home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 21

— А что это такое?

Яяри держит в руках лист бумаги, на котором изображены чертежи парового двигателя.

— Мотор для моего корабля.

— Мотор? Тот, что будет приводить его в движение? А на каком принципе?

Она чуть морщит свой лобик, разбираясь в хитросплетениях карандашных линий. Потом переводит взгляд на меня:

— Не могу сообразить, даже странно…

— Паровой.

Девушка нетерпеливо машет рукой:

— Что паровой, я поняла. А вот тут…

Она показывает рукой. Я улыбаюсь:

— Сказал же — паровой. Роторный.

— Подожди… Как это — роторный?

— А вот так. Правда, это очень большая древность, но тем не менее, двигатель существовал, и очень хорошо показал себя в работе. Достаточно большие обороты, мощность, малый вес и простота. Относительная, конечно, но тем не менее.

— И ты собираешься поставить его на этот плот?

— Да.

— Глупо.

— Почему?!

Я начинаю злиться, но Яяри спокойно парирует мой гнев:

— Ты считаешь пиратов глупее себя? И думаешь, что они полезут в бухту, из которой нет выхода, и где их гарантированно ждёт засада?

— Но в другом месте им не высадиться.

— Уверен?

— Совершенно.

— И зря. Поверь, командирами в таких вольницах, как у них, дураки не становятся. Более того, их командующий, как его…

— Гонитель Ветра.

Она кивает в знак благодарности.

— Вот именно, «Гонитель Ветра», очень умный человек. Более того, склонен к нестандартным решениям, действует очень быстро и уверенно, способен использовать любые возможности для того, чтобы добиться успеха в самой безнадёжной, казалось бы ситуации.

— С чего ты взяла?

Девушка улыбается:

— Имя может сказать многое, милый. Не зря же он получил такое прозвище? Поэтому лучше перестраховаться.

— Хм…

А ведь она права. Не стоит недооценивать противника…

— И что ты предлагаешь?

— Пока ничего не могу сказать конкретно. Твоя машина будет работать? Уверен?

— Совершенно и абсолютно.

— Сколько ты сможешь изготовить до начала нападения?

— А сколько нужно?

Мгновенный подсчёт в уме, и точный и безапелляционный ответ:

— Минимум, три. На три корабля. Но довольно мощных. По тысяче стандартных сил.

— Тысяча стандартных сил?! Куда такую дурь? Это же семьдесят пять тысяч килограмм в секунду!

— Да? Ой, забыла, что у нас разные единицы измерения. Если судить по твоим, то…

Пауза практически незаметна, если не вслушиваться:

— Половины, даже четверти будет достаточно.

…Двести пятьдесят лошадей? Это ещё куда ни шло…

— Далее, нам понадобится листовое железо, скобы, лес, арматура…

Машу рукой, и с удивлением понимаю, что уже почти здоров.

— Само собой. Всё уже заказано, и мы ждём поставки. А что ты задумала, если можно?

— Пиратов надо встречать в море. И здесь.

— Но ты только что сказала, что они не полезут в бухту…

— Их нельзя пускать сюда. Артиллерию мы поставим на молу и укрепим башни всеми способами. Кроме того, используем древние катапульты.

Мои глаза лезут на лоб:

— А их зачем?!

— Для метания зажигательной смеси, милый. Корабли же будут отстаиваться далеко, но не слишком, от Ниро. Думаю, небольшую захоронку на три корабля мы найдём, а когда пиратская эскадра увязнет в бою, они нападут с тыла и отрежут им пути отступления.

— Их же возьмут на абордаж!

Улыбка Яяри вдруг превращается в злой оскал, и это меня даже пугает:

— Если будет кому штурмовать. Впрочем, им это не страшно. Покопайся в истории, милый, и поищи что-нибудь подходящее. Только быстро, договорились?

— Чего тут копаться? Даже и думать нечего — Мерримак! Дай мне листок бумаги и карандаш!

