home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 23

— Э-это как?!

От волнения я даже начал заикаться. Аури подняла заплаканные глаза:

— Так! Сама не знаю! Но вот — у меня будет ребёнок! От тебя! И что мне теперь делать?!

Пытаюсь прийти в себя, поэтому переспрашиваю:

— Ты хотела сказать, что нам делать?

— Причём тут нам? Мне!

— Как это мне?! А меня, по твоему, это не касается?!

Она хлопает своими ресницами, длиной в половину пальца:

— А ты причём? Разве ребёнок это не забота матери?!

Тут мне снова приходится удивиться:

— Постой-постой, дорогая моя! А что, у вас отец не при чём?

Она вдруг начинает рыдать ещё больше:

— Причём тут отец, скажи?! Ваше дело сделать ребёнка! А наше, женское, всё остальное! Выносить, родить, выкормить, воспитать! Вы, папаши, своих детей в первый раз в пять лет видите, когда приходит время ориентации!

…Бред какой-то. Полное сумасшествие! Я подхожу к ней ближе, опускаюсь на колени и прижимаюсь ухом к тёплому животику. Слёзы почти мгновенно высыхают:

— Ты что делаешь?!

— Но ты же беременна?

И шепчу, хотя прекрасно знаю, что наш малыш ещё не может слышать меня, и вообще представляет крохотный кусочек материи, ещё даже и не живой:

— Привет, маленький! Как ты там? Это папа. Я тебя люблю и жду, когда ты родишься! С нетерпением!

Чуть отстраняюсь, поднимаю глаза на заплаканное личико саури с круглыми, словно колёса, изумлёнными глазами. Она вновь повторяет, уже почти шёпотом:

— Ты что делаешь?..

— Дурочка ты. Мелешь какую-то чушь. Чтобы я согласился увидеть ребёнка лишь тогда, когда ему исполнится пять лет? Да ещё после какой-то там ориентации? У нас, людей, если хочешь знать, отца даже в родильную палату пускают, чтобы он видел, как рождается ребёнок!

— Ах!

Яяри заливается настолько густой краской, что об её щёчки впору зажигать свечи. Заплетающимся языком снова шепчет:

— Ты… Ты… Меня не обманываешь?

— Зачем, малышка? Я тебя люблю. Зачем же мне тебе лгать? И этот ребёнок будет желанным и любимым…

Мне запечатывают губы жарким поцелуем…

…Утром начинается адская работа. Похороны, поиск уцелевших корсаров, которые разбежались по всем норам и щелям. И это не гипербола — в одном месте из лисьей норы вытащили трясущуюся от страза сущность человекообразного вида. Людьми их назвать язык не поворачивается. Теперь надо решать, что делать с пленниками, хотя, в принципе, это уже оговорено заранее, куда то девать немногих уцелевших гребцов с галер. Кое-кому удалось выжить под градом зажигательных бомб с броненосцев и освободиться от цепей. Так же предстоит сбор трофеев, их утилизация — не пускать же в ход простреленную, прошитую осколками и залитую кровью одежду? Надо организовать добычу металла со дна моря и залива, с затонувших кораблей, да мало ли чего надо? Просто голова кругом идёт! И, как апофеоз всего — отправка очередного обоза с рыбой в глубь Фиори. Потому что голод, это страшно. Хотя страна не переступила эту грань, но уже близко. И две тысячи бочек с солёной рыбой спасают очень и очень многих… Но постепенно всё сдвигается с мёртвой точки. Броненосцы оказались на высоте! Кошками цепляют остовы кораблей, затем троса заводят за блоки, установленные на берегу, и взбивая воду в пену плицами колёс, неуклюжие железные ящики с натугой вытаскивают деревянные скелеты на мелководье, где те перецепляют уже нормальным образом и выволакивают на берег. Там их почти мгновенно разделывают на куски и поднимают наверх, на обрыв, где тщательно сортируют: куски с металлом идут к армаде людей с инструментом, и те извлекают всё до кусочка, а обычное дерево поступает в сушку, потом пойдёт на дрова и приготовление ацетилена. Добыча знатная, и глядя на горы металла, состоящие из скоб, хитрой формы гвоздей, множества рабских цепей, а так же оружия, моё сердце радуется. Будет что отправить в переплавку. Хватает и другой добычи — бронзы, меди, есть даже немного денег в виде золотых и серебряных монет, а так же драгоценных камней. В любом случае, мои затраты на постройку броненосцев окупились взятой добычей…

— Сьере барон, так что будем делать с пленниками?

