home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7


Джули нравилось, как выглядит ее галерея. Она была стильной и прекрасно вписывалась в отрезок Пичтри-стрит, где все бутики, антикварные магазины, ателье и рестораны были ориентированы на богатую клиентуру.

По обеим сторонам черной блестящей двери стояли апельсиновые деревья в кадках, а над окнами протянулся навес с бахромой, который очень нравился приверженцам современного искусства и одновременно подчеркивал сдержанно-респектабельный облик, рассчитанный на серьезных покупателей.

Она свернула в аллею и объехала здание сзади, припарковала там машину, а затем вошла в галерею через дверь со двора. Бросила сумку и охапку каталогов, привезенных из Франции, на свой стол. Он всегда оставался захламленным, вне зависимости от того, старалась в данный момент Джули поддерживать на нем порядок или нет. Сейчас, после ее недолгого отсутствия, на столе скопились счета и почта. Кейт положила несколько посланий, записанных по телефону, так, чтобы хозяйка галереи их непременно заметила. Она перебрала бумажки, но решила, что все звонки могут подождать.

Офис и склад за главным залом разделял широкий длинный коридор. Здесь они выставляли картины похуже и подешевле. Сейчас Джули шла мимо и сделала мысленную заметку, что некоторые из них нужно перевесить. Она считала, что экспозицию следует постоянно менять, чередуя имеющиеся полотна. Картина или другой предмет искусства, который раньше не привлекал внимание, если его перевесить или перенести в другое место, мог неожиданно возбудить у посетителей интерес.

Толстый ковер и музыка Бетховена из скрытых динамиков заглушали ее шаги, так что Кейт не видела и не слышала Джули, пока она не вошла в главный зал. В эту минуту ее помощница весело воскликнула:

— А вот и она!

Мужчина, с которым разговаривала Кейт, повернулся, и сердце Джули остановилось.

Дерек Митчелл с улыбкой, показывающей, как он доволен, что ему удалось выдернуть коврик из-под ее ног, любезно сказал:

— Доброе утро.

Она все-таки сумела ответить на приветствие.

Кейт за его спиной скорчила рожицу. Джули практически слышала, как она говорит: «Какой красавчик!»

На мистере Митчелле были летний костюм, рубашка и галстук из одной ткани и не бросающиеся в глаза запонки. Нарядный… Не то что во время полета. Костюм дорогой. Сидит идеально.

От Дерека исходили уверенность и грубоватая мужская сила, которые слегка диссонировали с его одеянием. Как будто вещи выбирали, чтобы произвести обманчивое впечатление. Джули с трудом отвела от него глаза и опустила их на лежавшую у ног адвоката собаку.

— Это Мэгги, — представил Митчелл свою лабрадоршу.

— Я знаю, что мы, как правило, возражаем против присутствия в галерее домашних питомцев, — заторопилась Кейт, — но мистер Митчелл заверил меня, что его Мэгги очень благовоспитанна. Это скорее человек, чем собака. Правда, она чудесная?

Как будто сообразив, что речь идет о ней, собака подняла голову, посмотрела на Джули и широко зевнула. Потом она снова положила свою голову на итальянские туфли хозяина.

Джули смотрела, как эти туфли выскользнули из-под головы псины и двинулись к ней. Когда они оказались совсем близко, молодая женщина подняла голову и посмотрела Дереку Митчеллу в глаза.

— Мисс Рутледж.

Он протянул правую руку. Понимая, что вынуждена играть в эту игру ради Кейт, Джули пожала ее.

— Добро пожаловать в галерею «У Жана», мистер Митчелл. Откуда вы о нас узнали?

— Проделал некоторую работу на дому.

Дерек задержал ее руку на секунду дольше, чем это было необходимо.

— Мистер Митчелл ищет что-нибудь особенное, — подсказала Кейт.

— Например? — Джули повернулась к любителю «особенного».

— Пока сам не знаю.

— Для дома или для офиса?

— Для спальни, — опять вмешалась Кейт.

Она снова отступила за спину потенциального заказчика и скорчила рожу. Джули сделала вид, что ничего не замечает.

— По тому, что я уже о вас знаю, можно сделать вывод, что вы всегда стараетесь удовлетворить клиента, — улыбнулся Митчелл.

Джули покраснела, но ради Кейт сказала спокойно:

— Да. Мы стараемся.

— О, я уверен, что вы больше чем стараетесь. Вы выкладываетесь полностью, — Дерек выдержал небольшую паузу и добавил: — Я тысячу раз проезжал мимо вашей галереи и всегда восхищался работами, выставленными в витрине, но у меня не было повода остановиться.

— А теперь есть?