Яяри подаёт мне просимое, и я несколькими штрихами набрасываю очертания первого парового броненосца Земли. Потому что его оппонент, «Монитор», был построен позже. Ненамного, но всё-таки. Затем приходится отвечать на град вопросов со стороны аури, и тут я откровенно плаваю, потому что помню немного. Впрочем, и того, что мне известно, удовлетворяет девушку. Она быстро набрасывает мои ответы на чертеже, потом столь же стремительно вносит правки в чертёж, поясняя их:

— Толстая броня не нужна. Стрелы её не пробьют. А вот казематное расположение орудий очень удобно, одобряю. По поводу тарана — не стоит. Лишний риск абордажа. Поэтому даже заявленная мной мощность великовата. Жаль, что такой корабль не может ходить по морю, только в прибрежных водах, но построить что-нибудь подходящее для морских сражений мы просто не успеваем. Впрочем, это не смертельно. Так что разрабатывай чертежи и надо приступать к постройке.

— У меня ещё двигатели…

Тяну я уныло. Аури улыбается:

— Уже просишь пощады?

Киваю головой, хотя на душе как то светло от её улыбки.

— Не волнуйся. Я пока подумаю насчёт плана и соответствующих мероприятий. А ты займись делом. Кстати, судя по твоему поведению, ты скоро встанешь на ноги.

— Да я и сейчас могу…

Но она отчаянно машет руками:

— Не вздумай! Всё ещё на живую нитку! Лучше день потерпеть, зато потом спокойнее.

— Раз ты настаиваешь…

Аури кивает, и вновь застывает над листами карты, разложенной на столе. Я же тщательно вывожу обводы броненосца. Она права. Не нужны ни толстая броня, ни таран. По сути у нас будет просто плавучая батарея. Но именно такой корабль сейчас и требуется. Несложный в постройке, с минимумом обученного экипажа. Главная трудность в машине. Но тут всё зависит от качества станков. Если Дож не подвёл, то её будет достаточно, если судить по качеству изготовления ружей и пушек армии Империи. Не нужно кучи редукторов, не требуется большого запаса топлива. Какой поставить котёл? Огнетрубный или водотрубный? Пожалуй, второй. Пусть он чуть сложнее, зато отсутствует опасность взрыва при превышении давления, меньший вес, большее давление пара и производительность. Да. Именно так… Спустя четыре часа общие контуры нанесены на чистый лист ватмана, и я с хрустом потягиваюсь. А где Яяри? Заработался так, что и не заметил, как она исчезла их комнаты. Но тут двери открываются, и она появляется на пороге:

— Ну, что, закончил? Пора обедать! Эй, слуги!

Делает шаг в сторону, в помещение заходят двое рослых ребят, меня быстро одевают, моют руки, затем сажают на сложенные в замок руки и несут прочь из спальни. Приятный сюрприз! Сегодня я смогу пообедать в общей зале, среди людей! В принципе, можно было доковылять и самому, но лучше поберечься, как верно заметила Яяри. Ещё успеем. И так впереди горы работы, целые хребты!..

Как всегда, доса Мина на высоте! Еда просто тает во рту, и хотя я не слишком то избалован в этом плане, но вкусно поесть — моя тайная слабость. Так что просто наслаждаюсь обедом, а слуги начинают цвести улыбками при моём явлении за общим столом. Похоже, что люди себя понакрутили, да ещё сплетни и слишком длинные языки… Так что то, что я спокойно ем за столом, успокаивает многих и внушает надежду на то, что всё обошлось и лорд не даст их в обиду. Больше чем уверен, что весь город будет уже к вечеру знать, что их владетель жив, здоров, и скоро начнёт действовать на благо всего Ниро. Поддержать дух людей сейчас одна из главных задач. Нельзя, чтобы они опустили руки в безнадёжности… Двери с грохотом распахиваются, и на пороге появляется взбудораженная Льян. С ходу кричит:

— Взяли! Взяли!

— Кого?

Спокойный голос Яяри резким контрастом звучит в зале. Рёска спохватывается:

— Нашли и взяли живым того, кто привёз убийц в город!

— Хорошо. Теперь посадите его в тюрьму, и чтобы он остался жив. Замените всех служителей на солдат Империи, непрерывный надзор. Кормить на общих основаниях. Никаких допросов и особых методов. Пока.

Её улыбка не оставляет сомнений в том, что шпиону очень скоро придётся не сладко. Льян вытягивается по стойке «смирно», салютует, затем выпаливает: «Во славу Империи», и исчезает вновь.

