home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Трек второй

Время действия: позже. После совещания у СанХёна

Место действия: только что отъехавший от здания агентства минивэн ЮнМи. Группа «Корона» направляется к местам выполнения своего расписания. Все участницы, за исключением вялой младшей, находятся в приподнятом настроении.


— Так, — деловито потирая ладошки произносит БоРам, — теперь нужно найти подходящего парня.

— Внимание, РамБо выходит на охоту! — смеётся КюРи, комментируя её слова. — Ох, кому-то не повезёт!

— С чего это — не повезёт? — в ответ обижается та. — Да такую как я ещё найти надо!

— Да я же об этом и говорю! — продолжает подтрунивать над ней КюРи, — Не найти!

— Не открывай так сильно рот, когда смеёшься, — «беспокоится» о её здоровье БоРам, — застудишь себе кишки!

— Не ссорьтесь, — просит их обеих СонЁн, — Сегодня хороший день. У нас скоро комбэк, мы едем в Японию и нам теперь можно иметь отношения. А вы — ругаетесь.

— Ещё радует, что нам заплатят за промоушен, — вступает в разговор ХёМин. — Ну хотя бы за его японскую часть.

— А что, за промоушен не платят? — удивляется ЮнМи, выглядывая сзади из-за спинки её кресла.

— Почему, не платят? — обернувшись, отвечает ей ХёМин и объясняет. — Платят. Но только очень мало.

— Почему — мало? — не понимает ЮнМи. — Промоушен — малооплачиваемый?

— Система такая, — несколько недовольно поясняет ей ИнЧжон перехватывая инициативу в разговоре у не ставшей спешить с объяснениями ХёМин. — Ты новенькая, поэтому не знаешь. Сейчас расскажу. Мы сейчас закончили работать с новой композицией. Теперь, мы, вместе со своим агентством будем её продвигать, стараясь, чтобы как можно больше людей о ней узнали и захотели купить, чтобы послушать ещё раз. Это называется промоушен.

ЮнМи кивает, показывая, что она это знает.

— Можно петь и танцевать в торговых центрах или на улице, — продолжает объяснять ей ИнЧжон. — Но понятно, что больше всего людей смогут увидеть и услышать новую песню если её станут показывать по телевидению. А для того чтобы попасть на телевиденье, нужно стать участником хит-парада. У всех телевизионных корпораций есть свои хит-парады. Лучше всего участвовать в хит-парадах главных музыкальных корпораций.

— И? — спрашивает ЮнМи замолчавшую ИнЧжон, — Почему за это не платят?

— У всех этих музыкальных каналов очень низкий рейтинг, — вздохнув, поясняет ИнЧжон, — Не больше пяти процентов. Поэтому, когда агентство просит сказать, сколько нам заплатят, они говорят — «У нас низкий рейтинг, мы еле-еле собираем деньги на зарплату сотрудникам. Поэтому, мы вам не сможем много заплатить!» Последний раз в «SBS» нам заплатили за участия в хит-параде всего 300 000 вон. На всех.

— Триста баксов? — не верит своим ушам ЮнМи и удивляется. — На всех? Как у крупных корпораций может быть такой низкий рейтинг? Зачем тогда работать с ними, если у них нет денег?

— Тут не всё так просто, — наклонившись к ЮнМи и понизив голос говорит ей СонЁн. — Я тебе объясню, только ты об этом вслух нигде не говори. Хорошо?

СонЁн внимательно смотрит на ЮнМи. Та, заинтригованная, молча кивает.

— Ну чего ты перебиваешь? — обижается ИнЧжон на СонЁн. — Я ведь рассказывала?

— Прости, онни, — извиняется СонЁн, — я действительно тебя перебила. Рассказывай.

— В менеджменте музыкальных каналов работает множество уважаемых людей, — говорит ИнЧжон обращаясь к ЮнМи. — Родственники и знакомые руководителей корпораций разных уровней. Это такое место, где им платят хорошие зарплаты, а делать там особо ничего не нужно.

— «Кормушка» что ли? — не веря услышанному удивляется ЮнМи, — А как же рейтинги и «хитовость» произведения? Они что, никак не влияют?

— Почему, не влияют? — удивляется в ответ ИнЧжон. — Влияют. Пятьдесят процентов рейтинга — это реальные продажи альбома или сингла, тридцать процентов, он-лайн голосование, десять процентов, смс-голосование. И ещё десять процентов рейтинга — это оценка самого канала. Только на самом деле канал может манипулировать рейтингом больше, чем на десять процентов.

— И как он это делает? — заинтересованно спрашивает ЮнМи.

— Очень многое решают связи, — не очень понятно объясняет ИнЧжон. — Как агентство договориться с телеканалом.

— В смысле, договорится? — не понимает ЮнМи и высказывает догадку. — Сколько оно ему заплатит?

— Ну, в каком-то смысле, да, — соглашается ИнЧжон. — Пять процентов рейтинга для тв-канала, это мало. С таким рейтингом канал может заработать только на зарплату своим сотрудникам. Поэтому, чтобы зарплата у них была больше, они заставляют работать на себя бесплатно, иначе, группа не попадёт на шоу.

— Шоу? — удивляется ЮнМи, — А причём тут шоу? Хит-парад и шоу разве связаны между собой?

— Я же тебе говорю, — терпеливо поясняет ИнЧжон. — На хит-параде группа зарабатывает рейтинг. Чем он выше, тем на лучшее шоу можно попасть. А деньги платят уже за участие в шоу. Чем лучше шоу, тем больше денег. А музыкальные каналы — низко рейтинговые. На них ничего не платят.

— То есть, хит-парад, это как бы пропуск к шоу? — подумав, уточняет правильно ли она поняла, ЮнМи, — Пропуск к возможности заработать?

— Да, — обрадованная тем, что её поняли, кивает ИнЧжон.

— А почему нельзя сразу сделать всё «по-нормальному»? — снова подумав, спрашивает ЮнМи, — Чтобы зарабатывать и там, и там?

— Потому, что не все проекты одинаково прибыльны, — объясняет ИнЧжон. — Если агентства сделают всё «по нормальному», как ты говоришь, то некоторые развлекательные каналы придётся закрыть. А там, я уже сказала, работают уважаемые люди…

— На которых кто-то должен бесплатно ишачить, чтобы они получали свою зарплату! — поняв «расклад» восклицает, кивая ЮнМи. — Ясно. Коррупция.

— Не надо так говорить! — встревоженно предупреждает её СонЁн. — Об этом все знают, кто работает в шоу-бизнесе. Но об этом вслух не говорят.

— Хорошо, СонЁн-сонбе, — кивает ЮнМи. — Я поняла. Я не буду говорить об этом вслух. Спасибо за предупреждение.

— Поэтому, — грустно вздыхает БоРам, — на промоушене всегда работаешь так много, а платят за это всегда так мало…

— Особенно, если договорились на «пакет», — поддерживает ХёМин в грусти БоРам.

— А что такое — «пакет»? — спрашивает ЮнМи.

— Это когда агентство договаривается с каналом, что он даст группе хорошую оценку для повышения рейтинга, но за это нужно будет выступить во всех мало рейтинговых программах агентства, которому принадлежит канал…

— Понятно, — с понимающим видом кивает ЮнМи.

— А ты действительно не знаешь наших песен? — очень внимательно смотря на ЮнМи спрашивает у неё ИнЧжон.

— Ну… — как-то неопределённо отвечает ЮнМи секунды две перед этим подумав над ответом, — я как-то раньше не интересовалась эстрадой. А потом моя сестра сказала, что меня возьмут в другую группу. Вот я, поэтому, и не знаю вашу дискографию…

— Какую «другую группу»? — спрашивает БоРам.

— «The Grace».

— Так они совсем старые. — удивляется БоРам.

— Моя онни и подумала, что меня возьмут вместо тех девочек у которых, заканчивается контракт. Чтобы группу не распускать. — поясняет ЮнМи логику имевшегося предположения.

— А-а, — поняв, кивает БоРам.

— Не интересовалась раньше эстрадой, а теперь пообещала президенту СанХёну вывести нас в «Billboard»? Как такое может быть?! — удивляется, не понимая, ИнЧжон обращаясь к ЮнМи.

— Ну, так получилось, — отвечает ей ЮнМи пожимая плечами. — И потом, я не обещала, как он сказал. Я обещала ему, что буду стараться.

— ЮнМи — файтинг! — восклицает БоРам. — Хорошенько старайся! Я хочу в «Billboard»!