— Теперь есть.

Джули наконец взяла себя в руки:

— Я уверена, что Кэтрин подберет вам что-нибудь подходящее. Она прекрасно разбирается в искусстве.

— Мистер Митчелл приехал к тебе, — сказала предательница.

— Совершенно верно, мисс Рутледж. Разумеется, мисс Филдс очень любезна и, я уверен, прекрасно знает дело, которым занимается.

Он улыбнулся Кейт, и она засияла в ответ улыбкой. Затем Дерек снова повернулся к Джули:

— Я хочу отдать себя в ваши очень умелые руки.

Ей этот намек был более чем понятен. В голове промелькнул калейдоскоп запомнившихся картинок — одна другой интереснее. Горло от смущения пересохло, и Джули потребовалась вся ее сила воли, чтобы не показать то, что она вспомнила. Но он, похоже, отлично знал, что именно всплыло из глубин памяти хозяйки галереи «У Жана».

Митчелл умело устроил засаду. Улыбки, собака, безукоризненные манеры — он полностью очаровал Кейт. Как она объяснит потом помощнице свое поведение, если сейчас выставит этого человека и его благовоспитанную лабрадоршу за дверь и хлопнет ею погромче?

Пересохшие губы Джули с трудом разлепились:

— Вы имеете в виду что-нибудь конкретное, мистер Митчелл?

— Я готов обсудить любое предложение.

Так. Хватит этих сексуальных намеков!

Она сказала, глядя в сторону:

— Мне нужны какие-нибудь ориентиры. В противном случае вы зря потратите свое время. И мое тоже.

— Я не знаю, чего хочу, пока не увижу это, но, когда вижу, действую быстро, — Дерек снова выдержал несколько театральную паузу и добавил: — Может быть, вы мне что-нибудь покажете?

Кейт решила помочь подруге:

— В гостиной есть прелестные вещи. Я присмотрю за залом. И за Мэгги, — она наклонилась и погладила собаку по голове. — С нами ведь все будет в порядке, правда, Мэгги?

Дерек Митчелл улыбнулся:

— Не слышу, чтобы она жаловалась. Показывайте дорогу, мисс Рутледж.

Джули, за которую все решили, повернулась и пошла по коридору в небольшую комнату слева, которую они с Кейт называли гостиной. Здесь было отличное освещение, и придирчивые покупатели могли разглядеть скульптуру или полотно получше. Они рассматривали их под любым углом в спокойной, комфортной обстановке и без посторонних. Обычно сделку Джули заключала здесь, поэтому атмосфера в гостиной была, так сказать, приватной.

В дверях она коснулась выключателя и комнату залил мягкий свет. Дерек Митчелл вошел следом. Джули закрыла дверь и круто обернулась:

— Что ты здесь делаешь?

— Почему ты так поступила?

Они стояли совсем близко и заговорили одновременно, сверля друг друга взглядом.

Митчелл положил руки на бедра, и его пиджак распахнулся. «Наверное, в такой позе он проводит перекрестный допрос свидетелей», — подумала Джули, и ей это не понравилось.

— Как ты посмел здесь появиться? — гневно спросила она.

— Как посмел? Как я посмел? И это мне говорит специалистка по снятию мужиков на высоте в несколько тысяч миль?

Она повернулась к нему спиной:

— Я не желаю об этом разговаривать.

— Как бы не так! — Митчелл обошел Джули, и они снова оказались лицом друг к другу. — О том, что наша встреча не была случайной, свидетельствует множество улик.

— Разумеется, она не была случайной. Неужели ты думаешь, что я стала бы заманивать незнакомого мужчину в туалет самолета без веской причины?

— Более веской, чем желание трахнуться?

Джули была так шокирована, что сначала вообще потеряла дар речи. Когда она наконец заговорила, голос молодой женщины дрожал от негодования:

— Я хочу, чтобы ты убрался отсюда.

— Уберусь, но не сразу, — он загородил дорогу попытавшейся обойти его Джули. — Ты, черт возьми, вовсе не выглядела горюющей по своему убитому любовнику, когда расстегивала мне брюки.

— Я отказываюсь это слушать, — она сделала шаг в сторону, но Дерек снова загородил ей путь.

— Если в твои привычки не входит снимать мужиков в самолете…

— Не входит.

— Тогда вернемся к моему первому вопросу. Почему? Ты взяла меня голыми руками. Я хочу знать, зачем? Теперь мне ясно, что это имеет отношение к Полу Уиллеру. Но какое? Садясь в самолет в Париже, я ничего о нем не знал. Почему ты решила меня «поиметь», как сама изящно выразилась, прежде чем я о нем услышал?