— Тебе не кажется…

Открываю было я рот, но аури спокойно парирует:

— Нет. Сейчас лазутчик зол, готов ко всему, и будет молчать. А вот когда посидит недельку, другую, без допросов и прочего, тогда начнёт метаться и думать, что же нам известно, если его не тащат на допрос.

— Но время…

— А что, нам нечем заняться? Изготовление твоих машин и кораблей, восстановление укреплений, ещё надо походить по городу, мало ли чего ты упустил…

Кручу головой. Да… Яяри настроена крайне серьёзно! Неведомые мне асийчи начинают помаленьку внушать мне уважение…

— Ты права.

Отвечаю я ей, наслаждаясь наттой. Аури едва заметно улыбается. Интересно, что я такого сказал?..

…Как и предсказывала моя половина, на следующий день мне разрешили встать. Первое желание, которое у меня возникло, естественно, затащить Яяри в постель для исполнения супружеских обязанностей, ну и заодно узнать, сдержит она обещание? Но когда я открыл глаза, её уже и след простыл. Как мне доложили, аури умчалась в сопровождении взвода солдат ещё затемно. Куда? Не сообщила. Посопев, поскольку расстроен я был не на шутку. Решил сосредоточиться на главном. В конце концов, удовольствия никуда не уйдут, не последний день живём, а вот дела ждать не могут. Перекусив, велел запрягать сани, верхом не рискнул, и двинулся в замок — надо было запускать мой завод. Да так и застрял там, пока первый образец, который я запланировал для приведения в движение собственно станков и прокатного стана не был готов… Сколько мы извел металла, сколько было сожжено нервов, лучше промолчать. Но спустя две недели в массивном громадном котле, величиной с само здание завода, вспыхнули дрова, закипела вода, превращаясь в пар, и я повернул ручку подачи. Медленно-медленно, с натугой, ротор крутанулся вокруг оси первый раз, вырвались облачка пара из выпускных клапанов, крутанулись колпачки регулятора оборотов. Затем второй полный оборот, третий. Ротор начал разгоняться, а я сновал вокруг машины, подливая сырую нефть во втулки, подшипников у меня, естественно, не было. И могло быть. Не деревянные же ставить?! Так что именно они и встали у меня на повестке дня. Основная проблема — ролики. Но поскольку у меня есть токарный станок, то она решаема! А значит… Всё-таки хорошо, что у меня есть запас времени! Потому что можно отладить все нюансы на экспериментальной машине! Конечно, шарики бы лучше — потери на трение буду меньше. Но за неимением гербовой, как говорится, пишем на простой! Основное ясно — двигатель работает, и очень неплохо, учитывая, в каких условиях и на каком оборудовании он изготовлен… Сижу пишу письмо. Новости надо срочно сообщить Яяри. Когда сможем увидеться, я даже не представляю. Какие тут утехи! Надо срочно налаживать прокатный стан и мудрить над горелками. Где взять газ или бензин?! Не представляю! Или взяться за холоднокатаный лист? Но тут нужны колоссальные мощности! А другого выхода нет…

…Удалось изготовить первый рабочий подшипник. С разрезной обоймой, зато с цельным сепаратором, и даже с сальником! Проверку изделие выдержало, и я вношу срочные изменения в чертежи. Хвала Богам, что уже готовы три статора, в которых вращается ротор. Они со съёмными крышками, потому что ни фрез, ни тем более, зенкеров нужных размеров у меня нет и быть не может. Но герметичность обеспечивается тщательнейшей притиркой. Так что я уверен в их работоспособности. Все посадочные размеры для машин и котлов отправлены в город. Оттуда я получил короткое послание, что корпуса кораблей заложены, и строительство наших броненосцев начато. Для дезинформации распущен слух, что это плавучие перерабатывающие фабрики — Империи нужна рыба во всё возрастающих количествах. Запасы от урожая подходят к концу. В Ниро тоже начинает ощущаться нехватка продовольствия. Замечены первые беженцы… Нелегко сейчас Атти. Насколько я знаю, все силы брошены на строительство прохода через горную цепь и пустыню, чтобы обойти Рёко и Тушур и попасть сразу в Шемаху. Металл, который мы получаем, буквально оторван от сердца, потому что строительство мостов, крепь для тоннелей, инструменты для проходчиков — металл расходуется со страшной силой!..

