home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Накануне у Брендона все валилось из рук. В этот раз он с трудом дотянул до уик-энда — постоянное напряжение давало о себе знать. Но и выходные, как видно, не сулили спокойного отдыха. С утра позвонил Тим и сообщил, что днем раньше миссис Дадли наведалась в дом № 318 по *…-стрит.

— Она знает про нашу свидетельницу, — резюмировал Брендон.

— Нет, не думаю, — сказал Тим.

— Тогда что-то подозревает. Чувствует, черт возьми!

— Мне кажется, она действовала импульсивно. У преступников иногда возникает непреодолимое желание побывать на месте преступления. Кстати, она ездит теперь на лимузине Сэма Дадли…

— Установи круглосуточное наблюдение, — попросил Брендон. — Мы должны на шаг опережать ее.

— Хорошо, — пообещал Тим.

Поговорив с сыном, Брендон начал продумывать план ближайших действий. Задел имеется неплохой. Еще немного — и он обличит настоящих убийц. Может быть, стоит подключить прессу… В любом случае, финал близок. Но Брендон понимал и другое: события раскручивались все быстрее, а он за ними не поспевал.

После обеда раздался еще один телефонный звонок, который уже звучанием своим показался Брендону тревожным. Он нажал на кнопку и узнал голос Лиз Кларк, она плакала.

Когда Брендон смог разобрать, наконец, ее лепет, ему стало совсем худо: пропали дети Стивена. Мать отлучилась ненадолго, а приехав, нашла дом пустым. В полицию она пока не заявляла, надеясь теперь на Брендона, как на Бога.

«Пришла беда — отворяй ворота», — подумал О’Брайан, выслушав ее.

— Сейчас приеду, — коротко ответил он.


Опять он шел по знакомой дорожке, усаженной кустами, побуревшими и мрачными теперь, но даже не взглянул в их сторону, быстро взбежав по ступенькам.

Лиз отворила сразу — она ждала у дверей. Они вместе прошли в гостиную — как показалось, более просторную, чем всегда. Лиз беспрестанно всхлипывала, не в силах произнести что-нибудь членораздельное. Брендон усадил ее в кресло, заставил выпить немного воды. Потом, пододвинув другое кресло почти вплотную, сел рядом.

— Лиз, прошу вас, — сказал он, взяв ее за руку. — Это очень важно. Всего несколько вопросов. Как все случилось?

— Около полудня… — с трудом выговорила она, — я уехала… мне надо было… на кладбище…

«Стив… — промелькнуло у Брендона. — Какая-то дата?»

— Девять месяцев… Вику, — продолжала Лиз. — А Трини не до того сейчас: Кейни сломал руку — они ездили накладывать гипс.

— Кто-нибудь знал, что дети дома одни?

— Нет. Раньше я никогда не оставляла их. Но накануне они перегуляли, а с утра дружно обсопливились. Аманду я уложила спать, а Стиви и Лиззи сели смотреть мультики, — она остановилась, давясь слезами. — Я думала, будет лучше, если… Я же быстро… Я хотела…

Брендон подождал, пока Лиз немного успокоится, потом спросил:

— Как долго вас не было?

— Час… часа полтора, — ответила она. — Это *…-вуд, пятьдесят миль по восточному шоссе.

«Удивительно… — подумал Брендон, услышав это. — То самое кладбище, где похоронен Стивен… Вик и Стив — даже по смерти своей они оказались рядом…»

Он вздохнул:

— У вас что-нибудь пропало? Есть следы грабежа?

— Нет, — печально откликнулась Лиз.

— Вспомните: за день-два не происходило ли чего-то необычного? Какие-нибудь звонки, угрозы? Встречи?

О’Брайан продолжал расспрашивать, но Лиз только качала головой в ответ.

— Брендон, — прошептала она, уже не слушая его, — ведь с ними ничего не сделают, правда? На Стиви… только шортики… — Даже сейчас она думала в первую очередь о сыне.

Брендон молчал, глубоко задумавшись. Лиз глазами, полными слез, смотрела на него, как смотрят на икону. Горе преобразило миссис Кларк, не оставив ничего напускного, неискреннего.

— Брендон, пожалуйста! — Она произнесла эти слова, как заклинание.

Брендон поднялся, Лиз тоже встала и молча прижалась к нему, трепеща всем телом. Горе ее было так неподдельно! Он осторожно обнял Лиз, будто боясь причинить ей боль. Никогда Брендон не думал, что будет обнимать эту женщину — последнюю любовь Стивена… И тут легкая волна вдруг пробежала по телу, всколыхнув на мгновенье его мужское начало. Видно, самой природой Лиз Кларк была предназначена для того, чтобы возбуждать.

Брендон посмотрел ей в глаза и впервые увидел в этом легковесном создании то, чего не замечал прежде — нежность и безыскусственность, — и, может быть, впервые понял своего покойного друга. Он не удержался и, быстро наклонившись, поцеловал Лиз — жест, который оба расценили сейчас как братский, нежели иной…


От Лиз Брендон вышел с тяжелым сердцем. Новые пазлы — похлестче прежних! Взявшись за руль, он все еще не знал, куда ему ехать. Мысли опять теснились в беспорядке. С чего начинать поиски, не имея никаких предположений?

Сквозь мутнеющее стекло вырисовывались отцветшие кусты роз, несколько продрогших воробьев слетело с них стайкой. После недолгой теплой осени вдруг резко похолодало. Небо посерело, пошел первый снег. Глядя на кружащиеся в воздухе снежинки, Брендон вдруг понял, что сначала должен съездить на кладбище.

Он сделал небольшой крюк, заехав в один цветочный магазин, во второй — нигде, как нарочно, не было роз, которые он искал. Только в третьем магазинчике продавщица вынесла ему из подсобки целое ведро именно таких роз — некрупных, нежно-розовых.

— Сколько вам? — спросила девушка, опуская ведро на пол.

— А сколько тут? — спросил в ответ О’Брайан.

— Не знаю: штук тридцать, может, сорок. Сейчас пересчитаю.

— Не надо, — сказал он, — я заплачу за пятьдесят.


предыдущая глава | Высшая справедливость. Роман-трилогия | cледующая глава