home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 19

– И сколько нам ждать этого варвара? – проныла одна из тех соплячек, что прибыли вместе с Антанариэль на «Весёлую».

– Откуда мне знать, дорогая? – ответил ей посол.

Опальная дарка едва заметно поморщилась: ни для кого в посольстве не было секретом, что высокородный дарк пользовал кандидаток в подруги человеку как ему хотелось. Те, впрочем, против этого ничуть не возражали, поскольку считали, что само пребывание с круглоухим чистокровной дарки уже само по себе является знаком неслыханной милости. Антанариэль никак не могла понять, то ли те, из кого составлено посольство к клану, действительно полные кретины, то ли не бесталанно играют роль таковых. Что сам глава посольства, что его свита, что девицы – все вели себя на станции изгоев так, будто находятся в Дарксании. То ли забыв, то ли совершенно не считаясь с тем, что сейчас пребывают в диком космосе, или вольном пространстве, или в свободных мирах. Везде эти секторы называли по-разному, даже среди самих их обитателей.

Между тем хныканье девиц продолжалось:

– Но его нет, несмотря на обещание! Я устала! Лучше провести это время в постели…

Одна из соплячек даже манерно запрыгала, изображая каприз маленькой девочки.

Дарка бросила взгляд на коммуникатор: до заявленного для прибытия времени вождя клана Пришедших извне было ещё четыре минуты. Но кажется, этот идиот консул действительно собирался вернуться в выделенные ему и посольству дарков покои вместе с этими шлюхами. Насколько Антанариэль слышала, владельцы станции поначалу не собирались давать даркам отдельный сектор, как настаивал посол. Но он пригрозил расстрелять «Весёлую» линкорами своего конвоя, и те, скрипя зубами от злости, согласились, что только подлило рабочего вещества в дюзы, как говорится. То, как вели себя прилетевшие на станцию, активно ей не нравилось. Надменность, принятая в империи, и совершенно неуместная здесь их наглость, отсутствие каких-либо сдерживающих факторов, словно дарки тут хозяева, а не гости, вызывало лишь большее омерзение от поведения соотечественников… Да, пребывание в рабстве, хотя… Назвать её плен таковым – значит просто откровенно солгать. Но факт оставался фактом – пребывание в плену клана явно что-то изменило в ней. Морально…

– Мы возвращаемся! – громогласно объявил консул, подхватывая обеих девиц под локотки и разворачиваясь спиной к обзорной галерее.

– Да, мы возвращаемся! – пискляво подтвердила одна из соплюх и топнула изящной ножкой, крепко вцепившись в руку консула. – Пусть этот варвар нас ждёт, когда мы освободимся… – И хихикнула.

Вторая тоже:

– А освобождаться мы будем очень и очень долго!

За спиной Антанариэль кто-то прошипел:

– Безмозглые… твари…

Впрочем, кто так выразился, дарка прекрасно знала… Бросила взгляд на коммуникатор – одна минута. Свита послушно двинулась к выходу из шлюзовой камеры за послом и его шлюхами. Девушка осталась одна, что, учитывая отношение постоянных обитателей станции к даркам, было довольно рискованно. Но уж лучше такой риск, тем более что местные явно выделяли её из всех по непонятным причинам, чем идти в стае напыщенных животных, с презрением относящихся даже к единокровным собратьям по расе.

Вдруг она увидела невероятную, никогда ранее не виданную ею картину. Словно атмосферный разряд заструился среди вечной черноты космоса. Бледно-зелёные разряды клубками ниток зазмеились в вакууме. Один. Второй. Третий… Антанариэль сбилась со счёта, столько было этих непонятных явлений. Затравленно посмотрела по сторонам – что за аномалия? Двое же местных спецов спокойно разговаривали между собой и не предпринимали никаких попыток что-нибудь делать. Значит, они знают, что это такое?! Стиснув кулаки, она заставила себя стоять.