…Первая корабельная машина готова! Только что мы опробовали новый котёл и улучшенный образец роторника на подшипниках. Удивительно плавный ход, увеличенная мощность, хорошие обороты. Да и котёл перестал капризничать, с ним тоже намучались. Завтра отправляем двигательную установку в город под охраной целого батальона. Рисковать нельзя, и лучше перестраховаться, чем недооценить противника! Так что теперь дело за малым — сделать ещё две штуки. А потом можно и не так спешить. С прокаткой листа для обшивки вышли из положения просто — увеличили количество валков и длину прокатного стана. Но на будущее надо думать о печах и горелках для разогрева слитков. Да и получать желательно не простое железо, а с присадками, улучшающими свойства металла. Ну а пока первая сотня листов толщиной в два миллиметра ушла на верфи… Стрелы пробью такую толщину лишь в упор. Но под ним — мощная деревянная подложка почти в шестьдесят сантиметров в поперечнике. Так что я ожидаю, что наши корабли себя покажут. Оно, конечно, можно прогнать лист и потолще, но нет смысла. Пока нам настоящая броня ни к чему, и сейчас, на самом деле, идёт отработка технологий. Эх, как мне нужна нефть или что-нибудь из подобных углеводородов! Потому что я планирую поставить на конвейер следующим трактора…

…Как то совершенно неожиданно наступил Новый Год… Ещё вчера я весь в копоти и смазке ковырялся в машине, сажая рабочий ротор на место, а уже сегодня утром двигатель, прошедший испытания, уже грузят на громадные сани. Вместе с ним еду и я. Остающиеся здесь работники, командированные Дожем, клянутся и божатся Высочайшим, что перебоев в поставке листового металла не будет. Хочу им верить, хотя сердце нет-нет, да ёкает. А ну как… Впрочем, людям надо доверять, и поэтому я седлаю своего жеребца, застоявшегося в конюшне, и мы громадным караваном, даже в сопровождении двух пушек, установленных на санях, выдвигаемся в город. Сколько я там не был? Уже три месяца? Яяри, наверное, на меня обиделась — намекал, обещал, и променял её на какие-то железки… Громадный груз задерживает нас в пути. Что неудивительно. Один бы я доехал до Ниро за полдня. Но тут особый случай. И поэтому я набираюсь терпения и держусь в середине каравана, болтая с комбатом, молодым лейтенантом, чтобы скрасить монотонность пути…

— В первый раз мы, конечно, намучались, сьере капитан!

…Ну, да. Солдаты предпочитают обращаться ко мне по званию, выказывая тем своё уважение. Аристократов то в Империи хватает. А вот офицеров, особенно в таком звании — единицы. Пусть я и в запасе, но все знают, что по первому зову Неукротимого я тут же стану в строй…

— Пришлось и дорогу ровнять, и глубокие канавы засыпать. Да и быки наши, честно скажу, еле выдержали. Тащили, скорее, сами. Руками. Делали ворот и втаскивали махину на подъёмы. Но довезли! Дальше легче было. Ваша супруга, сьере капитан, просто волшебница! Столько знает и столько умеет!

…Улыбаюсь со многозначительным выражением на лице. Лестно, всё-таки. Не простая красотка досталась, а умница. Ага. Ещё бы знать насколько… Темнеет, но мы уже поднялись на холм, с которого виден город. На вершине установлен огромный ворот, который приводят в движение почти двести человек, и с его помощью металлические громады легко взлетают наверх, откуда ведёт залитый водой спуск. Переваливаем груз через горб раздела, и теперь ворот тормозит скольжение. Посматриваю на небо — успеваем. Мой приезд в Ниро — сюрприз. Я не стал сообщать никому о своём возвращении. Хотя и шевелится внутри некий червячок, вроде «возвращается муж из командировки…». Да ну! Лезет же в голову всякая мерзость! Осеняю себя жестом, отгоняя грязные мысли. Эх, скорее бы…

Ворота в стене открываются, и оттуда вырывается кавалькада всадников, светя себе факелами. Но тут срабатывает рефлекс — пламя факелов очень ровное и яркое. Что это?! Чем ближе всадники, тем ярче пламя. Вскоре я даже прикрываю глаза рукой, и когда рядом начинает крутиться чей то конь, с трудом могу различить его контуры. Но тут весёлый голос, который я надеялся услышать гораздо позже, вдруг приветствует меня:

— Что я вижу? Блудный муж решил навестить, наконец, свою заброшенную супругу?

