home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


21


Крик Джули эхом разнесся по всему дому.

Он сделал шаг к ней, затем уперся руками в дверные косяки с обеих сторон и застыл в проеме. Кожа его казалась какой-то нечеловеческой, восковой. Глаза глубоко ввалились и горели жутким пламенем.

Джули повернулась и побежала, совсем забыв о том, что сжимает в руке нож. Он кинулся за ней, схватил за плечо и развернул, а затем повалился на молодую женщину, напоровшись на нож. Лезвие вошло ему в живот до самой рукоятки. Мужчина открыл рот, чтобы крикнуть, но вместо звука оттуда хлынула рвота, залив грудь Джули.

Она снова в ужасе закричала.

Джули пыталась оттолкнуть его, но он вцепился в нее изо всех сил, ухватив за плечи. Они двигались, словно в каком-то странном танце. Молодая женщина старалась освободиться от этого кошмарного «партнера», но он будто прилип к ней.

Через минуту его тело стали сотрясать конвульсии. Уже не имея сил держаться, мужчина упал на пол, на спину, причем содрогался он так сильно, что лопатки и пятки выбивали по полу дробь.

Джули перешагнула через него и, пошатываясь, вошла в спальню. Она взяла телефонную трубку с тумбочки около кровати и, словно во сне, набрала номер службы спасения. Гудка не было. Молодая женщина разжала пальцы, и телефон со стуком упал на пол. Ее сотовый был в сумке на кухне. Джули вернулась в холл.

Конвульсии у жуткого незнакомца уже были не такими сильными. Она наклонилась над ним, стараясь не смотреть на рукоятку ножа, торчащую из его живота.

— Я вызову «Скорую помощь». Но мне надо найти сотовый телефон. Я сразу вернусь. Попытайтесь…

Его глаза были открыты, но смотрел он в потолок, не видя ее. Казалось, этот человек не слышал, что она сказала, и вообще не замечал ее присутствия. Как будто он уже был где-то в другом месте. Потом мужчина очень сильно дернулся и затих.

Дерек и Додж уже направлялись к парковке за баром, когда Митчелл увидел, как Кимбалл и Сэнфорд выскочили из покинутого Билли Дьюком номера мотеля с такой скоростью, будто за ними гнались черти.

На всех парах они рванули к машине. Сэнфорд прикрепил на крышу мигалку и сел на место водителя, а Кимбалл понеслась к ресепшен. Она крикнула что-то Доре и ее напарникам, которые допрашивали кореянку, а потом опрометью бросилась к машине Сэнфорда. Он завел мотор, и автомобиль рванул с места с такой скоростью, словно чернокожий детектив хотел взлететь.

Дерек бросил взгляд на Доджа. Не обменявшись ни единым словом, они кинулись к машине Митчелла. Адвокат сел за руль, а Хэнли плюхнулся на пассажирское сиденье. Он едва успел закрыть дверцу, и Дерек нажал на педаль газа.

— Как ты думаешь, что там произошло? — спросил он, пока они петляли среди других машин, стараясь не упустить из вида автомобиль Сэнфорда.

— Не знаю. Уж, наверное, что-то важное.

— Билли Дьюк нашелся?

— Может быть. Не возражаешь, если я закурю?

— А ты как думаешь?

Дальше они ехали в напряженном молчании. Через десять минут Дерек усмехнулся:

— Они направляются к твоему логову.

— Скорее к дому мисс Рутледж.

Митчеллу чуть не стало плохо, когда он понял, что едет за машиной с полицейской мигалкой в районе, где живет Джули.

— Господи, только не это!..

— Что не это? — решил уточнить Додж.

Дерек не ответил. Увидев машины «Скорой помощи», он резко нажал на тормоз, и автомобиль остановился. Додж не успел схватить своего босса за руку — он уже бежал к дому Джули, расталкивая соседей, которые собрались посмотреть, для кого вызвали медиков.

Митчелл поднырнул под ленту, которая уже обозначила место преступления, и бросился к входной двери. Его остановил полицейский.

— Стоп! Дальше идти нельзя!

— Что там случилось?!

— Вы здесь живете?

— Нет.

— Кто-то из членов семьи?..

— Нет.

— Тогда извините. Вход запрещен.

— Я Дерек Митчелл, адвокат. Что здесь произошло?