Между тем сияние всё возрастало, превращаясь… Дарка не знала, на что это похоже. Больше всего это было похоже на раскалывающийся изнутри лёд… Но в этот момент снаружи стало так светло, словно в системе зажглась вторая звезда. Свечение слилось, курсирующая возле «Весёлой» эскадра сопровождения из двадцати линкоров выглядела чёрными, удивительно чёткими силуэтами на фоне белого цвета. Переход! Тот самый пространственный переход, осенило дарку. Взгляд на часы подтвердил её мысль. Время прибытия клана Пришедших извне. А этот мерзавец… Это ничтожество ушло! Проводить время со шлюхами! Дарка едва не застонала от бессилия что-либо изменить! Высшие силы! Ну почему ей и её роду придётся отвечать за ничтожество других?!

В следующее мгновение все мысли просто вылетели из её головы, сменившись неподдельным ужасом. Из свечения появился острый плоский нос чего-то запредельного, настолько огромного, что даже сама космическая станция показалась песчинкой. Первое чудовище… Второе… Третье… Пятнадцатое… Сороковое… Горький, пронзительный стон пронёсся по сооружению с первого до последнего яруса. Антанариэль похолодела – гравитационное воздействие пришедших кораблей вызывало деформации каркаса «Весёлой»! И это лишний раз подтверждало, что эти чудовища, по которым до сих пор пробегали голубоватые молнии энергетических последствий перехода, не мираж, а самые настоящие корабли… По сравнению с этими монстрами линкоры дарков – всего лишь крохотные прогулочные кораблики, на которых катают туристов по системе. Крошечные прозрачные пузырьки… Как раз сейчас вся эскадра линейных кораблей дарков очень хорошо виднелась на украшенном разрядами контуре одной туши. Высшие силы! И Дарксания хотела запугать их?!! Вау!

Неожиданно поступил вызов на её коммуникатор. Торопливо поднесла запястье к уху и едва не опустилась прямо на перекрытие шлюза – мужской голос в мембране был знаком слишком хорошо…

– Привет, малышка! Рад, что удастся увидеться с тобой ещё раз. Честно говоря, я иногда по тебе скучал, но это мелочи жизни.

– Господин? – еле выдавила она привычное обращение.

Ответом был негромкий короткий смех.

– Однако, Антанариэль, будь аккуратней. Представь, что будет, если ты назовёшь меня так в присутствии посла? – Впрочем, голос мгновенно стал ледяным. – Через минуту в шлюз войдёт челнок. Сядешь на него. Тебя доставят на борт моего корабля.

В горле дарки мгновенно пересохло.

– А… посол?..

– Его проблемы. Я прибыл минута в минуту.

– Но…

– Челнок на подходе.

Программный писк – абонент отключился. Дарка глубоко вздохнула – вот и всё. Миссия провалена, не успев начаться… Истошно взвыла предупреждающая об окончании шлюзования сирена. Значит, за ней уже прибыли? Впрочем, человек никогда не нарушал своих обещаний. Створки камеры начали расходиться, и дарка вздрогнула – из-за вызываемого пространственным переходом свечения она не смогла рассмотреть символы, нанесённые на борту кораблей. Но сейчас… Вновь знак изначальных?! И поскольку и сам знак, и челнок или то, что Пришедшие извне называли челноком, были целёхонькими, то это означало, что клан и есть сам изначальные либо их потомки…

– Вышние силы… – только и смогла прошептать про себя Антанариэль, когда громадина величиной с эсминец Дарксании приблизилась вплотную к монстру Пришедших извне.

И империя хотела их напугать?! Император или слеп, или его ввели в заблуждение льстивые сановники…

Процедура шлюзования заняла секунды. Даже не пришлось ждать, пока прогреется внешняя обшивка так называемого челнока. Почти сразу же открылся люк, и перед ней возник боевой робот пришельцев. Девушка замерла, застыв от ужаса, но из внешних динамиков раздался голос вождя:

– Не волнуйся, Анта. Он просто проводит тебя.