Факел резко гаснет с лёгким шипением, но до меня доносится порыв резкого запаха… Мать Богов! Это же ацетилен!!! Какой же я идиот!!! Но поздно ругать себя последними словами, когда на меня смотрят смеющиеся глаза из-под шарфа, прикрывающего нижнюю часть идеального личика. Яяри… Наклонившись, я выдёргиваю её из седла, девушка от неожиданности вскрикивает и оказывается передо мной на моей лошади. Сжимаю её в объятиях, лихорадочно сдёргивая с неё шарф и нахожу её губы. Вокруг — восхищённый гул голосов невольных свидетелей. Самое главное, что аури отвечает мне с не меньшей, если не с большей страстью. Наш поцелуй долог, но задохнувшись, мы всё таки прерываем его. Девушка не может отдышаться несколько мгновений, потом кое-как говорит:

— На третью верфь, сьере лейтенант…

— Да, ваша светлость!

Офицер отдаёт ей честь, я — тоже. Яяри делает какой то сложный жест, и мой жеребец несёт нас к городу…

…Я просыпаюсь от лёгкого поцелуя. Чуть припухшие глаза карего оттенка смотрят на меня в упор. Огромные, бездонные, и я тону, тону в них, не желая сопротивляться колдовской силе. Рыжие волосы обрамляют идеальный овал удивлённого личика с правильными чертами. Губы моей жены, на этот раз без всяких кавычек, припухли от бесчисленных поцелуев.

— Ты странный…

Шепчет она мне и укладывается поудобнее на моей груди, обнимает, довольно сопя аккуратным носиком.

— Не думала, что это будет так прекрасно…

— Я тоже…

Эхом откликаюсь в ответ, лаская длинные волосы, разметавшиеся по моему телу. Аури довольно вздыхает.

— И почему мы так долго тянули?

— Кто знает…

Моя ладонь касается узкой спины, пробегает по ней сверху донизу. Яяри начинает учащённо дышать, потом выдыхает:

— Если ты не перестанешь, то рискуешь…

— Чем?

— А вот чем!

Она вдруг резко изворачивается, затем седлает меня, словно коня, чуть приподнимается, и…

— Ох…

…К обеду мы, наконец, покидаем кровать, приводим себя в порядок, затем спускаемся вниз, в зал. Слуги краснеют при виде нас, мы, впрочем, тоже. Ведь каждому понятно, чем занималась супружеская пара. Впрочем, никто не догадывается, что это между нами в первый раз… Вкуснейшие блюда от досы Мири, спокойствие и умиротворение атмосферы усадьбы. Как же хорошо! И кажется, что не будет ни нападения, ни смертей, ни крови. Всё это просто страшная сказка, рассказанная дурным сказителем. Сегодня — первый день Нового Года. День, когда фиорийцы веселятся, отдыхают, ходят в гости, дарят подарки. Подарки!!! Я совсем забыл! Подзываю слугу, шепчу ему кое-что на ухо, тот убегает под подозрительным взглядом моей аури.

— Что ты ему велел?

Я краснею, как семнадцатилетний юноша на первом свидании, потом признаюсь:

— Подарок. Я ведь так тебе его и не отдал…

— Подарок?

Яяри спохватывается:

— А у меня тоже есть!

Краснею ещё гуще:

— Ты сделала мне куда лучший сегодня…

Теперь она алеет, словно роза из Ботанического Сада на Красавице, курортной планете Империи Русь, отводит глаза в сторону:

— Только нам придётся немного повременить, пока…

Киваю в ответ, а краска на щеках жены становится ещё гуще. Она ведь была девушкой… Тем временем слуга возвращается, протягивает мне небольшой свёрток. Я передаю его Яяри. Аури разворачивает пергамент, в котором обнаруживается небольшой узкий футляр. Раскрывает крышку, ахает при виде небольшой цепочки тончайшей работы из золота, на конце которой висит огранённый в виде призмы кристалл огненного сапфира. Нашлось это украшение в сокровищнице покойного лорда среди множества других аляповатых побрякушек. Сразу видно, что предыдущий владыка ценил массивность и тяжесть золота, а это украшение явно принадлежало кому-то другому. Уж больно аккуратная работа.