Полицейский нахмурился и оглянулся. Не увидев поблизости никого из коллег, он сказал:

— Фатальное ножевое ранение.

Дерек почувствовал, что у него подгибаются ноги.

— Кто… — горло перехватило, и это, похоже, тронуло сердце полицейского.

— Подождите здесь, — с этими словами он повернулся и направился к открытой двери. Дерек проскочил мимо него и на пороге едва не столкнулся со вторым полицейским. Тот загородил дорогу:

— Кто вас сюда пустил?

— Дайте пройти! — Митчелл попытался сбросить руку полицейского со своего плеча, но у него ничего не вышло. Первый страж закона схватил его сзади. — Отпустите меня!

— Успокойтесь, приятель, иначе мы наденем на вас наручники.

— Да отпустите же!

На шум явился Гомер Сэнфорд. Выражение лица у него было самое мрачное.

— Митчелл? Снова вы! Какого черта?

Дерек пытался прочитать что-либо по глазам детектива.

— Джули?.. — хрипло спросил он.

Сэнфорд несколько секунд смотрел на адвоката, затем кивнул головой в сторону дома. Митчелл сделал шаг вперед, вернее, попытался. Полицейские все еще держали его.

— Отпустите, — приказал Сэнфорд.

Стражи закона отпустили Дерека. Он, спотыкаясь, вошел в гостиную и резко остановился. Митчелл увидел Джули, бледную как смерть, но тем не менее живую.

Она сидела на диване, закутавшись в шаль, хотя Дереку показалось, что в комнате жарко, как в теплице. Вся ее одежда под шалью была выпачкана. Кровь и еще что-то — отвратительное, вонючее. Лицо Джули было белое, а глаза, встретившиеся сейчас с его взглядом, казались особенно огромными и глубокими.

Около камина стоял высокий, худой чернокожий мужчина. В руках он держал маленький блокнот на пружинах. Второй детектив, постарше, которого Дерек узнал — Грэхэм? Грант? что-то в этом роде, — сидел на диване, том самом, на котором накануне сидел сам Митчелл, чтобы быть поближе к телевизору. Дальше расположились Сэнфорд и Кимбалл.

Эта живописная группа приветствовать его явно не спешила. После продолжительной паузы Грэхэм — или все-таки Грант? — повернулся к Сэнфорду:

— Что это значит?

— Я Дерек Митчелл, адвокат.

— Я знаю, кто вы такой. А я сержант Грэхэм, детектив, который ведет расследование по факту убийства. Проникающее ножевое ранение. Да еще какое проникающее… Теперь, когда мы друг другу представились, покиньте, пожалуйста, место преступления.

— Вы не поняли, сержант. Я адвокат мисс Рутледж.

Глаза Джули слегка расширились, но возражать она не стала. У Кимбалл был такой вид, будто кто-то уколол ее в задницу через сиденье дивана. Сэнфорд вроде бы что-то пробормотал, но Дерек не был в этом уверен.

Грэхэм повернулся к Джули:

— Вы уже позвонили своему адвокату?

— Я не… я никому не звонила. Только в службу спасения.

— Наверное, он приехал сюда за нами, — предположила Кимбалл. — Мистер Митчелл был у мотеля, где в последние недели жил Билли Дьюк. Это он на самом деле его нашел, — неохотно добавила Роберта. — Вернее, его сотрудник.

— А с чего это вдруг вы разыскивали Дьюка, мистер Митчелл? — делано удивился Грэхэм.

Прежде чем Дерек успел ответить, взгляд детектива переместился куда-то за его плечо. Митчелл повернулся. Два санитара «Скорой помощи» под пристальным взглядом следователя выкатывали через входную дверь каталку с привязанным ремнями телом. Следователь, который не раз встречался с Дереком на судебных процессах, кивнул ему, но ничего не сказал. Он обратился к Грэхэму:

— Я сообщу вам, сержант, на какое время будет назначено вскрытие.

— А сейчас вы ничего нам сказать не можете?

— Этот человек уже был мертв, когда приехали медики. Следы борьбы и травма. В животе — обычный кухонный нож, — он последовал за каталкой, не проронив больше ни слова.

Дерек взглянул на Сэнфорда:

— Дьюк?

— Погибшего пока не опознали.

