home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4

Вот уж воистину: язык мой — враг мой. Зацепился наскоро придуманной легендой, теперь расхлёбываю. Не знаю, за какие ниточки дёрнул Дож, но теперь я сижу в испытательном отделе и мучаюсь над дальнейшими изменениями в конструкции винтовки. Как я и думал, инженер создал действительно нарезную винтовку. Однозарядную, с бумажным патроном и свинцовой пулей, врезающейся в четыре нареза ствола. Массивный затвор, точная подгонка всех деталей. В принципе, улучшать то и нечего. Но при изготовлении выходит слишком много брака, фактически сейчас заводы производят новое оружие по штукам. Единичными экземплярами, доводя каждое изделие вручную при помощи напильников и надфилей. Мрак! И ничего не поделаешь — просто невозможно изготовить лучше на имеющихся станках. Хотя… Может и возможно? И вот уже половину дня я брожу по цеху, где полсотни токарей вытачивает узлы оружия. Что-то брезжит в уме, но никак не могу сообразить, и тут — словно удар молнии! Недолго думая, подхожу к стоящему в углу цеха большому баку с водой, зачёрпываю полную кружку и ставлю на один из станков. Мастер с удивлением смотрит на меня, но я делаю ему знак — продолжай работу. Вода в сосуде трясётся и выплёскивается. Значит, проблем две: либо неуравновешенность самого станка, либо тот закреплён недостаточно жёстко. Дожидаюсь, пока токарь закончит работу. Он вынимает новенькую блестящую деталь из патрона, но я останавливаю его:

— Запусти машину вхолостую.

Пожав плечами в недоумении, тот включает привод, перекидывая приводной ремень на вал. Патрон начинает вращаться.

— Быстрее.

Команда исполняется.

— Ещё.

Всё нормально.

— Ещё быстрей! Максимальная скорость!

Очертания патрона размазываются, но всё в пределах нормы. Наклоняюсь к низу, снимаю щиток, установленный внизу, и у меня отвисает челюсть — массивные станины станка просто стоят на каменном полу! Они ничуть не закреплены! Твою ж… Киваю мастеру, что тот может продолжать, и отхожу в сторону. Надо попробовать. Едва ли не бегом устремляюсь к Дожу. Тот, как обычно, занят по горло кучей чертежей и посетителей, дерущих глотки друг на друга, но я рявкаю командным голосом:

— Молчать!

Гробовая тишина воцаряется в мгновение ока. Добавляю обычным голосом:

— Допуски…

Мгновенно бумаги летят в сторону, а дель Парда не верящим взглядом смотрит мне в лицо:

— Неужели?!

— Не до конца, но значительно.

Я доволен, потому что проблема решилась элементарно. Мы всей толпой спешим в цех, где я демонстрирую фокус с водой. Затем переходим к другому станку, третьему — везде одна и та же картина: если без нагрузки, то станок работает почти идеально. А стоит только поставить болванку, как сразу начинается… Не долго думая, Дож приказывает закрепить станки, и работа в цеху останавливается. Откуда не возьмись, появляются рабочие, начинается сверление станин, в камне пола бьют дыры, волокут цемент, песок, воду. Соображаю, что надо уходить, чтобы не мешать, но дель Парда меня не отпускает. Еле-еле вытаскиваю его наружу, объясняя, что раствору надо схватиться. А это — минимум сутки. Потом уже сажать анкерные болты, которые тут же приходится изобразить в его блокноте на ходу. Всё-таки Дож прирождённый механик! Идею схватывает на лету и отдаёт приказ кому-то из своих, вместе с безжалостно выдранным листком. Потом спохватывается и велит мне отдыхать, чем я с удовольствием и занимаюсь весь вечер и всю ночь. Надо сказать, что когда главный инженер давил на свои кнопочки, то видимо, исключительно удачно, потому что я попал жить не в казарму, а в общежитие для командированных. Причём, на территории самого завода, где военных, кроме охраны, не было вовсе. Если не считать тех, кто приезжал за оружием и другими вещами, необходимыми на войне. Так что жил я, фактически, как гражданский. Приходил с утра, занимал место в выделенном мне кабинетике в здании конторы, затем решал поставленные передо мной задачи. Спустя месяц получил первое жалование и обалдел — деньги, по этим временам, неслыханные: целых двенадцать двойных фиори. Увесистых золотых кругляшков, новеньких, только с монетного двора. Сумма невероятная для простого сержанта. Подумав, что произошла ошибка, пришёл к Дожу. Но тот мгновенно мне разъяснил, что: первое — я служу в номерной части. А там жалованье куда выше стандартного для сержантского состава. На несколько чинов. Два — я прикомандирован к заводу. Следовательно, работаю, как наёмный рабочий, поэтому получаю зарплату. Три — он, лично, очень доволен исполнением мной поставленных задач, поэтому счёт нужным поднять мне жалованье, как остро необходимому специалисту. Так что мне оставалось только кивнуть в знак согласия и выйти прочь. Вот тебе и разница. Между зарплатой у старика Хольса и Имперским вознаграждением. Мда. Так что я пришёл в гостиницу, завалился в номер, где переоделся и спустился вниз, пообедать. После чего снова пришёл к себе и завалился спать…