— Всё-то ты хочешь. — строго говорит ей КюРи. — И парня и «Billboard». Нужно быть скромней.

— Зачем? — с искренним выражением на лице не понимает БоРам. — Я и так слишком скромная. «Billboard» и парня. Что в этом нескромного?

КюРи начинает смеяться над БоРам. Спустя короткое время к ней присоединяются остальные члены группы.


(несколько позже. Группа пересела в свой микроавтобус, чтобы следовать своему расписанию. ЮнМи поехала по своему расписанию на своей машине)


— Может тебе не стоило рассказывать всё ЮнМи? — говорит ХёМин обращаясь к ИнЧжон и имея в виду недавний разговор о методах работы телерадиовещательных корпораций.

— Почему? — спрашивает та.

— Вдруг, она возьмёт всё же и об этом кому-то расскажет? — высказывает свои опасения ХёМин и объясняет почему. — Она реально странная. У меня ощущение, что она старается не говорить о прошлом.

— Раз президент СанХён даёт ей такие задания, значит, он ей доверяет и всё в порядке. — резонно возражает ИнЧжон. — И нам же об этом сказали? Значит, и она должна знать. Скандал ведь может получиться, если она вдруг где-нибудь заявит, что ей не заплатили. Президент СанХён поручил нам о ней заботиться. Вот, мы позаботились. Рассказали, чтобы она знала.

— Всё же, речь ведь о деньгах, — не соглашается с ней ХёМин, — лучше бы он сам всё ей объяснил.

— Когда мы поедем восстановить свою эмоциональную форму? — меняя тему разговора обращается ко всем с вопросом БоРам. — Я тоже хочу вкусно покушать и шоппинг.

— СонЁн с собой не берём! — бодро сообщает всем КюРи так, словно всё уже решено, и они едут на шоппинг и ужин.

— Почему это? — удивляется СонЁн.

— А ты всегда перед комбэком садишься на диету. — напоминает ей КюРи. — Смысл брать тебя на хвесик? Чтобы потом кусок не лез в горло смотря на твой тоскливый вид?

— Карантин будет с завтрашнего дня, — возражает КюРи ХёМин. — СонЁн сегодня может ещё кушать.

— А что, мы прямо сегодня будем восстанавливать форму? — удивляется в ответ КюРи. — Как я поняла, это можно будет сделать только вместе с ЮнМи, если уговорить её поехать с нами. А сегодня она работает по расписанию.

— Подождите, — непонимающе говорит ДжиХён, — разве президент СанХён дал на это согласие? Он сказал, что подумает. Куда вы уже поехали?

В машине на некоторое время устанавливается тишина.

— Умеешь же ты настроение испортить! — восклицает КюРи обращаясь к ДжиХён и с недовольной гримасой отворачивается к окну.


Время действия: позже. После совещания у СанХёна

Место действия: минивэн ЮнМи


Сижу в машине, еду работать над музыкой на студию. Размышляю о прошедшем разговоре в агентстве. Комбэк, Япония, это конечно хорошо. Давно собирался побывать в Японии, но вот само совещание… Мне показалось, что оно было каким-то «рваным», что ли? Какие-то странные метания шефа. То так, то ладно, давай по-другому, когда я вспомнил, что девчонки хотели попасть на день рождения к ТэСону и сказал, что уже почти всё готово. Непродуманно всё было. Или, слабо подготовлено. Вот.

Может, причина в плохом самочувствии президента? Вид у него не цветущий. Заканчивал бы он эту ерунду с самолечением да шёл бы сдаваться к врачам. Несерьёзно себя ведёт. «Запустишь», — как говорила мне моя мама, — «потом не вылечишь». Но тут, хозяин барин, как говорится. Я же не могу вести его за ручку в больницу? У него близкие для этого есть…

Так. У меня есть время. Мало, но есть. Можно сделать много полезного для себя, только предварительно нужно рассчитаться с накопившимися долгами. Какие у меня из них самые «токсичные»? Текущие, с ними всё понятно, решаемы, проблем нет. С видеоклипом терпит. Работы над ним идут по плану агентства. Песни для группы… Как раз есть время подумать… А вот Ли ХеРин… Что-то совсем с ней всё затихло. Где она вообще? Может, обиделась, что о ней не вспоминают? Девчонка ведь. Они обидчивые. Впрочем, у меня тоже есть повод для обиды. Пока я валялся в больничке, могла бы хотя бы позвонить, узнать, как я там? Не окочурился ли? Фффф… Девочки… Красивые… Ладно, не будем «педаллировать» вопрос кто чему должен, дело это малоперспективное. Лучше появиться с «дарами» в руках. Это всегда позитивно воспринимается. Тем более, что тут никто ничего даром не даёт. Девчонки мне вот только что рассказали об «особенностях национального шоу-бизнеса». Субботники они тут устраивают. За право допуска к возможности зарабатывать деньги… Охренеть, какие классные тут «расклады». Страна капиталистическая, а «заходы» — социалистические. Впрочем, форма владения собственностью, наверное, особой роли тут не играет. Чужой рабский труд на свой карман приветствуется везде и всегда, только методы «маскировки» у каждого социального слоя — свои. Кто впахивает «за всеобщее светлое будущее», кто «за личное, согласно контракту». Итог один: у тех, кто работал — убыло, у тех, кто давал работу — прибыло.

До сегодняшнего дня я ещё не поднимался настолько высоко, когда уже начинаются хит-парады и начинается борьба за рейтинги, превращающиеся в деньги. Мой наивысший уровень в мире оплачиваемой музыки — ресторанный музыкант. Наверное, поэтому, я неприятно удивился, узнав, как оно, «на верху», тут устроено. Всё-таки, я романтик. Ни разу ещё жизнь не давала мне повода усомниться в том, что обманут тут же, как только появится такая возможность, но … Как-то мыслилось, что верхушка серьёзного бизнеса, крупные медиа-корпорации… Должно быть круто и лучше, чем у середнячка. А по факту — примитивный феодализм с древним, как следы мамонта, рабством. Печально.

И в «тырнетах» об этом не пишут, поскольку говорить о таком не принято. «Обликом морале», патриотизм и всё такое прочее… Кто участвует, те знают, но, не болтают… Иначе не будет им допуска на шоу. И соответственно — ничего им не будет. Ни призов, ни популярности, а главное — денег не будет… Придётся мне вместе со всеми месяц «за бесплатно» впахивать… Перспектива не радостная, но куда ж деваться коль тут такие порядки? Интересно, а агентству во сколько встанет это «неоплачиваемый промоушен»? Ну, можно грубо прикинуть. Нас в группе семеро. Для комбэка каждой пошито три новых сценических костюма. Самый дорогой, с золотой вышивкой, обошёлся в четыре тысячи долларов. Я специально узнал, уж больно он красивый вышел. Ручная работа, материалы, индивидуальный дизайн. Выполнены костюмы все в едином стиле, но каждый чем-то отличается от остальных. Вполне возможно, что, если сплюсовать все затраты на дизайн и пошив, где-то он так в цене и выйдет. Оставшиеся два костюма — попроще, но тоже, вполне себе на уровне. Цену их не спрашивал, но, если ориентироваться на стоимость самого дорогого, наверное, будет в половину. Итого, средняя цена трёх костюмов выходит где-то в три тысячи каждый. Пусть будет ровно три. Три костюма, да на семь исполнителей, да на три тысячи… Фига себе! Шестьдесят три тысячи долларов получилось! Плюс ещё месяц работы стафа который будет обеспечивать помоушен группы… Ну, наверное, человек десять нужно будет. Водитель, привезти-увезти… Костюмер, костюмы выдать, убрать, почистить, погладить… Менеджер, организовать всё и проследить. Макияж кто-то должен перед сьёмками наложить… Охрана, наверное, понадобится… Пожалуй, человек десять и наберётся. Если каждому из них, в среднем, заплатить по две тысячи зелёных в месяц, это ещё двадцать тысяч. Итого, уже восемьдесят три тысячи! Плюс, наверняка будут ещё какие-нибудь расходы, о которых я не подозреваю. И это без учёта сьёмок клипа. Ещё ведь и клип снимали и звукозапись делали! Короче говоря, вывод композиции на рынок обошёлся где-то за сто тысяч долларов. Фига се, как дорого заниматься шоу-бизнесом! Понятно теперь почему СанХён за каждый цент сражается аки лев. На его месте я бы так же делал. С такими затратами враз без штанов окажешься, а ведь нужно ещё группе заплатить и дожить всей толпой до её следующего комбэка. Охренеть какая нервная работа у СанХёна. Не, не хочу я быть директором агентства!