Грэхэм встал:

— Мы еще очень многое не сделали. Мисс Рутледж, вам придется поехать с нами в полицейское управление, чтобы ответить на вопросы.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

— Могу я хотя бы привести себя в порядок?

Грэхэм немного подумал и согласился:

— С вами пойдет детектив Кимбалл.

Когда Роберта вела Джули мимо Дерека, он потянулся к ее руке. Она выглядела такой потерянной и несчастной… Митчелл с трудом поборол желание обнять ее. Еле-еле сумел удержаться в профессиональных рамках.

— Мы встретимся с вами в управлении, мисс Рутледж. Прошу вас без меня ничего никому не говорить. Вы меня поняли?

Джули кивнула и прошептала:

— Спасибо…

Дерек на секунду сжал ее руку. Она пошла к спальне, волоча за собой шаль. Кимбалл бросила на адвоката многозначительный взгляд и вполголоса пробормотала:

— Это становится все любопытнее и любопытнее.

В этом она была совершенно права.

Еще через час Джули рассказывала, что произошло в ее доме, Грэхэму и молодому чернокожему детективу, который пока не произнес ни одного слова, во всяком случае в ее присутствии. Она решила, что этот полицейский стал детективом совсем недавно и, очевидно, учится у Грэхэма. Джули предполагала, что Кимбалл и Сэнфорд находятся в соседней комнате и наблюдают за ней через одностороннее стекло.

Дерек Митчелл сидел рядом с ней — профессионал до мозга костей. Он уже был в полицейском участке, когда Джули приехала туда с Грэхэмом и его младшим напарником. По пути все они молчали. Джули догадывалась, что детективу хорошо известна репутация Дерека и он понимает, что тот не оставит без внимания то, что его клиентку попробуют разговорить в отсутствие адвоката.

Молодой детектив настроил видеокамеру и поднял большой палец, дав Грэхэму понять, что все готово. Сержант назвал дату, имена присутствующих и затем вежливо попросил мисс Рутледж рассказать, что произошло.

Она рассказала. Рассказала все, что могла вспомнить, с того момента, как вошла в дом через гараж и заметила, что сигнализация отключена, и до ужасной минуты, когда Билли Дьюк содрогнулся в последний раз.

Когда Джули закончила, в комнате воцарилось молчание. Грэхэм нарушил его первым:

— Благодарю вас, мисс Рутледж.

— Моя клиентка согласна сотрудничать с полицией, — подал голос и Митчелл. — Теперь, если это все…

— Это не все, — перебил его Грэхэм. Он снова обратился к Джули: — Я не мог не заметить, что вы называли жертву по имени.

— Мне сказали, что этого человека зовут Билли Дьюк.

— Кто сказал?

— Детективы Сэнфорд и Кимбалл.

— И он был злоумышленником, а не жертвой, — бесстрастно добавил Дерек.

— Это спорный вопрос, мистер Митчелл. У мисс Рутледж в руках оказался кухонный нож. Билли Дьюк оружия при себе не имел. И он сейчас в морге.

— Он не был вооружен? — прошептала Джули.

— У него не оказалось с собой даже перочинного ножа, — детектив смотрел ей прямо в глаза.

— Я этого не знала, — смешалась молодая женщина. — Я полагала…

— Он вам угрожал?

— Одно его присутствие было угрозой для моей клиентки.

— Благодарю вас, мистер Митчелл, — кивнул детектив, не сводя с Джули осуждающего взгляда. — Почему вы не ушли из дома, когда сигнализация не сработала? Почему сразу не позвонили в полицию? Вы же сказали, будто решили, что кто-то проник в ваше жилище.

— Я сказала, что боялась, что кто-то забрался в дом.

— Какая разница?

— Когда человек боится, он может многое истолковать превратно. Сейчас я думаю, что зря так испугалась, — она посмотрела вниз, на свои переплетенные пальцы, которые сжала так крепко, что костяшки побелели. — Несколько недель назад я пережила большое потрясение…

— Я знаю. Вы были с Полом Уиллером, когда его застрелили.

— И с той поры… я стала словно сама не своя. Легко пугалась… Я подумала, что опять преувеличиваю опасность…

— Вы подумали, что злоумышленника, скорее всего, в доме нет, а всему виной ваши страхи?

— Да.

— Но вы все равно взяли в руки нож.

— А вдруг я ошиблась?