…- Пускай!

Токарь перекинул ленту привода на маховик и запустил станок. Медленно, аккуратно подвёл резец к болванке, закрутилась первая стружка. Одновременно заработал второй станок. Все, едва дыша, ждали результата. Ещё никогда время не тянулось так медленно. Наконец детали были вынуты из патрона и попали на стол. Дож торжественно вытащил прибор, удивительно напоминающий штангенциркуль, затем приступил к промерам. Первая деталь тщательно обмерена и записана. Приступили ко второй. И каждое измерение встречалось бурными радостными криками — практически полное совпадение! В порыве чувств инженер крепко стиснул меня в объятиях, а в следующее мгновение на меня навалилась вся толпа, работающая в цеху. Получилось! Теперь исчезает ряд операций по доводке готовых деталей, и, очень вероятно, что процент брака сильно уменьшится!.. А к концу рабочего дня мне принесли приглашение на ужин. Опять к Дожу. Только на дом. Главный инженер звал меня на семейный ужин. Колебался я недолго, хоть какое то разнообразие. Да и любопытно посмотреть, как живут в Империи аристократы. Само собой мне доложили, что дель Парда не просто инженер, но и барон. А его жена когда то была виконтессой. Так что начистив сапоги и выгладив форму, я оседлал коня и двинулся в гости.

Замок Иоли стоял неподалёку от производственного комплекса. Высокие стены, сложенные из красного кирпича, чистота в вымощенном камнем дворе, хозяйственные и жилые постройки. Скромно, но со вкусом и неким уютом. Меня уже встречали слуги, которые, несмотря на свой низкий статус, держались с достоинством, и это мне понравилось, потому что говорило о многом. Затем я был препровождён в зал, где накрывался ужин. Встречал сам Дож, представивший свою семью: супругу, Иоли, своих детей, симпатичных карапузов, совсем ещё крохотных, находящихся под плотной опекой нянек, впрочем, быстро унесших потомство инженера, а так же ещё одну гостью — подругу жены, Льян Рёко. Последняя меня удивила. Прежде всего тем, что она была не фиорийка. Об этом говорило многое: и её внешний вид — чуть смугловатая кожа, необычный разрез глаз, чёрные, словно смола волосы в короткой причёске армейского типа под девичьим белым прозрачным покрывалом. Впрочем, мне сразу пояснили, что эта девушка из империи Рёко, сопредельного с Фиори государства, где воевал Неукротимый. Но Льян была настолько похожа на выходца из Азиатской Партократии, что я, когда она передала мне солонку, совершенно машинально пробормотал: «Ши че» [1]. Но прокол прошёл незаметно, разве что девушка переспросила:

— Простите, что вы сказали?