Лучше я буду потихоньку получать свои авторские да процент с концертной деятельности. Зато, голова всё время болеть не будет где взять денег да работу для своих работников. Останется время полежать с планшетником в руках. Вот как сейчас, еду и вместо того думать, как СанХён, сижу, читаю, что там приключилось в «Billboard», чтобы быть в курсе. Шеф сказал, чтобы я ознакомился с этим для того, чтобы понимать происходящее и не задавать лишних вопросов. Агентство, сказал он, будет защищать меня используя их ситуацию как причину, почему я не сдержал своего обещания. Я не стал ничего ему на это говорить. Раз считает, что молчать нельзя и нужно что-то кому-то объяснять, пусть будет так, ему видней. В тот момент цель ставилась совсем другая. Не зарабатывание денег и славы, а снижения накала страстей в среде обезумевших от учёбы школьников. Что, собственно, получилось. Посмотрим, что напишут мне в благодарность их соотечественники…

… Если говорить коротко, в «Billboard» затеяли реорганизацию, или, модернизацию, не знаю, как будет правильнее сказать. Как написано в статье — «…в связи с появлением новых музыкальных сервисов, с целью улучшения качества оценки музыкальных композиций с использованием более интеллектуально развитого комплексного подхода выставления баллов…» В общем, приняли решение отныне учитывать при начислении баллов шибко развившиеся цифровые сервисы доставки и продажи цифрового контента. Похоже пользователей в них стало столько, что продолжать игнорировать эту толпу стало уже совсем невозможно. Да и сервисы стали уже компаниями с деньгами. Вполне вероятно, что вместе с деньгами у них появилось желание пролоббировать свои интересы с надеждой получить денег ещё больше. Чем они и занялись, надавив на «Billboard» и катализировав процесс реорганизации. То, что это весьма вероятно, указывает факт, что теперь, по новым правилам, «… стриминговые прослушивания с аккаунтов, которые имеют платную подписку имеют больший вес, чем с обычных…». Так, с платного «Spotyflay» 1250 прослушиваний приравниваются по очкам к продаже одного «физического альбома». А на бесплатном аке, для достижения такого же результата, нужно сделать 3750 прослушиваний. Как говорится — «почувствуйте разницу» и «мохнатую лапу» заинтересованных.

Ещё, под «большой ремонт», в котором наконец руки доходят до того, что давно нужно было сделать да всё откладывалось «на потом», в «Billboard» сменили компанию предоставлявшую им статистику прослушиваний на радио и музыкальных автоматах, заменили слово «синглы» на «песни», и ещё будут теперь учитывать продажи в сетевых интернет-магазинах. Итого, в «Billboard» подстроились под изменившиеся реалии жизни.

Что я могу на это сказать? Нормально. Хорошо, когда во главе организации находятся вменяемые люди и следят за окружающей обстановкой, а не строят у себя в голове какие-то воздушные замки из мыльных пузырей. Жизнь изменилась, надо ей соответствовать. Молодцы. Только вот не думаю, что именно процессом этой реорганизации были «затоптаны и забыты» две мои композиции, которые я объявил «двумя корейскими гвоздями в мировой чарт». Честно говоря, когда я об этом вещал, никакой уверенности у меня в этом не было. Ну не той категории были их исполнители, чтобы вот так вот взять и с места влететь с ними «в соточку». «Шторм», ладно. Всё-таки Вивальди, как-то можно объяснить. А как в неё попал «Bye bye bye», я, честно говоря, до сих пор не понимаю…

Вздохнув, отворачиваюсь от планшета, смотрю в окно машины, думаю о том, что было бы совсем неплохо поспать. Представляю, как это было замечательно. Снова вздохнув, возвращаюсь к планшету, собираясь посмотреть небольшую видео-подборку из жизни и творчества мадмуазель БоРам. СанХён реально «закусил удила» и в отличии от управленцев «Billboard» не хочет посмотреть на жизнь реальным взглядом. Но, раз президент агентства молвил — «надо!», то айдол ему ответил — «есть!». Сейчас, ситуация моментами выглядит ржачно. Все из стафа, кто раньше удивлялся тому, что БоРам похожа на француженку, услышав, что СанХён — «это видит», начинают присматриваться и тоже говорят — «…в ней определённо, что-то есть. Не знаю, как это выразить конкретно, может, во всех чертах разом, но, да, что-то французское, определённо чувствуется…». Блии-ин, одни спецы по Франции собрались! БоРам офигевает от такого внезапного открытия. Сколько лет смотрели — и ничего! А тут — оба-на, француженка! Как говорится, это было бы смешно, если бы не было так грустно, особенно для меня. Ладно, послушаем, как эта «француженка» споёт. Может, после этого в голову что-нибудь да придёт. А то сейчас у меня нет ни одной идеи насчёт того, чтобы она могла спеть для Франции на ихнем родном языке. Вот с АйЮ всё понятно. «Таксист Джо» — самая та песня для неё. И по голосу, и по образу. И из АйЮ вполне себе «парижаночка» выйдет. Мне так кажется. Кепка ей будет хорошо…

… С подарком для ТэСона мне тоже понятно что делать. Есть два варианта. Попробую оба. Если не получится перевести один, может выйдет с другим. Хотя, времени на «копания» с подбором слов практически нет. Если будет проблемно, попытаюсь своё что-нибудь «родить», «воткну» в замену… Главное, что выбор уже сделан. Дальше уже «техника», как говорится. А вот с БоРам…

Вздохнув очередной раз, «иду» в планшет, нахожу в нём нужный видеофайл, запускаю.[1]


Время действия: день

Место действия: один из торговых центров Сеула. Ючжин, спускаясь по лестнице, с недовольным видом разговаривает по телефону.[2]


— Госпожа, — звучит мужской голос в телефоне у Ючжин, — прошу прощения за беспокойство. Дело в том, что я только что получил сообщение, что в Сеуле какая-то школьница покончила с собой. Я думаю это хороший случай, в котором можно обвинить нашу… особу.

— И каким же образом её можно в этом обвинить? — насмешливо спрашивает Ючжин.

— Она не выполнила обещание, что две бойс-группы попадут в «Billboard». Очевидно, что девушка была поклонницей и это просто уничтожило её.

— Хм, — одобрительно хмыкает Ючжин и задаёт уточняющие вопросы. — А если она не была поклонницей? И если она совсем не из-за этого свела счёты с жизнью? И она написала об этом в прощальном письме?

— Госпожа, если всё это так как вы сказали, то об этом станет известно только дня через три. Полиция не разрешит публиковать какие-нибудь материалы о происшествии, пока идёт расследование. Если хорошо поработать это время, то все будут знать, что виновата в этом она, даже если не так. Оправдываться всегда сложней, госпожа.

— Это хорошая идея, — медленно кивая соглашается Ючжин и разрешает, — делайте так. А то я уже начинаю разочаровываться, не видя никакого результата.

— Иногда приходится ждать хороших моментов, госпожа. Этот момент очень хорош.

— Надеюсь, что это так, — отвечает Ючжин и требует. — Работайте!

— Будет сделано, госпожа. — обещает мужской голос и попрощавшись, отключается.

— Пфф… — презрительно выдыхает Ючжин держа телефон в руке и передразнивает, — «приходится ждать, госпожа». Сколько можно ждать? И чего?


(вечер, небольшое кафе. За столиком СунОк и две её институтские подруги. Встреча подошла к концу и подруги собираются уходить)


— СунОк, ты ведь заплатишь за нас? — неожиданно спрашивает одна из девушек обращаясь к СунОк.

— Почему я должна платить за вас? — искренне удивляется та неожиданному для неё предложению.

— Ну ты же теперь стала богатая? — тоже как-бы удивляется в ответ та, но с некой скрытой издёвкой в голосе. — У тебя есть популярный блог, твоя сестра айдол в известной группе, и ты СЕО в новом кафе. Почему бы тебе не заплатить за своих бедных подружек? Или тебе жалко немного потратить?[3]

СунОк несколько секунд озадаченно смотрит на провокаторшу.

— Деньги которые зарабатывает моя сестра, это её деньги, — нахмурившись поясняет она, — а блог и СЕО это ещё будущее. Дохода от этого нет. Поэтому, у меня денег столько же, сколько было.