— Если вы ошиблись, то были готовы смертельно ранить человека, проникшего в ваш дом?

— Не отвечайте на этот вопрос, — Дерек предостерегающе поднял руку.

Грэхэм не стал настаивать.

— Вы узнали этого человека, увидев его, мисс Рутледж?

— Он меня до смерти напугал. Я не подумала сразу: это Билли Дьюк. Я никогда в жизни его не видела, только на тех фотографиях, которые мне показывали детективы Сэнфорд и Кимбалл. Если честно, сейчас я вспоминаю, что он показался мне похожим на зомби. Ужасно бледный… Кожа какая-то пергаментная… — Джули на минуту замолчала, а потом, справившись с волнением, продолжила: — Он пошел ко мне, затем задержался в дверях, вроде как пытался удержаться на ногах. Вот так. — Она показала, как Билли Дьюк стоял в открытых дверях, заваливаясь вперед. — Он выглядел больным. Что-то с ним было не так. Ему было плохо. Это, полагаю, объясняет, почему он рухнул на меня. Не думаю, что этот человек хотел на меня напасть. Разумеется, я могу ошибаться, но мне кажется, он пришел не за тем, чтобы навредить мне. Может, он пришел за помощью?..

— За помощью?

— Этот парень, похожий на ходячего мертвеца, кинулся к ней из спальни, — вмешался в разговор Дерек. — Как сделал бы любой человек, мисс Рутледж повернулась и побежала. Он схватил ее за плечи, развернул и привалился к ней, очевидно, стараясь не упасть.

— Спасибо, мистер Митчелл. Я помню, что говорила мисс Рутледж.

— Тогда зачем вы снова об этом спрашиваете? Что вам не ясно?

— Я не наносила ему удар ножом, — сказала Джули. — Он упал на нож. И его сразу стали сотрясать конвульсии.

— Это вы тоже говорили, — кивнул сержант.

Он смотрел на Джули скептически.

— Это правда.

— Потом его вырвало на вас…

— Вы видели мою одежду.

— Он упал на пол.

Джули кивнула.

— Значит, он начал дергаться? Затем содрогнулся в последний раз и затих?

— Да. Так все и было.

— Как же это могло произойти, если у него был нож в животе?

Джули сочла вопрос риторическим и промолчала. Сержант продолжил:

— Вызвав службу спасения, вы сказали, что злоумышленник, который проник в ваш дом, мертв.

— Правильно. Сначала я хотела позвонить по городскому телефону, но он не работал. Мне пришлось взять мобильный, но этот человек умер до того, как я позвонила.

— Почему вы решили, что он мертв? Вы проверили его пульс?

— Нет. Но я знала… Его глаза… я знала. Я нашла свой мобильный на кухне, где оставила сумку, и позвонила в службу спасения. Затем вышла из дома и стала ждать «Скорую помощь». Его осмотрели медики и сказали, что он мертв. Первая полицейская машина приехала почти сразу за ними. А потом приехали вы…

— Все остальное вам известно, сержант — сказал Дерек. — Хотите задать моей клиентке еще какие-то вопросы или мы можем уйти?

Грэхэм перевел взгляд на молодого детектива, который до этого не произнес ни одного слова. Тот покачал головой. Сержант глянул на матовое стекло на стене. Через несколько секунд в комнату вошли Кимбалл и Сэнфорд.

Джули посмотрела на детективов, но выражение их лиц оставалось бесстрастным. Она повернулась к Дереку. Его, похоже, их появление насторожило. Митчелл встал.

— У нас сегодня был очень трудный день…

— У нас тоже, — съязвила Кимбалл. — Вы появляетесь всюду. И, кстати, до сих пор не объяснили, зачем вы разыскивали Билли Дьюка.

— У вас есть вопросы к моей клиентке? — Дерек пропустил все эти замечания мимо ушей.

— Похоже, вы переметнулись на другую сторону, а, мистер Митчелл?

— Это утверждение или вопрос? Вопрос ко мне?

— Не умничайте, — в сердцах сказала Кимбалл.

— И все-таки странно, — подал голос Сэнфорд.

— Странно? Что именно? — поднял брови Дерек.

— Сначала вы представляли интересы Уиллеров. Потом вы отказались это делать. Сейчас вы называете себя адвокатом мисс Рутледж.