Пришлось наскоро ляпнуть, что очень похожие на неё люди живут у нас по соседству на Островах, и я немного знаю их язык. Тут я не соврал ни капли, потому что Партократия действительно была соседкой Руси и имела непосредственные границы с Империей… Впрочем, короткое происшествие быстро забылось, и мы продолжили трапезу. Повара у Дожа были выше всяких похвал, и я наслаждался кухней. Кое-что меня удивляло, к примеру — наличие столовых приборов, в точности повторяющих такие в Империи. Поэтому я нисколько не путался, а спокойно ел, пользуясь ими непривычно ловко для выходца с дальних, затерянных где-то Островов, где живут варвары. И, как я понял, это не осталось незаметным… Впрочем, виду никто не показывал. Единственное, что меня напрягало, это присутствие Льян. По её поведению не было похоже, что они такие уж близкие подруги с Иоли. Скорее, последняя выказывала некий страх в сторону гостьи. Лишь Дож вёл себя совершенно естественно. Даже я пару раз прокололся: первый раз с приборами, второй раз — с салфеткой, расстелив одну на коленях, как положено, а второй — вытерев аккуратно рот после еды…

— Сьере Серг, вы так интересно рассказываете про Острова…

Хе, девочка… Льян в очередной раз за вечер очаровательно-наивно хлопнула длинными ресницами и округлила красивый ротик. Я очень аккуратно махнул в сторону вилкой:

— Увы, доса. Вернуться на Родину не суждено. По нашим законам младшего сына Вождя изгоняют из племени, чтобы он искал свою удачу сам. Иначе могут возникнуть проблемы. В будущем…

…Надеюсь, что мой ответ удовлетворит твоё начальство? Ведь ежу понятно, что подруга ты у хозяйки замка липовая. Из управления местной безопасности…

— И именно поэтому вы приняли предложение Императора?

Киваю в ответ, поясняя:

— Разумеется. Атти Неукротимый великий воин и правитель. Я прожил в Симсе год, и здесь почти столько же. Но разница между этими местами несоразмерна. И здесь люди живут куда лучше, чем там. Поверьте…

— Значит, вы пробыли в Фиори всего два года? А до этого?

Пожимаю плечами в неопределённом жесте:

— Да по разному. Где-то задерживался, а где-то уезжал сразу. Но в основном служил в дружине одного из наших вождей.

— На Островах?

— Разумеется. Решение покинуть Родину далось мне не так легко.

— А можно поинтересоваться причиной вашего отъезда?

Пытаюсь изобразить смущение, и, похоже, что мне это удаётся:

— Женщина, доса. Дочь того вождя воспылала ко мне чувствами, и её отцу это не понравилось.

— Она была красивой?

Ахает Иоли, прищуривая свои красивые глаза. Вот же… Нигде не видел столько красивых, по всем меркам, женщин и девушек, как в Фиори… Улыбаюсь в ответ:

— Знаете, моё мнение, и мнение отца данной особы совпали в том, что мне надо срочно уносить ноги. Доса была ростом мне до плеча, с плечами, как у мужчины, плоской грудью и талией, как у большой бочки. Не говоря о том, что…

…Заговорщически понижаю голос:

— что у неё росли усики, как у мужчины, и голос напоминал скрежет железного чана по камням.

Все смеются. Но Иоли тихо произносит:

— Но она же не виновата, что уродилась такой?

— Не виновата.

Соглашаюсь я.

— Но никто не заставлял её иметь мерзкий характер и спать со всеми мужчинами подряд, включая рабов.

— У вас есть рабство?!

Ахает Льян. Напускаю на себя высокомерный вид:

— Истинного человека не сделать рабом. Он лучше умрёт с оружием в руках. А если он лишён чести, то пусть умрёт червём.

Дамы качают головами, а Дожу мои слова явно понравились… Дальше переходим на пустяки, вроде обсуждения погоды, видов на урожай, о модах. Тут дамы оживляются и совсем забывают о нас, мужчинах, на некоторое время. Дель Парда кивает в сторону окна, приглашая меня отойти туда, тем более, что трапеза закончена, и сейчас мы просто отдыхаем. Принимаю его приглашение, и когда мы останавливаемся у довольно большого окна, с вставленным в раму стеклом, рука инженера скрывается в кармане. Он достаёт оттуда небольшой свёрток и подаёт мне, лучась при этом довольной улыбкой.

