home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава девятнадцатая

Еще до того, как он «спалил свои мозги», Монро (Уорлд) Риггс кое-что усвоил:


Черт! Он все забыл начисто.

Хотя нет. Вспомнил. Слушайте: «Всегда можно кого-то обмануть, иногда даже можно обмануть всех, но случается и такое, что вам не удается никого обмануть».

Какого черта этот Боб Либерти думает, что может обмануть Уорлда, уверяя его, что не имеет ничего общего с поджогом здания «Ралей» и стрельбой по тому «мерседесу» в Квинс и что он не имеет ничего общего с тем происшествием на Риверсайд-Драйв, когда в квартиру одной сучке подбросили бомбу? Ведь Уорлд не слепой и видел, как Боб Либерти проделывал все это. Это абсолютно точно, ясно как день.

— Бобби, черт возьми, старик, я же видел тебя возле «Ралей». Я сам живу в здании «Кабот», брат, ты ведь не забыл об этом, не так ли? Я видел всех чуваков и чувих, глазеющих на то, как бедняги-погорельцы прыгают из окон и разбивают головы о землю. («Прекрасен лед но, весь горя желанием, прошу огня».) Потом я видел, как большинство чуваков и чувих покинули место происшествия, но один чувак все стоял и смотрел. Он находился там с того момента, как подъехали первые пожарные и полицейские машины. Он отлучился только на минуту, сходив в закусочную на углу, чтобы купить себе пирожок. И этот чувак, Бобби, — не кто иной, как ты. Я видел тебя, старик. Я видел тебя.

Кроме того, старик, я видел, как ты тайком прокрался в Квинс ночью. Ты находился в телефонной будке за зданием «Делберт», старик. Я зашел в будку по соседству. Когда ты разговаривал по телефону, я слышал сигнал твоих часов. Рядом с тобой стояли две шлюхи. Ты сдернул от них, старик. Я сказал себе: «Черт, куда же рванул этот чокнутый чувак?». Я последовал за тобой. Ты покинул Квинс, старик. Я следовал за тобой, как твоя тень. Ты двинулся в сторону «Ла-Гардиа» и вышел на мост над Гранд-Централ, окруженный колючей проволокой, чтобы всякие придурки не бросали на проезжающие внизу машины камни. Но ты пролез через дырку в ограждении. Со стороны можно было принять тебя за хромого, однако все дело в том, что в своих штанах ты прятал винтовку, старик, и, когда появился «мерседес», ты начал палить из нее, брат. Да еще как! Ты у десантников, что ли, учился стрелять? Черт! Я видел, как ты направился в сторону Бруклина, малыш, и бросил с моста в воду мешок, который сразу же утонул, как камень. Потом ты спустился в метро и начал приставать к какой-то шлюхе, как будто ты обыкновенный парень, который едет на работу.

Но это еще не все, старик. Я видел, как ты преподнес этот «подарок» одной сучке, живущей на Риверсайд-Драйв. Я следил за тобой, братишка. Я видел, как ты крутил головой по сторонам, делая вид, что тебе нечем заняться, хотя на самом деле ты собирался преподнести этот «подарок» одной сучке.

Ты сел в автобус, старик. Я поймал такси и ехал за этим чертовым автобусом по всему городу. Ты вышел на Бродвее, зашел в Пицца-хат, позвонил по телефону нескольким людям. Я стоял в сторонке и наблюдал за тобой, брат. Ты вышел и пошел в сторону Вест-Энда. Прошел несколько кварталов, вышел на Риверсайд, пересек парк, перешел на другую сторону улицы, походил по ней взад и вперед, чтобы никто не догадался, что ты замышляешь какую-то гадость. Но меня тебе не обмануть, старик. Ты даже не подозревал, что я слежу за тобой, идиот.

Я видел, как ты подошел к этому большому жилому дому, старик. Я думал, что ты собираешься проникнуть в него через пожарный ход и украсть стереопроигрыватель, телевизор или компакт-проигрыватель. Но тебе не это было нужно, не так ли? Ты обошел этот маленький домик, который стоит рядом с большим домом, и преподнес этой сучке свой «подарок», не так ли? Я стоял на улице, и поэтому ничего не видел, братишка. Мне показалось, что я слышал, как что-то упало, но я не уверен в этом. Понимаешь, о чем я говорю, чувак?

Появились пожарники и полицейские. Я притаился и некоторое время наблюдал за происходящим. Я слышал, как копы говорили о том, что кто-то бросил бомбу в квартиру одной сучке, которая живет в этом доме. Ты думаешь, что можешь обмануть такого чувака, как я, подобно тому, как ты обманул копов?

Бобби Либерти вынул изо рта зубочистку, убедился в том, что ею еще можно пользоваться, и вновь вставил ее в рот.

— Итак?

«Спаливший свои мозги» Уорлд не мог адекватно реагировать на подобные вопросы, после того как он только что все объяснил этому человеку.

— Что-что?

Бобби потрогал рукой свои яйца, как бы взвешивая их.

— Так ты шантажируешь меня, Уорлд?

— Кто? Я? Да нет. Честное слово нет, Бобби.

— Ты хочешь донести на меня?

— Нет, старик, я не собираюсь доносить на тебя. Я просто надеялся, что ты поможешь мне выйти на нужного человека.

— Какого человека?

— Я хочу поджечь один дом, и мне нужен учитель.

— Кто?

— Учитель. Человек, который обучает тебя чему-то. По телевизору показывали одного парня, который хотел научиться играть на скрипке, и ему нужен был для этого учитель.

— Ты что, педераст, Уорлд?

— Нет!

— На скрипках играют одни педерасты.

— Я не педераст.

На часах Бобби зазвучал сигнал.

— Мне нужно идти, Уорлд. Если донесешь на меня, я оторву твои педерастические яйца.

«Можно всегда кого-то обмануть, можно иногда всех обмануть, но случается и такое, что вам не удается никого обмануть». Так пошел он к черту, этот Боб Либерти. Уорлд сам выйдет на этого Маркса, потому что все знают, что если кто-то захотел поджечь что-то или бросить куда-то бомбу, то обращаться надо не к Бобби Либерти, а к Марксу.

Итак, Уорлд вскочил на свой велосипед, который украл на стоянке возле универмага. Велосипед, наверное, принадлежал какому-нибудь умнику. Только почему же этот умник не допер, что нельзя пользоваться такими примитивными замками? Уорлд поехал к Марксу, который помогал людям. Он жил у черта на куличках, возле Гарлем-Ривер, прямо напротив стадиона «Янки», там, где раньше был парк «Полио Граундс», как утверждают старые чуваки.

По дороге Уорлд думал о том, что скажет Марксу. Он скажет ему, что Бобби Либерти обманывает его, когда говорит, что никто не видел, как он поджигал «Ралей», стрелял по «мерседесу» и «преподносил подарок», этой сучке с Риверсайд-Драйв. Он, Уорлд, знает об этом. Так что не лучше ли будет Марксу использовать для своих целей не этого идиота Бобби, а его, Уорлда?

Но, прежде чем обратиться к Марксу с таким предложением, Уорлду надо все хорошенько обдумать. Но когда ваши мозги «спалены», это все равно что загонять зубную пасту опять в тюбик. А добравшись до дома Маркса, Уорлд увидел, как из него выходит кто-то, кого он даже представить себе не мог выходящим из дома Маркса. На человеке были надеты джинсы и футболка. Он сел в простой старенький автомобиль. Человек этот был не кто иной, как мистер Сидни Лайонс, чертов мэр города Нью-Йорка.


* * * | Внутренние дела | Глава двадцатая