— Вы умны, мистер Митчелл. Сами сообразите.

— Даже не собираюсь гадать. Говори!

Джули покачала головой и снова попыталась обойти его. На этот раз Дерек схватил ее за руку:

— Думаешь, будет лучше, если я спрошу Дуга Уиллера, почему любовница его покойного брата соблазнила меня в самолете?

Джули выдернула руку:

— Мне безразлично. Спрашивай.

Он презрительно усмехнулся:

— Блеф. Тебе это не безразлично.

Молодая женщина смотрела на него с ненавистью, но Дерек не отступал.

— Избавьте меня от необходимости разгадывать все эти загадки, мисс Рутледж. Почему вы хотели меня скомпрометировать?

Митчелл тоже блефовал. Он никогда не стал бы рассказывать Дугу Уиллеру о произошедшем в самолете. Ему вовсе не хотелось бы, чтобы кто-нибудь знал, что из него сделали дурака. Но он умел блефовать, и Джули это знала. Если верить всему, что она о нем читала, это почти всегда срабатывало, даже с самыми несгибаемыми в своих убеждениях прокурорами. Кроме того, она ведь получила то, чего добивалась. Почему бы не сказать Митчеллу, зачем?

— Я хотела быть уверена в том, что ты не сможешь защищать интересы Крейгтона Уиллера.

— Так. Это племянник. Какое он имеет ко всему этому отношение?

— Прямое.

— К смерти своего дяди?

Джули кивнула.

— У Крейгтона алиби.

— Тем не менее я уверена, что это его рук дело. Рано или поздно полиция тоже до этого докопается. Крейгтону предъявят обвинение и будут судить. Но тебя в том зале не будет! Ты не сможешь его защищать, после того как… после того…

— Вот оно что. Делать ты это можешь, а вот слово выговорить никак.

Митчелл отступил под ее пристальным, ненавидящим взглядом. Джули услышала тихое ругательство, после чего адвокат отвернулся и отошел в другой конец гостиной. Несколько минут он смотрел на картину на стене, освещенную так умело, что был виден каждый мазок.

— Ты выяснил то, что хотел. Уходи.

Дерек повернулся и спросил:

— Как ты узнала, что Дуглас Уиллер собирается меня нанять?

— После похорон Пола я случайно слышала, как Дуг жалуется кому-то из друзей на нерасторопность полиции, на то, что детективы все еще допрашивают его и членов семьи, хотя у них у всех есть алиби. Кто-то сказал, что это нужно прекратить и, возможно, Дугу самое время ввести в дело питбуля. Это цитата. Дуглас ответил, что уже думал об этом, и назвал твое имя. Я заинтересовалась. Прочитала о твоих успехах на нескольких судебных процессах, имевших широкий резонанс. Ты ведь редко проигрываешь. Я боялась, что если ты станешь адвокатом Крейгтона, ему удастся уйти от расплаты за убийство Пола.

Последовало продолжительное молчание. Митчелл опять отвернулся и стал рассматривать картину. Наконец он задал вопрос, но совсем не тот, которого ожидала Джули:

— Неужели какой-нибудь человек, пребывающий в здравом уме, заплатит за это хорошие деньги?

Она невольно улыбнулась:

— Ты удивишься, но это так.

— А сколько за нее просят?

— Пятнадцать тысяч.

— Шутишь?

— Нет.

— Пятнадцать тысяч долларов за картину с голым толстяком? — Он стремительно повернулся и задал следующий вопрос: — Как ты узнала, что я лечу тем рейсом?

— Что?

Столь резкий переход сбил Джули с толку. На что Митчелл, собственно, и рассчитывал.

— В курсе моих планов была только Марлин — моя помощница, но она никогда никому об этом не сказала бы, не поставив меня в известность и не получив разрешение.

— Я узнала от Шэрон, жены Дуга. Как-то позвонила ей на той неделе, чтобы узнать, как они справляются.

— У тебя хорошие отношения с членами семьи?

— Были дружеские. Через Пола.

— Дуглас сказал мне, что Пол тебя обожал. И ты его тоже.

— Это верно.

— Гм-м, — Дерек скептически глянул на нее и вернулся к прерванному разговору. — Шэрон Уиллер не могла знать номер моего рейса.

— Ты с ней встречался?

— Пока нет.

— Она… Я не хочу говорить о Шэрон ничего плохого, как бы это ни прозвучало. Она не слишком умная, ею легко манипулировать. Я сказала о том, что слышала о решении Дуга нанять тебя, и спросила, что из этого вышло. Она ответила, что ты сейчас в Париже и вернешься одиннадцатого. Вот тогда Дуг и рассчитывает с тобой встретиться.

