычном стандарте, – но если вы вытворите еще что-то подобное, господин магистр сравняет ваш форт с землей и вам вряд ли понравится то, что он сделает с теми, кто попадет к нему в руки живым. – И человек, боязливо обернувшись и искоса посмотрев на стоящего позади него сполота, уже гораздо тише добавил, однако ситуации это не поменяло, его голос все еще разносился над окрестностями вокруг форта, как и в нем самом: – Мужики, поверьте, лучше к нему под горячую руку не попадать. Не знаю, как у вас там среди пиратов или в Агарской империи развлекаются палачи, но по сравнению с его невинными экспериментами они наверняка занимаются играми в детской песочнице.

И почему-то священник поверил без особых доказательств, что к этому сполоту лучше в руки не попадать.

Между тем парень вновь оглянулся на стоящего позади него сполота и продолжил говорить:

– Нам нужен главный. С кем мы бы могли вести переговоры. Хозяин многое слышал о том, что есть в Содружестве, и его заинтересовали некоторые вещи, из тех, что там можно достать и которые господин магистр готов приобрести в обмен на кое-что… – И человек небрежно кивает головой в сторону стоящих посреди окруженных группой воинов сполоток. – Ну, вы сами видите, что он готов предложить вам в обмен.

Священник напряженно думал. Слишком опасный внизу стоит противник. Только вот этот человек прав. Он мог буквально минуту назад уничтожить все вокруг и разнести форт на части, не оставив от него даже воспоминаний, тогда как сейчас хоть высокомерно, но, тем не менее, поглядывает в их сторону.

«Хотя, как он может меня видеть», – только сейчас доходит до священника, раньше его эти мысли не заботили. Он просто знал, что главный сполот постоянно наблюдает за ним. Но сейчас он понял: «Я же нахожусь за защитным барьером, который установил перед тем, как должны были открыть огонь».

Однако у него упорно складывается такое впечатление, что этот сполот даже сейчас с презрением и какой-то гадливостью во взгляде смотрит именно на него и ни на кого другого. «Только вот тем не менее, он все равно готов вести эти переговоры, иначе бы не пришел к нам», – уже успокаиваясь смотрит на сполота агарец.

Правда, была такая маленькая проблема. Сам агарец слишком дорожил своей жизнью и боялся этого мага, чтобы вести с ним хоть какую-то беседу. Тот сразу почувствует и увидит их страх.

Да и вообще, он не собирался впускать его в форт. Нужно было придумать что-то другое.

«Сержант, – ехидно произнес гниленький агарец, – тут такое дело. Настолько опасного врага внутрь форта я пускать не хочу. Это обусловлено нашей собственной безопасностью. – И он с насмешкой посмотрел в глаза чудом выжившего бойца, который уцелел, так же как и весь его остальной отряд. – Только вот предупредить сполотов об этом придется тебе, ты ближе всех к ним сейчас находишься». И священник, не сдержавшись, подленько захихикал. Вроде как нейросеть не передает эмоции, однако то, как с презрением посмотрел на него их сержант, заставило агарца затравленно обернулся назад, пытаясь найти выход, чтобы сбежать.

Однако ничего не произошло. Сержант лишь ограничился пристальным и каким-то обещающим взглядом, а потом ответил: «Сделаю».

И священник увидел, как тот, развернувшись, направляется к молодому парню, переговорщику. Они что-то обсудили. Сержант прекратил общую трансляцию еще тогда, когда понял, что им не выкарабкаться. И теперь никто не слышал то, о чем у них сейчас шел там разговор. А буквально через несколько секунд с ним связался сержант: «Готовьтесь, принимать гостя, – сказал он священнику, – они и сами не доверяют нам особо, а потому на переговоры пока пойдет только раб – человек. Мы его проверили. Он чист, только один старенький десантный нож за поясом. Отбирать не стали. Так что теперь дело за вами. Мы прикроем вас со стороны ворот. – И сержант явно ехидно улыбнулся. – Надеюсь ваши переговоры будут плодотворны», – и отключился еще до того, как священник собирался ему что-то ответить.

Тому же, с его гниленькой и подленькой, но от этого не менее чуткой на неприятности, душонкой упорно что-то не нравилось, а потому он решил:

– Я отойду в центр управления и буду прикрывать вас оттуда. При этом через тебя я буду разговаривать с ним, – это он уже сказал первому попавшемуся бойцу с шевроном младшего сержанта.

А потом священник указал в сторону уже начавших открываться дверей сквозь стену, ведущих в форт.

– Они идут. Я выдвигаюсь на место. Да, – и он посмотрел назад, где сейчас на территорию форта заходила одинокая мужская фигура, – выпускайте дроидов, нечего их уже прятать, так это будет хоть какой-то весомый аргумент в нашу пользу. Он-то, судя по всему, точно знает, что это такое.

Ему показалось, или в глазах слушавшего его слова агарца, а сейчас это вновь был сержант, с которым он связался, так как увидел и его, вошедшего в форт, мелькнуло то же самое презрение, что он видел несколько мгновений назад в глазах сполота, оставшегося за воротами форта. Но нет, он присмотрелся к равнодушному лицу бойца, который лишь спокойно кивнул на этот его приказ и направился в сторону ближайшей потайной ниши, именно там были размещены первые дроиды.

Священник между тем даже не подумал до сих пор снять силовой барьер, так он опасался оказаться со стоящими за пределами форта сполотами с глазу на глаз. Может, именно это и вызвало те презрительные взгляды, которыми его награждали и другие бойцы, мимо которых он сейчас проходил. Но они были более осторожны, и их презрение было не так заметно, как у того смертника, восставшего из пепла, которого их банально трусливый и завистливый предводитель, считающий себя до невозможного осторожным, отправил вместо себя и которого сам же приказал расстрелять. Но, к удивлению многих, этот смертник выжил, и сейчас он и пришедший с ним человек стояли посреди двора их форта.


Глава 8. Фронтир. Граница Империи Атаран и свободных территорий. Планета Суккуб | Перешагнуть пропасть. Книги 1-6 | Глава 10. Фронтир. Граница Империи Атаран и свободных территорий. Планета Суккуб