Громадина лифтовой транспортной кабины. Быстрый, даже очень, путь по внутренностям корабля. Она не успела досчитать до десяти, как двери системы распахнулись и… Дарка замерла: человек в строгом чёрном мундире. Две серокожие «родственницы» позади него в такой же точно форме. И… невероятной красоты, не виданной ею никогда раньше среди человеческих самок, девушка рядом с ним в наряде стоимостью с целую планету, смотревшая на дарку как… на ничтожество. На пустое место. Даже малейшей заинтересованности не проскальзывало в том. Хотя Антанариэль могла поклясться чем угодно – раньше они не встречались. Никогда. Откуда тогда такое равнодушие?

Улыбаясь, вождь шагнул к ней и… обнял, расцеловал! При всех в обе щёчки, затем обернулся к красавице:

– Дорогая, познакомься – моя старая знакомая. Антанариэль из рода Ваатариэль. Не представляешь, как я рад её видеть. Не пригласишь её в наши покои? Хочу угостить её чашечкой кофе и немного… м-м-м… побеседовать, так скажем.

Красавица вдруг радушно улыбнулась, и её холодное личико преобразилось.

– Как скажешь, дорогой. Только ты же знаешь, я ужасно ревнива.

И почему они разговаривают на всеобщем? Или это спектакль, рассчитанный на неё? Впрочем, человек тут же всё пояснил:

– Не удивляйся, Анта. В моих краях принято общаться на языке, который понятен всем, в знак уважения к гостю.

Он подхватил дарку под руку и повлёк за собой. Обе саури тут же устремились к местам экипажа.

– Как устроилась после возвращения? Что нового в столице империи? Не болеешь?

Совершенно пустые, не обязывающие ни к чему вопросы. Такие обычно задают на светских раутах. Из вежливости, чтобы поддержать беседу… Широкие двери плавно раскрылись, и девушка оказалась в его, как говорил человек, покоях. С любопытством осмотрелась, и от роскоши убранства перехватило дух.

Вождь отпустил её руку и усадил в кресло возле… Дарка была поражена до глубины души – в настоящем, выложенном камнем очаге бился самый натуральный огонь! Это сколько же такой очаг сжирает кислорода?! И зачем он тут? Но… играющее языками натуральное пламя придаёт покоям уют и какую-то теплоту.

Между тем красавица, которую человек тоже вёл под руку, исчезла в глубине апартаментов, чтобы спустя минуту вернуться с парящим чашками подносом. Антанариэль потянула носиком – как же ей хотелось ещё раз попробовать того необыкновенного напитка, который ей так понравился в плену… И вот мечта вновь сбылась!

– Угощайся, Анта. Прошу.

Дарка протянула руку, сделала первый глоток. Да, это оно! Обоняние не подвело. Её удовольствие, которое она и не думала скрывать, вызвало на лице человека лёгкую, мимолётную усмешку. Он тоже сделал пару глотков, наблюдая за даркой полуопущенными глазами, и поинтересовался:

– Какими судьбами в наши края, Анта? Когда мне сообщили, что ты на «Весёлой» и у тебя затруднительная ситуация, то, честно говоря, я был удивлён. Нет-нет! – поспешил он с пояснениями. – Вовсе не тем, что ты решила обратиться ко мне. Тут нет ничего удивительного. В конце концов расстались мы вроде бы друзьями…

Дарка вздохнула, внутренне ёжась от того взгляда, каким её наградила спутница человека при фразе «расстались друзьями». Из огромных синих глаз полыхнуло такой злобой, что Антанариэль стало не по себе.

– Что? Проблемы у твоего рода? Или лично у тебя?

– Не знаю, как и сказать, вождь Пришедших извне.

Его брови дрогнули, а в голосе засквозило настоящее, неподдельное удивление.

– К чему такая официальность, Анта? В конце концов, мы с тобой даже делили одну постель и слишком хорошо знаем друг друга…

– Постель?! Вы спали вместе?! – Голос красавицы был… словно у разъярённого кагра. Голубые озёра с ледяным блеском чуть сузились, рука скользнула к широкому поясу из настоящих драгоценных сапфиров в цвет глаз.