— Это так и есть, и ничего странного я здесь не вижу. — Он взял Джули под локоть, дав ей понять, что разговор окончен и нужно встать.

Кимбалл так совсем не считала.

— Стойте, — она смотрела Джули прямо в глаза. — Вы утверждали, что никогда не встречались с Билли Дьюком, никогда не видели его до того, как он умер в вашем доме.

— Это так.

— Вы когда-нибудь были в мотеле «Вид на сосны»?

— Не отвечайте, — быстро сказал Дерек.

— Я о нем даже никогда не слышала, — тем не менее сказала Джули.

— Вы в этом уверены?

— Не отвечайте.

— Уверена, — Джули опять не вняла предостережению Митчелла.

— Мы нашли в номере Билли Дьюка нечто такое, что нас очень заинтересовало. — Кимбалл достала из кармана своего пиджака небольшой пластиковый пакетик и протянула его Джули. — Это случайно не ваша пуговица?

Джули показалось, что пол уходит у нее из-под ног.

В пакетике лежала круглая перламутровая пуговица с хромовым ободком. Дерек тоже узнал эту пуговицу. Она была с блузки цвета слоновой кости.

Они стоял близко друг к другу. Джули ощущала жар вины и смущения, исходящий от него так же, как от нее самой. Молчание затягивалось. Первым его нарушил Сэнфорд.

— Мисс Рутледж?

— Я…

— Это всего лишь пуговица, черт побери! — не совладал с эмоциями Дерек. — Такие можно купить хоть сотню в любом магазине!

— Это ваша пуговица, мисс Рутледж?

Митчелл взял себя в руки:

— Сегодня вечером в дом моей клиентки проник незнакомый ей человек. Она испугалась за свою жизнь. Злоумышленник напал на нее и случайно получил ножевое ранение. Трагично, но он умер. Что стало причиной его смерти — удар ножом или что-либо другое, мы сможем узнать только после вскрытия. Всего хорошего, господа. Вы знаете, где меня найти.

Уходя из галереи, Крейгтон сказал Джули, что у него свидание. На самом деле это было не совсем так. Разумеется, он мог найти Эриэл в любой момент: знал, где она живет и где работает, но хотел, чтобы их вторая встреча, как и первая, выглядела бы случайной.

Рассудив, что она вполне может быть, как и все женщины, человеком привычек, Крейгтон снова пошел в клуб «У Кристи». Он занял позицию около колонны возле высокого стола для коктейлей. Отсюда открывался прекрасный обзор на весь зал и на входные двери, а сам Уиллер оказался в тени. Если Эриэл придет, он сразу ее увидит.

Крейгтон оставил «Порше» дома, взяв джип. Он вовсе не желал, чтобы парень, обслуживавший парковку, его запомнил. Особо наряжаться Уиллер не стал, но надел хорошие джинсы и льняной пиджак — это было не так стильно и броско, как любой из его костюмов.

Даже если кто-то «У Кристи» обратит на него внимание, вряд ли этот кто-то знает его в лицо. Родители очень огорчались, что Крейгтон крайне редко сопровождает их на благотворительные акции или светские мероприятия, где всегда крутились фотографы, охотящиеся за гламурными снимками. Молодой Уиллер не хотел, чтобы его фото мелькали в светской хронике и его узнавали везде, где бы он ни появился.

Шэрон, да благословит Господь ее наивность, считала, что сын стесняется камеры, страдая от глубоко скрываемой робости. Что думает по этому поводу отец, Крейгтон понятия не имел. Скорее всего, вообще ничего не думает.

Крейгтон так рьяно избегал фотографов, что можно было подумать, будто он уродлив. На самом деле все было совсем наоборот — молодой мистер Уиллер отличался красотой, но при этом научился не выделяться, предпочитая слиться с толпой, насколько это возможно, а не становиться центром ее интереса.

Если Крейгтон хотел остаться невидимкой, он держался на заднем плане и не делал ничего такого, что могло привлечь к нему внимание. Сегодня ему было чрезвычайно важно, чтобы его не запомнили, поэтому Уиллер не стал улыбаться официантке, которой заказал содовую, не встречался ни с кем взглядом, не вступал в разговоры. Время было не позднее, и клуб еще не заполнили завсегдатаи и случайные гости, поэтому достичь желаемого труда не составило.