— Это вам, Серг.

— Что это?

Спрашиваю его я.

— Разверните.

Не спеша разворачиваю ткань и… Едва не открываю рот от удивления: погоны. Новенькие погоны с одной маленькой звёздочкой на них точно на линии между просветами.

— С сегодняшнего дня вы, Серг, младший лейтенант. Спасибо императору, что тот утвердил моё ходатайство.

— Спасибо, конечно, но за что?

— Сьере Стел! Вы оказали просто неоценимые услуги нашим предприятиям! Внесли ряд чень важных и нужных изменений. А ваше элементарное решение важнейшей проблемы постановки оружия на поток и колоссальное снижение процента брака к исчезающей величине и вообще…

Он машет рукой.

— Поэтому, прочитав мои соображения по данному поводу, Атти Неукротимый даже не раздумывал о присвоении вам звания офицера. Тем более, что я с ним знаком очень давно, и Император знает, что я не стану просить за недостойного…

…Вот это номер! Давно знаком? Надо взять на заметку! А инженер ударяется в воспоминания, надо сказать, очень ценные с точки зрения информации:

— Мы знакомы почти десять лет, и всему, что я знаю и умею, обучил меня он…

…Что? С трудом удерживаю эмоции. Как это это понимать? Получается, что саури здесь не причём, и мои предположения в корне неверны?! Да нет, не может быть! Где-то я ошибся. Либо меня намеренно вводят в заблуждение. Ладно. Сделаем вид, что я вообще пропустил это мимо ушей…

— Я, конечно, благодарен вам, сьере Дож… Но ведь я давал присягу Империи! И должен воевать за неё, а не отсиживаться в тылу. Тем более, что сейчас армии Неукротимого приходится тяжело! Рассказывали в учебном подразделении…

Поясняю я свою информацию. Дел Парда вздыхает в ответ:

— Увы. Всё верно. Поддержанные Тушуром и Рёко мятежники накопили значительные силы из ренегатов, наёмников и присланных им отрядов обеих государств. Поэтому император крайне заинтересован, чтобы его заводы работали без перебоев и выпускали как можно больше оружия. А насчёт воевать — поверьте. Вас чаша сия не минует. Думаю, через пару недель мы приступим к обучению первых подразделений нового строя, как выражается Атти… Вот и настреляетесь на всю жизнь…

Его лицо становится суровым. Впрочем, и мне становится не по себе. А инженер негромко добавляет:

— Войска предателей превосходят нас почти в пять раз по численности. И скажу честно — мы сейчас держимся чудом. Ещё один, два натиска, и Фиори придётся очень не сладко…

Всё это я прекрасно понимаю, одновременно лихорадочно вспоминая лекции по истории вооружения. Настроение портится, поэтому я торопливо прощаюсь, под предлогом того, что уже поздно, а утром надо работать. Вижу, что Дожу тоже не по себе, потому он не задерживает меня, через пять минут мы прощаемся, и я уезжаю обратно в гостиницу. Мне не терпится, потому что вспомнил об одной вещи — бомбомёте. Его изготовить куда легче, чем миномёт, да и бомбы для него тоже не так сложны в изготовлении, как снаряды для пушек. Впрочем, и других преимуществ в данной ситуации у этого древнего оружия куда как много, так что надо срочно посидеть над чертежами, а утром дать заказ одному из токарей…