— Мне нужны те, кто знает обратную дорогу на Острова — штурмана, капитаны. Прочих — в тюрьму. Будем готовить суд.

Бургомистр убегает к солдатам, а я качаю головой — не солидно. Такая должность, а бегает, как простой курьер. Надо будет сделать потом внушение…

На берегу шум, гам, крики, пахнет морем и кровью. Человеческой. С телег сбрасывают голые трупы, которые нелепо взмахнув руками и ногами исчезают во тьме. У всех вспороты животы, чтобы не всплывали. Варварский способ, очень жестокий. Но вот принято так на Фиори, что поделать. У меня хоть мертвецов разделали. А пираты так с живыми поступали… Общепринятая среди корсаров практика… Стучат топоры и молотки, лязгают инструменты кузнецов. Иногда вскрикивает дерево, из которого хитро изогнутой штуковиной выдёргивают длинный кривой гранёный гвоздь с большой плоской шляпкой… От города к нам движется целая кавалькада всадников, и я узнаю среди них свою жену. Сразу по всему телу пробегает тёплая волна, и тут же вспыхивает беспокойство — в её положении верхом? Это не повредит будущему ребёнку? Задаю этот вопрос супруге, когда мы целуемся у всех на виду, шепча слова в ухо. В ответ Яяри отстраняется, смотрит на меня, как на сумасшедшего, потом на её лице появляется удовольствие: как же — супруг волнуется о ней! Потом тихо шепчет, чтобы я не волновался — она покрепче многих будет… Идиллию прерывает короткий задушенный вскрик — добили ещё одного пирата. Аури смотрит на деловитую процедуру, потом вдруг сгибается в поклоне и её рвёт. Ну, да. Ей не стоит смотреть на такую картину. Мгновенно подхватываю её хрупкое тельце на руки и заношу за большой, гружёный металлом воз. Там сажаю себе на колени, вытираю личико платочком, даю воды из фляжки, прополоскать ротик и немного прийти в себя. Впрочем, жена приходит в себя очень быстро:

— Прости, отвыкла просто…

Короткая обмолвка, а столько всего становится понятным… Мать Богов! Кто же достался мне в жёны? Ангел или демон? Или то и другое вместе? Остаётся надеяться, что ребёнок изменит аури. Потому временами у неё проскальзывает жестокость, если не сказать больше — она вообще не считает фиорийцев людьми. Нет, я понимаю, что у неё осталась ненависть после сидения в клетке, когда девушка ждала неминуемой и страшной смерти. Но вот так, как сейчас… Хотя, кто знает, что за тараканы в голове у аури — про её цивилизацию я, к примеру, вообще узнал только здесь, на Фиори, и какие у них обычаи ведомо лишь Богам. Всё это в мгновение ока пролетает в моём мозгу, но тут моя половинка приходит окончательно в себя, поднимается с моих колен, потом, опираясь на руку, спрашивает:

— Оставил тех, о ком договаривались?

Я киваю в знак согласия, потому что знаю, что речь о будущих проводниках на Пиратские Острова. Яяри окидывает взглядом расстилающуюся перед ней суету, потом кивает головкой и глядя мне в лицо произносит:

— Неплохо. Здесь нам делать больше нечего. Люди управятся сами. Твоя Льян пусть разбирается с пленниками, а нам надо в город. Пришло письмо от Неукротимого.

— От Атти?!

Неожиданно, но ожидаемо. Супруга вновь кивает в знак согласия.

— Курьер ждёт тебя в поместье…

…Хм. Необычный курьер. На его плече знак личной гвардии императора. Сурово. Я расписываюсь на конверте, проставляя дату и время. Солдат щёлкает каблуками, собираясь уйти, но я останавливаю его вопросом:

— Как там?