— Какая прелесть…

Ахает аури, и одевает подарок на шею. Ей идёт. Огненный язычок пламени внутри камня трепещет, словно живой. Глаза жены становятся ещё больше, а я довольно улыбаюсь — правильно угадал, что ей понравится. Мой взгляд падает на стену, где висит местная гитара. Струн, правда, восемь, но, думаю, что справлюсь.

— Дайте мне инструмент.

Обращаюсь я к служанке. Та торопливо снимает неуклюжий агрегат, подаёт мне. Честно говоря, я удивлён, что на нём металлические струны. Аури с любопытством смотрит на меня:

— Хочешь сыграть? А ты умеешь?

Шевелю пальцами — я не гитару брал в руки уже очень давно, с той поры, как вылетел в последний свой бой… Но Боги не выдадут, а свин не съест:

— Попробую. Только если ошибусь, прости.

Она улыбается, машет рукой:

— Я готова простить тебе всё, что угодно…

Быстро перестраиваю инструмент на свой лад, снимая две лишних струны. Звук довольно глухой, но чистый. Беру для пробы пару аккордов, вроде получается. Краем глаза замечаю, как в углу кучкуются слуги. Чтобы сыграть? И как петь? Пытаться переложить наши песни на фиорийский? Но так вот, сразу, вряд ли получится…

— Я не знаю фиорийских песен, поэтому буду петь на родном языке Северных Островов, а потом переведу.

Аури кивает в знак согласия, поняв, что эти слова предназначены для слуг. Набрав в грудь побольше воздуха, я начинаю. Лёгкий перебор струн. С каждым аккордом пальцы слушаются меня всё лучше, а спустя минуту сами, уже без малейших ошибок скользят по выпуклому широкому грифу. А потом я начинаю петь… Все, включая Яяри, замирают, а слова легко льются из моего горла:

  Говоришь, если остры края,

  Даже желание тая, почему то не тороплюсь.

  Но отвечу небу и вечности я, чтобы знали, в чём я клянусь.

  Голос мой, пускай ещё не слыхать,

  И к тебе любви не пробился зов,

  Но судьбы ударам меня не сломать,

  Это ясно без слов.

  Как же не сбиться, как во всём повиниться,

  Прямо перед тобой?

  Хватит уже возиться,

   Просто честно о чувствах пой… [5]

Все замирают, глаза Яяри становятся ещё больше. Мелодия очень красивая, но простая. Как раз под такое самодеятельное исполнение. Последний аккорд звучит пронзительным вскриком, и я обрываю мелодию. Затем наскоро перевожу текст на фиорийский. Женская половина слуг, и сама аури дружно вздыхают в восхищении. Правда, по разному: прислуга завистливо, а жена — счастливо.

— Спойте ещё, ваша милость, у вас так хорошо выходит! Ни один менестрель с вами не сравнится!

Это Илли, дочь Мири. Её глаза словно плошки. Ещё? Ну, раз просят… Перехватываю поощряющий взгляд жены, и песня сама приходит на ум:

  Ты глазам не верь, ты не знаешь, что храню в душе своей.

  Думаешь, что сердце у меня, как лёд, холодное?

  Повстречав тебя, даже и не думал ни о чём таком,

  Зачем же сердце разглядело вдруг и выбрало тебя?

  Никогда не доверял кому-то, не сдавался так, без боя.

  И не знал, что всё изменится, сам себя уже не узнаю я… [6]

…Импровизированный концерт длится долго, но никто не расходится. Наоборот, людей становится всё больше и больше. Яяри подвигается ко мне ближе, кладёт свою головку мне на плечо… Новый Год. Время, когда исполняются все желания… Моё, наконец, сбылось. А скоро, через пару лет, я вернусь домой, в Империю. С Яяри. С женой…


Глава 20 | Волк. Книги 1 - 6 | Глава 22



Loading...