— Что, сестра тебе совсем не помогает? — удивляются ей в ответ. — Вот уж не думала, у тебя с твоей тонсен такие отношения. Она могла хотя бы заплатить за твою новую одежду. СЕО не ходят в такой одежде как у тебя. А ведь у неё есть ещё богатый жених. Неужели ей так жалко денег?

— Ничего ей не жалко! — рассердившись, восклицает СунОк. — Нормальные у нас с сестрой отношения!

Порывисто расстегнув сумочку, она вынимает из неё кошелёк и достав из него купюры, громко хлопает ими об стол.

— Каждый платит за себя сам! — поднимаясь на ноги объявляет она и, широким движением закинув на плечо сумочку, уходит с гордо поднятой головой.

Проводив её взглядом, «провокаторша» переводит взгляд на стол и смотрит на оставленные СунОк банкноты.

— Сто тысяч вон, — резюмирует она в слух. — Гораздо больше чем она потратила. Значит, деньги у неё всё же есть…

— Чего ты? — удивлённо спрашивает её другая оставшаяся девушка, не понимая случившегося.

— А что я, должна бесплатно всё это слушать — моя сестра, мои подписчики, новое кафе?! — агрессивно оборачивается к ней та. — Могла бы и заплатить за то, что слушают её хвастовство. Не так уж и много вышло у «принцессы»…


(вечер. обмен СМС)


(ЮнМи) — Добрый вечер, ЧжуВон-оппа. Сундук ваш я получила, что с ним делать?

(ЧжуВон) — Мой сундук? Какой ещё «сундук»?

(ЮнМи) — С надписью «Louis Vuitton».

(ЧжуВон) — Разве это была не сумка?

(ЮнМи) — Судя по форме, это сундук.

(ЧжуВон) — Не понял. Тебе что, не понравился мой подарок?!

(ЮнМи) — Совершенно. На кой мне такая сумка?

(ЧжуВон) — Все знаменитости с такими ходят.

(ЮнМи) — Я — не «все».

(ЧжуВон) — Послушай, «особенная», это сумка дома «Louis Vuitton» из лимитированной коллекции этого года. Что в ней может не нравиться?

(ЮнМи) — В ней нет внутри дополнительных отделений. И внешний вид.

(ЧжуВон) — Чем тебе не нравится её внешний вид?

(ЮнМи) — Она похожа на сундук.

(ЧжуВон) — Деревенщина, что ты знаешь о сумках «Louis Vuitton»?

(ЮнМи) — Достаточно для того, чтобы понять, что они мне не подходят!

(ЧжуВон) — Я понял. Селебрити стоят в очереди за такими сумками, а тебе, значит, они не подходит. Что дальше?

(ЮнМи) — Забери и сдай её обратно в магазин.

(ЧжуВон) — Я уже в части.

(ЮнМи) — Тогда она будет валяться до твоего следующего увольнения.

(ЧжуВон) — Значит так, чусан-пурида. Берёшь «сундук» пару раз с собой на выход. Говоришь всем встречным, что это мой подарок. Потом делай с ним что хочешь. Поняла?

(ЮнМи) — С чего это вдруг мне так поступать?

(ЧжуВон) — С того, чтобы не ходить как оборванка. Ты мембер известной группы. Соответствуй своему новому уровню.

(ЮнМи) — Я подумаю.

(ЧжуВон) — Будь добра это сделать.

(ЮнМи) — Спокойной ночи.

(ЧжуВон) — Спокойной ночи, Агдан-ян.[4]


Время действия: семнадцатое июня, начало дня

Место действия: агентство «VELVET»


Произношу заученную фразу о замечательно вкусном шоколаде, кивая головой и с улыбкой смотря прямо в камеру. Работаю для компании «LOTTE», рекламирую их продукт. Наконец руки дошли и до него. Хоть группе объявлен «предкомбэчный карантин» но, деньги зарабатывать всё одно нужно. Мероприятия, сочтённые для этого безопасным, разрешены. Безопасные, это в которых отсутствуют скопления случайных людей и неожиданные физические нагрузки. Вроде тех, что были на шоу, когда неподготовленные люди выделывали балетные па.

Поэтому, я сегодня работаю, снимаю рекламу. Фанаты АйЮ возмущались, возмущались, но, всё равно, «LOTTE» выбрали меня. Вот, стараюсь. Пусть это не первая моя фотосьёмка, но она первая в осознанной роли фотомодели, а первый блин, как известно, часто выходит комом. Внимательно слушаю, что от меня требуют, старательно выполняю.

Сьёмкам предшествовало подписание контракта между «FAN Entertainment» и «VELVET» по поводу моего совместного ими использования. Я думал, это будет «эксклюзивный контракт». Что удивлённо и «оттранслировал» СанХёну на предварительном чтении договора, обнаружив, что он будет «просто контракт». Шеф на моё разочарование сказал о «VELVET» что-то типа «обойдутся, перетопчутся» и «на двух пальцах» объяснил, почему так и в чём разница. Оказывается, когда контракт «эксклюзивный», то в этом случае модельное агентство получает комиссионные от всех доходов модели. То бишь, агентство получает комиссионные в любом случае, даже если модель находит для себя работу сама, без его участия. И при этом оно полностью контролирует её расписание. Когда, где, какие сьёмки, время проведения и прочее, решает исключительно только оно.

Понятное дело, такие условия моего использования для СанХёна не подходили, впрочем, как и мне тоже. Поэтому, между двумя агентствами был подписан «NON-EXCLUSIVE» контракт, по которому модельное агентство имеет право на получение комиссионных только с той работы модели, которую она получила через это агентство. При этом модель свободна в своем праве подписывать подобные контракты с другими агентствами. Это означает, что она может быть представлена на рынке несколькими агентствами одновременно.

— Если хотят получать деньги, пусть ищут тебе работу, — сказал СанХён о «VELVET» и более подробно объяснил почему контракт будет именно такой. — Твои глаза сейчас надо продавать и продавать. А в модельном бизнесе бывает, что агентство заключит эксклюзивный контракт, а сами работу найти не могут. И сидят модели без денег, пока компания решает свои проблемы. Уйти-то по договору они уже не могут. Они ведь на «эксклюзиве».

Я вот не знал таких тонкостей. Просто словосочетание «эксклюзивный контракт» звучит круче. Его всегда произносят с придыханием на всяких тв-шоу и презентациях. Типа, топ, лучше быть не может. Оказывается, может. Ещё, перед тем как дать мне читать договор, СанХён постучал пальцем по бумаге, привлекая внимание к некоторым пунктам договора.

— Это отдельно покажешь твоей маме, — сказал он. — Чтобы она не беспокоилась.

Я посмотрел куда мне указали, там было написано: «Агентство обязуется: не предоставлять Модели заказы на позирование в обнаженном виде, а также топлесс и в прозрачных одеждах до достижения ею совершеннолетия. После 22 лет Модель должна письменно подтвердить свое согласие на участие в подобных съемках.»

Нормальный пункт. СанХён молодец, всё учёл. Нет у меня никакого желания в трусах фоткаться. Потом, после моего беглого ознакомления с текстом договора, мы с шефом делили шкуру неубитого медведя — будущие доходы от моих модельных контрактов. Для начала, как я понял, для «затравки» обсуждения, он щедро предложил взять меня на фиксированную ставку фотомодели. Пятьсот тысяч вон в месяц. Но с тем бонусом, что это будет постоянно. Вне зависимости от того, были хоть одни съёмки за этот период или нет. Однако, когда история с модельным бизнесом у меня ещё только начиналась, я «полистал интернет» и был в курсе существующих расценок. Так, в Китае, заработок может быть от ста долларов в час для модели не ахти какого уровня. За сьёмки каталогов в Корее платят от 600$ до 1000$ в день. Знаю, участвовал. И в Японии, час начинается тоже от ста баксов. Пусть я без опыта, но таких глаз как у меня нет больше в Азии ни у кого. Поэтому, прямо здесь и сейчас я уже модель — «не ахти какого уровня», не говоря про умножающие коэффициенты от моей растущей популярности. Будучи в курсе реального положения дел, я не стал огорчать президента своим мгновенным согласием и уже по появившейся у меня привычке потребовал себе 70 %.