Всё вспоминается само собой, очень легко, и через час несложный чертёж готов. Ложусь спать. Утром пришиваю новенькие погоны к форме, еду на завод. Спустя двадцать минут заготовки будущего оружия и снаряда к нему уже переданы в производство. А уже в обед новое оружие готово. И куда как быстрее, чем даже лёгкая полевая пушка. Цельная труба с наглухо заваренным концом, громадная бомба на деревянном штыре со столь же большими стабилизаторами. Всё везут на стрельбище. Лично заряжаю, беру запальник. БУМ! Немного вращаясь из-за косых стабилизаторов, которые я лично подогнул, конусообразный снаряд взмывает в верх, зависает на мгновение в высшей точке, потом практически вертикально идёт вниз. Ба-БАХ!!! Даже на расстоянии в двести метров у меня закладывает уши! На месте взрыва — впечатляющих размеров воронка. Опыт удался на все сто! Теперь можно докладывать. Посылаю посыльного за инженером, и когда появляется дель Парда, демонстрирую ему новый вид оружия. Тот тоже впечатляется. А когда выясняется, что его можно делать разных размеров и калибров, приходи в восторг. Ещё бы — два бойца могут спокойно перетаскивать его на своих плечах, и двое тащить снаряды. Ну а эффект — просто впечатляюще убийственный. А если ещё начинить бомбы шрапнелью… Кому то будет весело! Тем не менее, следующие две недели становятся кошмаром: мы работаем с утра до поздней ночи, практически без сна, чтобы как можно быстрее закончить отладку производственного процесса всей гаммы вооружения: винтовок, пистолетов-револьверов, пушек и бомбомётов. Производство работает в три смены, круглосуточно и без выходных. Но всё проходит на удивление удачно — рабочих не нужно понукать: они помнят, как им приходилось раньше, и выкладываются полностью. Лишь бы избежать возврата к старым временам. И мы успеваем. Теперь вся технологическая цепочка полностью отработана, начато действительно массовое и конвейерное производство. Боеприпасами занимаются в другом месте, и там проблем нет. Многочисленные караваны телег с патронами в бумажных гильзах прибывают в Лари ежедневно. Эх, сделать бы картечницу! Но, увы, про неё я только слышал, и воспроизвести не могу, к величайшему своему сожалению. Но, думаю, что и скорострельные винтовки вместе с орудиями и бомбомётами смогут переломить ход войны и поставить точку в сопротивлении Империи…

Приятный сюрприз! Очередной от Дожа. Нет, новые погоны мне не дали. И так лишь две недели минуло, как я стал младшим лейтенантом. Зато теперь я обладаю титулом! Барона Империи. Отныне я Серг дель Стел! Ну а земли и прочее мне обещаны после победы. Впрочем, я не возражаю. Если, точнее, когда мы выиграем войну, меня наградят — будет больше времени заняться своим новым поместьем. А проиграем, что же — мёртвые сраму не имут… Ещё — я инструктор по пользованию бомбомётами. Под моим началом сотня курсантов, и моя задача в кратчайшие сроки обучить их пользованию новейшим видом вооружения. Ха! Новейшим… Впрочем, для Фиори это вообще — высочайшие технологии. Курсанты все сплошь молодёжь из самого Парда. Фамильно владения Императора. Грамотные, здоровые физически. Среди них много девушек, едва ли не половина от общего состава. И все, как назло, красавицы. А я уже столько без… Гхм… К тому же, насколько я понял, моя личность их очень интересует с точки зрения замужества. Ещё бы! Красив. С их точки зрения, разумеется. Офицер. Большое, даже очень, жалование. В перспективе — поместье и земли. На хорошем счету у Императора. Умён. Так что за приз стоит побороться. Но у меня такого желания нет, надевать семейный хомут. Особенно, когда ещё всё в подвешенном состоянии. По сводкам, войска Атти были вынуждены оставить одну из подконтрольных им областей и отойти назад. Так что надо шевелиться. Вопреки моим опасениям, курсанты схватывают всё буквально на лету. Их разум молод и быстр. Обучение грамоте у Неукротимого считается одним из важнейших направлений. Так что буквально к вечеру каждый уже умеет пользоваться бомбомётом, ну а тонкости дело наживное. Да что сложного? Прибить отмеренную мерку заряда пыжом и шомполом. Вставить деревянное основание снаряда в ствол, затем поднести фитиль к запальному отверстию. Всё. Внутри дерева просверлено, и сквозное отверстие набито плотно утрамбованным порохом. Когда тот догорает до основного заряда, раздаётся взрыв. А мощность такова, что ему всё-равно где взорваться — в воздухе, на земле, и в земле. Шестьдесят килограммов пироксилина и полтысячи шрапнелей сделают своё дело… Формирую из своих подопечных роту, разбиваю её на взвода и отделения. В каждом отделении из четырёх человек один бомбомёт. Итого — двадцать единиц вооружения, остальные — обеспечение и командирский взвод. Мы даём данные для стрельбы. Прочие подвозят боезапас из тыла. На следующий день пробуем. Увы. Снабженцев недостаточно. Да они и обижены. Значит, таких нужно набирать из обычных солдат линейных частей. Там вообще ничего сложного нет: загрузить бочки с пироксилином, развести огонь в жаровнях для пальников, да приволочь ящики с бомбами. Всё так что справится любой. Докладываю свои соображения наверх, и мне пригоняют десяток обычных мужиков. Всё оправдывается. За исключением того, что подносчиков бомб нужно больше. Гораздо больше. Опытным путём выводим формулу, что на один ствол требуется четверо обеспечивающих. Не считая обозников. Всё-таки, сто двадцать килограмм на ящик из двух бомб — очень сурово. Случись заварушка, подносчикии просто не успеют. Максимум — всей толпой сумеют обслужить едва десяток бомбомётов. Остальные просто останутся без боеприпасов, и что тогда? Но раздувать штат выше всяких пределов нет смысла. Гораздо проще воспользоваться помощью на месте, одолжив недостающих у командиров частей. Да. Это самый лучший и простой вариант. Ещё два дня стреляем и отрабатываем взаимодействие. Всё нормально. Докладываю, что бомбомётная рота готова. Дож с грустным лицом выслушивает, затем кивает на незнакомого майора, сидящего в углу его кабинета:

— Познакомься, Серг. Это командир третьего полка нового строя, Ролло дель Ват. Твой непосредственный начальник.

Отдаю честь:

— Младший лейтенант Серг дель Стел. Инструктор. Командир учебной роты.

Тот ответно салютует мне, потом спрашивает:

— Как успехи.

— Готовы отбыть, как только будет подан транспорт для оружия и боезапаса.

Он недоверчиво смотрит на меня, потом переспрашивает:

— За два дня вы обучили сто человек, младший лейтенант?

— Так точно, сьере майор. Оружия у нас в избытке, курсантам даны основные навыки. Тонкости будут постигать в процессе.

— А кровью это процесс будет сильно полит?!

Он едва ли не кричит, и я его понимаю, поэтому спокоен:

— Не думаю. Потом — да. А вот крови быть не должно. Знаете, сьере майор, умирать ещё не хочется. Маловато я на свете пожил.

Тот тоже вроде бы берёт себя в руки:

— Значит, потом?

— Да. Больше пота — меньше крови. Старая истина Островов.

— Ах, да… Вы же не местный…

Он словно спохватывается, потом задумчиво смотрит на меня снизу вверх, потому что хотя плечи у нас и одинаковые, но я выше его на полторы головы.

— У вас есть ещё неделя, сьере младший лейтенант. Так что продолжайте заниматься.

— Благодарю, сьере майор. Эти дни нам ещё очень пригодятся.

Опять отдаём честь друг другу, и я покидаю кабинет. Да, воевать мы можем начать хоть сейчас. Но это будет бестолково. Навыки то — лишь самые первые. Майор абсолютно прав, и имеющуюся у меня неделю надо посвятить отработке стрельбы. Скажем, попробовать применять бомбы не массировано, а точечно. Поучиться стрелять по цели. Менять длину деревянных запальных трубок, чтобы боезапас рвался именно тогда, когда нам нужно, а не когда догорит мякоть. Вдруг найдётся умник, который перерубит трубку, и что тогда? Вот…


Глава 3 | Волк. Книги 1 - 6 | Глава 5



Loading...