Он ошивался там почти час, а Эриэл все не было. Появилась она ближе к полуночи. Одна. Выглядела девушка еще более неуверенной и застенчивой, чем в первый раз. Ее яркий макияж показался Крейгтону верхом безвкусицы. На пороге Эриэл бесшабашно тряхнула головой, и это движение показалось ему театральным, негармоничным.

Она оглядела публику. Заметив того, кто так заинтересовал ее несколько дней назад, девушка напряглась. На ее лице ясно читалась нерешительность. Этот парень сначала ей столько всего наобещал, а потом просто ушел и заставил почувствовать себя идиоткой… Что же делать: отвернуться или подойти и сказать, какой он мерзавец? А может быть, попытаться понравиться ему еще раз?

Эриэл выбрала первый вариант. Еще раз встряхнув волосами, она прошла к бару и с напускной развязностью щелкнула пальцами, подзывая бармена.

Крейгтон дождался, пока ей подадут мартини, и подошел. Эриэл потягивала коктейль и делала вид, что смотрит в другую сторону.

— Сказать, что мне очень жаль, значит ничего не сказать.

Она глянула на него с таким видом, будто только что заметила, что мужчина ее мечты здесь. И промолчала.

— За мной неожиданно приехали. Ты была в дамской комнате. Я не мог сказать тебе, что нам придется отказаться от своих планов — нужно было немедленно идти.

Девушка не отрывала глаз от мартини. Потом она улыбнулась бармену, когда тот проходил мимо. Дала понять Крейгтону, что она плевать хотела на него и его извинения.

— Я должен был уйти, Эриэл. Ждать было невозможно.

Она поставила стакан на стойку и наконец глянула на Крейгтона:

— Служащий на парковке сказал мне, что ты уехал с женщиной.

— Да. Это моя секретарша. Такое заявление сбило ее с толку.

— Секретарша?..

— Отец с матерью пытались до меня дозвониться, но я не отвечал на звонки по сотовому. Вот они и попросили Джин найти меня.

— Зачем?

— Дело касается моей племянницы, — он сел за ее столик и поставил свой стакан с содовой. — Ее изнасиловали…

— Изнасиловали?.. — Эриэл схватилась за сердце. — О господи!

Именно на такую реакцию Крейгтон и рассчитывал. Он глубоко вздохнул.

— Парень, которого она считала другом… Глаза Эриэл стали круглыми, как пуговицы. Возмущение и сочувствие волнами пробегали по ее лицу.

— Он отвез ее в безлюдное место. Заставил… взять в рот… а потом… — сдавленно сказал Крейгтон и замолчал, как будто продолжать ему было трудно.

Эриэл положила ладонь на его руку:

— Не надо больше ничего говорить.

На самом деле сейчас он рассказывал, как ему удалось уговорить маленькую Элисон Перри поехать с ним покататься. Он тогда только что получил права. На шестнадцатилетие родители подарили ему кабриолет «БМВ». Элисон тогда сказала, что никогда не каталась в кабриолете.

Впрочем, когда дошло до дела, ему пришлось поднять верх, чтобы заглушить крики. В конце концов он ее ударил и пригрозил, что этим не кончится. Она замолчала.

Потом это было, что называется, его слово против ее слова. В конечном счете, хотя и не без театральных выступлений вначале, семья Элисон отступилась, отказалась от полицейского расследования. Ее родителей уверили, что дочери будет намного лучше, если они примут то, что произошло, как факт. Денег тогда заплатили много, но сам Крейгтон отделался не слишком грозным внушением.

Теперь он рассказывал байки Эриэл, смотревшей на него расширенными от ужаса глазами:

— Моя секретарша знает, что я иногда бываю «У Кристи», поэтому она и заехала сюда. Джин пришла, когда ты была в туалете. Я…

— Все в порядке. Я понимаю, — девушка сочувственно кивнула.

— Я не знал твоей фамилии.

— Уильяме. Эриэл Уильямс.

— Я не знал, где ты живешь. Ты, наверное, подумала… Один Бог ведает, что ты подумала.

— Я сильно обиделась.

Крейгтон коснулся ее щеки кончиками пальцев:

— Прости меня.

— Как твоя племянница?

— Да не сказать, чтобы хорошо…

— А парня задержали?

— Да. Ему предъявили формальное обвинение.

— Надеюсь, они запрут его в камере и потеряют ключи.