Президент не удивился и снова быстренько объяснил, что 5 % процентов, которые он согласен дать мне, это счастье, о котором только может мечтать каждая кореянка моего возраста. Счастье, которое мне просто навязывают, но я имею наглость неблагодарно выделываться. В общем, после некоторого упражнений в устном счёте, мы сошлись на следующем: 15 % от суммы всего контракта получает «VELVET» за найденного на меня покупателя и оформления договора, 85 % процентов получает СанХён, а я получаю 15 % от 85 % СанХёна. Взамен он берёт на себя заботы по трансферу, оплате проживания, питанию, если всё это потребуется и прочее, прочее, прочее… Короче, берёт на себя всю организацию и расходы, а также оплачивает из своих доходов мои налоги. Таким образом, считая от условного контракта в тысячу долларов, я получаю с него почти 128 баксов. Вроде, совсем не много по сравнению с тысячей, но, если умножать эту условную тысячу на несколько раз, то уже вроде уже и ничего сумма выходит. Вот сейчас «LOTTE» согласны заплатить за «шоколадку» 4000$. Умножаем 128 на 4, получаем 512 долларов. Час на дорогу, в который можно поспать, час на подготовку к съёмкам, час — сами съёмки. Час на обратную дорогу, где опять же можно поспать. Два часа сна и два часа несложной работы — пятьсот двенадцать тысяч вон. Если сравнивать их с средней суммой в тысячу долларов в месяц, которую получают проучившиеся пять лет выпускники университетов и вколотившие перед этим в своё образование астрономическую сумму, то это вполне себе достойный заработок для школьницы со справкой. И делать особо ничего особо не надо. Привезут, увезут, накормят, номер в гостинице снимут, если переночевать потребуется. Всё, что требуется от меня — сохранять свежий и цветущий вид, заботясь о своём здоровье. Очень симпатичная работа. Потом, поскольку я не на «эксклюзиве», если контрактов в месяц будет несколько, допустим, от разных агентств, так то вообще красота. Штука с лишним баксов в месяц как с куста и половину рабочего времени можно потратить на сон. Плюс к этому есть ещё дополнительный повод для оптимизма. Со слов СанХёна, ему в «VELVET» уверенно пообещали, что они меня «продадут» французам, так как у них есть умопомрачительные связи в мировой модельной индустрии. Хорошо, пусть продают. Евро я тоже принимаю в качестве оплаты за работу, а там можно будет и об изменении процента дохода поговорить. Это же будет уже заграничная деятельность, не так ли?

— Закончили! — восклицает фотограф, сообщая, что работа завершилась.

Осветительные лампы выключают и в глазах у меня «плывут светящиеся зайчики с хвостами». Промаргиваюсь, ожидая, когда зрение адаптируется.

Поднимаю голову, смотрю я на круглые настенные часы над входной дверью в «съёмочную», так тут у них на местном жаргоне называется съёмочный павильон.

О! Тридцать семь минут потратили на сьёмки. Даже меньше часа. Жить можно…


Место действия: дом семьи ЧжуВона

Время действия: утро


— … сослуживцы твоего тонсена очень хотят увидеть вблизи известную группу и его невесту. Сделай это, внученька, — заканчивает свою просьбу бабушка и адресуя её ХёБин.

— Я? — искренне удивляется в ответ та. — Мне организовать выступление в части ЧжуВона? Хальмони, почему я должна это делать?

— Это твой брат, — тоже, с удивлением в голосе, отвечает бабушка. — Кто как не сестра может позаботиться о том, чтобы у младшего было всё хорошо?

— Но почему именно я?! Есть же в корпорации отдел по связям с общественностью?! — продолжает упорствовать ХёБин и предлагает. — Давай, я им дам поручение, а потом проверю. Зачем мне самой звонить в «FAN Entertainment»?

— Потому, что это будет правильно выглядеть, — наклоняя голову строго произносит бабушка. — Все увидят, что мы принимаем невестку в семью. Для этого нужно будет сделать твоё фото с ЮнМи и президентом СанХёном.

— С президентом СанХёном?! — не перестаёт изумляться ХёБин каждому новому пожеланию своей бабушки.

— Да, — кивает МуРан, — Уверенна, что все ждут, когда невеста посетит доблестную часть своего жениха, в которой он служит. Это она должна обязательно сделать. Поддержка армии всегда выглядела хорошо и патриотично. Хороший момент и для тебя, появиться на телеэкранах. Момент, когда все СМИ говорят и пишут о победе на международном уровне. Потом, после истории с танками, твои связи с военным находятся в напряжённом состоянии. Ситуация в то время была очень конфликтной. А сейчас появляется возможность восстановления их в прежних отношений или, ты даже сможешь улучшить их. Обратись в Генеральный штаб с запросом на разрешение оказать помощь в проведении мероприятия. Патриотизм всегда производит благоприятное впечатление.

ХёБин, наморщив нос, задумывается на несколько секунд, видимо вспоминая как она спасала деньги семьи от посягательств людей в форме.

— Пф… — наконец надув щёки выдыхает она и смотрит на бабушку, ничего не став говорить о армейском руководстве, но, судя по выражению её лица, так и не проникнувшись бабушкиной идеей.

— И ЧжуВон надеется на твою помощь, — видя это, добавляет ещё один аргумент к своей просьбе МуРан, — Он просил, чтобы ты всё организовала.

— Он просил об этом?! — вновь изумляется ХёБин.

— Да, — несколько озадаченно отвечает бабушка, уже начиная недоумевать от странной реакции внучки на вроде бы простую и интересную, на её взгляд, просьбу.

— Ах он мерзкий паршивец! — придя в ярость в негодовании восклицает ХёБин взмахивая сжатым кулачком. — Ну я ему задам!

— ХёБин, что происходит? — строго спрашивает бабушка. — Чего ты так разозлилась?

— Я разорвала отношения с агентством «FAN Entertainment»! — сердито смотря на бабушку восклицает ХёБин не скрывая причин своей злости. — А ЧжуВон, похоже, об этом узнал и специально попросил у тебя моей помощи! Чтобы мне было неловко. У-у, как он иногда бесит своими шуточками и подставами!

— Вот как? — удивляется бабушка и задумывается,

— Из-за чего ты поссорилась с президентом СанХёном? — спустя пару секунд спрашивает она и тут же выдвигает предположение. — Наверное, из-за того, что отказал тебе?

— Да! — не отпирается ХёБин. — А потом, вместо того, чтобы принести гораздо больше извинений, чем те, которые они сделали, какая-то ненормальная стажёрка звонила из «FAN Entertainment» прямо ко мне в приёмную, требуя заключить контракт!

— Требуя? — приподнимает брови бабушка.

— Да! Выглядело именно так!

— Похоже, у президента СанХёна не всё так хорошо с персоналом, как выглядит, — качая головой произносит МуРан. — Впрочем, стажёры вечно всё путают…

— Внученька, — говорит она, возвращаясь к началу разговора, — я поняла почему ты так недовольна, но… концерт в части всё же придётся провести. Людям будет непонятно, если невеста не приедет поздравить своего жениха с победой.

— Я обращусь в корпоративный отдел по связям с общественностью, — обещает ХёБин. — Или, использую для этого своих менеджеров.

— ХёБин, — с терпением в голосе произносит МуРан. — Прислушайся к моим словам. Я хочу, чтобы этим занялась именно ты. Все должны видеть, что мы принимаем ЮнМи в семью. Принимаем настолько, что члены семьи лично занимаются её проблемами. Здесь всё запутывается в один клубок. И победа твоего брата на учениях, и написанный ею марш. Плюс ещё её выступление против сунын и отсутствие самоубийств среди школьников впервые за тринадцать лет. Ещё я не сказала о словах президента страны. В каком месте ты собираешься вылезти из этого клубка? И что ты в результате этого получишь? Да, вспомни ещё про заказ от нашего ВПК. Вот сколько всего вокруг этого наверчено!

— Хальмони-и.… — с интонацией обречённости тянет ХёБин… — ну почему я? Разве это не может сделать кто-то другой?

— Твой старший брат выше уровня этого вопроса и у него есть свои проблемы, которые он решает, — сухо отвечает МуРан. — А если ты беспокоишься о том, как сохранишь лицо разговаривая с президентом СанХёном, то я думаю, что ты преувеличиваешь проблему. Президент СанХён давно ведёт дела, он опытный администратор и помни, он ниже тебя. Уверена, что он не будет раздувать свою гордость получив щедрое предложение о работе. В компаниях подобных тем, что у него, вечная нехватка денег. Красавиц много, а работы для них — мало. Предложи ему несколько контрактов для его айдолов, и он не станет вспоминать о своей обиде. Это будет для тебя хороший опыт восстановления деловых отношений после конфликта. Ты меня поняла, ХёБин?