Тот нехотя отвечает:

— Сложно. Но пока терпимо.

Значит, в стране тяжело. Вздыхаю, потом разворачиваю аккуратно сложенный лист и пробегаю глазами написанный текст. Что и ожидалось — Атти просит всеми силами увеличить уловы. Эх… Впрочем… Задача решаема. Теперь можно отправить в море всех, кто не занят на сельскохозяйственных и строительных работах. Плюс солдат. Корабли есть. Сети? Найдём. Так что задание бургомистру — хватит сидеть на пятой точке. Рыба нужна. И как можно больше…

Дни летят за днями, складываясь в недели. Большой обоз с уловом уже собран. Народ, несмотря на тяжёлый труд, не ропщет — из серединных земель приходят невеселые известия. Нормы выдачи продовольствия в очередной раз урезаны, а строительство прохода через скалы хоть и идёт ударными темпами, но до окончания ещё далеко. К тому же мало пробить горы, потом надо будет найти поставщиков и проложить путь через бескрайние степи, полные солончаков. Эх… Обложили нас крепко. И воевать сил нет. Пока. Зато копится злость и ненависть тех, кто сейчас смотрит в детские глаза, кто отворачивается, глотая скупые слёзы бессилия, на просьбу о кусочке хлеба… Кроме рыбы ещё на моих плечах стройка. Мы ставим новый завод. Самый настоящий. Большие цеха, крытые черепицей, создаём новые станки, возводим доменные печи. Не такие громады, как на императорских мануфактурах. Естественно, что меньше. Но для того, что я задумал — пойдут. А выпускать они должны трактора. Самые обыкновенные паровые гусеничные трактора. Двигатель есть. Его отработка лишь вопрос времени. И хотя мои рабочие почти поголовно безграмотные крепостные, но зато сметливы и сообразительны. А ещё — трудолюбивы, и я верю, что у меня всё получится. Если удастся поставить технику на поток, то можно будет пустить часть лошадей на мясо — их заменят гусеничные монстры. Тоже подспорье. И немалое. Да и на будущее можно будет построить танки. Сейчас у меня есть металл в немалом количестве, есть возможность делать отливки, есть и пусть примитивная, но достаточно точная металлообработка. Так что надо надеяться на лучшее. Единственное, что меня тревожит, это Острова. Но как только напряжение, вызванное блокадой спадёт, я разберусь с ними полностью. Без всякой пощады и сентиментальности…

…Яяри ходит задумчивая и тихая. Всё время косится на меня, но страшно довольная, что я никуда её не прогоняю, и наши ночи так же горячи и страстны, как и раньше. Впрочем, скоро наши утехи закончатся, увы. Но это не страшно! Потому что я стану отцом! А это такое счастье! Токсикоза у аури нет. Зато аппетит увеличился. Не страшно. Она ест за двоих. За себя, и за того ребёнка, что сейчас у неё внутри. Я люблю разговаривать с малышом. Да, пусть он не слышит. Но пусть подсознательно привыкает к моему голосу, запаху, мои эмоциям и моей любви. Жаль, что я могу проводить с женой не столько времени, сколько хочу, а лишь столько, сколько удаётся выкроить среди тысяч жизненно важных дел…