Человек взмахнул рукой:

– Успокойся, милая. Во-первых, это было до того, как мы встретились. Во-вторых, мы делили постель без того, о чём ты вообразила. Спать вместе на одной кровати не значит заниматься любовью.

Лёд в глазах девушки начал постепенно таять…

– Меня отправили с посольством. И от успеха этой миссии зависит моя судьба и судьба рода Ваатариэль.

Вождь мгновенно стал серьёзным:

– И что от меня хочет посольство?

– Технологию мгновенного перемещения. – Анта даже зажмурилась после того, как выдохнула эти слова. Напряглась, ожидая неведомо чего.

Но в ответ услышала смех. Его смех. Громкий, заливистый.

– И только? Всего лишь технологию гиперпрыжка?

В его раскатистый смех вплёлся журчащий смешок красавицы. Впрочем, единственный. Дарка осторожно приоткрыла один глаз: человек действительно смеялся. До слёз. И смахивал одну выступившую слезинку рукой.

– Что тут смешного? – недоумевая, спросила она.

Вождь наконец кое-как успокоился:

– Ладно. Но ты-то тут каким боком? Впрочем, понимаю. Если я откажусь, то тебя казнят, а твой род пустят под нож? То есть уничтожат?

Девушка в отчаянии кивнула.

Человек сменил позу, вальяжно откидываясь на спинку. Его спутница обошла кресло, став за ним, наклонилась и обвила его шею руками, устроив голову на плече. Не очень удобно стоять в такой позе, зато сразу понятно, что она имеет на него все права. Что ж, дарки опять просчитались, что смогут его купить своими красавицами. Но вождь не останавливался, безжалостно раскладывая и вскрывая всю тактику, которую рассчитывали применить к клану специалисты Дарксании:

– Значит, даже так? Если я не клюну на тебя, то демонстрация ваших боевых… лоханок… должна будет меня убедить передать вам технологию. Хе-хе… Ну, или постараются подложить если не тебя, хотя бы… – ткнул пальцем в потолок. – Там уверены, что я имел тебя во всех мыслимых и немыслимых позах. Что просто глупо. Могли бы просто обследовать и убедиться, что я тебя не трогал. Ой! Настя! Хватит щипаться! Говорю же, ничего у меня с ней не было! Не веришь – можешь её саму спросить!

– Я для порядка, милый. Чтобы ты не забывался, – прозвучал обманчиво мягкий голос. – И сделаю сегодня ночью всё, чтобы ты больше не вспоминал о ней… Фи, кошка драная. – Смерила дарку таки-и-и-им презрительно-уничижительным взглядом, что тёмная вновь поёжилась.

Человек ласково похлопал её по ладошке, лежащей на его плече:

– Жду не дождусь, дорогая… – Затем его глаза с иронией взглянули на Антанариэль. – По старой дружбе, так и быть. Согласен.

– Что – согласен? – очень осторожно поинтересовалась дарка, не веря своим длинным ушам.

– Я согласен продать, а не передать технологию гипердвигателя Дарксании. Так и передай императору.

– И… какой будет цена?

– Цена? – Он поднял голову, на миг заглянул в глаза на сменившую позу стоящую за ним красавицу и снова перевёл взгляд на дарку. – Скажу так: она будет очень высокой. Это – с одной стороны. И очень дешёвой – с другой.

– Это как?! – не поняла девушка.

Человек покрутил в воздухе знакомым ей по прошлому неопределённым жестом:

– Вот так. Я не собираюсь требовать от императора прекращения экспансии Дарксании или смены власти. Политических перестановок или казни неугодных мне. В конце-концов, мы здесь чужаки и вмешиваться в вашу внутреннюю жизнь не собираемся. У вас своя жизнь, у нас – своя. Три года, даже меньше мы ещё пробудем у вас, а потом уйдём к себе. Можешь не скрывать это.

