home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава двадцать восьмая

Полдень. Вдоль по Кэнал-стрит идет с рюкзаком за плечами, проклиная жару и свой статус беженца, высокий и заметный выпускник университета Элмхерст, самый популярный студент, баскетболист и бейсболист, президент одного клуба и казначей другого, всегда держащий нос по ветру, вечно окруженный толпой поклонниц. Он в наушниках и слушает транзисторный приемник, настроенный на волну радиостанции ВИНС, передающей новости: «Уделите нам двадцать минут своего времени, и мы расскажем вам о том, что происходит в мире». Это, разумеется, Томас Джордж Вэлинтайн.

Хорош мир, думает он. За двадцать минут разве расскажешь о всех этих несчастьях: голоде, эпидемиях, разрушениях, смертях, бесчеловечности, безразличии и некомпетентности. Да тут и двадцати часов не хватит.

Этот мир уже вряд ли пригоден для обитания. Том Вэлинтайн подъехал до Холланд-Таннел на грузовике, везущем мясо из Годофула, что в Мэриленде. Грузовик поехал дальше на север в район Двенадцатой западной, а Вэлинтайн должен был идти пешком по жаре вдоль длинной улицы. Не видно ни такси, ни автобусов. Немногочисленные пешеходы стараются держаться поближе к зданиям, отбрасывающим тень на тротуар. Вэлинтайн подумал, что неплохо бы сейчас упасть в обморок. Тогда кто-нибудь вызвал бы «скорую помощь» с кондиционером. А вдруг никто не вызовет «скорую помощь»?

И вдруг он увидел «волшебную карету» — возле поворота на Западный Бродвей стояла полицейская машина с закрытыми окнами и работающим кондиционером. Сидящие в ней копы наслаждались прохладой. Том Вэлинтайн подошел к машине и постучал по стеклу.

Совсем молоденький коп оторвался от чтения «Дейли ньюс» и посмотрел на Тома.

Вэлинтайн сделал ему знак, чтобы он опустил стекло.

Коп опять стал читать газету. На нашивке можно было видеть его фамилию: Кисс.

Вэлинтайн постучал по стеклу костяшками пальцев.

Кисс перевернул страницу. На ней была фотография Вэлинтайна, сделанная совсем недавно.

Том постучал по стеклу ладонью.

Кисс зажал газету между колен и опустил стекло на пару дюймов:

— В чем дело, друг?

Его напарник, который был слегка постарше, подался вперед, сидя на водительском месте, и посмотрел в окно.

— Проходи, приятель. У нас стекла чистые.

Его звали Манди. Он откинулся на сиденье и стал пить кофе. Кисс поднял стекло и снова развернул газету.

Итак, они приняли его за мойщика окон. Он бы им так стекла вымыл, что они бы его долго потом помнили. Он продел руки под лямки рюкзака и сел на капот автомобиля. На этом капоте запросто можно было готовить обед, и Вэлинтайн порадовался тому, что в свое время принял правильное решение и надел джинсы, перед тем как сдаваться полиции, которая разыскивала его по подозрению в убийстве. Вэлинтайн прижался к ветровому стеклу.

Манди нажал на клаксон тыльной стороной руки. Кисс начал стучать по ветровому стеклу кулаком. Вэлинтайн прочитал по его губам те слова, которые он произнес: «Эй ты, придурок!»

Видя, что вокруг него собирается толпа, которая надеялась, что бродяга скоро получит по заслугам (совсем недавно в новостях передали, среди прочего, сообщение о том, что кто-то поджег спящих бездомных ветеранов в парке возле мэрии, и неопознанный злоумышленник был пойман с поличным копом, который принадлежал совсем к другой породе, чем Кисс и Манди), Вэлинтайн, скорчив на лице гримасу отчаянья, указал Киссу на его колени, а тот, как бы защищаясь, прикрыл рукой «Дейли ньюс».

Манди уже передавал по рации: немедленно пришлите подкрепление.

Вэлинтайн сделал знак рукой Киссу. Указал на свое лицо, потом на газету, снова на свое лицо и опять на газету. Он проговорил:

— Я… Том… Вэлин…

О черт! Кто-то схватил его за ноги.

— Эй!

— Слезайте с машины, мистер.

Человек оказался довольно сильным.

— Эй, полегче, приятель.

— Слезай… с… машины.

Очень сильный человек. Вэлинтайн хотел ухватиться за «дворники», но подумал, что копы могут поднять шум, обвинив его в порче общественного имущества и все такое.

— Хорошо, ладно. Отпусти меня, и я слезу с машины.

Человек перестал делать попытки стащить его, но продолжал держать Тома за ноги.

— Слезай.

— Отпусти мои ноги.

— Сле… зай.

— Отпу… сти.

Человек отпустил его. Вэлинтайн перевернулся на спину и хотел ударить этого человека ногами в грудь, но того уже не было на прежнем месте. Он находился возле головы Тома, прижимая дуло пистолета к его щеке.

— Без шуток, мистер.

Фамилия этого копа Стил. Ее светлые волосы заплетены в косички. Ее выцветшая форменная рубашка расстегнулась, и под ней виднелся черный лифчик.

Вэлинтайн пообещал ей, что шутить не будет.


Глава двадцать седьмая | Внутренние дела | * * *