— И ты решила устроить на меня засаду в Париже?

— Мне это показалось хорошей мыслью.

Митчелл подавил улыбку:

— В сравнении с чем? С нападением на пляже?

— Верно. Это был отчаянный шаг, но я должна была повидать тебя до того, как ты встретишься с Дугам. Шэрон сказала, что в Париж ты улетел на семейное торжество, и это показалось мне хорошим знаком. Ты расслабишься. Не будешь остерегаться. Не будешь ждать…

— Что меня поимеют во всех смыслах этого слова.

Она пропустила грубость мимо ушей.

— У «Дельты» из аэропорта имени Шарля де Голля в Атланту ежедневно четыре рейса. Раз Дуг рассчитывал встретиться с тобой в день, когда ты вернешься, было резонно предположить, что ты полетишь первым рейсом.

— А если бы ты ошиблась?

— Значит, зря потратила бы деньги на билет в бизнес-классе.

— И упустила бы свой шанс.

— Если бы у меня не вышло в тот раз, я бы выбрала другое место и время.

— Половой акт в нестандартной обстановке?

Джули отвела взгляд:

— Не обязательно. Если честно, я сама не знала, что собираюсь делать. Может быть, умолять. Может, попытаться убедить. Воззвать к твоей порядочности или чувству справедливости. Но… — она пожала плечами.

— Ты не думаешь, что у меня имеются все эти качества, о которых говоришь.

Она не стала возражать:

— Учитывая то, что о тебе читала, я боялась, что такая тактика не сработает. — Молодая женщина немного помолчала, а потом все-таки спросила: — Тебя когда-нибудь мучили угрызения совести, если удавалось добиться оправдания человека, совершившего тяжкое преступление?

— Ты веришь в права, данные нам конституцией?

— Конечно.

— Там ты и найдешь ответ. Нам рано менять тему. Почему ты решила сделать именно это?

— Мне казалось, что так легче будет тебя скомпрометировать.

— Мысль, пришедшая бы в голову любой женщине, начиная с Евы.

— Самолет дает ощущение, что ты оторвался от всего земного… Такое впечатление, что там никакие правила не действуют.

— То, что случилось в воздухе, в воздухе и повиснет?

— Вроде того.

— И ты привела меня в соответствующее состояние с помощью двух коктейлей, а сама тем временем пила «Невинную Мэри». Это я потом сообразил. Ты ведь просила стюардессу наливать тебе сок с водой? А я тем временем напивался.

— Я не заставляла тебя пить…

— Да, но ты позаботилась о том, чтобы я кое-что увидел. Узкая юбка, высокие каблуки, отсутствие колготок… Вся из себя несчастная. Эта история об ущемленном женском самолюбии. Баллада об изменнике-муже… Это правда или выдумка?

— Правда.

— Угу. И ты из-за этого с ним развелась?

Джули взглянула на него с удивлением. Митчелл счел нужным признаться:

— Я тоже кое-где покопался.

Дерек медленно обошел комнату, разглядывая висевшие на стенах картины. Остановился перед одной из них, снова положил руки на бедра и смотрел на полотно так долго, что Джули подумала, не прожжет ли его взгляд в картине дыру. Наконец она спросила:

— Когда ты узнал?

— Кто ты такая? Вчера вечером. Новости посмотрел. Можешь себе представить, как я удивился. Увидел тебя на экране, свою таинственную незнакомку, крупным планом. Оказалось, у тебя есть имя, чему я очень обрадовался. Джули Рутледж. Но дальше начались интересные подробности. Оказалось, мисс Рутледж — главная свидетельница в деле, которое привлекает всеобщее внимание и в котором — слишком уж случайная случайность — только что предложили поучаствовать мне.

Ее прощальные слова в аэропорту: «… вас поимели» неожиданно приобрели смысл. Хотя бы отчасти. Дерек повернулся к Джули, по-видимому, ожидая ответа. Она молчала, и Митчеллу пришлось спросить:

— Что ты имела в виду, когда сказала репортерам последнюю фразу?

— Только то, что сказала. Это было не ограбление.

— Человек в маске держит всех под прицелом и требует отдать ценные вещи, и это не ограбление?

— Это было убийство, мистер Митчелл. Убийство. И убить хотели именно Пола. Ограбление стало камуфляжем, оно было заранее придумано.

— Придумано Крейгтоном Уиллером, полагаю.

— Это вовсе не предположение.

— Похоже, ты уверена в том, что за этим стоит именно племянник Пола?

— Да.

— Ну, полиция явно не разделяет твое убеждение, иначе ему бы уже предъявили обвинение.