Антанариэль опустила голову. Потом глухо буркнула:

– Ты…

– Да. Сейчас тебя вернут на станцию. – Голос стал жёстким, а глаза подёрнулись морозцем. – Посольство провалит свою миссию. Более того, я гарантирую тебе, что над идиотами, которых направили сюда, будет смеяться вся галактика. А ты, именно ты, Антанариэль из рода Ваатариэль, скажешь лично императору, что я, вождь клана Пришедших извне, готов продать империи технологию прыжкового двигателя, способного преодолевать огромные пространства в считаные мгновения. Через год по вашему времени я буду ждать тебя на «Весёлой» с предложением цены. Времени как раз достаточно, чтобы долететь до метрополии, решить все вопросы и вернуться сюда. А чтобы тебе поверили… – Человек поднял голову к красавице: – Милая…

Та без слов вышла в соседнюю комнату и вернулась, неся в руках… У дарки перехватило дыхание – это был выдолбленный из цельного аметиста, самого дорогого камня во вселенной, ларец. Прозрачный, натурального фиолетового камня самых чистых вод. Через стены ясно был виден завёрнутый в ткань толстый конверт.

– Возьми. Здесь моё личное послание императору Дарксании.

Антанариэль приняла неслыханную ценность, не в силах оторвать от неё глаз. Почувствовала, как в руки ткнулось ещё что-то. Вскинула лицо – ей давали нечто вроде сумки. Вождь пояснил:

– Положи подарок сюда. Никто, кроме тебя, не сможет её открыть. Её невозможно ни разрезать, ни разорвать. Замок настроен только на твой генокод. Но естественно, не маячь подарком. – Его левый глаз чуть сузился. Антанариэль кивнула. – Тогда у меня всё. Идём. – И первым поднялся с кресла, давая понять, что разговор окончен.

– Позор!!! Неслыханный позор!!! Вы смешали великую Дарксанию с грязью!!! Уничтожили мою репутацию в глазах всех жителей вселенной!!! А ты, ублюдок… – Император даже зашипел от ненависти к распростёртому на полу бывшему послу, затем, не выдержав, вскочил, что само по себе было неслыханным, сбежал с возвышения, на котором стоял трон, и начал яростно пинать неподвижное тело. – Как?! Как?! Как ты, ничтожество, отрыжка блевотины самого ничтожного из рабов, мог позволить себе такое?! Неужели в твоей пустой голове не удержалось ничего из того, что тебе, уроду, вдалбливали всем Советом?! Любой ценой! Любой! Ты должен был уговорить чужака дать нам эти технологии!!! Именно для этого с тобой были отправлены самые красивые, самые знатные дарки из высших родов империи! А ты! Ты!!!

Каждое слово, каждый слог речи императора сопровождался ударом обутой в тяжёлый парадный ботинок обуви по послу. Кровь, буквально хлещущая из множества ран, давно залила роскошный пол, от богатой одежды остались лишь лохмотья. Придворные испуганно жались по стенам – никогда прежде они не видели своего повелителя в таком гневе и благодарили вышние силы, что не они оказались на месте наказываемого.

Наконец император устал, последний раз плюнул на окровавленное тело, тяжело дыша, вернулся на трон и, буквально плюхнувшись на него, уже ровным тоном произнёс:

– Этого урода скормить червям заживо…

Ропот тихим шелестом пронёсся по переполненному залу, перекрывая бессильный стон ужаса – казнь была изуверской, пришедшей из незапамятных времён. Жертву закрывали в ящик так, что наружу торчала лишь голова. Затем казнимого начинали кормить сладостями. Каждый час, каждый день, не ограничивая в питье. Экскременты жертвы заполняли ящик, и в них появлялись черви, которые начинали заживо есть тело. Причём до последнего момента тот оставался в сознании. Некоторые проживали месяцы. Кое-кто – меньше. Таких считали удачливыми, потому что черви съедали казнимого буквально заживо послойно. Вначале кожу, потом мясо, далее всё остальное… Страшная казнь. Бесконечно жестокая.

– А этих двух шлюх продать хуманам. Если, конечно, те захотят их купить. Потому что Пришедшие извне позаботились, чтобы их лица были известны всем. Роды преступников вычеркнуть из книги дворян империи, глав – казнить. Так же, как и этого.