ХёБин, помолчав, тяжело вздыхает.

— Да, хальмони, — без всякого энтузиазма произносит она. — Я поняла.

— Ну и умничка, — хвалит внучку бабушка. — Ты справишься, я знаю.


(телефонный разговор в конце этого же дня)


(ХёБин, с лёгким злорадством) — Ну всё, готовься спасать свою синеглазую принцессу.

(ЧжуВон, с удивлением) — Мою синеглазую принцессу? О чём ты?

(ХёБин) — Мама узнала, кому ты обязан своими сломанными рёбрами.

(ЧжуВон, опять с удивлением) — Узнала? Как же это случилось? Столько времени не знала, а теперь вдруг узнала?

(ХёБин, с уловимой насмешкой) — Даже не знаю. Скорее всего кто-то сказал.

(ЧжуВон, подумав) — Ты, что ли?

(ХёБин, всё так же насмешливо) — Почему сразу я? СМИ об этом много писали. Да, и на твоё следующее увольнение я устрою чаепитие. Приглашу Ючжин. Давно её не видела. Думаю, хальмони захочет, чтобы ты пришёл на него вместе с ЮнМи.

(ЧжуВон, хмыкнув) — Ючжин? Захотела посмотреть кошачьи бои? Ну-ну. ЮнМи её «порвёт» на раз. У неё уже опыт есть.

(ХёБин, якобы удивлённо) — Какие ещё «кошачьи бои»? Разве не Ючжин провожала тебя в армию? Она получила высшее образование во Франции, и её семья передала ей пять процентов акций «Hyundai Heavy Holdings». Она вернулась в Корею, чтобы начать строить карьеру.

(ЧжуВон с лютым сарказмом в голосе) — «Строить карьеру»?

(ХёБин, с уверенностью в голосе) — Да. Она выглядит очень перспективной и к тому же красавица.

(ЧжуВон) — Красавица?!

(ХёБин) — Да, красавица. Все так считают. И хальмони тоже. Она считает, что из Ючжин выйдет идеальная жена. Как только история с ЮнМи закончится, бабушка вновь займётся твоей судьбой. Скажу тебе по секрету, если ты ещё не знаешь, Ючжин — её первая кандидатка для тебя.

(ЧжуВон молчит в трубку)

(ХёБин, очень довольна тишиной «на том конце») — Вот я и хочу лучше познакомится со своей будущей невесткой. Ведь столько лет потом придётся жить рядом. Приглашу её в гости.

(ЧжуВон, хмуро) — А то ты её не знаешь.

(ХёБин, вздохнув, с притворным сожалением в голосе) — Люди так быстро меняются. Просто удивительно. Последнее время я мало общалась с онни. Нужно убедиться, что мои представления о ней совпадают с действительностью.

(ЧжуВон опять молчит в трубку)

(ХёБин) — Так что готовься, братец. Ты меня конкретно выбесил своей выходкой и ответишь за неё по полной. Теперь, при каждом твоём увольнении я буду приглашать в гости Ючжин. Будешь ей рассказывать о своих подвигах. Аньёнъ, братец!

(ЧжуВон, хмуро) — Чем я тебя выбесил?

(ХёБин) — А не надо было просить хальмони организовать тебе концерт в части!

(ЧжуВон, так же хмуро) — Что в этом такого?

(ХёБин) — А то, что я поругалась с президентом СанХёном из-за того, что он не прислал «Корону» на твои проводы в армию, как ты хотел! А теперь я должна опять с ним разговаривать и просить устроить концерт! Где будет моё лицо?!

(ЧжуВон) — А я откуда знал об этом?

(ХёБин) — Всё ты знал! Знал и специально меня подставил! Вот теперь и получай за своё свинское поведение!

(ЧжуВон, помолчав и хмуро) — Спокойной ночи, нуна.


(несколько позже. ЧжуВон убирает телефон во внутренний карман. На лице его озабоченное выражение. Вздыхает, обдумывая только что закончившийся разговор.)


— Неудачно вышло, — произносит он вслух, подводя итог своим размышлениям. — Чёрт, с этой ЮнМи одни проблемы…

— Хм, — хмыкает он, снова о чём-то думая.

— Раз проблемы из-за ЮнМи, — говорит он, — то будет справедливо, если она поможет мне с ними справиться. Один раз это уже получилось, почему не выйдет и во второй? ЮнМи не настолько умна, чтобы я не сумел заставить её делать то, что нужно. Надо будет только всё тщательно обдумать…

ЧжуВон веселеет и настроение у него повышается.

— ЮнМи, — с улыбкой произносит он, обращаясь к отсутствующей собеседнице. — Твоё предназначение в этом мире — спасать меня от брака. Ты родилась именно для этого!

— Так исполни же своё предназначение! — театрально восклицает он, подняв вверх руки и задрав голову в небо.


Место действия: раздел комментариев на сайте группы «Корона»

Время действия: не определено, «живёт круглосуточно»


[*.*] Ура-ура-ура! У наших девочек «комбэк»! Какой подарок для всех!

[*.*] Как же я за ним соскучилась!

[*.*] Наши трудяшки. Они так много работают. Я рада, что они получают вознаграждение за свои труды!

[*.*] Это какое такое вознаграждение? Корову Агдан?

[*.*] Они проведут промоушен в Японии! Разве это не признание их заслуг?

[*.*] Это очень странно, что агентство приняло такое решение. Группа, стоящая на патриотических позициях, должна сначала проводить промоушен полностью в Корее и только потом ехать в Японию. Сначала нужно потрудиться для своей страны, а потом думать о других!

[*.*] Что за бред ты пишешь? Наоборот, японцы пригласили их выступить у себя. Значит они считают, что они лучше японских исполнителей, или, по крайней мере не хуже, раз уверенны, что люди придут их смотреть. Это и есть патриотизм — нести культуру своей страны по всему миру!

[*.*] Агдан — обманщица! Ей нельзя ехать с группой. Она её опозорит.

[*.*] Почему она обманщица?

[*.*] Она обещала, что выведет две корейские группы в «Billboard»! Ну и где?

[*.*] Не всё так просто. Нужно ещё немного подождать.

[*.*] Сколько? Сто лет? Она сказала — две недели. Они прошли. Агдан — обманщица! Обманщица не может представлять Корею!

[*.*] Она не обманщица! У неё уже две композиции в «Billboard»!

[*.*] Они попали туда случайно.

[*.*] Два раза — случайность?

[*.*] Она целенаправленно готовила две новые композиции для «НОТ 100», а они — в него не попали. Значит, она не может стабильно писать вещи мирового уровня. Первые две — просто случайность. Что и требовалось доказать.

[*.*] Что за извращённая логика? Тогда ты должен привести пример тех исполнители, которые сказали, что их синглы попадут в «Billboard» и сдержали слово! Да, ещё нужно, чтобы они сказали, в какой именно день это случится!

[*.*] Не обращайте внимания, это просто какой-то антифан Агдан. Нужно написать адми, чтобы он его забанил. А вы видели сообщение агентства, что нашим девочкам теперь можно иметь отношения?

[*.*] Уй, мне это совсем не нравится.

[*.*] Почему? А мне нравится, что кроме работы у них в жизни будет что-то ещё.

[*.*] Мне не нравится это потому, что, когда агентство даёт подобные разрешения, это говорит о том, что оно уже не рассчитывает на продвижение группы. Считает, что выше того, что есть, она уже не поднимется. Обычно это подготовка к роспуску.

[*.*] Роспуск «Короны»?! Ха-ха-ха! Всё только начинается! Не зря её пригласили в Японию!

[*.*] Я тоже не хочу, чтобы они распались. Они мне нравятся. «Корона» — навсегда!

[*.*] Агентство вывесило расписание телевизионных шоу и передач в которых принимали участие наши девочки. Судя по нему, мы сможем их видеть на экране телевизора каждый день до конца месяца!

[*.*] Похоже, они много снимались последнее время.

[*.*] Крутяк! Президент СанХён серьёзно продвигает группу. Он очень хорошо руководит своим агентством. Я слышала, акции «FAN Entertainment» растут.

[*.*] Пусть растут. Те, кто работают, должны получать вознаграждение за свой труд.

[*.*] Правильно. Если акции будут расти, СанХён будет продвигать «Корону» и дальше. Значит, мы и дальше сможем любоваться нашими девочками!