Два месяца пролетает незаметно. Моя жена уже на пятом месяце беременности. Животик у неё очень большой. И — самое главное: дети уже пихаются во всю! Именно дети! Повитуха, осмотрев мою половину, поманила меня, потом приложила к животу супруги палочку и велела слушать. Я услышал гулкое «тук-тук», ровное и спокойное. Это сердце моей жены, которое я сразу узнал. И на его фоне сдвоенная барабанная дробь «тук-тук-тук». Вначале даже не поверил, но старушка кивнула в знак подтверждения моему не верящему своему счастью лицу. Зато моя аури испугалась не на шутку — двойня?! У них это неслыханная редкость! О таком говорилось лишь в древних легендах, так что моя жена теперь словно стукнутая мешком по голове. Всё время держит руки на выпуклом животике, и словно прислушивается к тому, что у неё внутри. А мне сейчас любопытно — мальчики? Девочки? Хотя любить я буду и тех, и других! И ещё радость — наш первый трактор вышел из цехов. Собранный вручную, с подгонкой деталей чуть ли напильником! Но зато мощность на крюке — почти шесть тонн! Жаль, что пришлось к нему пристраивать тележку, но иначе никак: топливо и вода. Но зато тянет! И ещё как! Чтобы не проваливался в грунт и не давил посевы, поставили широченные, в метр гусеницы. Сам лично опробовал — думаю, будет толк! Во всяком случае, таскает из каменоломни добычу лихо! Теперь жалею, что нет резины. Металлические колёса повозок, поскольку деревянные разваливаются после первой же поездки, режут дорогу такими бороздами что можно и ноги сломать, свалившись туда. Впрочем, моему монстру любые тяжести не страшны. Пыхтит, а едет. Следующая модель будет поменьше и послабее, но зато куда больше приспособлена к сельскому хозяйству, чем это промышленное чудовище. Его лишь в тягачи. По полю он слишком тяжёл, даже несмотря на широченные гусеницы. Да ещё прицеп, опять же. Нет. Пахать его пускать нельзя. Если только в первый раз на целину…

Сектор 43-20-72. Империя Русь.

— Майор Рогов! Немедленно зайти к командиру!

Прогромыхал динамик в каюте, и крупный человек удивлённо бросил взгляд на решётку переговорной системы. С чего бы это вдруг? Он час назад прибыл с задания, ещё не успел подать отчёт и сдать оружие, как его снова вызывают к начальнику Базы? Впрочем, ноги уже сами несли его к станционному лифту. Их космическая станция была расположена недалеко от крупного шарового скопления на периферии центра Галактики. Совершенно секретная, и, вследствие того, абсолютно новенькая, недавно сданная монтажниками в эксплуатацию. При желании можно было уловить в казалось бы безупречно кондиционированном воздухе обитаемых отсеков запах краски и технических жидкостей. Само собой, это было обманом чувств, но, тем не менее, новенькие, ещё блестящие стены и пушистые синтоковры сразу говорили о том, что громада только сошла со стапелей одной из земных верфей. Бесшумно раскололась дверь, уходя в стены, и Рогов перешагнул комингс командирских апартаментов. Полковник Вострецов приветствовал майора привычно по уставу, кулаком в грудь. Дмитрий ответил, и командир жестом указал на стул:

— Присаживайся, майор. Извини, что дёргаю тебя, не дав отдохнуть, но тут такое дело…

Вострецов взмахом ладони над столом включил изображение, и Рогов едва сдержал возглас изумления — Макс! Кузнецов! Пропавший почти десять лет назад в одном из сражений с саури.

— Узнаёшь?

Обратился к нему полковник. Дмитрий кивнул:

— Кузнецов Максим, пропал без вести десять лет назад…

— Девять с половиной, если быть точным.

Поправил его командир, затем продолжил:

— Мы получили сигнал аварийного маяка. Есть и координаты. Как я понимаю, он уцелел, но находится на одной из периферийных планет. Имеется аборигенная цивилизация категории «Бэ — четыре». Конкретно Кузнецов живёт под именем местного обитателя Атти дель Парда в местности под названием Парда, в государстве Фиори. Просит эвакуацию.

Дмитрий улыбнулся:

— Живой, анчутка ходячая! Наших так просто не убьёшь! Когда отправляться?

Полковник, расплывшийся при словах Рогова в улыбке, мгновенно стал серьёзным:

— Вашему подразделению придан эсминец «Пардус шестьсот сорок четыре». Будет готов к старту в течение двенадцати часов. Никаких сведений об Фиори и его обитателях нет, так что сориентируетесь на месте. Вооружение — полный комплект. Вопросы?

— Никак нет, товарищ полковник. Разрешите исполнять?

— Действуйте, майор.

Оба офицера поднялись и, распрощавшись, занялись своими делами. Один продолжил разбирать неотложные дела. Второй — устремился в ангар, выяснить, как обстоят дела с подготовкой к отлёту, а затем срочно получить всё недостающее для рейда по спасению старого друга…


Глава 22 | Волк. Книги 1 - 6 | Сектор Аль Унтари 16. Кланы Истинных.



Loading...