— Для него это был бы хороший выход.

— Да? Почему?

— Потому, что если мерзавец встретится со мной, он сильно пожалеет, что не сидит за решеткой.

Теперь на ее лице светилось восхищение. Тони такой благородный! Настоящий рыцарь! Он заказал ей еще мартини, а затем предложил найти местечко потише. Народу в зале становилось все больше. За столиком рядом расположилась группа молодежи, и они пересели в угол, где было не так шумно. К тому времени, как она допила второй мартини, Эриэл совсем смягчилась, даже слишком.

Крейгтон посмотрел на свои часы и тихо выругался.

— В чем дело? — она подняла брови.

— Мы с родителями договорились сегодня съездить к малышке. Она в больнице.

— Вот как…

— Ты хочешь остаться или проводить тебя до машины?

Если он уйдет, зачем ей оставаться?

Крейгтон в душе порадовался тому, что машину она парковала сама, услугами служащего не пользовалась. «Очень дорого», — сказала девушка, когда они покинули клуб и пошли по аллее и дальше — на пустую площадку, где не было ни одной машины, кроме автомобиля Эриэл. И никого вокруг.

— Я ценю, что ты все поняла…

— Ну что ты, Тони! Мне ужасно жалко твою племянницу… Бедняжка. И ее родителей тоже жалко.

Они немного помолчали. Крейгтон положил ладони ей на руки и слегка погладил:

— Ты была разочарована?..

— Когда вышла из туалета? Да. Ужасно расстроилась… Наверное, мне не следует тебе признаваться, но это правда.

— Давай помиримся, — он наклонился и слегка коснулся губами ее щеки. — Мы можем с тобой встретиться завтра?

— Гм-м, — Эриэл повернула голову так, что их губы соприкоснулись.

От нее сильно пахло мартини. Крейгтона едва не стошнило, но он тихо застонал — хотел показать дурочке, что возбудился.

— Можно мне приехать к тебе в гости? Я хочу по быть с тобой наедине. Это сложно?

— Совсем нет. Подруга, с которой мы вместе снимаем квартиру, в отъезде.

Крейгтон улыбнулся:

— Прекрасно. Мы будем одни… — Да.

Он опять наклонился и на сей раз коснулся губами ее уха.

— А не случится так, что твоя подруга неожиданно вернется, когда я приеду завтра вечером?

— Нет.

— Точно?

Она рассказала ему о Кэрол, с которой вместе снимает квартиру, о том, что та ждет преподавательскую вакансию, а пока работает официанткой. Ее подруга устроилась в отличный спортивный бар в Атенсе, там прекрасные чаевые.

Она несла всю эту ахинею еще несколько минут, пока Крейгтон не понял, что еще немного, и он ее придушит. Наконец Эриэл закончила трещать, сказав самое главное:

— Чтобы не ездить каждый день туда и обратно, когда на дороге полно пьяных идиотов, она остается в Атенсе. Договорилась с еще одной девушкой, которая тоже работала в баре и тоже получала отличные чаевые. Сейчас она в Испании — учит язык, а квартиру пересдала Кэрол.

Эриэл замолчала, чтобы перевести дыхание, и Крейгтон воспользовался этой паузой:

— Значит, нам никто не помешает… в самый неподходящий момент… — его пальцы коснулись груди девушки.

Крейгтон наблюдал за ней, чтобы убедиться в том, что она поняла. Она поняла. Дыхание Эриэл стало частым, и она прошептала:

— Никто не помешает.

— Замечательно, — Уиллер поцеловал девушку, усилием воли заставив себя ввести язык ей в рот. — Значит, завтра вечером?

Она мечтательно закатила глаза.

Крейгтон спросил адрес. Поинтересовался, во сколько ему приехать. Эриэл предложила приготовить ужин, и он спросил, что нужно принести.

— Ничего не надо. Только сам приезжай.

— Значит, договорились, — он поцеловал ее еще раз, затем отпустил и сделал шаг назад. — Уходи, пока я не забыл, как сильно сейчас нужна поддержка моей племяннице.

— Нет, нет! Ты должен ехать к ней, — Эриэл открыла машину и села. — До завтра, Тони.

— Ты даже не представляешь, с каким нетерпением я буду ждать завтрашнего дня.



предыдущая глава | Сценарист | cледующая глава



Loading...