[*.*] А расписание выступлений в Японии уже есть? Я вот думаю, может мне полететь следом за ними?

[*.*] Жаль, что я не смогу этого сделать. У меня нет денег.

[*.*] Нет, расписания пока ещё нет.

[*.*] Думаю, не стоит лишать возможности японских фанатов увидеть живьём своих корейских кумиров. У нас больше шансов увидеть «Корону», чем у них, потому, что живём с ними в одной стране. А им приходится ждать гастролей. Бедняжки.

[*.*] Да, пусть как можно больше японцев увидит великолепие Халлю.

[*.*] Как думаете, Агдан напишет песню для выступления в Японии? «FAN Entertainment» об этом ничего не говорят?

[*.*] На сайте агентства написано, что группа будет совершать промоушен композиции «Вunnystyle». Ни о каких других композициях там не сказано.

[*.*] Президент СанХён не стал рисковать, отдавая судьбу зарубежного промоушена в руки толстой школьницы

[*.*] У ЮнМи реально проблемы с весом.

[*.*] Да, ей нужно похудеть.

[*.*] На фоне остальных участниц она выглядит настоящей коровой.

[*.*] Она легкомысленно относится к своим обязанностям айдола. Главная его обязанность это его «вижуал»!

[*.*] Абсолютно согласна. Ей нужно больше трудиться в спортзале. Толстые не могут быть айдолами.

[*.*] А вы читали последнюю новость, что школьница покончила с собой из-за Агдан?!

[*.*] Школьница? Из-за Агдан? С чего вдруг ей это делать?

[*.*] Она была поклонницей «BangBang» и когда Агдан не сдержала обещания, что они попадут в «Billboard», она впала в отчаянье. Оно было настолько сильным, что она не смогла дальше жить и покончила с собой!

[*.*] Буеее… Звучит как начало неважнецкой дорамы. Это что, правда?

[*.*] О таких вещах не шутят.

[*.*] Ссылку. Иначе это фейк.

[*.*] Полиция пока не даёт комментариев. Но есть показания подруг погибшей. Всё так и есть.

[*.*] Это и в правду такое произошло?

[*.*] Ссылку!

[*.*] Если это на самом деле так, то «FAN Entertainment» должна отменить промоушен. Агдан убила человека. Пусть не умышленно, но это всё равно преступление.

[*.*] ССЫЛКУ!!

[*.*] Даже не знаю, что президент СанХён будет делать в такой ситуации. Наверное, придётся вывести Агдан из группы. Кто будет работать с преступницей?

[*.*] В сунын не было ни одного самоубийства. Что, теперь за каждого школьника должна отвечать Агдан?

[*.*] Она обещала всем, что «Stars JUNIOR» и «BangBang» попадут в «Billboard». Вся нация слышала. Она — обманула. Не удивительно, что фанаты этих групп чувствуют себя униженными.

[*.*] С чего им чувствовать себя униженными?

[*.*] С того, что их обманули!

[*.*] ССЫЛКУ, ТВАРИ!! ИЛИ Я НАЧНУ ВАС УБИВАТЬ!!


Время действия: 18 июня, около часа дня

Место действия: небольшой зал с маленькой сценой и амфитеатром. Одно из рабочих помещений в здании «FAN Entertainment». Присутствуют группа «Корона», сонная ЮнМи, КиХо и президент СанХён. А также сопутствующий стафф.


Только что закончили слушать «минусовку» песни «Таксист Джо» записанную ЮнМи в качестве подарка для АйЮ. СанХён разворачивается к КиХо и с вопросом во взгляде смотрит на своего главного менеджера, ожидая его резюме. Тот, правильно поняв, чего от него ждут, пожимает в ответ плечами.

— Я затрудняюсь что-то сказать, сабоним. — говорит он. — Если бы послушать вместе с вокалом, тогда можно было бы составить более точное мнение. В данный момент это выглядит как — «ничего особенного».

Кивнув, СанХён переводит взгляд с КиХо на менеджера группы. Тот, немного «побекав», высказывается в плане КиХо, повторяя его впечатление своими словами. СанХён недовольно сжав губы, задумывается.

— БоРам, — повернувшись к сидящей с другой стороны «Короне», говорит он, — Мы говорили о том, что ты должна подготовить к исполнению песню «Porque te vas». Это сделано?

— Да, сабоним, — с видимым волнением, сидя, кланяется та.

— Выходи на сцену, исполняй. — приказывает президент.

БоРам выбирается между кресел к проходу и спускается по нему вниз. Поднимается на сцену. После проверки работоспособности микрофона, включают «минусовку». БоРам, припадая к микрофону, старательно исполняет. Все присутствующие внимательно слушают с серьёзными лицами. Неожиданно, после окончания ею первого припева, где-то в зале возникает посторонний звук. Начавшись почти неслышно с низкой ноты, он быстро растёт в силе и высоте и наступает момент, когда не замечать его становиться невозможно. Недовольный, что в процесс прослушивания вмешивается помеха, президент, как и все остальные, поворачивается на источник звука и видит красную физиономию ЮнМи которая, прижав ладони к своему лицу, изо всех сил пытается запихнуть обратно распирающий её смех.

— Ииииииииииии-и…

Секунды три все смотрят на нарушительницу рабочей обстановки, слушая, как она «травит» звук. Заметив, что стала центром внимания, ЮнМи ладонями «поджимает» подбородок вверх, пытаясь ликвидировать «утечку» но это становится фатальной ошибкой. Потеряв возможность «травить», давление смеха в её организме скачкообразно возрастает, «разрывая» хозяйку на громогласный хохот.

— Ах-ха-ха-ха! — закидывая голову хохочет ЮнМи, — Ах-ха-ха-ха!

Частично потеряв от смеха ориентацию в пространстве и возможность управлять своим телом, она сваливается в проход между креслами и застревает в нём головой вниз, показывая всем вздрагивающий от приступов смеха свой зад, обтянутый джинсами. БоРам, не поняв, что происходит и растерявшись, останавливается. В зале звучит «минусовка» и смеётся где-то под креслами ЮнМи.

— Остановите музыку, — не выказывая эмоций, приказывает СанХён и отдаёт следующее приказание. — Дайте ЮнМи воды.

ЁнЭ начинает суетиться и через пару минут взлохмаченная и всё ещё с красным лицом ЮнМи сидит на своём месте с бутылкой воды в руках.

— В чём дело, ЮнМи? — холодно интересуется СанХён.

— Простите… Сонсен-ним, — делая паузы между словами из-за ещё не восстановившегося дыхания извиняется та, — но… это было… так смешно… это невозможно… так исполнять.

СанХён некоторое время молча разглядывает пытающуюся отдышаться ЮнМи. Девчонки переглядываются. БоРам стоит у микрофона покраснев и закусив губу.

— КиХо, — жёстким голосом обращается СанХён к своему помощнику, — запиши. За неуважение к другим участницам группы и срыв работы по причине личной глупости и отсутствия воспитания, оштрафовать участницу Пак ЮнМи денежными вычетом в размере десяти миллионов вон.

Пха!.. — выдыхают в зале услышав столь жёсткое решение.

— Всё. — говорит СанХён. — Прослушивание закончено. Песню «Таксист Джо» отдать АйЮ в качестве подарка. Исполнительницу БоРам освободить от исполнения французских песен. Отсюда все идут работать по своему расписанию.

Показывая, что указаний больше не будет, СанХён поднимается на ноги. ЮнМи сидит, сжав челюсти.


(несколько позже. Группа, скучковавшись, молча смотрит на ЮнМи. Сзади, «не отсвечивая», присутствует стаф.)


— Пожалуйста, простите меня, — кланяясь, просит прощения у девочек ЮнМи. — Я сделала глупость. Это было невежливо. Я виновата.


Время действия: 18 июня, вторая половина дня

Место действия: студия звукозаписи


Работаем. Пишем трек для японской версии клипа, завтра сьёмки. Ну я сегодня опозорился. Начал ржать над БоРам как ненормальный. Стыдно. И чего меня так «торкнуло» на смех? Вроде никогда у меня таких закидонов не было. Ну не получается у человека, но не боги, как говорится, горшки обжигают. У меня тоже многое чего не получается. Это совершенно неприемлемо смеяться над кем-то, когда тот искренне старается, но не выходит. Извинился. Три раза. Однако, слово не воробей, вылетит, не поймаешь. Девчонки все расстроились. Особенно, огорчилась СонЁн. Даже ИнЧжон не стала выступать. Просто осуждающе смотрела и всё. Очень неприятно и главное, сам виноват! Некого больше винить. Если только недосып. Может, это из-за него я контроль теряю? Вполне… Но, что делать?