— У них нет никаких улик.

— А у тебя?

Она не ответила. Даже если бы у нее в руках оказался дымящийся пистолет, связывавший Крейгтона с убийством, Дерек Митчелл стал бы последним человеком, кому бы Джули сие рассказала. Но думать об этом бесполезно, поскольку никаких улик у нее не было.

— Детективы все еще допрашивают Крейгтона, хотя он и обеспечил себе алиби, — сказала она. — Тебе это не кажется странным?

— Нет. Это обычная практика, пока преступление не раскрыто.

— Я несколько раз встречалась с Сэнфордом и Кимбалл. Они кажутся мне знающими свое дело людьми…

Выражение лица Митчелла подсказало Джули, что он с ней согласен. Но этот человек слишком упрям, чтобы признаться.

— Я никогда не имел дела с Робертой Кимбалл.

— А со Сэнфордом?

— Видел мельком. У него отличная репутация.

— И все-таки это странно…

— Нельзя ли поконкретнее, — раздраженно попросил Дерек.

— Конкретнее я хочу сказать вот что. Зачем Сэнфорду и Кимбалл продолжать допрашивать Крейгтона, если они не подозревают, что он как-то замешан в этом деле? Лично я знаю, что он замешан. И Дуг этого боится. Если бы он не боялся, то не стал бы нанимать тебя еще до того, как им понадобится адвокат-питбуль. Заплатив тебе аванс, он заложил фундамент.

— Так же, как ты. Образно говоря.

Джули покраснела, но глаза не отвела:

— Верно, я нанесла превентивный удар.

— Есть много отличных адвокатов, мисс Рутледж. Уиллеры могут позволить себе самых лучших. Вы что, собираетесь трахаться со всеми?

Молодая женщина подошла к двери и решительно распахнула ее. Мужчина столь же решительно протянул руку через ее плечо и захлопнул дверь.

— Вы далеко пошли, чтобы скомпрометировать меня, мисс Рутледж.

— Пришлось…

— Наверное, мне должно льстить то, что вы так меня боитесь.

— Вы прославились тем, что безжалостны. Составите хорошую пару с Крейгтоном Уиллером.

— Что вы хотите этим сказать?

— Думаю, вы поняли.

— На самом деле нет, потому что я не знаком с Крейгтоном Уиллером. Более того, до этого полета на «Дельте» я и тебя в глаза не видел. То, что произошло в самолете, случилось раньше, чем я познакомился с Дугом Уиллером или даже узнал, что его брат был застрелен. Формально я чист. Не на крючке. Могу взять дело, если мне, черт побери, этого захочется.

— Даже вы, мистер Митчелл, при всей своей самонадеянности не рискнете выступать в суде в защиту Крейгтона Уиллера, если будете знать, что я стану свидетельницей со стороны обвинения. И даже если позволите себе флиртовать с дамой, которую зовут «вероятность отлучения от практики», я позабочусь о том, чтобы выиграла она.

— Не сможешь, не признавшись в своей собственной неразборчивости.

— Я это сделаю. Не сомневайся.

— Ты расскажешь всем, чем занималась в туалете в самолете?

— Можешь мне поверить.

— Тело твоего любовника едва остыло… Какие бы тут ни вводились новшества, это все-таки консервативный юг. Старая гвардия, друзья и соратники Пола Уиллера придут в ужас, — он обвел взглядом гостиную. — Твои изысканные клиенты больше никогда не появятся в дверях этого заведения. Они не потратят здесь больше ни одного цента. Возможно, они извинят тебе то, что ты делала в самолете, но никогда не простят, что ты вываляла имя мистера Уиллера и его покойной жены в грязи. Ты нанесешь сокрушительной удар не только по своей репутации, но и по его тоже.

— Я сделала это ради Пола, — гневно сказала Джули, отталкивая Митчелла в сторону, чтобы освободить себе проход. — Его убил племянник, пусть даже чужими руками. Пол бы хотел, чтобы подлец ответил за это. Он бы понял, что мне пришлось пойти далеко, как ты сказал, чтобы наказать Крейгтона.

— Ты сделала это ради Пола Уиллера?

Она кивнула.

— Это единственная причина?

— Да.

— Ради него?

— Да.

Митчелл смотрел на Джули не отрываясь. Его карие глаза вспыхнули, остановившись на тех местах, до которых он дотрагивался. Потом Дерек улыбнулся так, как всегда улыбался, когда ему удавалось уличить свидетеля со стороны обвинения во лжи:

— Дури себя, Джули, или других. Меня тебе не обмануть.



предыдущая глава | Сценарист | cледующая глава



Loading...