По тронному залу снова пронёсся тоскливый вой. Император зло усмехнулся:

– Им хоть умирать будет не так скучно. Смогут делиться друг с другом впечатлениями. Твари. – И без всякого перехода закончил: – Простых членов родов тоже продать хуманам. Имущество и казну – конфисковать. Приступить не медля.

Из толпы придворных вынырнули фигуры в глухих алых одеждах, подхватили тех, кого приговорили, под руки, в том числе и лежащего на полу, уволокли, несмотря на их мольбы и просьбы о пощаде. Владыка дарков шумно вздохнул, потом повернул лицо к стоящей отдельно Антанариэль. Его черты снова исказились.

– Для тебя, преступница, у меня есть особое наказание…

– Повелитель! – Девушка торопливо опустилась на колено, склонив голову. – Я не прошу у тебя пощады, потому что мне есть что сказать в своё оправдание.

– Даже так? – Дарк на троне зло усмехнулся. – Вначале тот, кому поручено несложное поручение, умудряется опорочить империю и меня тем, что хотел подсунуть беременных шлюх чужаку. Теперь та, что была когда-то подстилкой чужого и которой дали шанс восстановить свою репутацию, испугалась наказания за провал поручения?!

– Повелитель, я выполнила ваш приказ.

– Что?! – Дарк вздрогнул, услышав ответ, но тут же взял себя в руки. – Лгунья! Тебе вырежут язык и отправят в бордель для рабов!

– Повелитель! У меня есть доказательство моим словам, – опустив голову, ответила коленопреклонённая дарка. – Если позволят принести то, что было оставлено мной за стенами залы, то вы, повелитель, убедитесь в правдивости моих слов.

– Да будет так. Но если ты лжёшь…

Несколько мгновений прошли в тишине, потом подскочивший к трону неприметный придворный что-то почтительно зашептал владыке дарков. Тот выслушал, затем вперил гневный взгляд в Антанариэль:

– Что ты пытаешься принести сюда? Бомбу?!

– Нет, повелитель. – Дарка уже догадалась, что охрана не смогла вскрыть сумку пришельцев, в которой лежала шкатулка. – Это меры предосторожности Пришедших извне, чтобы их послание не попало в чужие руки и не дошло до вас искажённым. Клянусь жизнью!

Пауза. Потом император махнул рукой:

– Несите.

Почти неслышный топот – и перед Антанариэль появилась сумка вождя клана. Девушка коснулась замка, и тот послушно щёлкнул, открываясь. Её руки нырнули внутрь, солдаты, выстроившиеся кольцом возле трона, напряглись. Включились силовые щиты, укрывая владыку дарков многослойными слоями защитного поля, но, когда смогли рассмотреть, что оттуда вытащила девушка, все присутствующие замерли в изумлении. Наконец, спустя довольно много времени, император смог выдохнуть:

– Это…

– Да, повелитель. Аметист. Ларец сделан из цельного камня. В нём послание лично вам. На словах глава Пришедших извне передал, что он не может отдать, но хочет продать ту технологию, о которой шла речь.

– А что будет ценой?! Во что это обойдётся империи?!

– По его словам, с одной стороны – это дорого, а с другой – не стоит ничего. Вот его слова…

Антанариэль открыла ларец, вытащила оттуда простой запечатанный конверт, вдруг сам открывшийся в её руках. В зале появилось огромное изображение в шаре. Кто-то испуганно завопил, но дарка отчаянно закричала:

– Это всего лишь картинка! Я видела такие у них!

А появившееся изображение мужчины-хумана в незнакомой униформе, несомненно военной, обвело взглядом зал и произнесло:

– Приветствую тебя, император Дарксании! Я, вождь клана Пришедших извне, ознакомился с твоими требованиями и скажу так: если ты силён, то приди и возьми. Если ты глуп, начни со мной войну. Если же ты настоящий властитель, то договорись со мной и купи. Торговать куда лучше, чем проливать кровь своих подданных. Можешь поверить мне: то, что я попрошу взамен, не стоит для вас ничего…


Глава 18 | Волк. Книги 1 - 6 | Глава 20



Loading...