Ладно, кажется, я знаю, что делать. Ещё ночь не посплю. Мммм… «сдохнет Масяня на улице…» от недосыпа… Но мне ещё сегодня кровь из носа нужно посмотреть видео с АйЮ. Хоть как-то расширить своё представление о человеке, к которому я иду в гости… Спать или не спать… А точнее, будет ли у меня сегодня на это время? Вот в чём вопрос…


Время действия: примерно тоже время

Место действия: улица с дорогими магазинами в одном из кварталов города считающегося фешенебельным.


По улице, кося взглядом в яркие и блестящие витрины, решительным шагом движется СунОк, направляясь к выбранному ею для посещения магазину. Пока до него было далеко, шаги и походка девушки были уверенными и целеустремлёнными, но, по мере приближения к цели, в движениях появляется неуверенность и скорость передвижения начала падать. Ко входу в магазин СунОк подходит уже совсем медленно. Притормозив, с опаской смотрит на двустворчатые стеклянные двери, секунду колеблется, но, поборов нерешительность, упрямо наклоняет голову и поднимается по ступенькам.


— Добрый день, — улыбаясь так, словно весь день готовились ко встрече, разом кланяются ей выстроившиеся в шеренгу у дверей три продавщицы в фирменной форме. — Рады видеть вас в нашем магазине. Можем ли мы вам помочь?

— А… — произносит в ответ СунОк оставшись с открытым ртом и испуганно смотря на повторно кланяющихся ей продавщиц.

— Госпожа желает осмотреть новую коллекцию? — спрашивают её.

— У… — отвечает СунОк и видит за спинами продавщиц своё отражение в золотистых стёклах зеркалах.

В свете ярких ламп, в окружении блеска хромированных и золочённых деталей шкафов и полок, оно кажется СунОк внезапно неуместным, жалким, что напрочь выбивает из неё всю её имеющуюся уверенность.

— Э… простите, — с виноватым видом произносит СунОк, тоже кланяясь продавщицам, — Я передумала. Я… потом зайду!

— Будем вас ждать… приходите ещё, — хором поют продавщицы, кланяясь уже закрывающимся дверям, за которые, испугавшись, выскочила СунОк.


(несколько позже, уже не в дорогом квартале города. Практически пустое кафе. Работает большой телевизор, висящий на стене за спиной у бариста. За одним из маленьких столиков у окна, с чашкой кофе печалится СунОк.)


Выглядела как нищая идиотка! — ругает она себя. — Зачем было слушать всяких завистниц, что я должна соответствовать уровню своей тонсен? Моя сестра — айдол, а я ещё студентка! Мой уровень ниже, чем у её. Она может ходить по таким магазинам, а мне нужно выбирать магазины… попроще. Что бы не выглядеть полной дурой!

СунОк тихо про себя вздыхает.

«ЮнМи хочет, чтобы я стала директором кафе, — печально размышляет она над текущим положением дел, — Ну какой из меня директор? Даже одежду, соответствующую купить не могу. Как я буду заключать договора? Я же ничего не понимаю в этом, совсем этому не училась. Наверняка у меня будут сплошные убытки. ЮнМи зарабатывает деньги, а я стану пускать их на ветер. Стыдно будет. Может, лучше отказаться? Нанять директора со стороны, так будет правильно…»

СунОк вновь задумывается, вспоминая недавние события и те, что уже случились давно, снова вздыхает. За последние полтора года её жизнь сильно изменилось, становясь всё более и более непонятной. Раньше, до того дня, когда её тонсен решила стать айдолом, будущее выглядело если не радужным, то по крайней мере, предсказуемым. Хорошая работа, удачное замужество — вот два главных столпа, на которых оно зиждилось. Всё, как у всех. И стандартные рецепты для достижения этого общепринятого успеха. Теперь же жизнь внезапно, сделав крутой поворот, понеслась по каким-то совершенно незнакомым дорогам, при этом всё увеличивая и увеличивая свою скорость. Неожиданно в жизни СунОк появились люди, войти в круг общения с которыми она раньше даже и не думала. Вот теперь она может позвонить самому президенту агентства «FAN Entertainment». Нет, конечно, не для того, чтобы поболтать с ним о каких-то пустяках, а высказать беспокойство о сестре, но всё равно. Полтора года назад и такого не было. А сейчас есть. И как себя вести в такой ситуации — совершенно непонятно. Разговаривая с айдолами, с менеджерами старшего и высшего звена агентства, с президентом СанХёном, СунОк испытывала чувство дискомфорта, ощущая себя маленькой девочкой, которая неожиданно зашла на вечеринку ко взрослым и её вот-вот оттуда выдворят. Причём, со смехом и насмешками. А уж разговоры о том, что ЮнМи теперь невеста наследника семьи чоболей, вообще вгоняли её в состояние ступора, когда она пыталась это обдумать. Такой ситуации в жизни просто не должно было возникнуть по причине её невозможности. Это не дорама, в последней серии которой принц женится на нищенке. В реальности такого не бывает. Поэтому, не веря в происходящее, СунОк последнее время жила в состоянии тревоги, во внутреннем напряжении, ожидая дурных вестей, после которых её новая, не похожая уже на кажущуюся серой прежнюю жизнь, рухнет, оставив после себя лишь насмешки и фальшивое сочувствие окружающих.

Конечно, можно жить одним днём, — думает она о том, как вести себя в этой непростой для понимания ситуации, — радоваться тому что есть и не думать о будущем. Но разве я муха-однодневка, чтобы о нём не думать? Будущее обязательно наступит, и его наказание за сегодняшнюю глупость и легкомыслие может оказаться ужасным…

Как же плохо, когда непонятно, — с печалью думает СунОк.

Вздохнув, она подцепляет пальцем ручку своей чашки и делает глоток. В этот момент её привлекает прибавленный звук на работающем телевизоре, установленным своим большим экраном в сторону столиков.

— «… как стало известно нашему информационному агентству, — с серьёзным видом сообщает диктор, — правительство Кореи приняло решение о награждении высшего командного состава вооруженных сил страны мечами «Сэмджуге». К награде будут представлены двадцать четыре генерала, внёсшие неоценимый вклад в развитие вооружённых сил и укреплении обороноспособности страны. Последний раз подобная награда в нашей стране вручалась семь лет назад. Среди списков, представляемых к награде присутствует фамилия генерала Им ЧхеМу. Напомню, что этот молодой генерал совсем недавно назначенный на должность, ярко проявил себя, руководя подразделением морской пехоты на международных учениях. Благодаря его умелому и тактически грамотному руководству, подразделение корейских вооружённых сил впервые одержало победу, опередив издавна славящихся своей выучкой и профессионализмом солдат таких стран как Германия, Англия и Соединённые Штаты Америки. Весь личный состав подразделений участвовавших в учениях, будет так же представлен к правительственным наградам и внеочередным воинским званиям. Точная дата награждения победителей пока не определена. Ожидается, что она состоится 15 августа, в день празднования освобождения Кореи…»[5]

О! — искренне удивляется СунОк поворачивая голову к телевизору и продолжая держа на весу чашечку с кофе. — Разве не марш моей сестры принёс те самые «золотые победные баллы» благодаря которым победил этот генерал? Почему про неё ничего не сказали?


Время действия: примерно тоже время

Место действия: кабинет генерала Им ЧхеМу. В кабинете присутствуют сам генерал и его заместитель.

— В генштабе спихнули с себя решение о награждении композитора, — сетует ЧхеМу, объясняя своему заму суть проблемы. — Поскольку она гражданское лицо и вклад её в победу был сделан музыкой, то это проходит по линии культуры, сказали они. И предложили мне решить самостоятельно эту проблему с министерством культуры. Это не в нашей компетенции, сказали они…

Генерал смотрит на зама ожидая ответа, зам смотрит на своего начальника.

— Формально они правы, — наконец осторожно произносит зам. — Композитор, действительно гражданское лицо.

— Если делать всё формально, в ожидании можно состариться, — возражает генерал. — Сколько мне пришлось провести конкурсов, действуя формально? Пока сам не взял всё в свои руки, никакого результата! А начал делать неформально — вот она, победа!

Генерал с торжеством смотрит на зама.

Айдол-ян - 2


Трек первый | Айдол-ян - 2 | Генерал Им ЧхеМу



Loading...